Икебукуро

      Мало кто знал, что в Сэйбу, на этаже парковки, есть кафе. Оно было для особых лиц. Нейтральная территория, которую контролировал клан Тадаши. Единственная точка соприкосновения всех гениев Токио. Только в этом месте Шизуо сдерживал души прекрасные порывы, Тсунаеши брал под контроль свои прихоти и многие другие становились похожи на вменяемых людей без гениальности в крови.       — Это было… — Изая задумчиво прикусил соломинку в коктейле, — мило?       — Это было весело! — Решительно тряхнул головой Тсунаеши, сидящий за соседним стулом у барной стойки и поигрывающий льдом в стакане с безалкогольном мохито.       — Вот только ты уверен, что они не вернутся? — Тадаши Акаши, молодой мужчина ненамного старше Изаи, он заслуженно пользовался уважением за свои заслуги. Всё-таки каждый гениальный житель Токио приблизительно представлял, сколько надо сил для того, чтобы ликвидировать последствия их выходок на мировой арене.       — Вернутся. — Уверенно и томно протянул Изая, предчувствуя появление новых игр.       — Но?       — Но я предупредил. — Не менее коварно ответил Тсунаеши, понятливо кивая учителю.       — Ты их так и не простил…       — Такое не прощают. — Резко, быстро и хлестко бросил шатен, на краткий миг приоткрывая другую грань своей личности.       — Хорошо, хорошо. А что насчет брата?       — А что? Я ему не соперник, будь он младше, тогда бы да, мог поволноваться, а так… Мне слишком нравится Япония, чтобы менять её на Италию.       — Море, солнце, вечное лето? — тоном змея-искусителя из христианских легенд.       — Япония — это остров с одной стороны омываемый Тихим океаном, на секундочку, самым большим и не изученным, а с другой стороны двумя морями. В то время как Италия — это просто полуостров в Средиземном море. Ты где был на уроках географии? — Акаши позволил себе легкую усмешку в конце столь дружеского подкола.       — Хм, бегал от Шизуо.       — А аттестат? — предвкушая ссору, с нотками «Я знаю, что ты знаешь, что я знаю о твоем знании, о моем знании.»       — Эм, но ведь потом я догнал материал!       — Да?       — Просто забыл.       — Ладно. — Тадаши-сама перевел взгляд на второго молодого человека. — Рассчитываю на тебя.       Шатен игриво тряхнул гривой волос и кивнул.       После того разговора всё вернулось на круги своя, ну, насколько это было возможно в случае с таким обормотом как Тсунаеши.       Савада-младший продолжал жить в Икебукуро, раздражать Шизуо, на пару с Изаей, участвовать в экспериментах Верде и Шинры, и как подопытный, и как ученый (с его-то интуицией), дружить с Селти и периодически гонять с ней наперегонки по всему району, заниматься делами собственной группировки, иногда выполнять задания босса. Только теперь в этот список пришлось добавить встречи с крайне назойливой Вонголой, которые проходили по трем сценариям. Первый, обычно по телефону.       — Тсунаеши-кун, как ты так мог! Я ведь твой родной отец (дядя, брат, тетя, дедушка!), тебе стоило только позвонить… — вещал заунывный голос в трубку.       В зависимости от настроения было два варианта продолжения: а) бросить трубку (такое происходило, если Тсуна куда-то спешил); б) — Отец (дядя, брат, тетя, дедушка), я всегда знал, что ты меня любишь! А ты знаешь, что… — дальше шел пересказ последней прочитанной фентезийной книги с поправками на реальность и голосом восторженной девицы после первого свидания, с обязательными ахами и вздохами.        Дольше всех выслушивал этот бред отец. На такие концерты собиралась половина его друзей, всё-таки рассказывать Савада-младший умел, равно, как и капать на мозги. Второй, обычно при встрече с любым Аркобалено, помимо Верде, Маммона и Юни.       В него летело всякое опасное, вязло в его Пламени, потом выскакивал кто-нибудь с оружием на изготовку, его оглушали проклятые младенцы и начинали полный трагичности рассказ о том как тяжело спасать его жизнь.       В общем, давили на совесть.       Тогда Тсунаеши начинал не менее трагичный рассказ о нелегких буднях охранника аэропорта и что неизвестно еще, кто кому должен.       После такого обычно следовало выступление брата.       Стоит заметить, что после третьего раза выступление стало хорошо отрепетированным и наизусть вызубренным. Во время него Фудо с завистью смотрел на икебукурцев, что сидели, словно в хорошем кинотеатре, с пачками попкорна.       Иногда подключались его Хранители.       Тогда трагедия превращалась в комедию. Третий вариант, использовался лишь однажды.       К нему пришли Гокудера Хаято и Бовино Ламбо, с просьбой вступить в Вонголу.       Они были странные, смотрели с какой-то непонятной надеждой и никак не реагировали на членов группы «Смайл». Те, как только услышали их предложение, сразу ощерились и приготовились отражать атаки. Когда Тсунаеши отказывал им, в его душе что-то дрогнуло, словно порвалась какая-то тонкая нить. Это убедило его сделать им предложение о вступлении в его группировку.       Через три дня они пришли вместе с документом от Фуды Савады, где он, от имени Вонголы, изгонял их из Семьи Вонгола.       Столь радикальный шаг был… Просто был.       Тадаши-сама выразительно хмыкнул. Изая отказался комментировать, впрочем, за него всё сказали черти в глазах. Шизуо блеснул очками и исчез, по слухам, его потом видели кормящим Ламбо леденцами. Селти радостно кинулась изливать весь свой невостребованный материнский инстинкт на двух «потеряшек». Микадо, Масаоми и Анри решительно окапывали Гокудеру как репетитора, но потом взяли в свою крайне странную компанию.       Через два месяца Хаято и Ламбо были в доску своими в этом крайне шумном районе.       Примерно также прошло вливание в Икебукуро Хибари Кеи, Ямамото Такеши, Сасагавы Рёхея и Банды Кокуе.       Вскоре жители района перестали пугаться странного ученика Шизуо со стальными тонфа, не обольщались веселой улыбкой парня Сонохары Такеши, привыкли к странного вида жителям в одном из «проклятых» зданий и не вздрагивали при громогласном крике «ЭКСТРИМ».       — Фудо приглашает на свадьбу в Италию.       — Мы ЭКСТРЕМАЛЬНО едем! Я хочу увидеть Киоко в свадебном платье!       — Ку-фу-фу, а Хроме наверняка поймает букет невесты… Кен, ты же после этого сделаешь ей предложение?       — Да, бьён.       — Значит, едем в Италию!       Интуиция Фуды Савады, Десятого Босса Вонголы, в этот момент отчего-то забила тревогу.