Она....

Автор главы: Мерривен Уинтер. От Мерривен: дикие извинения, я - огромная, ленивая задница. И забывчивая, память у мну, как решето. Вот 4 глава, приятного прочтения xd Ночью Ваня долго ворочался из стороны в сторону, не в силах заснуть. Перепалка с сестрой не выходила из головы, и хоть Брагинский успокаивал себя мыслью, что обязательно поговорит с Наташей и помирится с ней, но душа всё равно была не на месте. Снова он не сдержал эмоций и поругался с сестрой, только уже с Наташей. И опять, как ни странно, из-за парня. Франциск, конечно, даже отдалённо на Федьку не похож. Но их последний разговор, в котором француз рассказал о своей возлюбленной Маргарет, заставляет русского одёргивать сестру всякий раз, когда они с Бонфуа сближаются. Только Иван приметил в себе саднящее, горькое чувство, возникшее при виде Франца и Наташи. Снова непонятное чувство ревности? Или боязнь за влюбленность сестры "не в того"? Как бы то ни было, сейчас Иван переживал больше за то, что может не успеть поговорить с Наташей, а та действительно сбежит, подобно Оле несколько лет назад. И здесь Брагинский невольно начал пугаться сильнее, чем в прошлый раз. Конечно, потерять старшую сестру - не лучше, но ей хотя бы было, куда идти. Наташе же, по сути, некуда, только если Франциск великодушно не предложит улететь во Францию. А всё из-за их ругани и... совсем не сестринских чувств младшей сестры к самому Ивану. Это сложно не заметить, за этими ревнивыми и хмурыми взглядами Наташи на посторонних девушек, с которым общался Ваня, и слишком озабоченным беспокойством за брата. Были в прошлом и моменты, которые даже сейчас вызывали смущение и краску на лице. Иван, будучи подростком, считал, что это увлечение пройдёт, но вот они уже вполне взрослые, а Наташа так и не воспылала ко своему старшему брату сестринской любовью. Что поделать, если они родственники? Ваня любил младшую сестру, но не одобрял подобных отношений с ней. Правда, даже он не очень-то уверен в том, что питает к Наташе исключительно братские чувства, особенно если вспоминаются Франциск и сестра... Тьфу, вот что у Брагинских всё не как у людей? Сон не шёл к Ивану, и тот поднялся и сел на край кровати, сдавшись предпринимать бессмысленные попытки заснуть или задремать на пару минут. Как назло, вспомнился момент ссоры с Олей, за который Ваня до сих пор простить себя не может... " - Нет, я видеть не хочу Альфреда в нашем доме. - Да почему?! Ольга смотрела в холодное, невозмутимое лицо Ивана, пытаясь понять, шутит он или действительно такой серьёзный. Ей не верилось, что брат так резко отреагировал на её парня, Альфреда, которого знала уже несколько месяцев. До сих пор она не хотела рассказывать об этом брату и сестре. Сначала потому, что не была уверена в Джонсе, потом боялась признаться, а затем начала долго готовить сюрприз семье. Но если Наташа отреагировала на гостя вполне себе нормально, то Ваня отчего-то сразу обозлился на Альфреда, хотя тот с уважением и со всей вежливостью обратился к нему. Брат его даже не знает! А уже начал бунтовать и раздражаться, наверняка только потому, что Джонс - американец! - Он мне не нравится. Сколько раз ещё мне это нужно повторить? - медленно проговорил Ваня. У Ивана уже дрожали руки, сжатые в кулаки, и ему с трудом удавалось сдерживать злость. Мало того, что этот напыщенный индюк подставил русского и всю его семью в прошлом, хотя тот прекрасно знал о проблемах Брагинских, так теперь он запудрил мозги Ольге! Некогда добродушная, весёлая и приветливая девушка начала превращаться в спесивую, циничную и грубую шалаву, убегавшую ночью неизвестно куда в откровенной одежде, а потом возвращаясь в абсолютно невменяемом состоянии и побоями и царапинами на теле. А утром, на все расспросы и