Выброс

      Шатаясь, она шевелила полусгнившими губами, шептала молитву небесам. Мутный глаз стеклянным, замершим навсегда взором уставился в небо. Второй выпал из повреждённой глазницы. Рваное веко болталось тряпкой и колыхалось на ветру.       Волосы, когда-то жгучие, чёрные, теперь торчали в разные стороны сушёной паклей, покрытые слоем грязи и пыли. Где-то в глубине её сознания, не затухшего вопреки законам Зоны, когда замутнел глаз, плакала женщина.       Зомбированная шла, припадая на одну ногу. В камуфляже можно было насчитать до десятка входных пулевых отверстий, а то и больше.       Женщина «помнила», как шла в бок о бок со своими новыми собратьями. Тогда её разумом управлял контролёр и, как всех остальных подчинённых, бросил в бой на свежих сталкеров.       Мельком она видела испуганные лица новичков-отмычек. Но вот увидеть опытного ведущего не могла: тот обходил стороной паству контролёра, понимая, кто сейчас был более страшным врагом.       Сознание женщины прояснилось настолько, насколько позволяла её нынешняя природа. Несколько минут ступора стоили ей дыр в теле, несмертельных для зомбированной. Лишь одна пуля отстрелила правую щеку, оторвала ухо, но не задела мозг. У поваленной очередью полумёртвой женщины не было сил дëргаться.       А сталкеры уходили быстро. Не добивая раненые ходячие трупы.       Это произошло возле Рубца. Но не аномалия была целью бывшей сталкерши, а станция переработки отходов. Её влекло туда ещё одно воспоминание.       После своего пробуждения уже зомбированной, женщина ушла к ВНЗ. Но искомого человека там не оказалось. Не оказалось вообще никого, кроме пары рычащих кровососов, которым вонючая полуразложившаяся плоть была не по вкусу.       Будь женщина ещё человеком, то поняла бы, что ищет наёмника.       Дикие гуси базировались на ВНЗ, цехах электрической подстанции и станции переработки отходов и очистки воды.       В цехах наемников тоже не оказалось. Будто собрались и ушли. А вот стены станции, которую зомбированная исходила от подвала до третьего этажа, были усеяны следами от пуль. На втором этаже лежали трупы. Зверь, положивший всех, даже двух здоровяков в экзоскелетах, не жалел боеприпасов. Гарь и копоть на стенах, кирпичная крошка свидетельствовали о том, что использовали гранаты. Побоище случилось давно, до превращения женщины в зомбированную, но помнить она этого не могла.       Во дворе перед ангарами лежали ещё несколько наемников, с аккуратными пулевыми отверстиями в головах.       И там-то, на выходе, её захватил под свой контроль мутант-псионик.       После смерти контролёра возле Рубца его паства держалась вместе. По негласному сговору те, кто мог передвигаться, ушли к лесопилке.       О зомбированных известно мало. Даже учёные не до конца разобрались в их природе, хотя опытов ставили предостаточно. Материал исправно поставлялся сталкерами в действующие лаборатории. Память всё-таки у пси-облучëнных была, у некоторых даже сохранилась способность издавать звуки наподобие речи.       А все живые сталкеры Затона знали, что больше всего зомбированных у Лесопилки.