Часть 33
30 марта 2016 г., 12:53
POV Катя Пушкарева
Какая же я дура, зачем открыла двери даже не посмотрев в глазок? Ведь Андрей мне сказал, что позвонит, почему же я решила, что это Андрей? Ладно, что теперь каяться-то, задним числом? Теперь думать нужно, что делать дальше.
Интересно, что такое Сашка мне уколол, что я так поплыла? Хотя… какая разница что мне укололи, важно, как мне отсюда выбираться. То, что я должна делать вид, что ничего не помню, ничего не знаю, это даже не обсуждается.
Значит так, пока могу, делаю вид, что без сознания, если вдруг заметит дергающийся глаз или шевеление, буду делать вид, что только что пришла в себя и, что у меня амнезия. Скажет, что я его жена буду делать вид, что верю, от поцелуев и близости всегда можно уклониться, ссылаясь на плохое самочувствие. Главное не злить Сашку и не перечить ему, только так можно будет узнать о его планах.
Очень важно, чтобы он мне доверял, тогда можно будет попытаться остаться с врачом наедине и передать ему записку или сказать, что я заложница. Мои мысли были прерваны звуком открывающейся двери. Я сразу же закрыла глаза.
— Ну, как ты тут, королева моя, моя спящая красавица? Уже вечер, нужно мыться и ложиться спать. Сейчас я тебя вымою, а ты за это разрешишь мне немножко полежать рядом с тобой, — Александр стал снимать с меня одеяло и я с ужасом поняла, что под одеялом я совершенно голая.
Да не стану я делать вид, что я без сознания. Терпеть его прикосновения и поцелуйчики, это выше моих сил. Сейчас как раз удобный момент прийти в себя. Да и вообще пора начинать действовать, родители там с ума сходят, и Андрюша тоже. Наверное меня ищут. Я пошевелилась, облизнула губы и тихо сказала: — Пить!
Сашка резко выпрямился, и посмотрел мне в глаза, которые я то приоткрывала, то закрывала, делая вид, что я все еще в пограничном состоянии.
— Ты хочешь пить? — осторожно, словно не веря своим ушам, переспросил он.
— Пить, — произнесла я чуть более отчетливо.
— Сейчас, моя красавица, сейчас, — Сашка бросился из комнаты и уже через мгновение вернулся с полным стаканом воды.
— Холодно, — прошептала я сделав несколько глотков, — и Сашка поспешно укрыл меня одеялом.
Я делала вид, что очень слаба, поэтому долго молчала, словно отдыхая от произнесения трех слов и пары глотков воды, затем спросила: — Кто я?
Сказать, что Сашка обрадовался — это ничего не сказать, он решил, что может начать свою игру, потому ему очень повезло — у меня амнезия.
— А ты не помнишь? Бедная ты моя. Тебя зовут Катя, Катенька. Вспоминаешь? — я отрицательно помотала головой, Сашку это обрадовало и дальше он начал врать без зазрения совести, — Ты пришла работать ко мне на фирму экономистом два года назад, мы полюбили друг друга и два месяца назад поженились.
— А как тебя зовут?
— Меня зовут Александр. Ты вспоминаешь хоть что-нибудь?
Я снова отрицательно покачала головой и демонстративно посмотрела на свою правую руку. Потом, сделала вид, что пытаюсь вспомнить, помолчала и снова отрицательно помотала головой.
— А что со мной случилось, Александр?
— Зови меня Саша, как раньше.
— Хорошо. Саша, что со мной случилось? Почему я ничего не помню?
По мере того, как Сашка рассказывал мне «мою историю», с каждым новым словом, произнесенным им, я все больше убеждалась, что не ту профессию выбрал Александр Юрьевич Воропаев, ему бы в фантасты или в актеры, миллионером бы стал!
— У меня была фирма, Катенька, прочная и устойчивая. Это была компания-разработчик программного обеспечения для телекоммуникационной отрасли. С твоим приходом в компанию, дела вообще пошли в гору, потому, что ты очень хороший экономист. А потом… — мне было очень хорошо видно, что Сашка придумывает на ходу, что у него не было домашней заготовки, стало даже интересно, что на что способна его фантазия, — потом Катюша, случилась беда.
