Закон Мерфи

      Теа вздрагивает и открывает глаза, когда на парту приземляется сумка, а на соседнее место — лучшая подруга. Ким молча отводит светлые пряди с лица подруги, вглядываясь в синяк на скуле. Морщится, кончиками пальцев обводя ссадину.  — Ну и ну… — вздыхает азиатка, подпирая подбородок кулаком. — Здорово тебя мамочка хлестнула. Теа поднимает голову, оглядывая аудиторию. Её день и так начался хуже не куда, видеть Бибера сейчас она хотела бы в последнюю очередь. А лучше — не видеть вовсе.  — Он только приехал. Я видела его на парковке, когда шла сюда.  — Замечательно… — блондинка закатывает глаза.  — Что будешь делать? — интересуется Ким, доставая из сумки тетрадь для лекционных записей.  — Ничего. Теа игнорирует удивлённый взгляд подруги, откидываясь на спинку скамьи. Она, правда, не собирается что-либо выяснять, раздувать из этого какой-либо скандал. У её матери своя жизнь, у неё — своя. И кого она водит к себе в спальню должно волновать её в последнюю очередь. Но, чёрт возьми. Почему именно Бибер? Почему именно этот мудак? Как вообще так получилось, что их пути пересеклись? Каламбур какой-то, ей Богу.  — Ты что, действительно возьмёшь и забудешь? Будешь делать вид, что ничего не произошло? — хмурится Ким.  — Именно. Я, на самом деле, много думала над этим. Буквально всю ночь и доказательство тебе — моё лицо.  — И что же ты надумала?  — Вся эта ситуация — дерьмо. И я не хочу быть запачкана этой «лав стори», — хмыкает Теа, заправляя прядь волос за ухо. Ким смотрит напрямую, испытывающе. Качает головой.  — Хочешь сказать, что тебя это не задевает? Вообще? — всё-таки выдаёт девушка.  — Вообще, Ким, — хмуро смотря подруге в глаза, уверенно отвечает блондинка. Теа медленно переводит взгляд, когда в аудиторию входит Джастин в компании их одногруппника. Не отводит глаза даже когда их взгляды пересекаются. Его губы расплываются в усмешке, вызывая внезапный приступ злости у девушки. Теа сжимает пальцы в кулаки, провожая его взглядом до последних рядов.  — Прекрати, — шипит Ким, одёргивая подругу.  — Чёрт, как же мне хочется проехаться его лицом по доске, — процеживает сквозь зубы, хватая бутылку воды и, резко открыв её, делает два больших глотка.  — Ты сказала, что тебе всё равно. — Да, Ким, да! — говорит громким шёпотом. — Но не так сразу! Он спит с моей матерью, понимаешь? Он!  — То есть, если бы это был кто-то другой, ты бы так не бесилась? — удивляется азиатка. — Да, — честно отвечает блондинка, опуская голову на парту. — Меня убивает сам факт, что в мою жизнь лезет Бибер. Ты только посмотри: он рад, что мне сейчас плохо.

***

      Ким кидает зажигалку точно в руки и, сообщив, что займёт места в аудитории, уходит. Теа садится на бетонную плиту, вытягивая ноги вперёд. Нитка, выглядывающая из дыры на коленке, раздражает. Зажав сигарету между губами, Теа поджигает кончик, а затем, нагнувшись, поджигает ниточку. Светлые волосы падают вперёд, пряча лицо. Теа не видит, как Джастин медленно подходит к ней, засунув руки в карманы.  — Огоньком не поделишься? Девушка резко поднимает голову. Обхватывает сигарету пальцами и выпускает дым, щуря глаза.  — Катись в ад. Бибер усмехается, качает головой, доставая из кармана куртки красный Marlboro. Закуривает, поднимая голову, смотрит на девушку из-под опущенных ресниц. — Что, Бибер, на взрослых дамочек потянуло? — хмыкает Теа, отряхивая пепел.  — Не твоего ума дело, Мерфи. — Ты, похоже, что-то путаешь, — девушка встаёт и в два шага преодолевает разделяющее их расстояние. — Это дело — моя мать, больной ты ублюдок.  — Следи за своим язычком, девочка, — выпускает горький дым прямо в перекошенное злобой лицо. — Иначе я найду ему должное применение, — он улыбается, подмигивая.  — Оставь эти словечки для кого-то другого, — Теа отходит на безопасное расстояние и, затягиваясь последний раз, бросает бычок под ноги, вдавливая его носком кроссовка в землю. — Зачем ты это делаешь, Бибер?  — Что ты имеешь в виду?  — Не разыгрывай саму невинность, — девушка поворачивается к Джастину лицом, запуская пальцы в волосы. — Зачем ты связался с моей мамой?  — Она довольно сексуальна для женщины её возраста, я не смог удержаться. Да и она не была против, — он пожимает плечами, щелчком пальцев откидывая бычок в сторону.  — Ты омерзителен, знаешь? — она искажает лицо в гримасе, показывая всё своё отношение к нему.  — Ты так много раз мне это говорила, что я сейчас даже и не удивлён.  — Ты делаешь это специально, да? Делаешь так, чтобы мне было паршиво, чтобы с каждым днём я ненавидела тебя больше. Тебе что, недостаточно того, что есть сейчас?  — А что есть сейчас? — он смотрит на неё внимательно, вызывая в девушке нежелательную дрожь, когда делает шаг навстречу.  — Я жалею о том дне, когда встретила тебя. Я так тебя ненавижу, что готова удушить собственными руками. Прямо сейчас. Парень замирает в шаге от Мерфи, прожигая её взглядом карих глаз. Неожиданно и незаметно для неё хватает за подбородок, надавливает и тянет на себя. Теа шипит, словно кошка, впивается ногтями в мужское запястье. Поднимает серые глаза, надеясь просверлить дыры в его идеальном лице.  — У тебя, Мерфи, кишка тонка. Ты только и можешь, что языком молоть, а на деле ни черта не стоишь. Так задевает, что я трахаю твою мамочку, а не тебя? — его голос становится обманчиво мягок, когда он, возвышаясь над девушкой, дышит прямо в приоткрытые губы.  — Отпусти, — рычит.  — Помнится, тебе нравилась моя грубость, — издевается, задевая болевые точки.  — Бибер, ты! .. — пытается отпихнуть от себя, чувствуя как истерика подступает, засев комом в горле.  — Я буду иметь Сэм столько, сколько пожелаю нужным. В вашем доме. В соседней комнате. За стенкой. Чтобы ты слышала, как ей хорошо, маленькая дрянь, — он ослабляет хватку, словно невзначай большим пальцем пройдясь по нижней губе, вызывая дрожь девичьего тела. Теа молча смотрит перед собой, сжимая и разжимая кулаки. Хотелось кричать, топать ногами, разбивать стены, уничтожать всё подряд. Ненавидит. Как же она его ненавидит.