(не)нужный...

POV Александра Спустя ещё два месяца врач пригласил меня к себе в кабинет на серьёзный разговор. — Скажите, есть какие-то изменения? — спрашиваю я. — Нет. Поэтому я пригласил вас. Прошло уже три месяца. Мы делали всё, что в наших силах. Но изменений в состоянии вашего супруга так и не произошло. — К чему вы клоните? — задаю вопрос. — Мне тяжело вам об этом говорить, но прошу вас подумать о том, чтобы отключить аппараты жизнеобеспечения. Без вашего согласия мы не можем этого сделать. — Я не согласен. Вы ведь говорили, что есть надежда! Были же случаи, когда люди приходили в себя и после более длительной комы! Ведь признаки активности мозга есть! Он ведь может очнуться! — сказал я доктору, чувствуя отчаяние. — Поймите, с самого начала вероятность благоприятного исхода была очень мала. А сейчас я уверен в том, что восстановление невозможно. Лучшее, что вы можете сделать для своего супруга, — это отпустить его и не затягивать. — Не могу так. Мне нечего вам ответить. — Я не прошу вас ответить немедленно. Возьмите вот эти бумаги, и когда будете готовы, подпишите их. Взяв из рук врача бумаги, я направился в палату Влада. Всё это время я жил надеждой, что всё будет хорошо и мы снова будем вместе. Друзья, которые иногда звонили мне узнать, как у меня дела, говорили все как один, что пора бы смириться. Их слова только раздражали, но сегодняшний разговор с доктором посеял во мне сомнения. Появилась мысль о том, что, возможно, я поступаю неправильно и стоило бы отпустить любимого, а не держать его здесь, искусственно продлевая жизнь. Смотрю в его всё такое же безжизненное лицо и не могу поверить, что всё это происходит на самом деле. Мне очень больно. Не представляю жизни без Влада. Придя домой, решаю поискать в интернете похожие случаи, надеясь, что врачи и друзья неправы. Однако та информация, которую я нашёл, расстроила меня ещё больше. Всё и правда настолько неутешительно… Влад рано или поздно всё равно умрёт, когда его сердце не выдержит. Всю ночь я не спал, мотаясь в сомнениях. С одной стороны, факт остаётся фактом, а с другой — бывает же, случается чудо! Хотя… кого я пытаюсь обмануть? С фотографий из фотоальбома на меня смотрел счастливый парень. А теперь он лежит безжизненный, и только мой эгоизм не даёт ему спокойно уйти. Наутро я принял решение и подписал документы, гоня от себя мысль: «Пусть хоть какой, но живой». Собравшись, направился в больницу. Увидев меня, доктор сразу же пригласил в свой кабинет. — Вы подумали над моими словами? — произнёс врач, как только сел за стол, а я устроился напротив него. — Да. Вот, держите, — говорю, протягивая листы, не желая озвучивать такие сложные для меня слова. Просмотрев их, доктор произнёс: — Вы приняли правильное решение. — Надеюсь на это… Скажите, вы уверены, что шансов на выздоровление нет? — задаю вопрос. — Абсолютно уверен, — ответил медик. На душе было так паршиво, что сил не было даже смотреть на Влада. Я отлично понимал: это последний день. Его скоро не станет. А моя жизнь станет совсем пустой и бессмысленной без него. На следующий день было назначено отключение. Однако перед этим врачи оставили меня одного в палате. Подойдя к кровати, я не знал, что делать. В голову приходили безумные мысли: выкрасть любимого, сжимать в объятиях и не отпускать. Наклонившись, я крепко обнял того, кого так люблю, а после, поднявшись и садясь на стул, начал говорить: — Прости меня. Прости за всё… Не хотел, чтобы всё так получилось. Скорее всего, ты не слышишь меня, но я должен сказать и попросить прощения… Может, тогда мне станет хоть немного легче. Я был дураком, не ценил тебя. Предавал и обижал, топтал твои чувства. Сейчас я раскаиваюсь. Только ничего ведь уже не изменить… Никогда не смогу снова услышать твой голос и ощутить твои ласковые прикосновения… Всё навсегда потеряно. Я люблю тебя и никогда не забуду… Никогда не прощу себя за то, что погубил самого дорогого человека в своей жизни. Прощай, любимый… Я не заметил, как по щекам начали катиться слёзы. Пытался сдержать их, ведь меня с детства учили, что альфы не плачут. Но не мог… Слёзы сами собой скатывались по лицу, а сердце сжималось от боли и горечи. Они застилали мне глаза, и я уже не видел лица Влада, потерял счёт времени. Мне хотелось побыть рядом ещё немного… Я боялся момента, когда войдёт врач. Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем кто-то дотронулся до моего плеча, видимо, чтобы обратить моё внимание. — Время пришло. Вы готовы? — словно сквозь вату услышал я голос врача. — Подождите минутку, — сказал я, вытирая слёзы с лица. Наклонившись к Владу, я поцеловал его сомкнутые губы, а потом, прошептав «Прости», отошёл в сторону. — Отключаем, — скомандовал доктор медсёстрам. Аппарат отключили, и сразу же послышался ровный, противный писк, говорящий об остановке сердца. Вот и всё. Последний раз, глянув на моего Влада, я развернулся и собрался уйти.