Жертва сплетен

      – Твоя фигурка как всегда супер, Люси! – воскликнул Телец, всем своим видом излучая похоть. В тот же момент маг из тёмной гильдии пронзил его насквозь и бросился к Люси, но Грей его успешно остановил.       – Будь осторожнее, – предупредил он, спеша на помощь к Нацу.       – Царя зверей откройтесь врата! Лев!       – Скучала по мне? – слащавым голосом спросил Локи, приобняв девушку за талию. Люси заехала ему по наглой физиономии и отскочила на добрых несколько метров.       – Люси, сзади! – прокричала Эльза, отвлекаясь от своего противника.       Локи отреагировал быстрее Люси. Он рванул к ней и оттолкнул в самый последний момент, тут же подключаясь к драке. Хоть противники и были сильны, но сражение больше напоминало их избиение. Больше всех старался Нацу. Битва доставляла ему настоящее удовольствие, о чём говорили весь его настрой и довольная улыбка. Нацу махал кулаками направо и налево, вполне успешно расправляясь с целой гильдией врагов. Для других членов команды не осталось работы благодаря его стараниям. Закончили очень быстро. Локи поправил очки и стряхнул пыль с пиджака. Он ослепительно улыбнулся и положил руку на плечо Люси, немного его сжав.       – Может, сходим на свидание, когда вернёмся в Магнолию? – Локи игриво подмигнул, поцеловал тыльную сторону её ладони и прижал тонкую ручку девушки к своей груди.       Люси фыркнула и закрыла его врата. Каков нахал. В последнее время Локи на пару с Тельцом стали ещё более озабоченными, чем обычно. Это до безумия злило ревнивую Деву, но Люси всегда говорила, что выходки этих двоих для неё ничего не значат.       – Отлично помахались! – усмехнулся Нацу, похрустев разбитым в кровь кулаком. – Сейчас бы пожрать…       Грей хлопнул себя по лбу и закатил глаза. Эльза понимающе усмехнулась, ну а Люси всё думала о своём, не замечая ничего вокруг. Думала о Деве.       Ни для кого не было неожиданностью, что вся награда за задание пошла на покрытие разрушений. Нацу не очень-то сдерживал себя, когда расправлялся с врагами. А ещё он разрушил вокзал и часть железной дороги. Повезло, что город являлся конечной станцией, и рельсы больше никуда не шли. Иначе пришлось бы платить гораздо больше, ведь разрушение средней части путей остановило бы движение поездов. Они отдали всю награду и отправились обратно в Магнолию пешком, решив не ждать ту неделю, которая понадобилась бы для восстановления путей. Нацу был всем доволен и от радости даже изрыгал огонь, в то время как остальные прожигали его убийственными взглядами. Три дня пути – срок, конечно, малый, но радости это, тем не менее, не приносило.       Грей обгорел на солнце, потому что по дороге потерял свою одежду. Теперь он ходил красный, как рак, а Нацу над ним ржал. Драться у ледяного мага не было настроения, поэтому он угрюмо бурчал себе под нос, проклиная чёртово солнце и огненную ящерицу.       – Не вешай нос, – подбодрила его Эльза, хлопнув рукой, облачённой в железную перчатку, по обгоревшей спине. На коже остался ярко-алый отпечаток ладони.       Грей подавился воздухом от внезапной вспышки боли и спрятал глаза за чёлкой.       – Спасибо, Эльза, мне гораздо легче, – прохрипел он, съёжившись под грозным взглядом Титании. Она мигом просияла и прошла вперёд, заводя беседу с Люси.       – А ну стоять, бояться! – крикнул кто-то со стороны холма, и в сторону друзей устремилась добрая сотня бандитов.       Эльза отреагировала мгновенно, перевооружившись в новый доспех и бросаясь в бой. Нацу завопил от восторга и рванул вслед за Эльзой.       – Эй, ледышка, у меня уже десятка! – выкрикнул он, сломав кому-то челюсть.       Грей скрипнул зубами. У него на счету было девять. Отрыв всего лишь в единицу, и от этого Фуллбастер прямо загорелся. Он быстро сравнял счёт и с ещё большим усердием раздавал незадачливым бандитам тумаки.       Люси тоже не стояла в стороне: призвала сразу двух духов – Локи и Тельца. Но увидев их, пришла в недоумение. Оба духа были жестоко побитыми и выглядели более чем жалко. Каждый из них смог вынести только по одному вражескому удару и тут же ретировался в мир духов.       