Еще один миньон

      — Алекс, — тихо позвал голос, медленно произнося каждый слог.       Девушка резко обернулась, услышав своё имя, но вокруг никого не было, кроме пустой дороги и единственного фонаря, слабо освещающего улицу. Повсюду доносилось тяжелое хрипение, но девушка успокоила себя мыслью, что, возможно, это было вовсе не хрипение, а шелест листьев деревьев, посаженных вокруг дороги. Больше она не слышала жуткого голоса, доносящегося из темноты, и уверила себя в том, что ей показалось. Но вдруг голос снова позвал ее, при этом издавая шипящий звук, словно ядовитая змея.       — Алексссс… Алекссс… — позвал он, выдержав паузу.       Девушка почувствовала, как по ее коже побежали мурашки. Но она не понимала отчего: то ли от страха, то ли от холода. При выдохе она заметила выходящий пар и поняла, что все-таки от холода, которого, как ни странно, не чувствовала. Вдруг из темноты на нее полезла страшная тень, обратившись в пальцы с длинными когтями. Тело Алекс парализовало от страха, но она нашла в себе силы хотя бы сделать шаг назад, как сбоку ее ослепил яркий свет, приближающийся с молниеносной скоростью…       Девушка вскрикнула и упала с кровати. Ее пижама промокла насквозь, по полу растеклась большая лужа воды, постельное белье было мокрым, рядом стоял Джон с пустым ведром, с которого еще капали остатки вылитой воды, и смеялся до коликов.       — Какого черта?! — крикнула Алекс в возмущении.       Нахмурившись, она продолжала сидеть на полу. С ее волос стекала вода. Джона не покидало воспоминание как его сестра, испугавшись, с криками, в попытках среагировать на ситуацию, которую оценить спросонья невозможно, свалилась на пол, выпучив глаза. Закончив смеяться с этой картины, он развел руками:       — Обряд посвящения в стиле Джонни. Теперь ты американка, — с довольной улыбкой на лице произнёс он.       — Обязательно было будить меня таким образом?       — Да. Хотя ты еще не настоящая американка.       — Ну это естественно, ведь я из другой страны, — буркнула Алекс, удивившись таким глупым умозаключениям кузена, и поднялась с мокрого пола.       — Этим тебя выдает твой золотой британский акцент.       — А что не так с моим языком?       — Да ничего страшного, на самом деле. Когда-нибудь ты, возможно, будешь говорить на чистом американском. Это лишь вопрос времени, — ответил Джон и поспешил удалиться из комнаты подальше от разгневанной сестры, — начинай собираться, если не хочешь опоздать в новую школу.       Алекс ничего не ответила и, достав синее махровое полотенце из комода, направилась в ванную. «Обряд посвящения» вывел ее из себя, и чтобы успокоиться, ей нужно было постоять хотя бы пару минут под контрастным душем, насладившись бодрящими струйками. Закончив с утренними процедурами, Алекс вышла из ванной полная решимости ответить дорогому кузену той же монетой. В ее комнате уже был вымыт пол, постельного белья на кровати не было, включая матраса. Видимо, брат все убрал, пока она была в душе. Высушив волосы и накрасившись, девушке в голову пришла гениальная идея. Тихо выйдя из комнаты она на цыпочках зашла в ванную. Там она быстро отыскала крем для бритья Джона и взяла его с усмешкой на лице. Спрятав его за пазуху своего пиджака, Алекс спустилась вниз и прошла на кухню. Джон суетился около стола, на котором уже стояла тарелка с содержимым, похожим на кашу. Поставив две кружки, он сел за стол, что сделала следом и Алекс, которая стала с недоверием поглядывать в тарелку, вспомнив свое пробуждение.       — Все чисто, не волнуйся, — со смешком заверил ее Джон, взяв с тарелки одну из булочек. Откусил от нее большой кусок, запив кофе из кружки.       Алекс вздохнула, набрала в ложку каши и неуверенно отправила ее в рот. Вкус был сладким, хлопья мягкими и размокшими, шарики, видимо недавно засыпанные в тарелку, хрустели во рту. Вкус молока порадовал рецепторы Алекс, напомнив ей детство.       — Геркулес на молоке с шоколадными шариками и свежезаваренный чай. Пойдет такой примирительный завтрак? — спросил Джон, увидев улыбку на лице сестры.       — Да, — кивнула та, — спасибо.       