Pain

Горло что-то стянуло, не позволяя мне вздохнуть полной грудью. Стоп, что? Зачем мне вообще дышать, почему я всё ещё жива?! Изнутри стала подниматься паника, заставляя меня вертеться, пытаясь выбраться. Где я чёрт возьми?! Пытаясь бороться с приступом паники, я задышала глубоко и размеренно. Нужно во всём разобраться, а уж потом паниковать. Я попробовала пошевелиться, не знаю где я, но здесь очень темно. Голова просто раскалывается, а руки неприятно зудят. Мои попытки пошевелиться не увенчались успехом, поэтому я решила больше не напрягать своё и так больное тело . Спина чесалась и ужасно ныла, будто вся она — один сплошной синяк. Но почему-то я постоянно подскакиваю, вечно ударяясь ей. Нет сил даже протяжно застонать от боли, выдавая своё присутствие людям. Они здесь точно есть. Я слышу их приглушенные голоса, смешивающиеся с ржанием лошадей и какими-то стуками. Я чувствую положение всего тела. Ноги вытянуты и максимально прижаты друг к другу, а руки перекрещены на груди. Шею, кажется, что-то стягивает, иначе я бы смогла дышать более глубоко. Закрадываются подозрения, что и ноги связаны. Новый приступ истерики предотвратил смачный удар моей спины о жёсткую поверхность. Невыносимая, дикая боль ржавыми иглами распространилась по всему телу, от измученных лопаток до кончиков пальцев. Из глаз прыснули слёзы, скатываясь по лицу к шее. Солёные слезинки заставляли мелкие царапины немного пощипывать, чем вызывали новые потоки слёз. Пожалуйста, успокойся. Я закусила губу и разжала затекшие пальцы на правой руке, а после с силой сжала кулак так, что ноготки стали царапать кожу ладони. Посторонние крики становились громче, а по телу стала разноситься вибрация от характерных толчков. Что-то явно происходило не так. И тут я почувствовала, что моё тело стали куда-то толкать. Это немыслимо! Я попыталась возразить, но, видимо, мои жалкие попытки пошевелиться не увидели. В этой безумной суматохе, как мне кажется, все люди посходили сума. По ушам постоянно били оглушающие удары, состоящие из криков и возгласов людей, протяжных скрипов чего-то деревянного и невероятно громкого ржания лошадей. Откуда всё это взялось остается для меня загадкой. Толчки в разные части тела продолжались, постепенно выкатывая меня. Ещё немного и я упаду от сюда! Я уже чувствую край. Послышался звук падения чего-то тяжелого на фоне постукивания и выкриков. В следующее мгновение меня ещё раз толкнули и я оказалась в свободном полёте. Это приятное на первый взгляд чувство закончилось, когда я со всей дури врезалась спиной в землю, а после начала катиться сдирая с себя свой кокон, из которого не могла выбраться достаточно долго. Лицо до сих пор что-то покрывало, скрывая мне обзор, но желания поскорее убрать это не было, как и сил подняться. Спина нещадно ныла, будто мне переломали все кости, а после начали заживо сдирать кожу. Я до крови прикусила губу и завыла от боли. Ужасное чувство поселилось внутри меня. Будто я надела вещь на 4 размера меньше. Только давила мне не одежда, а само тело. Очень странно. Мне ужасно жало в грудной клетке, хотелось перекрутиться и избавиться от этого чувства. Но почему-то я не могла. Где-то относительно недалеко начали раздаваться толчки. Будто землетрясение. Толчки всё усиливались, становясь громче, будто приближались. И тут мой распухший и усталый мозг начал работать. Почему толчки настолько равномерные? Раз-два. Раз-два. Уж слишком похожи на гигантские шаги… Боже, где я?! Если этот великан наступит на меня, тогда мне точно не жить. Дыхание участилось, пульсация давила на виски, возобновляя головную боль. Я замерла, стараясь не подавать признаков жизни и прислушалась. Оно совсем близко… пробежало мимо меня, создавая ужасный рык. Пролежав в одном положении еще некоторое время, я стала медленно разворачиваться. Благо во время того, как я катилась по земле, ткань, которая сейчас обтягивает меня, немного ослабилась и мне стало проще дышать. Окончательно сняв грязный серо-коричневый брезент, я осмотрела себя. Все ладони покрыты маленькими шрамиками и небольшими засохшими царапинами. Что делали эти руки? Я смотрела дальше. Этого просто не может быть. Это… Это не мои пальцы! Мои были длинные, тонкие… Одним словом, музыкальные. А эти… Вновь поступающая истерика заставила меня задрожать и упасть на четвереньки. Что. Здесь. Происходит? Нужно полностью всё проверить, а уж потом паниковать. Глубоко дыша и чуть не теряя сознание, я ледяными пальцами судорожно стала расстегивать пуговицы на рубашке. Только сейчас я заметила красный круг на ткани в области живота. Полностью распахнув рубашку, я чуть не закричала от ужаса. Сероватая, покрытая шрамами и царапинами кожа, огромная рана с застывшей, словно у трупа, кровью. Меня передернуло. Дрожащими руками я дотронулась до головы. Мягкие, пушистые волосы. Взяв одну прядь, я поднесла ее к лицу. Рыжая. Словно лучик заходящего солнышка… Немного успокоившись, я поднялась на ноги — признаться, это далось мне нелегко, — и огляделась. Поле. Полуденное солнце освещало засохшую траву и трупы, что были разбросаны по всей округе. Одним из которых считали меня. Мои белые когда-то штаны имели травяные зелёные пятна и серые катышки от брезента, в который меня заворачивали. Я выпрямилась. Но как только лопатки свелись вместе, по телу прошел разряд, заставивший меня обратно согнуться. Спина просто адски болит. Приняв позу гоблина, я снова начала осматриваться. Солнце скрылось за набежавшими тучами, мгновенно забирая свой свет и тепло обратно. Резко стало холодно и неуютно. Среди разбросанных по полю трупов, мне кажется, всегда будет неуютно. К тому же, должен начаться дождь. На всю округу раздался первый раскат грома. Я быстро, насколько это было возможно, побежала к брезенту, который благополучно отбросила далеко в сторону за ненадобностью. Как только я добралась до места и накинула на голову грязную ткань, тут же хлынул ледяной дождь, понижая видимость до минимального уровня. Поморщившись, я попрыгала на месте, чтобы немного взбодриться и быстренько направилась в неизвестном направлении. Может и людей встречу, но для начала нужно во всём разобраться.