Благими намерениями

Майкл ушёл в декабре, ровно через полгода после того, как они решили жить вместе. Хорошо, подумал Грег, что не успели украсить квартиру к Рождеству. Расставание в благостном праздничном антураже получилось бы невообразимо пошлым. — Когда люди хотят быть вместе, они могут поступиться своими привычками ради друг друга, — сказал Майкл, не поднимая головы от сумки, в которую запихивал стопку любимых дисков. — Я не предлагал тебе есть мясо. — Ты прекрасно знаешь, что веганство для меня — не еда, а вопрос жизненных ценностей. — Они у меня другие, вот и всё. Когда за ним закрылась дверь, Грег зачем-то обошёл квартиру, заглянул во все комнаты, пытаясь понять: помнит ли он, как жил когда-то без Майкла, или теперь придётся привыкать ко всему заново? Взгляд упорно цеплялся за пустоту на месте висевших на стене картин — Майкл купил их месяц назад, стоявших на столе и полках безделушек, фотографий в рамках, музыкального центра у камина. За полгода совместной жизни Майкл успел обжиться в его квартире так, словно они с самого начала вселились в неё вдвоём. Теперь комнаты выглядели непривычно пустыми, и Грег поймал себя на мысли, что уже прикидывает, чем заменить исчезнувшие вещи. Не тоскует, не переживает — просто думает, в какой цветовой гамме стоит подобрать картину на южную сторону гостиной, чтобы вечером она выигрышно смотрелась в свете заходящего солнца. Понимать это было неприятно. — И самое главное, — делился Грег, потягивая коньяк, — что потом я хорошенько всё обдумал и понял: он был готов меняться ради меня. Он отказался от тусовок, потому что я люблю проводить вечера дома. Сменил парфюм на тот, который мне больше нравится. Вообще был готов к компромиссам. А я, выходит, оказался мудаком, променявшим любовь на стейк. Буквально. — Он отказался ради тебя от вегетарианства? — Веганства. Нет. — Тогда забей, — посоветовал бармен. — Парфюм ты бы тоже сменил. Грег усмехнулся. — То есть, если я попытаюсь помириться, мы опять упрёмся в то же самое? — Парень, а ты сам-то заметил, что беспокоишься не о том, что Майкл ушёл, а о том, не выглядишь ли ты при этом мудаком? Грег вздохнул и допил коньяк. Вопрос был риторическим. — Я думал, что наконец-то встретил человека, который воспринимает меня нормально, — пожаловался он. — Без дурацких штампов: архитектор — это жутко романтично, обязательно проектирует небоскрёбы и дома будущего, богемные тусовки и всё такое прилагается. Ясное дело, это вызывает интерес. — А я-то думал, интерес вызывает то, что ты голубоглазый красавчик-ирландец. — Джо, ты говоришь, словно собираешься ко мне подкатить, не надо так, — ухмыльнулся Грег, нисколько не обижаясь на торопливое «чур меня» от бармена. — В общем, когда оказывается, что я занимаюсь обычными коттеджами и большую часть времени вожусь с канализацией, вентиляцией и сметами… ты понимаешь. Ничего не сделал, а уже разочаровал. — Да, штампы — страшная штука, — серьёзно кивнул Джо. — Уж я-то знаю. Грег рассмеялся. — Намёк понял. Но ты за это получаешь чаевые. Нальёшь ещё? Джо неторопливо снял с полки бутылку коньяка. Уже несколько лет Грег приходил в его бар по крайней мере пару раз в месяц, и каждый раз Джо делал всё, что требовалось от бармена: наливал, выслушивал, давал советы. Он и был классическим барменом, из тех, которых так любят изображать писатели и сценаристы, а зрители потом качают головами и говорят, что на самом деле подобных персонажей давно уже не осталось, и на смену им пришли мальчики с креативными стрижками, умеющие смешивать сотню-другую коктейлей. Джо был настоящим, и бар, которым он владел, был ему под стать: полутёмный, с массивной деревянной мебелью и древним музыкальным автоматом в углу. Автомат, правда, не работал. Бар назывался «У Джо»; когда-то Грег, как и многие другие посетители, думал, что Джо назвал его в свою честь, но потом выяснилось, что баром владел ещё его отец, тоже Джо, и сына он назвал с тем расчётом, чтобы тот мог продолжать фамильное дело. Таким