Кухню наполнял запах кофейных зерен, отчего девушке захотелось кофе, но она как истинная англичанка промолчала и продолжила пить чай. Позавтракав, Джон поднялся со стола и хотел забрать посуду, но Алекс его остановила.       — Я уберу. Ты приготовил мне завтрак, дай мне поблагодарить тебя хотя бы такой мелочью, — сказала она.       — Хорошо. Тогда через пять минут жду тебя в машине, — ответил Джон, улыбнувшись, и вышел из кухни.       Алекс убрала со стола тарелки и кружки, попутно поставив коробку хлопьев и шариков в шкафчик на место. Воспользовавшись моментом отсутствия Джона, она открыла морозилку и, достав из-за пазухи крем для бритья, засунула его вглубь, чтобы его нельзя было заметить, и закрыла холодильник, хихикнув. Быстро сбегала в комнату, где лежал ее рюкзак и, схватив его, она спустилась вниз и запрыгнула в машину. Автомобиль был давно прогрет, внутри играла одна из песен Black Sabbath, голос Оззи Осборна голосил: «Lady Evil, Evil». И девушка отметила для себя, что именно с этой песней у Джона будет ассоциироваться утро завтрашнего дня. Постояв недолго в пробке, машина выехала на шоссе и, проехав некоторое расстояние, завернула налево на проезд Ройс.       — Удачи в первый день, — сказал Джон, тронувшись с места, и уехал.       Алекс осмотрела местность. Перед ней возвышались два здания, соединённых надземным переходом, образуя арку. Внизу располагались ступеньки, ведущие во двор огромной школы. Перед зданиями была посажена ярко-зеленая трава, огражденная небольшим белым заборчиком. Перед левым корпусом около газона с цветущими белыми цветами, стояла скамейка, придающая дополнительный уют.       Здание справа было окружено невысокими деревьями. Алекс подошла к ступенькам из плитки, справа на стене была надпись: «Добро пожаловать в школу Андерсона», а ниже красовалась его цитата. Девушка преодолела ступени и зашла во внутренний дворик.       Посередине красовался зеленый газон с посаженным деревом, рядом стояли черные скамейки, где можно было отдохнуть между переменами. На плитке был узор квадратов кремового вперемешку с коричневым цветами, сочетающихся со школой. Во дворе уже никого не было, все разбежались по кабинетам на уроки, кроме одного мужчины, который стоял у входа. На нем был светлый костюм с фиолетовым галстуком, а на голове аккуратно зачесанные светлые волосы. Строгий с виду взгляд серых глаз заметил девушку и тот подошел, с улыбкой спросив:       — Здравствуй. Ты должно быть Алекс Браун? Я директор этой школы. Мое имя Дэвид Андерсон.       — Это я. Здравствуйте, — улыбнулась она, воодушевившись, что ее встречает сам директор, который, возможно, был правнуком или родственником знаменитого Джона Андерсона, в честь которого была названа школа и чьи слова были высечены на стене школы.       — Пойдем, я отведу тебя в класс, там тебе все расскажет и покажет потом твой классный руководитель — учитель литературы и культуры речи. Ее зовут Роуз Эванс.       Алекс кивнула в знак согласия и покорно последовала за директором. Школа была огромной. Один корпус был для младших классов, а другой для старших. Девушка с ужасом думала, каким образом она не заблудится, будет не опаздывать и находить нужный класс вовремя. Поднявшись на третий этаж, Дэвид Андерсон остановился около одной из дверей и открыл ее, пропустив Алекс вперед себя. На девушку глазело множество любопытных взглядов, отчего ей стало не по себе. Возникло желание выбежать из злосчастного кабинета подальше от этих глаз.       — Дорогие студенты, — торжественно произнес Дэвид, — это наша новая ученица. Она прибыла к нам по программе студента по обмену из Великобритании. Надеюсь, что этот город и эта школа станет для тебя новым домом, Алекс.       Девушка натянуто улыбнулась на теплые слова директора и получила приятное приветствие учителя истории. Он был пожилых лет с седыми кудрявыми волосами, на крючковатом носу красовались маленькие очки, которые то и дело постоянно спадали, и ему приходилось поправлять их величественным жестом.       