Недопонимание

       Дальнейшая жизнь в поместье протекала спокойно. Я успела познакомиться с прислугой, установить свои порядки, даже закрепить власть над моим очаровательным демоном. Мы уже настолько привыкли друг к другу, что я перестала стесняться её и бояться сказать при ней лишнее слово. Не знаю, взаимно ли это, но она стала для меня почти что родной, и всё было прекрасно до тех пор, пока однажды я, гуляя по саду, не услышала стук колёс по дороге. — Повелительница, к вам гости.        Передо мной тут же появился демон. Как всегда она была ослепительно прекрасна в соблазнительности своих форм, которые были ярко выражены, даже несмотря на скромность надетого на ней пышного платья нежно-голубого цвета с золотистой отделкой по лифу и того же цвета пояском на ткани. Весь её вид был настолько воздушным и нежным, что казалось, будто перед вами стоит невиннейшее создание, вовсе таковым не являющееся.        Я со скепсисом посмотрела на неё. Неужели она думала, что я не услышала стука колёс? Демон досадливо выдохнул и пошёл встречать гостей, в то время как я отправилась в гостевую комнату, где тут же заняла самую непринуждённую позу на диване и приказала Мейлин принести чай и угощение. С прислугой я ладила не очень хорошо, но приказы ребята исполняли исправно, козней не строили, и на том спасибо.        Он был необычной внешности. Непохожий на других мальчишек его возраста: неотесанных, с неугасающим задором и жаждой движения в глазах. Напротив, он был прекрасен той утонченной, той элегантной, юношески-женственной красотой, которая склонила бы пред собой даже мужчин с традиционно ориентированными гендерными предпочтениями. Его лицо, вечно невозмутимое и спокойное, казалось, давно утратило то самое наивное выражение, выдающее в нём ребёнка. Всё в этом юном мужчине дышало силой и твёрдостью ничем невозмутимого характера. В то же время любой, решивший копнуть поглубже, заметит, что вся эта уверенность, вся хладность его души, лишь наносная, а опорой ей служит не кто иной, как прекрасный демон, являющийся вечным спутником и защитником графа, Себастьян Михаэлис. Столь же элегантный, но привлекающий другой красотой, не нежной, а более сильной, заставляющей отождествлять его с божественным идолом, истинным идеалом красоты: сильным и одновременно ласковым бесхитростным мужчиной. Несмотря на это, его нежность также являлась лишь личиной, которая, в отличие от душевной нежности графа, спрятанной под маской хладнокровия, проявлялась только внешне, не затрагивая ни одного уголка демонической души, а бесхитростность была оболочкой для глубокого расчетливого ума.       Великолепный тандем из двух личин, за которыми прячутся коварное исчадие ада и не менее коварное, но всё же отчасти девственное душой, непокорное судьбе дитя. Такими они вошли в этот дом, такими их видела я. — Доброе утро, граф, — я улыбнулось самой обаятельной и невозмутимой улыбкой, которая только могла появиться у меня на лице, внутри трепеща от волнения. — Good morning, — он замялся, — Lady.       И тут мне хотелось ругаться, используя все возможности великого и могучего русского языка, но меня удержали насмешливые улыбки демонов, уже понявших, с каким трудом мне дастся диалог с графом. Хорошо, что я не растерялась, и мило улыбнувшись, да пожелав графу доброго утра на английском (уж на это моих знаний языка хватило), приказала демону: — Переводи.       Улыбка Себастьяна стала ещё зловещее. Демоны переглянулись так, будто хотели вонзить клыки друг другу в глотки, только я отчаянно не понимала, почему. Ну не из-за моего же приказа?