образом получалось, что нынешний владелец был назван в честь бара. Джо находил в этом определённую иронию. Невысокий, жилистый, с заметной примесью индейской крови, он обладал удивительной способностью честно говорить всё, что думает, да ещё так, чтобы к его словам прислушивались, а не пытались , обидевшись, съездить по лицу. — Чаевые — не главное. Я действительно люблю помогать людям. Иногда это приносит удивительные результаты. — Ещё один штамп — бармен говорит банальности, — пробормотал Грег. Джо подтолкнул к нему подставку под стакан. — Нравится? Грег кивнул. Полгода назад Джо обзавёлся новой вывеской, стилизованной под Дикий Запад, а также кучей разной барной мелочи в том же духе: подставками, пепельницами, пивными стаканами со стильной надписью «У Джо» в обрамлении лассо и револьверов. Банально, но приятно глазу. — Вот этот дизайн, — Джо постучал пальцем по рисунку, — обошёлся мне бесплатно, потому что парню, который его нарисовал, я иногда наливал в долг и убеждал, что у него не всё так плохо, как кажется. Нанесение стоило гроши, потому что он с кем-то договорился и приволок уже готовое, осталось только расставить. Всего несколько слов в нужное время и небольшой кредит доверия. А ещё одна девочка, Марша, ты её, возможно, видел здесь, привела своих друзей и устроила концерт. Денег за вход не брала, зато я за один вечер сделал недельную выручку. Потому что когда она провалила шесть прослушиваний, я уговорил её не отказываться от седьмого. Делай добро, Грег, и тебе воздастся. Между прочим, хороший способ успокоить совесть. — Занятная история, — Грег медленно вращал бокал в ладонях, любуясь, как коньяк стекает по прозрачным стенкам. Пить больше не хотелось — ему ещё предстояло ехать домой, и, хотя до дома было рукой подать, а полиция в этом районе появлялась редко, садиться за руль пьяным он не желал. — Но ведь не всегда воздаётся? — Смотря как к этому относиться. Вот тебе ещё пример, раз уж мы заговорили о людях. Иногда ко мне заходит один мальчик, хастлер. Когда у него дела совсем плохи, я даже могу налить ему за свой счёт. Выслушать, сказать что-нибудь ободряющее, это уж как всегда. И знаешь что? Я не думаю, что он меня когда-нибудь отблагодарит деньгами или как-то ещё, тем более, что денег у него чаще всего нет даже на нормальную еду. Я даже почти уверен, что ничего хорошего его не ждёт, особенно учитывая, что он наотрез отказывается принимать помощь, а я ведь предлагал ему и работу поискать, и вещей подкинуть. Думает, что это гордость. Я думаю, что глупость и упрямство. Но если однажды я узнаю, что он бросил своё занятие и вернулся к нормальной жизни — этого мне будет достаточно. — Кажется, теперь я чувствую себя ещё большим мудаком, — признался Грег. — Где твой нимб? Он должен сиять, как грёбаный фонарь. Джо ухмыльнулся. — Продолжай жалеть себя. Сейчас вернусь. Он отошёл к другой стороне стойки, чтобы перекинуться парой слов с только что подошедшим молодым парнем. Грег наблюдал за ними, потягивал коньяк и думал, что, возможно, он действительно успел забыть, что такое настоящие проблемы. Живя в достатке, с хорошей высокооплачиваемой работой, собственной квартирой и счётом в банке, такие вещи забываются легко. Джо поставил на стойку бутылку светлого пива и вернулся обратно. — Между прочим, — негромко сказал он, — это тот самый парнишка, про которого я говорил. Грег скосил глаза, стараясь не пялиться слишком заметно. В его представлении хастлеры выглядели иначе — вызывающая одежда, подведённые глаза, развязные манеры. Но парень на другом конце стойки был самым обычным и больше всего походил на студента. Если бы не Джо, Грегу даже в голову бы не пришло заподозрить в нём хастлера. Заметив его интерес, Джо махнул рукой, и через несколько секунд парень уже садился на соседний стул. — Мы тут рассуждали о жизненных ценностях, — сообщил ему Джо. — Что бы ты выбрал — стабильные отношения и вегетарианство или одиночество и мясо на обед? — Это тест на романтичность? — На