Другой мир

Утром я не сразу понял, где нахожусь. Началось все с того, что разбудил меня шлепок по лицу. Открыв глаза, я уставился прямо в драконью морду и... едва не заорал от ужаса. Собственно, я хотел заорать, даже рот уже открыл, но дракон вдруг полез лизаться, так что я поперхнулся криком и закашлялся, отплевываясь. - Тьфу, тьфу, в рот-то зачем лезть? Кош - а это был именно он, просто с перепугу я все забыл - обиженно засопел и начал сползать на пол, но я удержал его, подхватив ладонью под живот. Тяжелый, однако, килограмм пятнадцать - двадцать, не меньше. И как я этого вчера не заметил? - Извини, Кош. Это я со сна не разобрался. О том, что я прощен, мне сообщили немедленно, облизав в порыве нежности лицо, шею и руки, которыми я пытался закрыться. Так что отмазаться от утреннего купания мне уже была не судьба. Спустившись к завтраку, я получил лепешки и небольшую миску с творогом, слепленным в шарики размером с куриное яйцо. Шарики были немного солеными, а к ним полагался напиток вроде нашего зеленого чая, пахнущий травками, и махонький горшочек меда. По крайней мере золотистая тягучая масса была определена мною как мед, а потом опробована, чтобы подтвердить предположение. Кошу подали курицу, которую он вполне благосклонно принял и тут же захрустел своим завтраком, радостно урча. При этом он вновь взгромоздился на стол, и мне показалось, что мой дракоша, или драуш, как их тут называли, немного подрос со вчерашнего дня. Понаблюдав за ним минуту, я решил, что все-таки мне это кажется, и выбросил все сомнения из головы. Мед – единственная сладость, которую я любил и мог потреблять в любых количествах. Помню, ребята даже смеялись, что надо было позывной брать не Гром, а Медведь. Так что, щедро полив творог медом и бухнув остатки в чай, я принялся за трапезу. Ну да, соленый творог с медом – то еще извращение, но что поделать, если люблю. Позавтракав, я поинтересовался у хозяина, нельзя ли у кого-нибудь одолжить или выкупить обувку, а то моя износилась настолько, что ходить приходится босиком. - Я куплю себе сегодня все необходимое, но до торговцев надо еще дойти. Хозяин пообещал решить мою проблему и через пару минут вернулся, неся уже знакомые плетеные «тапочки», в каких тут ходили все. Хотя нет, не все: на стражниках, помнится, были сапоги, а вот что было на ногах у всадников - я не запомнил. - Это моего сына. Он надевал их всего два раза. Если по ноге будут, так можешь не возвращать. Моему-то малы уже стали. - А сейчас сын где? - Служит, - вздохнул хозяин. – Уже три года отслужил в городском ополчении, еще два осталось. И домой их только раз в месяц из казарм отпускают, да и то если не провинятся. А он у меня парень бедовый, так что за три года я его всего шесть раз и видел. - Понятно, - я помолчал, собираясь с мыслями, а потом попросил совет, где мне можно недорого вещички прикупить. - Торговая площадь вниз по улице, второй поворот направо - там найдешь что надо. Поблагодарив хозяина, быстро доел, обулся и, свистнув Коша, отправился искать местный рынок. «Тапочки» немного жали, но я решил, что пару часов выдержу. Торговая площадь была похожа на наш рынок, с той только разницей, что сначала здесь шли открытые ряды без каких-либо навесов, а торговля производилась с телег или небольших тачек. В основном тут продавали готовые продукты вроде пирогов, молока, овощей, фруктов и каких-то трав. Торговцы громко зазывали покупателей, даже хватали за руки. Тут мне очень пригодился Кош: умостившись на моем плече, он шипел на всех, кто пытался привлечь мое внимание подобным образом, правда, через полчаса я уже не чувствовал ни плечо, ни спину. Тяжелый все же у меня дракоша. Потом начинались крытые ряды, где уже торговали готовой одеждой, оружием и прочей мелочевкой. Тут торговцы вели себя потише. В противоположном от входа углу находились всевозможные лавки с витринами и яркими вывесками, которые сами по себе являлись рекламой, а также несколько закусочных, где уставшим покупателям можно было присесть и перекусить под зонтиками. Все это было разделено широкими проходами и называлось, соответственно, нижний рынок, средний и верхний. Побродив по среднему рынку, я прикупил себе несколько рубах и пару брюк, прикинув размер на глаз. За все это я заплатил всего одну серебряную монету, попутно разобравшись, что в ходу здесь два вида монет. Самые популярные - медные, серебряные и золотые - были мелкими, размером