Сашка взял меня за руку, закатил глаза, тяжело вздохнул и продолжил.
— Одному криминальному авторитету приглянулась моя фирма и он решил прибрать ее к рукам. Мне угрожали, меня даже избивали несколько раз, но я не поддавался. И тогда… Тогда… — Сашка всхлипнул, — они похитили тебя, — он больше не мог сдерживаться, глаза его разгорелись праведным гневом, губы дрожали, а руки нервно начали стискивать мою руку.
Честное слово, он сам верил в то что говорил. Да что там он, я и то готова была ему поверить. Нет, он явно заслуживал «Оскара» за лучшую мужскую роль!
— От меня потребовали переписать фирму на имя этого авторитета. И я… Катенька, я не мог оставить тебя в их лапах, они все рассчитали верно, знали, сволочи, что больше своей фирмы, больше своей жизни я люблю тебя. Знали, что я пойду на все их условия, если тебе будет грозить опасность! Но я их обманул, Катенька. Я скрыл от них один филиал. Понимаешь?
Я кивнула, потом сделала вид, что мне стало страшно. Если говорить честно, то все было наоборот, мне не нужно было делать вид, что мне страшно, мне на самом деле было страшно рядом с этим безумцем. А вот то, что я ему верю и ничего не помню — это нужно было играть.
— Зачем ты это сделал, они снова меня похитят!
— Нет, моя королева, больше нас никто не разлучит. Об этом месте никто не знает. Сюда приходит только доктор, чтобы тебя лечить. А доктор старый друг нашей семьи и никогда нас не предаст.
«Ага, — подумала я, — старый друг семьи, как же. Который не знает, что ты холост и которому ты платишь за визиты».
— Катенька, я не мог поступить иначе, я не хочу, чтобы ты нищенствовала. Поэтому я и скрыл один свой филиал. Мы будем ежемесячно получать оттуда деньги. Но нам нужно быть очень аккуратными. Как только ты выздоровеешь окончательно, мы улетим с тобой за границу. По чужим паспортам.
Теперь мне окончательно стал понятен план Александра Юрьевича. Все, кроме одного — зачем я ему нужна? Мне необходимо было остаться одной, чтобы хорошенько обдумать ситуацию и придумать свой собственный план.
— Саша, ты не мог бы дать мне пижаму или ночную рубашку, или халат, мне очень холодно. А потом оставь меня одну, пожалуйста, я устала и хочу спать.
***
Еще в то страшное утро, когда Игорю пришлось все рассказать Катиным родителям, а затем уехать, чтобы сообщить в милицию, между Ждановым-младшим и Пушкаревыми состоялся очень серьезный разговор. Андрей рассказал, что он расстался со своей невестой, что очень любит их дочь и что, как только Катю найдут, он немедленно на ней женится. — Андрей Павлович, вы не могли бы пожить у нас, вон хоть в Катиной комнате. Я за Лену боюсь. Боюсь оставлять ее одну, боюсь, что она не переживет ожидания. А когда вы у нас, Лена занята то пирожками, то супами, то стиркой, то разговорами с вами. Она ведь вас уже, как сына любит. Да и самому мне, если честно, то страшно оставаться один на один с бедой. — Конечно, Валерий Сергеевич, я сам хотел попросить вас об этом же. Вы же мне теперь не чужие и беда у нас общая. А когда я с вами, мне тоже не так страшно. — Андрей немного лукавил, ему очень хотелось остаться одному, напиться, разбить посуду, но он понимал, что это все равно не поможет найти Катюшу, а Катенькины родители очень нуждаются в его поддержке. Таким образом квартира Пушкаревых превратилась в штаб-квартиру, и Елене Александровне некогда было погружаться в свою боль и свой страх. Нужно было отвечать на телефонные звонки, готовить и принимать участие во всех совещаниях. Именно сюда стекались все данные, именно сюда приходили все задействованные в поиске Кати. Вот и Виктория, после встречи с Кирой, пришла именно сюда, в квартиру Кати Пушкаревой, бывшей ненавистной соперницы по работе.