мудачество, — вздохнул Грег. Парень сочувственно взглянул на него и глотнул пива из горлышка. — Прости, приятель, но я бы выбрал мясо. Уважаю твои взгляды и всё такое, но когда хочется есть — о стабильных отношениях как-то не мечтается. Да он же, понял Грег, не то что хорошего мяса давно не ел — он вообще, возможно, недоедает. И сразу стало стыдно за то, что привычный ему стейк для сидящего рядом парня был недосягаемым деликатесом. Вблизи Грег смог разглядеть и тёмные круги под глазами, и покрасневшие глаза, и потёртый воротник куртки, слишком лёгкой для декабря. Воспаление лёгких, конечно, не ВИЧ и не гепатит, но тоже может закончиться плачевно. Особенно если нет денег на лекарства. — Видишь, твой выбор одобрен, — прервал его мысли Джо. — Расслабься и не переживай. — А-а, так это ты, а не тебя, — заулыбался парень. — Тогда забей, точно. Вегетарианцы — вообще странные люди. — У Стива был сосед-вегетарианец, так что он знает, о чём говорит. — Майкл веган, а не… Ладно, без разницы. Я Грег. Стив медленно и с чувством пожал ему руку, но тут же испортил всю торжественность момента, широко зевнув. — Тяжелый день? — Смеёшься? Я сутки не спал. Достали уже эти уроды, которые считают, что если они заплатили, то могут делать всё, что угодно. А за мозгоёбство я бы вообще брал по двойному тарифу. Честное слово, нафига мне знать, зачем он развёлся с женой и что эта сука у него отобрала, когда уходила? Да ещё в подробностях. — Может быть, они просто хотят общения? — предположил Грег. — А я хочу делать то, за что мне платят, и не забивать себе голову всякой фигнёй. Знаю я это. Проходили. Сперва они садятся тебе на уши, потом думают: «Мы же теперь друзья!» — и начинают лезть в душу, не забыв при этом попросить скидку. Ну их к чёрту, хотят поговорить — пусть обращаются к психоаналитику. Или к Джо. Джо у нас никому не отказывает, правда? — Ты так говоришь, будто не боишься стать первым. — Не стану, — ухмыльнулся Стив и снова зевнул. — Я тебя слишком хорошо знаю. Он поставил пустую бутылку на стойку, положил рядом пять долларов и встал. — Приятно было познакомиться. Пока, Джо. Пойду, пока не срубило. — Хороший мальчик, — заметил Джо, когда Стив исчез за дверью бара. — Да. — Ушёл из дома, потому что родители сильно религиозные. Не мог им сказать, что он гей. Они до сих пор ни о чём не знают. Знакомая история, правда? — Да, — повторил Грег, глядя на дверь. — Я, пожалуй, тоже пойду. Стива он догнал сразу, едва отъехал от бара. Тот шёл по тротуару, засунув руки в карманы куртки и подняв воротник. Грег посигналил ему и притормозил рядом. — Тебе куда? — спросил он, когда Стив нагнулся к окну. — Мэйфилд-стрит. — Ты собираешься идти туда пешком?! — Да нет, — пожал плечами тот, — я думал поймать попутку. — Садись. Стив прищурился. — Тебе не может быть по пути, — полуутвердительно сказал он. — Ты наверняка живёшь где-то рядом и собирался тихонько доехать до дома, не нарвавшись на копов с алкотестером. Это Джо тебя попросил или ты решил меня снять? Он улыбался, давая понять, что шутит, но глаза смотрели настороженно. И Грег без труда представил, о чём он думает. Взрослый, хорошо одетый мужчина видит в баре мальчика-хастлера, едет за ним, предлагает подбросить… — Джо посоветовал мне сделать доброе дело, чтобы успокоить совесть, — нарочито грубо ответил он. — Вот я и делаю. Залезай, пока не передумал. Больше уговаривать не пришлось — Стив тут же открыл дверь машины и устроился на переднем сиденье. — Благослови Господь Джо. И твою совесть тоже. Грег дождался, пока он пристегнётся, и неторопливо тронулся с места. После двух бокалов коньяка приходилось вести осторожно. В себе Грег был уверен, но попасться случайному полицейскому действительно не хотелось. — Обычно люди ходят по барам недалеко от дома. — Я тут раньше жил. Потом хозяин поднял плату, пришлось съехать. Захожу, только если рядом оказываюсь. Просто Джо — он такой… ну, ты понимаешь. — Да, Джо — отличный парень, — согласился Грег. Стив протяжно