В твоём мире

      После скромного завтрака было решено пойти и поискать пропитания на будущий обед, так как припасы кончились где-то через неделю блужданий в нескончаемом лесу. Продираясь через густые заросли подлеска с полегчавшей поклажей, оба оживленно оглядывались по сторонам.       Внезапно Мэтт остановился. Уже натренированным, шестым чувством (жопой, как он любил говаривать) он ощутил, что за ними наблюдают. Но никого не было видно. Услышав сдавленный вздох жены, он резко обернулся.       Медленно и осторожно, из кустарника показались люди, довольно скудно прикрытые, но обильно украшенные бусами и перьями. Загорелые и угрюмые лица их были причудливо раскрашены, хотя некоторые были вполне современно одеты. Всё это были крепкие сильные мужчины примерно одного роста с Мэттом.       Образовав круг, они заулыбались и показали жестами, что просят путешественников пройти с ними. Супруги кивнули, но Мэтт только крепче обнял жену, а другой рукой сжал в кармане рукоять пистолета. Бросив ей ободряющий взгляд, он бодро зашагал за туземцами.       Деревня была маленькой и старой — всего около десятка домов. Её надёжно прятали от посторонних глаз густые и высокие заросли деревьев. Посреди небольшой площадки в центре стояли большие грубо обтёсанные столбы, между которыми на красноватой земле были прочерчены какие-то узоры и горел большой костёр.       Молодых людей отвели в соломенную хижину. На больших листьях им сразу подали фрукты и полоски жареного мяса, по вкусу напоминающий свинину. Удобно устроившись на устланной той же соломой земляном полу, пара охотно поела. Пока Аня громко восхищалась неожиданным приключением, кусая сочный плод, её муж молча ждал.       Едва гости окончили трапезу, туземные женщины, тоже одетые довольно незатейливо, так же знаками предложили им остаться и заночевать в деревне. До самого ужина супруги разгуливали по деревне, пытались общаться с местными жителями. К Ане сразу прилипли везде одинаково любопытные детишки, и она с удовольствием выгребла для них из рюкзака всякую мелочёвку. Мэттью, с разрешения старейшины, говорившего на плохом английском, попробовал сыграть на подобие барабанов и длинной гудящей трубе.       Ночью молодых никто не тревожил. Напряжение музыканта несколько спало, позволив ненадолго сомкнуть глаза.

***

      Занялся новый день. Птицы на разные лады пробовали свои голоса, мощные кроны шелестели от слабого ветерка. Было ещё довольно прохладно, когда супругам принесли завтрак.       Затем их, отдохнувших и удивлённых таким королевским приёмом, привели на площадку в центре деревни. Там уже собралось всё местное население, обступившие вокруг плотным кольцом. На столбах был установлен большой котёл, подогреваемый снизу огнём костра. Супруги переглянулись; прочитав в глазах жены понимающее отчаяние, Мэтт громко и богато выругался.       Один из аборигенов — жрец, украшенный перьями, бусами и татуировками богаче других, вышел из толпы вперёд. По кольцу зрителей пронёсся радостный шепоток.       Произнеся несколько слов на незнакомом наречии, он повернулся в сторону гостей и указал на большую хижину в отдалении. Вглядевшись, Мэтт снова от души матернулся, а Аня едва не рухнула на землю, так ей стало дурно: вокруг хижины вился частокол из тонких брёвнышек, заострённых кверху, на каждом из них торчала человеческая голова.       Молодых людей, осознавших теперь своё безвыходное положение, понукали сзади толчками и, наконец, подвели к котлу. В нём уже вовсю булькала кипящая вода. От исходящего от него удушливого пара молодые люди невольно попятились назад, и туземцы, охранявшие добычу, выхватили короткие острые ножи…