тирады, Оля отмахивалась и произносила грубое: "заткнись, надоел". - Да ты его даже не знаешь! Он только появился, а тебе уже нужен повод покричать и вообразить себя главным! - внезапно закричала сестра, чем поразила даже спокойного обычно Ивана. Брагинский секунду помолчал, после чего стиснул зубы и тоже повысил голос: - Мне достаточно того, что я вижу! Ты со стороны себя видела? Понимаешь, чего ты творишь?! Наш отец в больнице лежит, еле живой, а ты даже часу не можешь улучить для того, чтобы с ним повидаться! Тебя с работы вышвырнули, потому что ты то отсыпаешься дома, прикрываясь "болезнью", то шляешься где-то и бухаешь! Печень запасная есть? И лёгкие не жалко? И наши носы с Наташей, когда тебе в очередной раз приспичит закурить?! - Какая тебе вообще разница, что я делаю? - тихо прошипела Ольга, почти сразу срываясь на крик. - Тебе бы только покомандовать и последить за каждым моим вздохом! Везде, ВЕЗДЕ, тебе нужен контроль над всеми и каждым! Ты случайно не забыл, что здесь Я старшая?! Именно Я вам с Наташей растила вместе с отцом, пока вы ещё под стол только ползти умели! Именно Я начала первой работать! А теперь почему-то это я должна слушаться ТЕБЯ! Да кем ты себя возомнил?! - Да ты сама не видишь, что попала под дурное влияние! Была доброй и милой, а стала распущенной девкой, которая вообще не слышит, что ей говорят! - со злостью в голосе произнёс Ваня. - Вот именно! - голос Ольги задрожал, на глаза поступили слёзы. - Как только ты занял моё место, я уступила тебе и стала тебя слушаться фактически во всём! "Оля, не кури, это вредно" - я послушалась. "Никогда не соглашайся на выпивку" - и я снова подчинилась. Не ходи туда, не делай это, будь осторожна, не будь такой-то, не будь сякой, и я всегда тебя слушалась! - Ты меня сейчас за диктатора сейчас выставляешь? - хмуро и мрачно поинтересовался Иван. - Я беспокоюсь о тебе, ты всё-таки моя сестра! Это вполне нормальные замечания и предостережения... - Нет! - вновь крикнула Ольга, вытирая слёзы тыльной стороной ладони. - Я позволяла тобой манипулировать и контролировать каждый мой шаг! Я думала до сих пор, что это во благо нашей семьи, но оказалось наоборот! Тебе выгодно, когда все происходит по твоей указке! - Что ты вообще несёшь?! Ты хоть понимаешь, что ты говоришь?! - вновь сорвался на крик Иван. - Я слушалась тебя, забывая, что старший вовсе не ты! Я, может, только начала жить нормально, только потому, что перестала слушать твои запреты! Если бы не Альфред, хрен бы я узнала жизнь вне стен этого сраного дома! - Оля, послушай... - С Альфредом мне действительно хорошо! Я не могу перечислить, сколько он сделал! ДЛЯ МЕНЯ! - Оля! - С ним я чувствую себя, настоящую, независимую от всяких тупых запретов! Только после него я почувствовала себя свободной...! Слова девушки прервал лишь громкий стук кулаком по столу. Ольга от неожиданности громко и испуганно вскрикнула, попятившись назад, глядя на брата. Ивана, склонившегося над столом, просто трясло, в глазах горел безумный и злой огонь, лицо выражало гнев. Сглотнув, Оля осторожно и несмело подошла к нему. - Ваня...? - тихо окликнула она его, медленно протягивая дрожащую руку к плечу. - Не смей меня трогать! - разозлённый не на шутку брат отдёрнул руку Ольги и оттолкнул от себя. - Значит, свободы тебе не хватает?! Значит, независимой себя чувствуешь?! В демократку превратилась?! Тогда вали отсюда, раз здесь так плохо и ужасно! Оля отшатнулась к выходу, чувствуя, как внутри холодеет и сжимается сердце. Впервые она видит Ивана таким злым и безумным, что к нему было страшно даже подойти. И ещё никогда брат так не кричал, срывая голос... - Проваливай отсюда! Мне плевать, куда ты пойдёшь, хоть с Альфредом в Америку, мне насрать! Коли с ним так хорошо, то и будь с