зевнул. — Слушай, ты не обидишься, если я подремлю? Срубает просто адски. — Ради бога. Я тебя разбужу, когда подъезжать будем. Пока они стояли перед светофором, Грег, уже не таясь, разглядывал сидящего рядом парня. Стив спал, склонив голову к плечу и чуть приоткрыв рот. Свет фонаря блестел на тёмных волосах, ресницы отбрасывали на скулы едва заметную тень. Он выглядел очень молодым и очень усталым, и Грег вдруг понял, почему Стиву не нужны были ни подводка, ни вызывающая одежда. Он был одним из миллионов американских мальчишек, которые живут по соседству — гоняют на велосипедах, играют в футбол, ходят с девушками в кино. Обычных мальчишек, неиспорченных, счастливых своей юностью. И рядом с тысячами из них жил кто-то, кто подглядывал за ними в окно. Думал о них. Представлял их в своей постели, мастурбировал, мечтая прикоснуться к этой юности. А потом шёл и покупал Стива. Я мог оказаться на его месте, думал Грег, уставившись на бампер следующей впереди машины. Если бы у меня не нашлось друзей, пустивших к себе в дом, если бы Паркер не помог с работой, я тоже остался бы на улице без жилья и возможности заработать на него честным трудом, и что бы я делал, когда настали холода? Просто мне повезло, а ему — нет. Уже на Мэйфилд-стрит он потряс Стива за плечо. Тот заморгал, прищурился, пытаясь понять, где они едут. — У аптеки останови, пожалуйста. Спасибо. — Не за что. Грег припарковался у тротуара и, пока Стив отстёгивал ремень, достал визитку. — Возьми. Тот озадаченно повертел в руках плотный прямоугольник. — Спасибо, конечно, но я пока не собираюсь строить дом, — в его взгляде снова появилась настороженность. — Или ты всё-таки соврал насчёт снять? Грегу захотелось побиться головой о руль. Ну почему ему надо доказывать, что он не желает ничего дурного? Потому что, подсказал внутренний голос, этот парень встречал слишком много людей, которые дурного желали. И тебе придётся потрудиться, доказывая, что ты не один из них. — Если тебе понадобится помощь. Или захочется поговорить, а Джо рядом не окажется. Просто поговорить. Настороженность во взгляде Стива сменилась удивлением. — Ты что, по совместительству ещё и социальный работник? Или из какой-нибудь секты? — Я знаю, что значит оказаться в полной заднице, — терпеливо сказал Грег, не обращая внимания на насмешку. Было важно, чтобы Стив поверил ему, потому что он наверняка знал, что такие обещания легко раздавать и ещё легче — забыть о них. — Я был там когда-то и помню, как тяжело оттуда выбираться. Никаких нравоучений и прочей ерунды, обещаю. Просто позвони, когда будет нужно. Стив неуверенно кивнул, сунул визитку в карман. — Ладно. Спасибо ещё раз. И за то, что подвёз, и за это — спасибо, в общем. Пока. Он быстро перебежал через пустую дорогу и исчез в арке одного из домов. Грег смотрел ему вслед, чувствуя себя так, словно должен был сделать что-то — и не сделал. Визитку Стив наверняка выкинет, не желая, чтобы какой-то благополучный ублюдок рассказывал ему, как изменить свою жизнь. А если и не выкинет, звонить точно не будет. Он не примет помощи, говорил Джо. Думает, это гордость. Грег его прекрасно понимал, и тем отчаяннее ему хотелось вложить в голову Стиву хоть каплю собственного ума и опыта. Но такие вещи постигаются только самостоятельно, и это он тоже знал. Грег никогда не считал себя филантропом. Он отдавал ненужную, но хорошую одежду в ближайшую церковь, ежемесячно переводил небольшую сумму в фонд борьбы с раком, иногда дополнительно жертвовал на содержание приюта для животных в соседнем районе. Удобная, не отнимающая времени и нервов благотворительность. Но сейчас человек, который нуждался в помощи, оказался рядом, Грег глядел ему в лицо и разговаривал с ним, и, зная то, что рассказал Джо, он не мог не сравнивать себя теперешнего — живущего в достатке, не беспокоящегося о деньгах — со Стивом, который, судя по его виду, был вынужден выбирать между едой и тёплой одеждой. Или с самим собой десятилетней давности. Грег прекрасно знал, что