Ne me quitte pas (Please don't leave me)

Определенно, этим утром Эггси выглядел счастливым и довольным. Мурлыча какой-то озорной мотивчик, он заканчивал утреннее бритьё, стоя перед зеркалом в ванной. Когда Гарри появился за его плечом, приобнимая за талию и целуя в шею, парень потёрся об его висок, чувствуя, как щекочут и слегка покалывают кожу короткие волоски, и брякнул, не раздумывая: – Гарри, а давай махнём куда-нибудь, ну типа, в небольшую поездку. – В свадебное путешествие? – улыбнулся Гарри. И тут же ощутил, как Эггси едва заметно вздрогнул (почти неощутимо, он ведь агент Кингсман как-никак. Но Гарри-то был агентом Кингсман еще дольше). Плечи его вдруг напряглись. – Да не-е-ет, – уже без прежней расслабленности протянул тот неуверенно, явно испугавшись, что сморозил глупость, и пытаясь скрыть смущение. – Какое там «свадебное путешествие», что ты? Никаких колец, клятв и прочей лабуды. Просто проветриться я имел в виду. Дурацкая идея... – Тут он вообще замолчал и стал преувеличенно старательно промывать бритвенный станок под струёй воды. – Боюсь, мой милый, так не получится. – Гарри обеими руками охватил Эггси поперек живота и, склонившись к его уху, прошептал: – Потому что я убил несколько часов, выбирая эти чёртовы кольца, и теперь готов потратить весь остаток жизни, убеждая тебя принять твоё. Так что без колец и прочей, как ты выразился, «лабуды» мы не обойдёмся. Если только ты мне не откажешь. Эггси уронил в раковину станок и уставился распахнутыми в удивлении глазами на их с Гарри отражение в зеркале. – Гарри, повтори, пожалуйста, что ты сказал, – произнёс он сдавленным голосом. – Я сказал, что прошу тебя оказать мне честь стать моим супругом, Гэри Ли Анвин. Возможно, надо было сделать тебе предложение в более торжественной обстановке, но мне казалось, ты не жалуешь все эти «оттопыренные», как ты выражаешься, мероприятия, и я подумал... Эггси резко развернулся к нему лицом. Годы тренировок, весь предшествующий опыт нахождения в стрессовых ситуациях, железная выдержка агента Кингсман, как убедился Гарри, ничегошеньки не стоят и ничем не могут помочь, когда стоишь перед человеком, которого любишь больше жизни, и протягиваешь ему свое сердце на ладони. – Впрочем, я могу и как положено, – тут Гарри попытался опуститься на одно колено, но Эггси не позволил – вцепился ему в предплечья, рванул вверх и, привстав на цыпочки, потянулся к губам. Когда они, наконец, оторвались друг от друга, всё еще стоя вплотную, Гарри выдохнул в губы Эггси: – Так могу ли я понимать это как «да», или мне нужно уговаривать тебя дать мне шанс доказать свою любовь? – Гарри, ты шутишь? – Какие тут шутки, Эггси?! Ах да! Вот же оно – твоё кольцо, если ты согласишься его принять. Прости, я идиот, мне просто раньше никогда не приходилось... Эггси закрыл ему рот одной рукой, а другую, слегка разведя пальцы, подставил, чтобы Гарри надел ему блеснувший серебристым сиянием ободок. Кольцо – в лаконичном, но элегантном стиле – идеально сидело на безымянном пальце. Должно быть, что-то безумно дорогущее. Впрочем, это уж точно последнее, что волновало Эггси в тот момент. – Гарри, у нас есть полчаса до выхода, так что ты можешь начать доказывать свою любовь прямо сейчас. И сдаётся мне, что мы сегодня сильно опоздаем. – Эггси, ты скажешь мне «да», наконец? – А вот это уже зависит от того, как докажешь. Боже, какая улыбка! И эти чёртики в глазах. ... – Мерлин, если нет ничего чрезвычайного, мы с Эггси берём сегодня выходной.