ним! А здесь я не желаю тебя видеть, свободная и независимая ты наша! - Брат... - прошептала Оля, не веря своим ушами. - Ты не та Оля, что я знаю! И не сестра мне! Катись отсюда уже! Это окончательно добило девушку. Ольга всхлипнула, дав волю слезам и своим слезам. На какой-то короткий миг она пожалела, что наговорила такого, чего, на самом деле, может и быть. Однако обида и злость разъедало её изнутри, в ушах продолжали прокручиваться слова Вани: "не сестра мне!". Не выдержав, Оля развернулась и побежала прочь с кухни, на которой и разгорелся этот ужасный спор. По пути она чуть не столкнулась с Наташей, но не обратила внимания на младшую сестру и помчалась в свою комнату. Добравшись до своей комнаты и хлопнув дверью, та уже не смогла заметить, как встревоженные и взволнованные Альфред и Наташа в растерянности оглядывались. Младшая в семье Брагинских решила всё же заняться старшим братом и направилась на кухню, краем глаза заметив, как Джонс отправился к Ольге.... Наташа слышала не всё, но крики Вани, полные злобы и гнева, услышал, наверное, даже глухой. Но ей было не страшно. - Ваня. - позвала Ивана Наташа, смело подходя к нему. Брат сгорбился, сидя на табуретке, и пытался успокоиться и взять себя в руки. Он никак не отреагировал на появление Наташи, а потому та присела перед ним, взяла его лицо в руки и заставила поднять голову, посмотрев на сестру. - Уйди, мне сейчас компания не нужна. - спокойно, но в то же время раздражённо отозвался Иван, всё ещё на взводе. Он убрал руки сестры, но та и не думала уходить. Недовольно рыкнув, Иван посмотрел на Наташи. - Уходи. Пожалуйста. - требовательно попросил он. Но сестра не слушала его. Она поднялась, села на колени брата и крепко обняла, уткнувшись носом в светлые волосы. - Ты чего? - уже удивлённо отозвался Иван, хотя в голосе до сих пор слышались нотки раздражения. - Успокойся. - Наташа гладила его одной рукой по напряжённой спине, второй - по немного шероховатой щеке, легонько коснувшись губами виска. - Позлиться всегда успеешь. - Всё слышно было, да? - мрачно усмехнулся Ваня, невольно успокаиваясь. - Почти. - коротко ответила Наташа, прижимаясь к нему. - Ты правда хочешь выгнать Олю? Не смотря на беспокойство за брата и сестру, младшая не могла не радоваться выдавшемуся моменту. Она никогда не одёргивала себя от подобных сближений с Ваней. Но именно сейчас Наташа могла позволить себе большее. К тому же, успокоить иногда вспыльчивого Ивана умела только она и Ольга. - Нет, но... - выдохнул брат, обрывая фразу. - Иди к ней и спокойно поговорите. - почти шепча, просила Наташа, говоря это в ухо Ване, словно заговаривала. - Пока не поздно. Как бы ей не хотелось остаться на коленях брата, она слезла с них, встала на ноги и отошла в сторону, ожидая действий от Вани. Недолго медля, Иван всё же встал, оглянулся на сестру, потрепал её по голове и широким шагом отправился к Ольге. Однако, не успел русский дойти и до лестницы, как он увидел вдалеке две фигуры, скрывшиеся за дверью. Заподозрив неладное, Ваня быстро добежал до выхода, распахнул дверь и выскочил на улицу. Но увидел только уезжающий чёрный внедорожник..." Иван невольно усмехнулся, отгоняя от себя воспоминания и мысли. Забавно, он даже не пытался оттолкнуть Наташу, когда та старалась его успокоить. Только жаль, что он тогда всё же не успел поговорить с Олей. Брагинский признавал, есть и его вина в том, что случилось. Слишком уж он старался отгородить сестёр от неприятностей после Джонса и Аднана. Наверное, Ольге уже тогда это не нравилось, но она терпела и молчала. А уже потом стала думать иначе. Джонс лишь подтолкнул её в нужное направление, а Оля уже сама дошла до того, что Иван - узурпатор, который ей прохода не даёт. В итоге, Ваня потерял старшую