***

      В результате долгого изнуряющего диалога с графом, я неожиданно поняла, что мой демон прекрасно умеет врать. С невозмутимостью и легкостью светской львицы она поведала им трагическую историю о Кристианне Дюлесс, приемной дочери мадам Ред, которую графиня Дюлесс приютила в подростковом возрасте, но скрывала от общества, боясь порицания. А мать девочки (то бишь меня) отказалась от ребёнка ещё при рождении малышки, отчего нерадивая роженица стала одной из первых жертв мадам, после смерти которой добрая служанка по фамилии Брауни забрала ребёнка с собой к родственникам в Россию, где растила её до вступления в совершеннолетие, чтобы впоследствии вернуть девочку домой, где она и вступит в титул и права, но после смерти мадам поместье совсем ушло в упадок и, пока не восстановятся дела, моя "Брауни" просит позволить графу пожить у него. На вопрос графа, где же муж на удивление юной сиделки, мой демон ответил, что он погиб от сердечного приступа, не успев зачать с ней ребёнка. Вышло вроде правдоподобно, они даже, кажется, поверили. Что же, демон, признаюсь, я восхищена.       В итоге нам разрешили жить у графа. — Откуда у тебя такие таланты в искусстве лжи? — спросила я её одним вечером. — В моей бывшей профессии это практиковалось, — уклончиво ответила та. Тем же вечером я решила твёрдо разобраться в происходящем.

