Обрести человечность

***

Ночь уже почти вступила в свои права, но Кларк все упрямо двигалась вперед, пробиваясь сквозь густые заросли. Прошло почти шесть часов с тех пор, как самолет улетел прочь, и оставалось надеяться, что пилот выжил и успел вызвать спасателей и сообщить о случившемся. В противном случае она совершенно не знала, что делать. Было абсолютно непонятно в какую сторону идти, а левое плечо безбожно болело из-за вывиха, хотя кое-как сделанный из подручных средств бандаж несколько уменьшал боль. Девушка шла уже почти на автомате, понимая, что если остановится, то замерзнет, а с одной рукой разжечь огонь без подручных средств крайне проблематично. Пока Кларк шла, то снова и снова вспоминала произошедшие несколько часов назад события. Небольшой частный самолет, рассчитанный всего на нескольких пассажиров, задрожал уже далеко не в первый раз. Казалось, что вся обшивка трещит по швам и Кларк бросала встревоженные взгляды на единственного пилота, который пытался держать штурвал ровно, но при этом выглядел крайне озабоченным и встревоженным. Эдди Максвелл был опытным пилотом, несмотря на свой молодой возраст. В свои двадцать семь он имел уже почти десять лет стажа, восемь из которых отработал в компании ее матери. Его карьерный рост был весьма впечатляющим — начав с обычного пилота, занимавшегося перевозками небольших грузов компании, он, спустя несколько лет, благодаря своим навыкам дослужился до должности пилота чартерных рейсов. Спустя еще четыре года Эдди Максвелл посадил самолет в аварийной ситуации и спас несколько жизней, благодаря этому он получил должность личного пилота Гриффинов.  — Что случилось? — девушка кое-как смогла подойти к пилоту. Самолет дрожал и ее то и дело шатало из стороны в сторону, один раз даже весьма сильно приложив бедром о поручень. — Что-то с двигателем, я не знаю. Я ищу место для экстренной посадки, но на много десятков миль вокруг лишь этот проклятый лес! — пилот в очередной раз выругался и дернул рычаг. — Думаю, что мы еще не скоро… Неожиданно раздался громкий хлопок и самолет резко накренило влево. Кларк схватилась за кресло пилота, но все же сильно ударилась лбом о железную рейку и почувствовала, как теплая кровь медленно потекла по лицу. — Мисс Гриффин, хватайте парашют и приготовьтесь прыгать! — пилот попытался перекричать гул самолета и даже на секунду обернулся на девушку, чтобы удостовериться, что та его расслышала. — Быстро! Кларк судорожно пыталась сообразить, о чем говорит Максвелл, голова раскалывалась после удара, правый глаз заливала кровь, в ушах стоял противный гул. Лишь после повторного окрика пилота сознание начало проясняться, и она заметила, что одна из турбин самолета горит и из нее валит густой черный дым. Еще пара секунд девушке потребовалась на то, чтобы понять в какой части самолета она находится и вспомнить где лежат парашюты. Самолет все также кренило влево, идти было очень сложно, но Кларк не могла позволить себе остановиться. Найдя среди перевернувшихся ящиков и коробок парашют, она на автомате застегнула все крепления и, прихватив еще один парашют с собой, вернулась к Эдди.  — Откройте дверь и ждите моего сигнала! Мы скоро должны пролетать над рекой и там вам легче будет приземлиться на берег! Я пока стараюсь вызвать спасателей! — пилот все продолжал кричать срывающимся голосом.  — Если все станет совсем плохо — прыгай! — Кларк бросила второй парашют рядом с пилотом. — Наплюй на самолет и груз. Спасайся, понял? Эдди? Пилот лишь быстро махнул рукой и Кларк направилась в сторону двери, открыв ее и дожидаясь сигнала. Самолет вдруг еще раз резко качнуло в сторону, и девушка еле удержалась, чтобы не выпасть наружу раньше времени. — Прыгайте сейчас же! — Но там нет реки! Сплошной лес! — Прыгай! Кларк не помнила, как она заставила себя выпрыгнуть из самолета, хотя раньше и делала это пару раз, но сейчас это было не развлечением и не тренировкой, а вопросом жизни и смерти. На нужной, как показалось девушке, высоте, она дернула за кольцо, раскрывая парашют и выискивая место куда можно было бы приземлиться, но кроме зеленых крон деревьев ничего видно не было. Это отвратительные условия