Закон Мерфи

massive attack – teardrop       Теа отрывает голову от подушки, щурится, чтобы что-то разглядеть сквозь сон и, застонав от досады, накрывается одеялом с головой. Отец хмыкает, отдёргивает шторы и приоткрывает дверцы балкона, пропуская прохладный осенний ветер. — Ты издеваешься? — шипит Мерфи, опуская одеяло до носа. — Который час вообще?  — Самое время, — мужчина останавливается у кровати, уперев руки в бока. — От тебя несёт перегаром.  — Могла себе позволить.  — Я думал девушки напиваются из-за несчастной любви, а не из-за ссоры с родителями.  — Пап, мне очень и очень хреново, понимаешь? — Теа накрывает лицо подушкой и мычит. — И я хочу омлет на завтрак. С помидорами. И свежей петрушкой. Мужчина цокает языком и выходит из комнаты. Мерфи откидывает подушку в сторону, поднимается с кровати и потягивается. Пропускает пальцы сквозь спутанные пряди и, схватив со спинки кресла вязанный кардиган, направляется к балкону. Вдыхает полной грудью холодный воздух, передёргивает плечами и, подхватив с чугунных перил пачку сигарет, чиркает зажигалкой. Тее почему-то кажется, что сегодня будет очень дерьмовый день. В смысле, у неё последние два дня дерьмовые, но сегодняшний будет просто настоящей хернёй. Не может этого не чувствовать — она же Мерфи, чёрт возьми. Ветер вдруг начинает шуметь и противно заползать Тее за шиворот, облизывая лопатки и позвонки. Девушка тушит бычок о дно пепельницы и, закутавшись, выходит с балкона.