таких, как Стив, в одном только его городе тысячи, но случилось так, что именно Стив оказался рядом, и теперь Грегу было нестерпимо думать, что этот мальчик позволяет каким-то подонкам обходиться с собой как с вещью всего лишь потому, что ему не на что жить. В то время как Грег мог помочь ему, нисколько себя при этом не ущемив. Только Стив не позволит ему. Вот что было самое главное. Грег пытался придумать, как уговорить Стива принять помощь, не поступаясь при этом гордостью, гадал, сможет ли встретить его снова в баре Джо, и что сказать ему, если встретит. И только вернувшись домой, понял, что с той минуты, когда вышел из бара, он ни разу не вспомнил о Майкле. Утро он посвятил уборке, а заодно — устранению следов того, что совсем недавно в квартире жили двое. Переложил вещи так, чтобы занять пустые полки. Симметрично расставил на камине оставшиеся фотографии, удивившись тому, что все общие, оказывается, делал Майкл. И сувениры из единственной их совместной поездки в Венесуэлу тоже привёз он. Как будто Грегу не нужно было ничего, что напоминало о проведённом вместе времени. Похоже, мудаком он был с самого начала. Грег прислушался к себе, но мысль о том, что Майкл может вернуться и они попробуют начать всё заново, особой радости не вызвала. Впрочем, учитывая, что от веганства Майкл отказываться не собирался, попытка была бы заранее обречена на неудачу. Да, у них были общие интересы, они прекрасно понимали друг друга почти во всём, и секс был отличным, но… каждый раз, когда Грег, разделывая перед обедом мясо, ловил полный плохо замаскированного отвращения взгляд Майкла, он чувствовал невольное раздражение, и оно копилось внутри, не находя выхода. Вероятно, если бы Майкл не ушёл, рано или поздно их отношения завершились бы грандиозным скандалом. Работа, как обычно, отвлекла его от самокопания. Вторую половину дня Грег провёл на стройке, промочил ноги и замёрз так, что по дороге домой включил печку на полную мощность и ехал, стуча зубами. Все остальные проблемы сразу показались мелкими и незначительными. Дома он согрел себе пива с мёдом — старинный ирландский рецепт от простуды, которому научил его Майкл, хотя ирландцем из них двоих был Грег. Вопреки ожиданию, воспоминание о Майкле не принесло никаких душевных терзаний. Только лёгкое сожаление. Надо же быть такой бесчувственной скотиной. Потягивая горячее пиво, Грег взял книгу и устроился в кресле, но погрузиться в чтение ему так и не удалось. Мысли перескочили с Майкла на вчерашний вечер у Джо, затем на Стива, и вскоре Грег понял, что последние несколько минут пытается воскресить в памяти его лицо — с закрытыми глазами, освещённое фонарями и отсветами фар встречных машин. Вспоминалось легко. До самой последней чёрточки и тени от ресниц. Визитку он, наверное, выкинул. Странно было бы ожидать иного. Следующим вечером Грег всё-таки не выдержал и наведался к Джо. На всякий случай — пешком, чтобы не отказываться от лишней рюмки. — Вы только посмотрите, — удивился Джо, — то его неделями не видишь, а то вдруг каждый день начинает являться. — У меня проблемы в личной жизни, — парировал Грег. — Я слышал, что их принято заливать алкоголем. — Так ты же не заливаешь, ты разве что смачиваешь. Тонким слоем. Грег пожал плечами и продолжал тянуть коньяк, наблюдая, как Джо протирает белоснежным полотенцем стакан. С его точки зрения, стакан был чист до стерильности, но, видимо, смысл заключался в самом процессе. — Стив вот вчера тоже заходил, — добавил Джо, и Грег только чудом не поперхнулся коньяком. — Спрашивал про тебя. — И что ты ему рассказал? — Грег, — Джо смотрел укоризненно, как святой с картины, — ты же не думаешь, что я делаю для тебя исключение? Рассказал, что знаю. В общих чертах. Без интимных подробностей. — То есть? — Что ты приличный парень, не куришь и даже никогда не напиваешься в стельку, хоть и ирландец. Что любишь свою работу и гордишься тем, какая она скучная. Что отец выгнал тебя из дома, узнав, что ты гей, и всё, что