Всё закончилось быстро. Люси пристегнула ключи к общей связке на поясе и виновато потупила взгляд. Она единственная не одолела ни одного врага. Тем временем Эльза, Грей и Нацу переводили дыхание после хорошей драки, заодно озвучив каждый свой счёт.       – Пятьдесят восемь, – спокойно сказала Эльза, ощупывая ушибленный бок. Она была жутко зла на себя за то, что пропустила один единственный удар.       У Нацу и Грея было по двадцать два. Каждый считал себя победителем, не желая так просто уступать почётное второе место. Начала назревать драка, но Эльза быстро образумила друзей, врезав каждому.       До Магнолии добрались без приключений. Люси доложила сияющей Миражане об окончании задания, Нацу громко ел, а Грей прятался ото всех вне стен гильдии. Он стыдился своей обгоревшей на солнце кожи. Поэтому он преспокойно сидел у себя дома и принимал успокаивающую ванну со льдом.       Эльза же заказала торт и с аппетитом его кушала. Одно её молчаливое присутствие в гильдии составляло особую атмосферу. Было непривычно тихо, никто не дрался и не вёл себя слишком шумно, чтобы не навлечь на себя гнев Титании. Поэтому никто не решался завести очередной разговор об отношениях Люси и Нацу. В гильдии все такие сплетники! Миру просто распирало от любопытства, ей не терпелось выслушать новые подробности. Эвергрин косилась на Эльзу и обмахивалась веером. Она, как и многие в тот момент, хотела, чтобы Эльза вышла хотя бы на десять минут. Кана не переставала усмехаться на пару с Бикслоу, ожидая с нетерпением новых сплетен.       На самом деле, в гильдии было четыре человека, которые знали правду, что Люси и Нацу связаны только дружбой. Во-первых, это Ромео и Венди. Они были детьми, поэтому их мысли не были кладезем пошлостей, как у всех остальных в Хвосте Феи. Все рассказы Нацу они понимали буквально, именно так, как подразумевал сам рассказчик. Ничего плохого. Но они не решались говорить всем, что те ошибаются, ведь это чревато тем, что можно привлечь к себе ненужное внимание. Когда в гильдии все озабочены, даже детей могут взять под прицел своих фантазий и опошлить их чистую и светлую детскую дружбу.       Во-вторых, Кана. Имея способности гадалки, она с самого начала это предсказала, и просто развлекалась, наблюдая за ничего не понимающей Люси и животными взглядами согильдийцев. Кана Альберона – единственный человек, знающий страшную тайну Люси. Один расклад карт рассказал всё. Поэтому, слушая очередную бредовую историю и глупые сплетни, Кана, знающая правду, заливалась смехом.       И наконец, в-третьих, Бикслоу. Прочитав душу Нацу с помощью своих способностей, он понял, что у Нацу с Люси ничего нет, и придумал план. Своими комментариями он раззадоривал публику, а они велись и хватались за каждое его слово. Бикслоу намеренно натравил Лексуса на Нацу, чтобы понаблюдать за развернувшимся противостоянием. Ведь так гораздо интереснее, когда в его игре будут такие страсти. Всё ради того чтобы развлечься.       Вот такие дела. Кана с Бикслоу сразу спелись. Маг душ пытался выпытать у Альбероны горячие подробности, но девушка молчала, хитро сверкая глазами. Бикслоу это не нравилось, но так было даже интереснее – он любил разгадывать загадки и узнавать чужие тайны. Он даже использовал магическое зрение – грязный ход – но не сработало: Кана была настолько пьяна, что мысли в её черепной коробке напоминали ядовито-яркий калейдоскоп, от которого у любопытного Бикслоу разболелась голова. Больше он так не рисковал, решив положиться на волю случая: когда-нибудь Кана сама проболтается. Знал бы он, что так и не дождётся.       Эльза из-под полуопущенных ресниц наблюдала за происходящим и в целом осталась довольной. Единственное, что её напрягало, так это вид сюсюкающих вокруг Леви Джета и Дроя. Несчастная МакГарден прикрывалась книгой и вообще притворялась спящей, лишь бы хотя бы ненадолго они оставили её в покое. Эльза подобралась, потянулась, разминая мышцы.       – А ну-ка подошли сюда, быстро! – рявкнула она, исподлобья смотря на напарников Леви. Остальные провожали их сочувствующими взглядами. – Быстро взяли задание с доски! На двоих! И чтоб через пять минут вас тут не было!       