сестру. Нельзя, чтобы и с младшей случилось тоже самое. Брагинский поднялся на ноги, потёр глаза и отправился в комнату Наташи. Хоть бы она не надумала убежать ночью. Подойдя к двери в её комнату, Иван осторожно надавил на ручку и протиснулся внутрь. Кровать была пуста, но нигде не было видно чемоданов или разбросанных вещей. Дверь на балкон была открыта, и Ваня к своим радости и облегчению разглядел там фигуру Наташи, стоящей спиной ко входу в комнату. Русский вздохнул и направился к ней, и ему, честно признаться, было немного страшно. Что, если всё только хуже станет? Наташа услышала брата, когда тот даже не добрался до двери, но даже не обернулась, догадываясь, кто пришёл. Ваня вышел на балкон и подошёл к перилам, наравне с сестрой. Та даже не дрогнула. - Наташ... - тихо позвал её Иван. Сестра только слегка повернула голову в его сторону. - Прости за тот скандал... Привычка сказывается, наверное... Он замолчал, глядя на ночное небо. Молчала и Наташа. - Я не хочу, чтобы история с Олей повторилась и с тобой. - вздохнул Ваня, почти шепча. - Я... беспокоюсь за вас, и... - Ты правда не хотел, чтобы Оля уехала? - неожиданно спросила Наташа, не глядя на Ивана. Тот поначалу растерялся, но быстро собрался и ответил серьёзным голосом: - Нет. Всё, что я говорил, было на эмоциях. Я такого никогда не хотел. - Почему тогда ты до сих пор её не нашёл? - поинтересовалась сестра. Хороший вопрос... - Я... - Брагинский напрягся, вцепившись руками в перила. - Я боюсь. Честно. Вдруг я приду, а уже окажусь не нужен ей? По нашему последнему разговору, я понял, что Оле осточертело быть с... со мной. - он выдохнул, сделав паузу. - Франциск предложил помощь в поисках Оли. Я думаю, что... - Чем он тебе не нравится? - перебила Наташа, развернувшись лицом к Ивану и явно желая узнать ответы. - Что тебе сделал Альфред, из-за которого ты так разозлился на Олю? Ваня молчал. Он никогда не говорил о том случае с Джонсом, даже Наташе не признался. - Поверь мне, - начал русский. - с Альфредом я однажды связался и горько пожалел об этом. А Франциск... Хоть он мой друг, но у него уже есть возлюбленная. Он признался мне в этом. И меня беспокоит, что вы с ним сближаетесь. - Зачем тебе волноваться за меня? - хмуро поинтересовалась Наташа. - Ты с Варгас, так что... - Да не с ней я! - повысил на тон голос Иван, но тут же поправился. - Мы дружески общаемся, по крайней мере, я хочу считать её другом. - Я бы не сказала, если вспомнить то, как ты ей позировал тем днём... - пробормотала Наташа недовольно и ревниво. - Послушай. - Ваня повернул к себе сестру, вглядываясь в её лицо. - Я не хочу терять тебя из-за Аличе. Она милая, но мне только как друг. Я... Не уезжай, пожалуйста... Я этого не перенесу... Одна мысль, что ты уедешь... Я так не могу... Брагинский редко кому показывает своих эмоций, но сейчас он не хотел сдерживать своё сожаление и горечь. Невольно Ваня принялся поглаживать Наташу по волосам, а та застыла на месте, наблюдая за тем, как сильный и мужественный брат неожиданно проявляет слабость и почти умоляет её не уходить. Умоляет её! Ни с кем другим, а именно с ней брат делится чувствами, которые обычно скрывает за фальшивой улыбкой! Видя, что Наташа не реагирует, Иван почти с отчаянием обнимает её за талию и прижимает к себе, шепча: "прости". Держал так, словно боялся, будто сестра исчезнет в сию же минуту. Голос его становился всё тише и умоляющие. Тогда Наташа уже не выдержала и обняла брата, заставляя его немного наклониться вперёд. - Останься со мной. - вдруг для самой себя попросила девушка, не надеясь на согласие. - Хорошо. - радостным шёпотом отозвался Иван. Наташа позволила себе слегка улыбнуться, пока никто, даже Ваня, не видит её лица... Четвёртый день прошёл более-менее спокойно.