у тебя есть, — исключительно твоя заслуга. В самом лучшем свете расписал, вот тебе крест. Можешь не благодарить. — Мать твою, — Грег закрыл лицо рукой. — Ну, спасибо тебе, Джо. Теперь он точно подумает, что я его клеил. — А разве нет? — Нет! Я всего-навсего хотел ему помочь! И до сих пор хочу, между прочим. Ты видел его куртку? А ботинки? Думаешь, если у него нет денег на одежду, на врача найдутся? — Деньги он не возьмёт. — Я уже понял. — Лучшее, что ты можешь сделать — не докапываться до парня. Вот тебе мой совет: когда он объявится, попробуй общаться с ним, как с обычным человеком. Не изображай из себя мать Терезу. Ему этого не надо, поверь. — А если он не объявится? Джо не спеша посмотрел на свет через донышко стакана и, удовлетворённо хмыкнув, поставил его на стойку. — Тогда я буду очень, очень удивлён. Стив позвонил через два дня. — Привет, — сказал он. Грег не сразу узнал голос и в первый момент испытал недоумение, смешанное с раздражением — он как раз начал новый проект, и звонок сбил его с мысли. — Это Стив. Ты меня из бара подвозил, если помнишь. — Привет, Стив, — Грег отодвинул клавиатуру; раздражение сразу улеглось. — Конечно, я тебя помню. Рад, что ты позвонил. Значит, Джо всё-таки был прав. Надо будет в следующий раз оставить ему побольше чаевых. — Ага, я тоже, — неловкий смешок. — Слушай, я тут подумал… как ты смотришь, если я тебя кофе угощу? В благодарность и всё такое. — Кофе? — Ну да. То есть я пойму, если у тебя нет времени, честно, просто хотел как-то отблагодарить, ты меня тогда реально выручил… — У меня есть время, — прервал его скороговорку Грег, размышляя, этично ли с его стороны будет позволить Стиву поить его кофе и получится ли заплатить хотя бы за себя. — Кофе — отличная идея. Когда? — Сегодня днём? Часа в три, например. — Хорошо. Пришли адрес, куда мне подъехать. Днём Грег собирался доделать презентацию для потенциального заказчика из Филадельфии, но это могло подождать. Стив, встречавший его у входа в кафе, выглядел гораздо лучше, чем в вечер их знакомства. Синяки у него из-под глаз исчезли, а улыбка, вспыхнувшая при виде Грега, была такой солнечной, что нельзя было не улыбнуться в ответ. — Хорошо выглядишь. — Выспался, — ухмыльнулся Стив. — По жизни я не такой зомби. Кафе оказалось довольно приятным, с деревянными стульями, жёлто-белыми полосатыми стенами и развешанными на них фотографиями кинозвёзд, а по тому, как официантка кивнула Стиву, Грег понял, что тот бывал здесь и прежде. — Мне американо, — Стив даже не заглянул в меню. — Тебе? — То же самое. Но сперва два ланча, — Грег ткнул пальцем в стоящую на столе пластиковую стойку с меню дня. — Вот этих, с курицей. — Э-э, послушай... — неуверенно начал Стив. — За мой счёт. — Тогда мне не надо. — Я не обедал, — терпеливо разъяснил Грег, — но есть в одиночку невежливо, а заставлять тебя платить — тем более. Ты говорил про кофе — ты его заказал, какие ещё вопросы? Стив усмехнулся и взъерошил волосы на затылке. — Какая-то фигня получается. Я тебя вроде как поблагодарить хотел, а теперь ты меня ещё и кормишь. — Расслабься. Можешь взамен рассказать мне что-нибудь. О себе, например. Стив замер, едва заметно напрягаясь, и Грег тут же обругал себя. Это явно была не та тема, на которую парню хотелось бы говорить. С другой стороны, поболтать о погоде и разойтись тоже было не выходом. Ему хотелось помочь Стиву, а для этого нужно было добиться хоть какого-то доверия. — Ладно, — Стив выпрямился и спрятал руки под стол. — На самом деле, это будет честно. Я, видишь ли, заходил недавно к Джо, и он мне немного про тебя рассказал. — Мне про тебя тоже, — кивнул Грег. — В общих чертах. — Ага. Ну, тогда обойдёмся без истории о том, как очередной идиот приехал поиметь большой город, а город поимел его. И продолжает иметь чуть ли не каждый божий день. — А домой вернуться ты не думал? — Нет, — решительно сказал Стив. — Ни за что. Ты бы вернулся? — Меня бы не приняли, — пожал плечами Грег. — Джо ведь и об этом рассказал