От страха они не смогли ничего ответить, только молча повиновались. Эльза страшна в гневе, лучше ей не перечить.       Через час она ушла наводить порядки в городе. Народ разбегался, едва заприметив грозную Титанию. Она отчитала группу шумных детей; Джувию, за то, что она подглядывала за Греем в окно его ванной; и какого-то незнакомого парня, доведя того до слёз.       В гильдии вздохнули с облегчением. Люси скучала за стойкой, коктейльной трубочкой гоняя кубики льда по дну стакана. Мира придумывала повод заговорить с ней о Нацу, но всё и так сложилось как нельзя хорошо: он сам подошёл к блондинке и плюхнулся на стул рядом с ней.       – Люси, пойдём завтра погуляем вместе! – с широкой улыбкой выпалил он на всю гильдию. Несколько десятков пар глаз неотрывно следили за «парочкой».       – Прости, Нацу, но завтра я занята, – виновато улыбнулась Люси. – Может, в другой раз.       Нацу расстроился и вместе с Хэппи заказал ещё еды. Иксид был рад, что сможет больше времени провести с лучшим другом.       Ближе к вечеру, когда Люси сморила усталость, она поднялась из-за стойки и уже собиралась уйти, как вдруг врезалась в широкую грудь Лексуса. Она сначала не поняла, что произошло – возможно, всему виной алкоголь, который Мира тайком добавляла в её коктейли. Но когда до Люси дошло, в чью грудь она упирается руками, девушка с испугом отскочила, но споткнулась об ножку стола и упала прямо в руки Дреяра. Лексус довольно оскалился, нагло прижимая девушку к себе, наклонился к её уху и тихо и вкрадчиво поинтересовался, так, что его в образовавшейся тишине слышал каждый в гильдии:       – Ты так сильно меня хочешь, что уже при всех набрасываешься?       – Да как ты смеешь?! – закричала Люси, покраснев до корней волос. Она со всей силы толкнула Лексуса и в слезах от страха, стыда и злости выбежала из гильдии.       – Скотина! – взревел Нацу, бросаясь на Дреяра. – Не смей даже касаться Люси!       – А ты попробуй меня останови, – с самодовольством ухмыльнулся Лексус, уклонившись от атаки.       Драка приняла нешуточные обороты. По лицу Нацу из виска текла струйка крови, но он продолжал улыбаться разбитыми губами. Он был уверен в своей победе. Лексус плевался кровью и с тяжёлыми хрипами дышал.       С гневом сверля друг друга взглядами, противники стояли на расстоянии, восстанавливая силы и готовясь в любую секунду броситься в бой. Нацу сорвался с места и занёс ободранный кулак, Лексус окружил себя молниями и приготовился отразить удар. Но в последний момент между ними появилось золотое сияние. Нацу еле успел остановиться. Появился Локи. Под его глазом красовался сиреневый синяк, всё тело в ушибах, царапинах и ссадинах. Он с пренебрежительной усмешкой посмотрел на дерущихся и, поправив очки, приторно-сладким голосом произнёс:       – Против меня в борьбе за Люси у вас двоих нет никаких шансов!       Это был первый раз за очень долгое время, когда Нацу и Лексус объединились против общего врага. Наваляли Локи оба. С сильнейшей отдышкой с неприкрытой ненавистью глядели друг на друга.       – Люси будет моей! – пропищали над головой. Парни как по команде подняли головы и увидели Хэппи. Он упрямо смотрел на них, наворачивая круги под потолком.       – Ты же кот! – проревел Лексус и запустил в иксида молнией. Хэппи ловко отлетел и был таков.       Хэппи затеял это потому, что чувствовал себя одиноким и брошенным. Нацу гулял с Люси и совсем про него забыл. А ведь они лучшие друзья! И Хэппи решил, что раз Лексусу и Локи можно отбить у Нацу Люси, то и Хэппи тоже может. Чем он хуже? Тем, что он кот? Так котов все любят. Если всё получится, то Люси всё своё время будет проводить с ним, а потом у них из яиц родятся десять детей, а глупый Нацу будет смотреть и завидовать другу, и тогда-то он поймёт, что зря он забывал про него и оставлял ночью в темноте спать одного. Вот такой хитрый план.       – У них нет шансов, – повторял про себя Хэппи, с дерева у ворот гильдии наблюдая за дерущимися друзьями. – Меня не восприняли всерьёз как соперника, и это будет их фатальной ошибкой! – и Хэппи злобно расхохотался, напугав своими воплями пьяную Альберону.