для приземления парашютиста, но выбора не было. Был слышен только хруст веток и вскрики, когда Кларк пыталась схватиться за очередную ветку, но только ударялась, обдирала себе кожу и вновь летела вниз. Когда падение наконец прекратилось, Кларк оказалась подвешенной вниз головой за ногу, зацепившись за стропы. Все тело болело от многочисленных синяков и ушибов, ладони были ободраны и кровоточили, а голова кружилась так, что потребовалось несколько минут на то, чтобы прийти в себя и понять что произошло. Расцепив парашютные крепления на груди, девушка попыталась раскачаться и дотянуться до ветвей деревьев, но ничего не выходило. Либо они были слишком далеко, либо слишком тонкими и не могли выдержать ее вес. Тогда Кларк вынула из кармана складной нож, который чудом не выпал, и принялась перерезать веревку, которая удерживала ее ногу. Провисеть так дальше явно было плохой идеей, а до земли было всего метра два, так что Кларк надеялась, что ничего не повредит себе при падении. Но она ошибалась. Противный звук буквально оглушил ее, а левое плечо пронзила ужасная боль. — Ну вот как можно было так по-идиотски упасть, чтобы выбить себе плечо? — Кларк до сих пор сетовала на себя за то, что не успела сгруппироваться при падении, а ведь ее учили этому. — Еще и куда идти непонятно. Вокруг одни проклятые леса без какого-либо намека на людей! После падения она пыталась осмотреться, но никаких ориентиров заметить не смогла. Даже не понимала в какую сторону улетел дымящийся самолет, потому как за время своего падения любые следы дыма в небе уже рассеялись. Не было слышно и звуков реки, но раз Эдди утверждал, что она должна быть где-то рядом, то значит так и было. Но Кларк ничего не слышала и, похоже, выбрав направление наугад, ушла совсем в противоположную сторону. Она упрямо шла вперед еще какое-то время, но с приближением темноты все-таки пришлось остановиться и подумать о ночлеге. Кое-как наломав еловых веток своими ободранными руками, которые опять начали кровоточить, Кларк легла на импровизированную постель. Чтобы хоть как-то согреться пришлось наломать еще веток и накрыться ими, но это не особо помогало. Она дрожала и понимала, что безопаснее было бы залезть на дерево, чтобы уж точно не стать чьим-то ужином, но сделать это было выше ее сил. Было холодно, хотелось пить, желудок настойчиво требовал еды, все тело болело от многочисленных синяков и ссадин. Не привыкшая к звукам ночного леса, Кларк постоянно вздрагивала и с опаской вглядывалась в темноту. Совсем рядом шуршала трава, где-то треснула ветка, вдали периодически был слышен вой, рык, хлопанье крыльев. В какой-то момент ей начало казаться, что все обитатели леса собрались вокруг и смотрят на нее десятками глаз, готовясь наброситься. Она так и не смогла уснуть и как только начало светать, решила вставать. Тело почти не слушалось ее и отзывалось болью на любое движение. Конечности затекли, рука болела все сильней, голова раскалывалась, кровь засохла и больно стягивала кожу, лопаясь при любом движении. Вокруг не было ни капли воды, чтобы смыть кровь, хотя думалось об этом далеко не в первую очередь, ведь девушка многое бы отдала сейчас за глоток воды. Полежав еще несколько минут после первой неудачной попытки, она медленно постаралась сесть, чтобы немного размяться. Оперевшись спиной о ствол дерева, Кларк аккуратно разминала суставы, чтобы разогнать кровь по телу и, когда голова немного прояснилась, попыталась встать. Голова тут же закружилась, а в глазах потемнело, но все-таки встать получилось. Сделав несколько неуверенных шагов, она обернулась и посмотрела на ствол дерева, где вчера ночью вырезала ножом направление своего движения, потому что своему уставшему разуму она уже не доверяла и идти туда, откуда она пришла, ей очень не хотелось. Кларк не знала сколько она уже идет. Солнце пробивалось сквозь кроны деревьев, но понять по нему время было невозможно. Сначала ей везло — участок леса был ровным, без особых зарослей кустарника и буреломов, но вскоре удача закончилось. Начали попадаться небольшие овраги, поначалу девушка их обходила, но вскоре они становились все больше и это стало заниматься слишком