***

      Если неприятности суждено случиться, она непременно произойдёт… как-то так? Теа не помнит точную формулировку, ей когда-то это вычитал Джастин из книги про механику. «Значит, я приношу неприятности?» — спросила тогда Мерфи, впервые задумавшись о своей фамилии. «Нет, ты сама являешься этой неприятностью» — а потом Джастин поцеловал её в лоб и продолжил читать. Мерфи замирает посередине коридора и злится на саму себя, потому что какого, блять, хрена? Пошёл он к чёрту.       Так вот… Неприятность произойдёт в любом случае, так? Теа связывает это со своим предчувствием и хмурится, не замечая робкого взгляда Джоди.  — Ммм, Теа? Омлет стынет…  — Где папа? — Мерфи не хочет чтобы к ней лезли, потому плавно переводит от себя чужое и ненужное внимание.  — Он в гараже, возится с машиной, с двигателем что-то… А? Ты куда? А омлет?.. — Джоди суетится, и Теа в очередной раз про себя отмечает, что это самая раздражающая её черта.  — Спасибо, я потом.       Мерфи натягивает на себя большую охотничью куртку отца и выходит за порог. Место где живёт отец удивительное, — так думает Теа, пока медленно ступает по тропинке из мелких камушков к гаражу. Ей нравится этот спальный район, нравится, что у каждого свой дом и никто не знает, что происходит в доме с права-с лева или напротив. Это вам не жилой дом-многоэтажка, где каждый по лестничной клетке знает, что вот в квартире номер четыреста тридцать восемь мать и дочь знать друг друга не хотят. Мерфи думает, что сама переехала бы в такое тихое место… может, когда-нибудь. Или ещё куда подальше.  — Взял бы уже новую, — Теа замирает у мужчины за спиной, выглядывает из-за плеча и рассматривает непонятное нутро машины.  — О, тогда я могу не оплачивать следующий год в колледже? Девушка улыбается и снимает с отца кепку, натягивая на себя.  — Она тебе не идёт.  — Отстань, — Мерфи садится на раскладной стул и начинает перебирать ящик с инструментами.  — Бесполезно… Завтра повезу в мастерскую.  — А лучше на свалку.  — Хей, — мужчина натягивает козырёк кепки до самого подбородка девушки. — Я на ней, вообще-то, тебя из госпиталя забирал, когда ты родилась. Может, и будущего малыша тоже на ней заберу. Это уже не просто машина будет, знаешь ли… что-то типа памятника.  — М-да, — Теа чмокает губами и возводит глаза к потолку, — Интересно, к старости у меня тоже крыша поедет?  — Чего-чего? Мерфи смеётся громко и с маленькими морщинками у глаз, когда отец ерошит её волосы на макушке кулаком, обняв за плечи. Она вжимается в отца спиной и на секунду ловит себя на мысли, что сейчас пойдут слёзы. Потому что папа — самое прекрасное, что есть в этом мире. В её мире. Это что-то необъяснимо тёплое и обволакивающее, что-то, что у неё осталось. Если неприятности суждено случиться, она непременно произойдёт.  — Эм, я помешала? Теа вздрагивает и с силой сжимает пальцы на руке отца, потому что она чувствует, как он хочет выпрямиться и, наверное, чуть отстраниться от неё, чтобы поздороваться с бывшей женой.  — Возможно, — мужчина поднимает кепку с пола, отряхивает её и надевает на голову. — Привет, Сэм.  — Привет, Алан. Меня Джоди впустила…  — Окей. Может, пойдёшь к чёрту? — Мерфи сжимает кулаки и поднимается со стула. — Не хочу видеть тебя.  — Теа… — мужчине не нравится тон дочери, но ещё он знает, что Сэм заслуживает этого как никто другой.  — Слушай, я пришла не отношения выяснять, — Саманта вздыхает, — Я… Господи, Теа… Я была пьяной в стельку и… не смогла сдержать эмоций. Прости, что напугала тебя и…  — И хотела покалечить меня.  — Я не хотела этого делать.  — Но сделала. Ты ударила меня. Снова. Кто ты после этого?  — А ты? — женщина задыхается от возмущения, прожигая дочь взглядом, полным обиды. — Кто ты после того, как переспала с моим мужчиной? Это низость, Теа. Я тебя не так воспитывала.  — А ты меня вообще воспитывала? Может, именно от тебя я научилась быть сукой? — голос дрожит, выдавая Тею с головой.  — Теа, прекрати! — отец держит девушку за локоть, ошарашено разглядывая её лицо. — Почему ты мне рассказала не всё?  — Потому что это не важно! — клацает зубами.  — Это важно, Теа! То, что ты сделала, не нормально! — Саманта сжимает пальцами ручки сумки, выворачивая их.  — Ты ничего не знаешь, чёрт тебя дери! Ничего! Неужели ты правда ничего не видела? Ты настолько слепа? Ты не видела, как он смотрит на меня? Как я смотрю на него?  — Что ты такое говоришь?.. — Сэм говорит неуверенно, потому что, на самом деле, она всё прекрасно видела, но не хотела этого видеть.  — Ты знаешь, о чём я говорю, — Теа вырывает руку из хватки отца. — Ты знаешь, но ты не хочешь этого признавать. Потому что всегда виноваты все, но не ты. Ты противна мне, ты и твой вечный самообман. Признайся, наконец, хотя бы себе, что большую часть бед ты сама натворила.  — Как ты смеешь? Я твоя мать… — Саманта поджимает губы, потому что знает, что для Теи это пустой звук.  — Не хочу тебя видеть. Теа обходит женщину, выходя из гаража. Замирает у дороги, когда ветер взвивает вверх опавшие листья и её волосы. Губы сами собой растягиваются в улыбке. Мерфи накрывает лицо ладонями, качает головой, сдерживая крик и ярость, что разрывает грудь. Просто невозможно. Возобновляет шаг, направляясь к дому, проходя мимо машины Саманты. Джастин провожает девушку взглядом, но не делает ни-че-го. Он увидел то, чего (не)хотел видеть.