А впрочем...

Клэри неловко застыла прямо у самой двери сумеречной охотницы, не решаясь постучаться. А вдруг девушка еще спит или Кларисса попросту не имеет право разговаривать с ней об Алеке? Еще раз, взвесив все на невидимых весах, она тихонько постучала. − Войдите! – приглушенный голос Изабель слышался с той стороны двери. Кларисса толкнула дверь рукой и оказалась в комнате Лайтвуд. Выполненная в розово-черных тонах, она была не по стилю Моргенштерн, но в то же время нравилась ей и манила уютом и оригинальностью форм. Изабель сидела на своей кровати в одном атласном халатике, подпиливая ногти. Девушка лучезарно улыбнусь своей гостье, не отрываясь от занятия, которое заботило ее на данный момент больше всего. − Клэри, рада тебя видеть, − заговорила она. − Какие-то проблемы или поболтать зашла? Кларисса, приняв ее слова за своеобразное приглашение, прошла вглубь комнаты и неловко села на край кровати, поглядывая на свою подругу. Охотница была великолепна даже в таком домашнем виде. Настоящую красоту ничем не скроешь. − Можно сказать, что поболтать, − отмахнулась Моргенштерн. − Ну, а если честно? − На самом деле, я пришла тебя спросить кое о чем. Но, возможно, ты откажешься отвечать. − Тааак, и о ком ты хочешь спросить? Тебе приглянулся Джейс? Или, может быть, мой братик показался тебе симпатичнее? – лукаво протянула Иззи, отлаживая от себя пилочку. Внимание девушки теперь полностью сосредоточено на подруге. Кларисса неловко опустила взгляд, внимательно разглядывая шелковое покрывало. От Изабель невозможно было скрыть ничего, поэтому та сделала для себя вывод, что сразу же попала в яблочко. Данное положение вещей ее слегка позабавило. Оставался вопрос: Алек или Джейс? − С чего ты взяла, что я хочу говорить о парнях? – переводя дыхание, Моргенштерн посмотрела Иззи прямо в глаза. Изабель подавила смешок. Ну, конечно! Так сложно сделать вывод из элементарной ситуации? Тем более, что Клэри, сама того не замечая, выдала себя с потрохами, облегчив положение охотницы. − Это же очевидно, − Иззи сказала это с видом знатока. Кларисса сразу же поняла, что от девушки вообще невозможно что-то утаить. Она же читает ее как открытую книгу. Поэтому нет смысла темнить дальше. − Ладно, я действительно хочу поговорить о парнях. − Вот видишь, я тебя сразу же раскусила. Ну и кто тот счастливчик, который заставил тебя прийти ко мне? − Алек, − тихо сказала Клэри, переводя взгляд к окну. Из комнаты Иззи открывался шикарный вид, которому девушка невольно позавидовала. Изабель захлопала в ладоши, тем самым заслуживая удивление со стороны Моргенштерн, но она не уделила этому должного внимания. Лайтвуд просто подозревала о том, что именно ее брат является причиной визита Клэр. − И что же, он покорил твое сердце за каких-то полтора дня? – серьезно спросила Иззи, стараясь не рассмеяться. − Иззи, ты не о том думаешь! Просто он постоянно такой холодный и колючий. Я не могу найти этому объяснения. Лайтвуд понимающе кивнула. Да, порой Алек действительно был слишком колюч, но ей, своей сестре, он всегда старался уделить хоть капельку внимания и подарить тепло. На самом деле, Александр холоден не всегда. Просто не каждый может достучаться до него через корку льда. Просто, видимо, еще не нашлось человека, готового проникнуть глубоко под лед. − Знаешь, у Алека есть свой небольшой секрет. Клэри сразу догадывалась о чем-то таком. Человек не может попросту так относиться к другим, при этом, не имея объяснения или веской причины. У каждого в жизни происходит своя драма. − Расскажешь? – попросила Кларисса. − Я не говорю про это всем вокруг, но я вижу, что ты не будешь болтать каждому встречному о том, что я тебе сейчас скажу, − пожала плечами Иззи. – Поэтому слушай. Моргенштерн поудобнее села на кровать, в то время как Лайтвуд извлекла из тумбочки слегка разорванный фотоснимок. С него на Клариссу, улыбаясь, смотрели двое подростков. Одним из них был Алек, обнимающий невысокую шатенку. Девушка выглядела самой счастливой из всех, кого Клэри хоть когда-то видела. Она почему-то сразу догадалась, что незнакомка была девушкой Лайтвуда. − Ее звали Кэтрин, она была из примитивных, − начала свой рассказ Изабель. Кларисса ее внимательно слушала. − Они с Алеком встречались около года, но в один день ей нужно было уехать далеко и навсегда. Брат рвался за ней, так как любил Кэтрин, но девушка попала в авиакатастрофу. После этого Алек закрылся, стал холодным и закидывает всех вокруг едкими фразочками. И вот так уже три года. Моргенштерн сразу все поняла. Лайтвуд когда-то был влюблен и сильно. Потерять девушку – это ужасно, тем более, если она покинула его навсегда, без возможности вернуться. Клэри прониклась пониманием к парню, осознавая то, что его жизнь не была легкой и его поведение обосновано. − После этого он, наверное, не запускает в свое сердце любое проявление любви? – спрашивает Клэри с сожалением. − Он любит меня и родителей, этого у него не отнять. Он старается не загружать семью своей душевной драмой, но Джейс иногда попадает под раздачу. − Иззи, а как ты думаешь, у Алека еще есть шанс полюбить по-настоящему? Если честно, вопрос Моргенштерн слегка удивил Изабель. Похоже на то, что девушка действительно переживает за ее брата. Но ведь они знакомы всего день, да и дружба у них особо не заладилась. Хотя, Лайтвуд бы хотела, чтобы нашелся человек, который смог позаботиться о ее брате и заставить его смеяться и улыбаться. Это бы сделало ее немного счастливее. − У каждого из нас есть второй шанс, нет? – снова лукавит Иззи. − Да, думаю, что ты права, − улыбается Клэри. – Спасибо, что рассказала. − Обращайся. Ты сейчас куда? − В город, нужно встретиться с другом. Увидимся вечером? − Конечно, до встречи, − улыбнулась Изабель. Клэри вышла из комнаты, еще раз прокручивая в голове информацию, полученную от подруги. Алек любил и был любимым, а сейчас словно поставил на себе крест. Но ведь каждый заслуживает счастье. И у каждого есть право на ошибки. Да, утрата слишком велика. Но никто не говорил, что жить будет легко. Судьба всегда преподносит нам трудности. Но, видимо, раз они есть, то мы можем с ними справиться. Нужно подниматься, когда падаешь. Нужно залатать старые раны и тогда все получится. Кларисса была уверена: Алек еще сможет любить искренне и пылко. Необходимо просто проникнуть глубоко под лед.