много времени, поэтому она просто спускалась в них и поднималась наверх по торчащим из земли корням деревьев. При очередном спуске она споткнулась и несколько метров пролетела вниз по пологому спуску, упав в устланное прошлогодней листвой и хвойными иголками дно оврага. Кларк была бы даже и рада такому, потому что боли при падении она уже не ощущала, а на листве лежать было так тепло и мягко, но раздавшееся внезапно совсем рядом шипение и шорох листвы заставил ее вскочить на ноги и отпрыгнуть в противоположную сторону. Присмотревшись к месту, откуда доносился звук, она увидела свернувшуюся клубком змею буквально в метре от места своего приземления. Больше в овраги она не спускалась, даже если для этого приходилось делать большой крюк. К вечеру Кларк вышла на поляну, в центре которой стоял дом. Кларк удивленно заморгала и даже потерла глаза рукой, чтобы убедиться, что это не игра ее изможденного рассудка. Она наткнулась на дом посреди леса, только обитаемый ли? И кем?  — Эй? Есть кто живой? — в девушке боролись противоречивые чувства. Она была очень рада наткнуться хоть на какие-то признаки цивилизации и человека, но с другой стороны какой-то липкий страх начал пробираться в подкорку, оживляя все ранее увиденные сцены из фильмов ужасов и придумывая новые. Ей вспоминались и беглые преступники, и религиозные фанатики, и каннибалы. Обитай здесь хоть кто-то агрессивный — она обречена, потому что не сможет постоять за себя в таком состоянии. Кларк неуверенным шагом подошла ближе, осматривая сам дом и стоящие рядом несколько небольших построек. Дом был похож на классический охотничий домик из журналов, только двадцатилетней давности. Он был построен из срубов, крепкий и надежный, к тому же не маленький — внутри явно была не одна комната. На самой поляне вокруг дома тут и там стояли врытые в землю деревянные столбики, на которых висели пучки какой-то сушенной травы, но Кларк совершенно не чувствовала от нее никакого запаха. Справа от дома был небольшой сарай и пень для рубки дров. Девушка снова позвала возможных хозяев дома, но никто не откликнулся. Тогда она решила подойти ближе. На земле вокруг пня были следы свежих опилок, а сам сарай был доверху набит дровами. — Значит дом был все же обитаем, вопрос только в том, кем был его хозяин. — не успела Кларк додумать эту мысль, как, повернув за угол сарая, увидела П-образную железную раму, с которой свисали окровавленные железные крюки. От неожиданности и внезапно накатившего страха она резко попятилась назад, но сразу заставила себя остановиться, так как смогла разглядеть кому принадлежали куски висевшего на крюках мяса. Это явно были кролики и, возможно, косуля или кабан. К столбам рамы были привязаны такие же пучки трав, а под висящим мясом вырыта яма глубиной в метр, дно которой украшали торчащие деревянные колья.  — Ну ты и паникер, Кларк Гриффин. — девушка шумно и с облегчением выдохнула. Сердце все еще бешено стучало от испуга, но первоначальные страшные образы окровавленного мяса уже отступали. Она надеялась, что это летний домик какого-то охотника и он сможет отвезти ее в ближайший город. Вот только никаких следов машины не было и близко, но она старалась об этом не думать. Обойдя вокруг дома, она обнаружила деревянные рамы с натянутыми на них шкурами, небольшой огородик, закрытый спуск в подвал и одинокую могилу. Было видно, что за ней постоянно ухаживали - контур могилы вокруг украшали гладкие ровные камни, не было никаких сорняков, а растущие вокруг цветы были явно посажены человеком. На аккуратном деревянном кресте висела небольшая табличка - "Лиа. Р. 25.07.1992 - ...". Это сильно озадачило Кларк, и, не зная что об этом думать, она решила вернуться к входной двери. Медленно подойдя к ней, девушка неуверенно постучалась несколько раз, но ответом ей все также была лишь тишина. Кларк медленно открыла дверь и заглянула внутрь, но также не заметила присутствия хозяина.  — Эй, есть тут кто? — девушка неуверенно шагнула внутрь и прикрыла за собой дверь, осматриваясь. Ей было не по себе от того, что она фактически вломилась в чужой дом. — Я зашла. Внутри дом был довольно просторным и светлым. Кларк оказалась в кухне — большой комнате с четырьмя или пятью окнами, у которых все стекла на удивление были целыми и имелось даже подобие шторок из зеленой клетчатой ткани. Слева вдоль стен стояли кухонные тумбы, над ними к стене были прибиты держатели для всякой кухонной утвари — здесь висели сковородки, ножи, кованые ложки и вилки. На нескольких полочках стояли стеклянные небольшие баночки с разными травами, в одной даже был мед. Там же, слева, была и дровяная печь с дымоходом. Справа, вдоль стены, стоял длинный деревянный стол красноватого оттенка, на котором лежал мясницкий топор. В тот же момент Кларк поняла откуда у стола такой оттенок — на нем много лет разделывали добычу. В центре стоял большой обеденный деревянный стол, за которым могла есть большая семья. Только вот стул был один. Кларк медленно прошла по коридору к следующей комнате, где увидела что-то похожее на мастерскую. У стены стоял верстак, возле другой — большая наковальня. В углу стояло несколько копий, большие столы были завалены множеством каких-то мелких деталей и веревок. Но в шок повергло девушку то, что возле стола лежала небольшая кучка белоснежных костей. Чьи это были кости, девушка разглядеть и понять не успела, потому что за своей спиной она почувствовала чье-то дыхание, а затем угрожающий рык. Что происходило дальше, воспринималось с трудом, потому что от резкой встречи собственной головы, которую схватили чьи-то сильные руки, с дверным косяком, сознание помутнело. Чувство падения на пол, над ней навис темный размытый силуэт, и она не могла понять, кто же перед ней. Затем ее грубо схватили за ногу и поволокли в другую часть дома, где приподняли за грудки и бросили в дальний угол темной комнаты. Кларк закричала от резкой боли в больной руке и ее сознание внезапно прояснилось. Она увидела перед собой человека, одетого в кожаные свободные штаны, высокие сапоги и потрепанную клетчатую рубашку. Кларк видела длинные темные волосы, убранные в замысловатую и небрежную прическу, женское лицо с ярко зелеными глазами, зрачки которых были сильно расширены. Смуглая кожа, на которой виднелось несколько грубых шрамов, правильные черты лица — девушку безусловно можно было назвать красивой, если бы не угрожающая темная раскраска вокруг глаз, безумный взгляд, которым она смотрела на Кларк и грозное рычание, что вырывалось у нее из груди. Хозяйка дома резко двинулась к лежащей на полу Кларк и села ей на ноги, не позволяя встать и пресекая любые попытки к бегству. Она резко схватила край футболки и дернула вверх, но в этот момент блондинка все-таки вернула себе контроль над телом и попыталась оттолкнуть разъяренную девушку. — Что ты делаешь?! — Кларк здоровой рукой схватила девушку за запястье и попыталась остановить. — Хватит! Прошу! Но ее сопротивление явно только еще больше рассердило сидящую сверху, потому что она грубо вырвала свою руку из чужой хватки и теперь с силой прижимала руку Кларк к полу, пока другой все старалась задрать ей футболку.  — Что тебе нужно?! — Кларк снова дернулась под девушкой, явно понимая, что сопротивление тут бесполезно, но не желая молча бездействовать, пока ее насилуют. Очередным резким рывком ей удалось высвободить одну ногу и с силой пнуть зеленоглазую в грудь, откидывая от себя. — Пусти! Но не успела Кларк встать как на нее снова бросились и сразу же последовал удар кулаком в челюсть. От неожиданности и резкой боли перед глазами все поплыло, а ноги подкосились и она снова упала на пол. Послышался звук разрываемой ткани. Она лежала, не в силах больше сопротивляться, наблюдая за изучающим взглядом брюнетки, которая исследовала ее живот и бока, как будто желая найти там что-то конкретное. Ничего не найдя, та быстро встала и резко перевернула ее на живот, снова садясь сверху и задирая куртку с остатками футболки. Кларк чувствовала, как почти горячие пальцы прошлись по ее пояснице, но спустя несколько мгновений девушка встала и вышла из комнаты, а когда вернулась, то несла в руках веревку, которой привязала свою пленницу за ногу к железной трубе у стены комнаты. После, даже не оглянувшись, вышла, хлопнув дверью и оставив Кларк наедине со своими мыслями, страхом и болью.