Его звали Ричард Кокс, над его фамилией посмеивались студенты, ведь произношение было созвучно с наркотиком*. Видимо, Ричард не любил, когда школьники садились как можно дальше от него и принудительно пересаживал их ближе. Алекс прошла в самый конец класса, свободна была лишь одна задняя парта, которую она спокойно заняла, избегая любопытных взглядов новых одноклассников. Девушка достала тетрадь и ручку, собравшись записывать то, о чем говорил учитель.       Ричард Кокс рассказывал про первую Мировую войну, материал по которой Алекс прошла еще в своем родном городе в старой маленькой школе. Поэтому отчужденно слушала его нудную речь и думала о том, как еще насолить своему брату, на которого все еще таила обиду, и считала своим долгом отомстить ему.       «Война, так война» — заключила она.       Прозвенел долгожданный звонок. Девушка сделала вид, что очень долго собирается, планируя выйти самой последней, и пойти искать Роуз Эванс, которая, по словам директора, должна была посвятить ее в жизнь школы Андерсона. Но Ричард Кокс избавил ее от этой трудности и попросил девушку задержаться ненадолго. Наконец, в класс зашла женщина средних лет. Ее волнистые волосы рыжего оттенка падали на плечи, взгляд карих глаз был добродушным и добрым. На ней была закрытая кофта-разлетайка, способная прикрыть ее полноватое тело, и черные официальные штаны, из-под которых выглядывали лакированные туфли на высоком каблуке.       — Здравствуй, детка, — ласково произнесла она.       Алекс поздоровалась в ответ. Манера общения Роуз напоминала Алекс беседу с ребенком, но она старалась не обращать на это внимания. Хотя она не была уверенна нравятся ли ей сюсюканья в ее адрес.       Роуз Эванс провела Алекс небольшую экскурсию, показав ей ее личный шкафчик, столовую и задний двор, где школьники отдыхали между перерывами, подсказала ей где найти расписание и где можно найти карту школы, если вдруг Алекс заблудится. Искренне поблагодарив учителя, Алекс поспешила в класс, мгновенно влюбившись в добрую Роуз Эванс.       Зайдя в класс, она заторопилась занять последнюю парту, чтобы в спокойствии провести следующий урок математики. Ученики постепенно подтягивались, заполняя класс, но заговорить или познакомиться с Алекс не решались. Девушка чувствовала себя чужой среди недружелюбных американских детей и пожелала, чтобы этот учебный день поскорее закончился. Впечатление от школы у нее складывалось в положительную сторону, кроме отношений с новыми одноклассниками.       Она начала скучать по своим друзьям в Брайтоне, как прозвенел громкий звонок, оповещающий всех о начале урока. В класс зашла худощавая женщина с короткой стрижкой. У нее были черные, как уголь, волосы, а строгий и безжалостный взгляд голубых глаз стал искать себе жертву. Наконец, ее взгляд пал на Алекс. Девушка встала с места и представилась в знак уважения. В ответ учитель математики тоже представилась.       Ее звали Джулиан Батлер и она была грозой всей школы. Она держала в страхе все классы, у которых вела. На ее уроках класс сидел в полнейшей тишине. Алекс удивилась, как она смогла так всех дисциплинировать, добившись абсолютной тишины, которую нарушал только ее строгий звонкий голос. Она начала писать на доске уравнения для проверки знаний своих учеников, как в класс залетел парень.       — Уайт, сколько можно опаздывать? — властно и твердо спросила Джулиан, вернувшись к написанию уравнений.       — Это в последний раз, миссис Батлер, — пробормотал парень, рассматривая класс в поисках свободного места.       — Знаю я ваш последний раз. Садитесь, — сказал учитель, даже не повернувшись к ученику.       Все парты были заняты, кроме задней, где сидела новенькая, с которой никто не сел. Парень сверкнул взглядом голубых глаз цвета неба на свободный стул около Алекс и направился прямо к ней. На нем была не застегнутая клетчатая рубашка, служившая заменой пиджака или куртки, под ней была белая футболка, на ногах парня были стандартные потертые джинсы, а обут был в начищенные конверсы. Когда он подошел, Алекс почувствовала неловкость, ведь парень начал изучающе сверлить ее взглядом, будто пытаясь вспомнить ее прежде.       — Можно я присяду, спасибо, — сказал он, собравшись сесть, но Алекс положила свой рюкзак прямо на желанный стул.       — Нельзя. Сиди на полу, — с сарказмом ответила она.       — Никогда тебя раньше не замечал. Извини, конечно, как твоё имя? — парень усмехнулся, продолжив стоять на месте.       — Никак. Раз уж ты такой невежа, сиди на полу, — Алекс довольным взглядом указала на пол. Она удивилась, что этот парень даже не понял, что она новенькая.       — Да ладно тебе. Я же прикалываюсь, — парень потянулся за рюкзаком девушки, но Алекс положила на него свою ладонь и с уверенным видом отозвала его намерения.       — Ты даже имени моего не помнишь, а ведь мы столько лет вместе проучились. Вон на пол, — гордо заявила она. Ей уже начинало нравиться над ним издеваться.       — Ну прости, прости. Я не хочу на пол, — пробормотал он, построив щенячьи глазки. Алекс в ответ лишь отрицательно покачала головой.       — Ник Уайт! Прекратите с новенькой разговаривать. Мало того, что вы опоздали, так еще и срываете мне урок. Выйдите за дверь! — прервала их Джулиан.       — Последний раз, миссис Батлер, — пробормотал Ник.       — Вон за дверь или отправишься к директору, — строгим голосом приказала учитель математики.       Парень бросил возмущенный взгляд на Алекс и вышел из класса. Девушка, хихикая, проводила его взглядом. Весь урок миссис Батлер мучила своих учеников, которые не научились решать сложные уравнения. Алекс она не трогала, так как она была новенькая и это было девушке на руку. Прозвенел звонок, Алекс осторожно вышла из класса, ожидая засады от Ника, но в коридоре, к счастью, его не было. Выдохнув, Алекс направилась к своему шкафчику.       Достав ключи из рюкзака, она отперла его и сложила ненужные на сегодня учебники с тетрадями. Ее напряженное настроение сменилось на положительное после урока математики. С радостным лицом, она закрыла дверцу и дернулась от неожиданности. Рядом стоял тот самый парень, поджидая, когда она закроет свой шкафчик. Их взгляды встретились. Он смотрел на нее сверлящим взглядом, призывая к совести и ожидая извинений, а девушка в ответ смотрела на него насмешливым взглядом.       — Не надо так смотреть на меня, — произнесла Алекс, едва сдерживая смех, — ты сам виноват.       — Не согласен. Все это время ты пудрила мне мозги. Зачем?       — Урок математики был напряженным и скучным, — улыбнулась она.       — Согласен. Математика — это скучно, но не у миссис Батлер, — произнес он, — а я думал все новенькие скромные.       — Как оказалось не все, — ответила Алекс в свою защиту.       — И все-таки, как твое имя, иностранка? — спросил он.       — Как ты узнал, что я не из Америки? — удивилась она.       — Твоя манера говорить. Я же не идиот. Тебя выдает британский акцент, — улыбнулся тот и поднял бровь, дав понять, что девушка не ответила на вопрос.       — Алекс, — произнесла она.       — А я Ник.       — Я знаю.       Слегка улыбнувшись, Алекс закрыла шкафчик на ключ, не отрывая взгляда от Ника. Опустив взгляд, она поспешила отдалиться от парня и вышла на задний двор школы. Повсюду школьники сидели компаниями то на скамейках, то на газоне, или на бетонных плитах. Кто-то перекусывал, кто-то смеялся, кто-то рассказывал истории, кто-то переживал из-за скорой контрольной. Алекс прошла вперед в поисках места для времяпровождения, но ее окликнула девушка, сидящая на газоне с подругами.       — Алекс? Это ты, Да? — спросила она. Другие девушки стали разглядывать ее, словно свежий кусок мяса.       — Да. А что? — поинтересовалась та.       — Присаживайся к нам. Мы ведь учимся в одном классе.       Алекс неуверенно подошла к ним и села рядом. Девушка, что ее позвала, производила впечатление зазнайки, нарцисса. Единственное, о чем она говорила — это о себе и своей великолепной персоне. У нее были светлые крашенные волосы, выдавали это ее темные корни, с которых краска начала смываться. Но при этом она выглядела ухоженной, руки были гладкими, ногти были наращенными, как и ресницы. Ее карие глаза с каждым комплиментом от подруг блестели ярче солнца. Она представилась как Элизабет, но для Алекс сделала исключение, попросив называть ее Бетти.       