тоже? — Конечно, — Стив даже не сделал вид, что смутился. — Ну, а я бы просто не вернулся. С голоду-то я и тогда не помирал, просто ждал одного, а получил другое. Думал, что сразу найду работу, сниму комнату, и всё будет в шоколаде, а в итоге через пару недель остался и без работы, и без жилья, и без денег. Хорошо ещё, что на одном собеседовании познакомился с хорошими ребятами, и мы втроём наскребли на квартиру. Ну и подрабатывали, кто где может. Потом всё-таки нашёл работу, долго там не продержался, но у меня тогда уже начали появляться постоянные клиенты, и я подумал, что проживу и так. Хреново как-то живу, если честно. Слушай, ничего, что я так много болтаю? — Болтай-болтай, мне интересно. Ему правда было интересно. Стив так спокойно, даже с улыбкой рассказывал о собственных злоключениях, словно не было ничего особенного в том, чтобы остаться без денег и работы в чужом городе. И выживать, продавая себя, хотя как раз эту сторону своей жизни он тактично не упоминал. — Да в общем, и всё, наверное. Ничего захватывающего. Официантка принесла ланч. По сравнению с картинкой в меню он выглядел довольно убого, но Стив тут же накинулся на жареную курицу с картошкой фри, и Грег последовал его примеру, стараясь не морщиться, когда курица оказывалась слишком жёсткой. Тому, кто издевался над несчастной птицей, следовало руки оторвать. — А ты? — спросил Стив с набитым ртом, смешно шевеля щеками, как хомяк. Прожевал, глотнул колы и уточнил: — Джо говорил, что ты архитектор. И что терпеть не можешь всякие модные проекты. — Почему не могу? Просто это не мой профиль. — А что же твой? — Загородные дома. Коттеджи. — А-а, — понимающе покивал Стив, — такой дом для большой семьи, да? С детскими, гостиной с камином, спальнями для гостей? Я бы тоже не отказался в таком жить. А свой дом ты тоже сам проектировал? — Нет. У меня обычная квартира. — Почему? Грег уже не первый раз слышал этот вопрос и никак не мог придумать достойный ответ на него. Он и сам не до конца понимал, почему при том, что он мог спроектировать себе любой дом, который хотел, дом своей мечты, он продолжал жить в квартире — хорошей, дорогой, обставленной по своему вкусу, но всё равно квартире. Наверное, дом его мечты был слишком велик для одного человека. — Так получилось, — коротко ответил он. Стив скорчил разочарованную гримасу и опёрся о стол локтями. — Слушай, я тут уже наболтал столько, что на двоих бы хватило. Теперь твоя очередь. Заметь, я не расспрашиваю о личном, просто расскажи что-нибудь, а то ты только и делаешь, что слушаешь. О личном Грег и не собирался рассказывать. Не потому, что Стив был, по сути, незнакомым ещё человеком, — просто он не видел в своей жизни ничего, что могло бы показаться особенно интересным. Если бы Стив рассказал, как ушёл из дома и мыкался в большом городе, он мог бы поведать аналогичную историю, но тот делал вид, что его проблемы были сущими пустяками, а создавать впечатление, что ему в своё время пришлось хуже, Грег не хотел. Ведь хуже-то ему точно не пришлось. — Если хочешь интересного, — начал он, протягивая руку за кофе, — то могу рассказать про работу. Обратилась ко мне как-то раз пара хиппи. Состоятельных таких хиппи. Хотели построить себе дом в форме листа конопли. Стив поперхнулся кофе и, смеясь, закашлялся. — Серьёзно?! — Ага. Я им объяснил, что это будет сложнее и дороже, чем они предполагали. Тогда они захотели дом в форме пацифика. — Он же круглый? — Да, но сверху было бы видно, что это пацифик, и по планировке тоже. Только они никак не могли договориться, сколько там должно быть комнат, и ни один вариант в планировку не вписывался. В общем, я отговорил их от этой идеи, построили нормальный дом, зато перед крыльцом разбили огромную клумбу. В виде пацифика, конечно. — И засадили коноплёй?! — Они делали вид, что это герань, а я делал вид, что верю, — усмехнулся Грег. — А вот ещё случай. Сдали дом, всё вроде нормально, через неделю звонит хозяйка в истерике и обвиняет нас в