***

      Разобраться в происходящем... Хорошие слова, но что скрывается за ними? Ночи без сна в раздумьях или дни упорного поиска информации в месте, где даже интернета нет?! В любом случае ни первое, ни второе не привело меня к желаемому результату. Привело другое.       Одним вечером, прогуливаясь по покоям и размышляя о том, как бы поделикатнее спросить демона о времени возвращения в родное гнёздышко, всё-таки лето не вечно, я услышала странный шум около покоев моей ненаглядной. Непонятно было, то ли она с кем-то дерётся, то ли занимается чем-то более интимным. В любом случае, громкое прерывистое дыхание и звуки возни крайне насторожили меня. Что-то громко громыхнуло, будто кто-то уронил тяжелую вещь. — Ишет! — услышала я полушёпот... Себастьяна? Но что он делал в комнате моего демона? И при чём тут Ишет? — Осторожнее, мы же не хотим перебудить всех в этом доме. — Не моя вина, что ты так неаккуратен, — снова звук удара. Я сильнее прильнула к двери, чтобы хоть что-то расслышать.        Звук рычания меня испугал и удивил одновременно. Я слегка приоткрыла дверь и застыла в шоке. Мой демон остервенело целовал Себастьяна, на скуле которого уже лиловел свежий синяк. Моё сердце беспокойно забилось, дыхание участилось. Не желая быть свидетелем столь неловкой ситуации, всё-таки они взрослые люди (демоны), и их личная жизнь — не моё дело, я беззвучно прикрыла дверь, заметив быстрый взгляд девушки-демона в мою сторону. Осознав, что меня, возможно, заметили, я смутилась. Может она решит промолчать и сделать вид, будто ничего не было? Надеюсь, что так.       Оставшуюся часть ночи уснуть я не могла, как ни пыталась, бесконечно думая о загадочной Ишет, демонах, и их необычной любви. Да и любовь ли это? К удивлению, я почувствовала нечто вроде ревности, осознав, что демон, некогда без остатка принадлежавший мне, сейчас предаётся страсти с другим и думать не думает обо мне. Она была единственным, самым близким существом, за которое я держалась в этом мире, всё её внимание принадлежало мне, я, можно сказать, душу ей свою посвятила в прямом и переносном смысле, и вот, в один миг пришёл какой-то красавец и отобрал её у меня! Может это эгоизм, собственническое чувство или инстинкт самосохранения, но делить девушку мне ни с кем не хотелось. И всё-таки, по сравнению с такой древней сущностью, я была никем, ничтожной букашкой, и противостоять Себастьяну, конечно, не могла. В горле появилось чувство, которое обычно появляется от смеси ревности, обиды, собственного бессилия и желания выплеснуть накипевшее, но я, закусив подушку, так и не заплакала, лишь ударив кулаком по деревянной части кровати передо мной. Ну а с рассветом ко мне зашёл предмет моих раздумий, удивлённый тем, что я не сплю в столь ранний час. — Да вот, бессонница накатила.       Она поняла. Иначе ведь и быть не может: мой шокированный вид этой ночью, подавленное состояние сейчас и, наверняка, тёмные круги под глазами — всё говорило о том, что та ситуация крепко засела в моей голове, хотя мы обе делали вид, будто ничего сверхъестественного не произошло. — Ваш завтрак готов. Принести сюда или вы спуститесь в столовую. — Как обычно, — был мой ответ.        Ну действительно, они оба взрослые люди, отчего тогда я веду себя как девочка-истеричка? Подавлять чувства всегда сложно, но и это возможно. Собрав все силы для этого, я приняла самый невозмутимый вид и затолкала мысли о демонах куда-нибудь поглубже в сознание, ожидая, когда придёт демон с завтраком. Только вот одно мне не давало покоя: кто же эта Ишет? Неужели это её имя? Подтвердить мою догадку мне мешали сомнения. Когда демон принёс завтрак, я замялась, думая, стоит ли её спросить об этом. С одной стороны этот вопрос сразу показал бы, что я была свидетелем их совместной ночи, но, с другой стороны, она и так всё знает, так стоит ли делать вид, что я ничего не видела? Я и не заметила, что демон ушёл раньше, чем я успела собраться с мыслями. Съев красиво сервированную яичницу да запив её чаем, я медленно стала надевать на себя одежду, оставленную для меня демоном на стуле. После того случая в душе, демон подбирала мне только ту одежду, которая подходила мне по размеру, а вот то, как ей это удавалось уже не моё дело. — Ишет... — негромко произнесла я, присев на кровать и понурив голову. — Так ли тебя зовут, безымянная моя? — Так и есть, но вы вольны называть меня так, как вам будет удобней.       Застигнутая врасплох, я резко встала. От смущения мне стало жарко, ладони сжались в кулаки, а в районе живота появилась неприятная тяжесть связанная с ожиданием последующих событий. Я постаралась расслабиться, чтобы выглядеть естественней, но демон всегда отлично выявлял моё состояние. — Да нет, я, пожалуй оставлю это имя, Ишет.       Она кивнула, поджав губы и закрыв глаза, явно неудовлетворённая результатом. Похоже на то, что ей не нравится её имя, но в эти дебри причин и следствий я решила не лезть. Понадобится — сама расскажет, а, зная её, ей не понадобится. Тем не менее меня волновала парочка вопросов, и сейчас нужно было сосредоточиться на них. — Мне очень интересно узнать, когда мы вернёмся домой? — Когда будет выполнено ваше желание. Не волнуйтесь, это займет не слишком много времени, мы вернёмся буквально за три дня до вашего возвращения. — Хорошо, а могу ли я посетить одного очень интересующего меня персонажа? — не всё же моей ненаглядной заводить знакомства и романы, мне, может, тоже хочется увидеть того, кого я безответно любила все мои подростковые годы. Демону эта идея не понравилась, но она, нахмурив брови, кивнула. — Как пожелаете. Куда вас отвести? — Следуй за мной.       Взяв зонтик от палящего утреннего солнца, я пошла навстречу своей мечте, трепеща от волнения, на время забыв о "предательстве" родного демона, ведь только мысли о Нём могли заставить меня забыть обо всех бедах. Это уже был даже не фанатизм, окутанный идеализацией персонажа, это была настоящая влюбленность, не угасающая с годами, основанная не на гормональной привязанности, а на ментальном влечении двух близких душ. Я желала встречи с Ним, с самым неординарным, отличающимся от общей массы и оттого таким родным и понятным мне персонажем, человеком, жнецом. И вот, табличка "Undertaker" приветственно сияет предо мной всеми своими фиолетовыми оттенками, а сердце замирает от предвкушения...