Две другие девушки были совершенно не похожими на нее. Одна была брюнеткой, у нее были густые, длинные и волнистые волосы, яркий макияж, подчеркивающий ее синие глаза. Ее звали Джессика.       Другая тоже была блондинкой, как и Бетти, только подстриженной под каре. У нее были зеленые глаза и от природы длинные ресницы. На ее лице не было макияжа, так как она считала, что была от природы вполне красива. Ее звали Каролина. Они были все такие разные, что Алекс с интересом стала участвовать в разговоре. Вдруг к компании девушек подбежала пара парней в спортивных костюмах: в шортах и футболках. Один из них присел и жадно поцеловал Элизабет.       — Это Рик и Мэтт, — представила их Джессика, — ребята, это Алекс. Новенькая.       — Привет, — пробормотал Мэтт.       Он был спортивного телосложения, высоким блондином, с волосами пепельного цвета, и серыми глазами. На нем была красная форма с номером 14 на спине, такая же, как и у Рика, только у него на спине красовалось число 5.       Оторвавшись от губ Элизабет, Рик уставился на Алекс. Он был высоким, тоже накаченным, это подчеркивали массивные мышцы на руках, с пухлыми губами и ярко синими глазами, глазевшими сверху вниз на всех вокруг, как это делала и блондинка, которую он поцеловал для показухи. Любому дураку было бы понятно, что Элизабет и Рик популярная в школе парочка. Самая красивая девушка с самым красивым парнем. Такая типичность в глазах Алекс придавала школе все большую серость.       — Сегодня будет вечеринка у меня дома. Ты приглашена, — сказал низким нахальным голосом Рик, обратившись к Алекс.       — Вечеринка? Я приду, — произнесла Алекс уверенным голосом.       — Замечательно! Мы покажем тебе, как тусуются в Америке, — произнесла Элизабет королевским тоном, будто вечеринка будет у самого президента Америки.       Рик и Мэтт удалились со двора в сторону стадиона, ведь у них скоро начнется тренировка, из-за которой им разрешили пропустить урок литературы у Роуз Эванс. Троица девушек тоже поднялась с земли, сообщив, что нужно спешить, но, чтобы не брать Алекс с собой, отмахнулись, что они зайдут перед этим в дамскую комнату. Алекс осталась одна посреди дворика, который скоро опустеет. Она уже собралась идти в холл, где находилась карта школы, но заметила вдалеке стоявшего около колонны Ника, который снова сверлил ее взглядом. Девушка подошла к нему.       — Ты ждал меня? — спросила она, усмехнувшись.       — Надо же кому-то показать тебе дорогу к кабинету, — ответил тот.       Они направились внутрь здания. Оставалась пара минут до звонка, но парочка не собиралась торопиться. Открыв дверь на лестничную площадку, Ник пропустил девушку вперед. Они поднялись на третий этаж в полном молчании. Войдя в коридор, парень нарушил тишину:       — О чем задумалась? — спросил он.       — Думаю, как подшутить над кузеном, который разбудил меня сегодня ведром воды.       — Это жестко, — рассмеялся Ник, — кстати, откуда ты?       — Из Лондона на воде. Брайтон, — с гордостью ответила Алекс.       — Эм, Лондон на воде? — спросил Ник удивленно.       — Да. Это его второе имя, полученное из-за того, что он расположен у моря.       — Это круто. Никогда не был в Англии, — произнес он и после недолгой паузы, будто решившись, продолжил, — слышал, что тебя пригласили на вечеринку.       — Ну да. А что?       — Я тоже, в общем, иду. Кстати, я знаю, как тебе помочь с кузеном.       — Как? — с интересом спросила Алекс.       — Если пойдешь на вечеринку со мной, то расскажу и даже больше, — сказал он, заигрывая.       — Какой же ты гадкий шантажист! — возмутилась она.       — Это значит да?       Алекс кивнула и открыла кабинет. Они вдвоем зашли внутрь. На первой парте сидела Элизабет, которая подмигнула Алекс как только ее увидела, позади сидели Джессика и Каролина. Почти все парты были заняты, в том числе и козырные задние. Алекс пришлось сесть позади двух новых знакомых. Рядом с ловкостью и быстротой сел Ник, усмехнувшись.       — На этот раз ты меня не прогонишь.