примерно с наш железный рубль, и назывались орлами. На одной стороне у них был выгравирован летящий орел, а на другой - руна, которой эта монета обозначалась при письме. Но ходили и более крупные монеты, правда, только золотые и серебряные. Вместо орла на них изображался парящий дракон, и назывались они, естественно, драконами. Так вот, та монета, что я отдал за проживание в гостинице, оказалась золотым драконом, потому хозяин и обрадовался столь щедрому постояльцу. Выяснив эти сведения о местной валюте, я порылся в своем – теперь уже своем – кошельке и обнаружил в нем два золотых, пять серебряных и с десяток медных орлов, а также четыре серебряных дракона. Тут же у говорливой продавщицы я выяснил, что один золотой дракон равен пяти серебряным драконам, трем золотым или пятнадцати серебряным орлам. Один золотой орел соответствовал пяти серебряным орлам или пятидесяти медным. Увы, за нормальной обувью пришлось идти в лавки, готовая здесь не продавалась, если не считать все те же «тапочки». Ходить по магазинам я всегда ненавидел, а потому, окинув тоскливым взглядом верхний рынок, зашел в первую попавшуюся закусочную, чтобы подкрепиться перед столь ответственным мероприятием. За одного серебряного орла мне здесь продали местный травяной чай с медом и солидный кусок сладкого пирога, который я охотно разделил с Кошем. Свою долю я не доел, просто не влезло, зато дракоша не отказался от добавки. Сидел я, значит, попивал свой чай, слушал, как Кош дожевывает пирог, никого не трогал и тут увидел, как трое парней, весьма таких не маленьких, пытаются куда-то затащить молоденькую девицу лет шестнадцати. Та мужественно отбивалась, время от времени доставая своих обидчиков ногами, отчего те шипели, но руки своей добычи не отпускали, продолжая тащить ее за собой. Некоторые люди, идущие мимо, останавливались, пытались вступиться, но только на словах, а когда троица на них огрызалась - замолкали, явно не зная, что же делать. Какая-то дама в возрасте начала кричать, призывая стражу, и один из парней замахнулся на нее, собираясь то ли толкнуть, то ли ударить. Честно говоря, я поначалу встревать не собирался. Нет, если бы девица закричала, зовя на помощь, я бы помог, а так… Откуда я знаю, кто они такие? Вдруг она преступница, а парни - местная милиция, на лбу же не написано? Помогу ей бежать и огребу на полную катушку за содействие криминальному элементу. А вот когда старушка начала звать стражу, до меня дошло, что никакого отношения к правоохранительным органам эти ребята не имеют. К тому же, я терпеть не могу, когда бьют дам, даже самых горластых. Вскочив на ноги, я в два прыжка оказался на месте «боевых действий» и успел перехватить занесенную над бабулей руку, выкрутив в болевой захват, а любитель бить женщин, согнувшись пополам, взвыл не своим голосом. А тут еще и бабулька – боевая дама – подмогла: нанесла удар носком своего «тапка» по щиколотке «несчастного». Не думаю, что ему было от этого так уж больно, но, попытавшись встать на одну ногу, он добился того, что плечу стало намного больнее. Одновременно с этим второй нападающий ринулся на подмогу своему приятелю, оставив девушку на попечение третьего дружка. Тут уже она не растерялась: меткий удар в переносицу - и вот девица уже свободна, тогда как ее жертва орет и заливает свою нарядную рубашку кровью из носа. Следующий удар девушка нанесла в самое неподходящее у каждого мужчины место, отчего ее противник осел на землю, подвывая тоненьким голоском и держась за напрочь отбитые яйца. Бедняга! Я тоже времени зря не терял и швырнул своего увечного на второго нападающего - ребятки врезались друг в друга и компактной кучкой улеглись на землю, довольно колоритно ругаясь. Между тем, отделавшись от нападавших, девица не сбежала, покидая «поле боя», хотя рядом уже слышалось знакомое по вчерашнему вечеру бряцанье железа. Она подошла ко мне, встала рядом и протянула руку: - Благодарю. - Не за что, - я ответил рукопожатием, и тут те двое, которых я уложил, начали подниматься. Конечно, до черного пояса мне далеко, - все-таки летчиком я был, а не спецназовцем, - но кое-чему нас все же учили на тот случай, если собьют, не дай боже, и придется выбираться своими силами. Удар в челюсть и солнечное сплетение одному, ногой по колену второму - и оба вновь лежат на земле, только теперь не матерятся, а подвывают, вторя своему товарищу. Красота! А тут еще Кош радостно