***

      – Я наказала Ваших духов, принцесса, – безразличным тоном сказала Дева вместо приветствия. Её глаза цвета льда были пусты, как и всегда. На лице ни единой эмоции.       – Да я заметила, – неловко усмехнулась Люси, отводя взгляд и сцепляя замочком руки за спиной.       – Их поведение непростительно. Как и Ваше.       – Что?       – Вы позволили касаться себя мужчинам в гильдии, – холодно ответила Дева, сжав подлокотники её любимого кресла. Люси вспомнила, как Нацу звал её погулять, и приставания Лексуса. Но ведь сама Люси тут не при чём! Она была против! Ей дорога только Дева, и никто никогда не сможет заменить её в сердце Люси! Неужели Дева ревнует её по таким пустякам?       – Но…       – Принцессу надо наказать, – прервала её Дева, медленно вставая с кресла.       Люси знала, какой жестокой может быть её дух, поэтому не на шутку испугалась. Она в страхе попятилась назад, всё бормоча оправдания. Она ведь правда ни в чём не виновата!       Дева сорвалась с места и мигом настигла Люси. Она схватила её за волосы и бросила на кровать.       – Я не виновата! Остановись, Дева!       Дух не ответила. Она грозной тенью нависла над Люси, сжимая в руках отобранный у подруги кнут. Её пальцы предательски дрожали, где-то глубоко внутри Дева ещё боролась со своей ревностью. Холодный взгляд прожигал насквозь и будто смотрел в самую душу. В мыслях Люси на миг промелькнула идея призвать кого-либо из других звёздных духов, но она тут же передумала.       Люси попыталась что-то сказать, и Дева утратила самообладание. Зажмурившись, она замахнулась кнутом и ударила, заклинательница чудом успела уклониться и спрыгнуть с кровати. Тонкая ткань пододеяльника была рассечена и напоминала рваную рану. Люси испуганно сглотнула и попятилась. Было страшно даже подумать, какую боль пришлось бы испытать, если бы она помедлила.       – Что на тебя нашло?! – закричала Люси, упираясь спиной в высокое мягкое кресло. – Дева!       Дух пропустила реплику мимо ушей и ударила вновь. Люси успела отскочить, но запястье всё же попало под удар. Девушка закричала от боли, прижав рассечённую до крови руку к груди, и рванула мимо духа на кухню.       – За что?!       Дева молча развернулась на месте и стремительно настигла хозяйку. Люси попросту не успела бы сбежать. Кнут врезался ей в бок и вмиг обмотался вокруг её талии, поранив открытую кожу. Звеня тяжёлыми кандалами, Дева приблизилась к заклинательнице и тут же застыла, взглянув в её глаза. В них не было тех искорок задора и счастья, что были неотъемлемой частью самой Люси. Казалось, её глаза даже стали гораздо бледнее, из кофейных став цвета какао. В них плескалась только боль.       В блестящих от слёз глазах не было ничего, что делало бы Люси похожей на саму себя.       Дева выпустила кнут из рук и закрыла лицо ладонями. Она отошла на несколько шагов, будто всё ещё не могла осознать случившееся, но когда Дева убедилась, что всё это реальность, её тело сотряслось от беззвучных рыданий. Как будто голос разума пробился через стену гнева и ревности, и достиг её. Как будто глаза открылись на то, что она сотворила. Дева разрыдалась ещё сильнее. Впервые эмоции вырвались наружу, нескончаемым потоком горьких слёз вины разливаясь по бледному лицу.       – Принцесса… Что я наделала…       – Главное – доверие, ведь так? – тихо прошептала Люси, потухшим взглядом смотря в пустоту и не замечая ничего вокруг. – Я тебе доверяю.       Дева отняла дрожащие руки от лица и с болью посмотрела на хозяйку.       – Я просто хочу доказать тебе, что тоже заслуживаю доверия. – Люси дышала часто, но не глубоко, чтобы не тревожить раны на руках и боках. Но щекам текли слёзы. Она не решалась посмотреть на духа, не слышала и не видела ничего вокруг.       Дева завыла, упав на пол и вцепившись в свои волосы, лбом упираясь в холодные колени. Как она могла так поступить с Принцессой? Дух со страхом посмотрела на хозяйку, всё так же неподвижно стоящую перед ней. Кровь тонкой струйкой стекала из самой глубокой раны под ребром по ноге, пропитав ткань юбки. Дух поднялась на ноги и освободила Люси из пут, стараясь не потревожить раны ещё сильней. Отвела девушку в ванную, где обработала последствия своей ревности. Мазь из мира духов хорошо заживляла любые ранки, даже шрама не осталось.       А после, сидя на полу напротив подруги, в тишине и темноте ванной комнаты, Люси слабо улыбнулась Деве и осторожно погладила её по волосам. И всё же разрыдалась в голос, когда Дева крепко обняла её, тоже плача.