том, что строители замуровали в стены пустые бутылки. Она, дескать, слышит свист по ночам, а в интернете кто-то рассказал ей, что такое бывает от бутылок. Городская легенда, конечно, но она поверила. Орёт, грозит подать на нас в суд, требует компенсации. Приезжает подрядчик — действительно, свист... Стив слушал, прихлёбывая кофе, смеялся, иногда перебивал вопросами. Грег не помнил, когда в последний раз он так много и с удовольствием о чём-то рассказывал. Он всегда считал себя немногословным. В очередной раз поднеся чашку к губам, он обнаружил, что та пуста, и машинально взглянул на часы. — Я тебя задерживаю, да? — по-своему понял его жест Стив. — Извини, я не хотел. — Ничего подобного. Но Стив уже махал рукой, подзывая официантку со счётом, и Грег смирился. Ничего. Главное он сделал: встретился со Стивом, расположил к себе. Накормил заодно. — Спасибо за компанию, — сказал Стив, когда они вышли на улицу. Начал задувать ветер, по тротуару с шорохом неслись сухие осиновые листья. — Давно так не смеялся. У тебя, оказывается, совсем не такая унылая работа, как говорил Джо. — Можем повторить, — словно невзначай предложил Грег. — Я сейчас не очень занят, так что время найдётся. Стив просиял. — Класс! Давай тогда созвонимся или спишемся, ну, я не знаю. Как получится, в общем. Идёт? Только не вздумай снова за всё платить. — Идёт. А насчёт остального — посмотрим. Стив ещё раз сверкнул улыбкой и, помахав на прощание рукой, почти бегом припустил вниз по улице. Грег плотнее застегнул воротник и поднял его, спасаясь от холода. Интересно, есть ли у него шанс каким-то образом всучить Стиву тёплую куртку, чтобы тот не сумел от неё отказаться? На следующий день во время встречи с заказчиками ему пришло сообщение: «Прикинь только что здоровенная крыса перебежала мне дорогу и утопилась в пруду!» Грег перечитал сообщение дважды, чтобы удостовериться, что ему не показалось. «Нутрия?» «Понятия не имею» Пока молодая супружеская пара, для которой он строил загородный дом, листала каталог каминов, Грег успел зайти в интернет. Поисковик быстро выдал пару десятков фотографий. Он выбрал самую симпатичную и отправил Стиву. «Точно! Она!» «Она водоплавающая. Она живёт в этом пруду, дурень» «Да? Прикольно ))» И тут же вдогонку: «А у тебя есть домашние животные?» «Нет», — написал Грег с сожалением, потому что не раз уже думал о том, чтобы завести собаку, но всегда находились какие-то доводы против. Возможно, только у него в голове. Внезапное озарение заставило его в ужасе набрать: «Ты же не собираешься всучить мне нутрию??» «)))» — откликнулся Стив, а чуть позже добавил: «Я думаю тебе подойдёт лабрадор» «Всегда хотел хаски, но их нельзя держать в квартире», — признался Грег, краем глаза поглядывая на заказчиков. К счастью, они никак не могли прийти к единому мнению. «Хаски тоже клевые» «У тебя была собака?» «Нет. У мамы аллергия. Были рыбки но сдохли» «Сочувствую» «Я забыл выключить обогреватель и сварил уху. Упс мой автобус пока» «Пока», — написал Грег и, всё ещё улыбаясь, сунул телефон в карман. — Если позволите, — он ловко забрал каталог из рук женщины, — я бы посоветовал обратить внимание вот на этот вариант… Следующий ход Грег решил сделать сам, на случай, если Стив написал ему под влиянием чувств (или алкоголя) и не был уверен, что стоит продолжать. «Как там твоя нутрия?» «Больше не видел. Говорю тебе она утопилась» «Разбросай там на земле морковь или кукурузу, они их любят» «Откуда ты знаешь?» «Гуглил» Грег подождал немного, но ответа не появилось — видимо, Стив счёл его последнюю реплику завершением диалога. Тогда он написал сам: «Что ты делаешь в четверг?» «Утром сплю, вечером работаю. ?» «Как насчёт пообедать вместе?» Пауза. «Ок, почему нет. Только в каком-нибудь недорогом месте» Вот же упрямец. «Хорошо. Я за тобой заеду. Созвонимся ближе к делу» Времени до четверга оставалось много, понятие «недорогое» для Грега было более условным, чем для Стива, и он решил, что обязательно что-нибудь придумает.