скачет между пострадавшими, повизгивая от удовольствия. Прибывшая на место драки стража, в количестве десяти человек, тут же окружила нас, оттесняя зевак. Только та гневливая старушка, что первая подняла крик, не пожелала убраться, а растолкала стражников, заявляя, что она свидетель, и подошла к месту разбора. - В чем дело? – грозно вопросил начальник патруля. Кош тут же подлетел ко мне и опустился на плечи, раскрыв крылья и зашипев. Вот уж кто меня в обиду точно не даст! Если бы он еще поменьше весил… Эх… - В том же, в чем и всегда,- не дала нам бабулька и рта раскрыть. – Лашур со своими дружками давно нарывался, вот наконец-то и получил по заслугам. Тут и девица заговорила, гневно сжимая кулаки и презрительно глядя на тройку побитых парней. Смех и грех, в общем. Оказалось, что тот, которому она нос разбила, сын какого-то крупного торговца и большой шишки, поэтому с ним никто связываться и не хотел – боялись. А она дочь мелкого лавочника, на которую этот красавчик глаз положил. Сначала он нормально ухаживал, но жениться не собирался, поскольку девица хоть и красивая, но не ровня его семье в финансовом вопросе. Потом начал некрасиво домогаться, а финалом стала попытка похищения, которой я и помешал. Шуя - так девушку звали - оказалась не робкого десятка, к тому же дочерью торговца оружием, бывшего воина, а папа, за неимением сыновей, обучил ее кое-чему из воинских приемов. Вот она и испробовала папину науку, когда нужда пришла. Пока двое за руки тащили – вырваться не могла, все же силы неравны, а как я двоих отвлек, оставив ее на попечение горе-похитителя, тут он и получил все, на что нарывался. К концу разборок на месте появился отец Шуи, которому доброжелатели донесли, что его дочь тут прилюдно чуть не изнасиловали. Мужик прибежал, пылая праведным гневом, так что трем стражникам пришлось его держать, а то бы он наверняка этих любителей попользоваться молоденькими девушками по площади размазал. Дочка, оказывается, ему ничего про домогательства не рассказывала, за что теперь получила от папаши нагоняй, хоть и словесный. Потом дали слово мне. Я рассказал, как все было, под утвердительные кивки свидетелей и урчание Коша. В общем, когда все разрешилось, пострадавших утащили в лазарет, пообещав, что они непременно принесут извинения Шуе и ее отцу, а меня попросили пройти со стражниками, чтобы составить протокол. И здесь бюрократия! Казармы стражи располагались на площади, перед дворцом. Раскрытые кованые ворота привели нас во двор, в котором попарно тренировалось несколько воинов, махая мечами и длинными палками. С двух сторон двор окружали одноэтажные длинные здания, явно казармы, а с третьей стороны стояли два здания покороче. Из одного выходили солдаты, сыто вздыхая, да и пахло оттуда соответственно, так что я безошибочно определил столовую. А меня повели к самому дальнему - видимо, именно там размещалось начальство. Дойти туда без приключений не успели. Я уже почти стоял у двери, когда она с грохотом отворилась, и на пороге вырос здоровый такой мужик, держащий в руке железяку, напоминающую меч. Позади него звучали крики, за моей спиной кто-то тоже что-то заорал, только мне уже было не до этого. Кош взвился вверх, яростно рыча, и время замедлилось, как всегда бывало в боевой обстановке. Взревев, мужик замахнулся на меня своей железякой, а я шагнул в сторону, перехватил его руку и помог продолжить движение, теряя равновесие, и тут же моя нога двинулась ему навстречу. Удар коленом! Мужик согнулся, меч выпал, а дальше я добил ребром ладони по шее. Всё! Враг повержен. Стража… Оглянувшись, я увидел, что все стражники - и те, кто бежал за мужиком по коридору, и позади меня - стоят и смотрят на меня разинув рты. - Как это? – выдохнул наконец какой-то парнишка в мундире. – Без оружия? Барка? - Он сам упал, - усмехнулся я, – я только немного помог. К тому же, я с мечом обращаться не умею. - Как это? – раскрыл рот все тот же парень, а седой мужчина, стоявший позади него, впился в меня внимательным взглядом, а затем улыбнулся, слегка прищурившись. - Ты с востока, – понимающе покивал он. – Не хочешь пойти к нам на работу? - Так я же оружием не владею, разве что ножом, да и то немного. - Зато руками можешь то, что мои ребята не могут. Будешь их учить. Четыре золотых дракона в декаду. - Давайте попробуем, - пожал я плечами, все равно мне работу нужно было искать. Кош над моей головой одобрительно заурчал.