Life with L

Эта странная по всем известным в мире параметрам картина, маячащая перед глазами Лайта вот уже по счёту третий день, всё настойчивее подбивала его к решительным действиям. Он больше не мог смотреть на это безумие. Всему есть предел. И его терпению пришёл конец. А объектом негодования Ягами был L. Эта наглая сволочь третий день подряд по-птичьи сидит в самых разных позах, как будто пытается таким способом найти себе удобное положение, но его старания до сих пор не увенчались успехом. Даже Рюук, изредка наблюдающий за этим красочным шоу представлением понял, что в мире людей существует кто-то посильнее шинигами, умеющий совершать невероятные художества похлеще, чем он во время яблочной ломки. Наверняка Бог Смерти втайне завидует мастерству L. Для него гениальный детектив теперь являлся идеалом для подражания. И на данный момент в штаб-квартире помимо него и Ватари находились два неоценимых дарования, которых современное искусство безвозвратно потеряло. Лайт и не обращал бы никакого внимания на такое типичное странное поведение известного детектива, если бы он не свалил на него одного всю работу по нынешнему делу, которое, между прочим, выбрал именно этот лицемер. L всем своим видом показывал ему, что он не собирается принимать участие в том же процессе обсуждения дела, чтобы немного разгрузить объём работы уставшему Лайту. Вместо того, чтобы помочь ему, он все эти дни меланхолично просиживает на чёртовом стуле и временами тяжко вздыхает. L почти не разговаривал с ним. Он пребывал в долгих и глубоких раздумьях. Черноволосый детектив без особого энтузиазма и, скорее всего, просто по привычке ел всю ту сладкую и разнообразную продукцию, которую ему приносил Ватари по его просьбе. Такое состояние выдающегося детектива группа расследования по делу Киры в Японии характеризовала коротко и ясно — L в депрессии. Ягами был до глубины души рад за него и если бы его кто-нибудь спросил про то, что он думает по этому поводу, то Лайт бы сразу же ответил, что это чистой воды наглость и глупый пафос. Он нигде не подписывался, что должен выполнять за L его же работу. Ему нужно побыстрее вывести сыщика из депрессии. И заодно виртуозно отомстить ему, чтобы тот не забывал о его существовании. Со стороны скучающего темноволосого сыщика донёсся очередной громкий вздох. И затем последовал противный скрип стула, информирующий Ягами о том, что L опять не сидится на месте. Как же ему осточертело это видеть и слышать, кто бы только знал. «Да когда же ты зараза такая заткнёшься и прекратишь действовать мне на нервы?! — мысленно простонал Лайт». Он больше не может находиться в штабе расследования. Ему нужно на свежий воздух. Может быть недолгая прогулка по городу поможет найти решение возникшей проблемы под названием L. Лайт украдкой посмотрел на ничего не делающего детектива и медленно, чтобы не привлечь к себе внимания, начал идти в сторону выхода, не забыв захватить с собой с вешалки куртку. Быстро спустившись по лестницам из штаб-квартиры, он с облегчением выдохнул. Всё прошло успешно. Выйдя на оживленную улицу, Ягами смешался с толпой и одел на голову капюшон, чтобы прохожие не видели его лица. Иначе начнётся паника, а это сейчас было бы нежелательно. L никогда не отпускает его одного побродить по шумным улицам или сходить в супермаркет за продуктами питания. Всё необходимое им приносит Ватари. Лайт чувствует себя взаперти. Ему кажется, что его специально удерживают в этом месте с эксцентричным детективом. В его персональной золотой клетке, где им всё время любуются и считают неким долгожданным трофеем, который нельзя выпускать из поля зрения. Ему разрешают свободно передвигаться по штабу, где каждая камера видеонаблюдения фиксирует любое его движение. После последней крупной драки они приняли совместное решение, что в пределах штаб-квартиры не будут носить наручники, а будут одевать их только тогда, когда этого будет требовать ситуация. И раз L не заметил его ухода, то он может позволить себе некоторую вольность в виде прогулки. А компанию ему составил молчаливый шинигами, который тоже не разговаривал с ним целый день и вёл себя на удивление, довольно тихо. Лайт не собирается спрашивать у Бога Смерти причину его невесёлого настроения. У него самого оно было не радостным. Перед тем, как вернуться обратно в штаб расследования, он купит в качестве извинений за свою отлучку скучающему детективу что-нибудь вкусненькое. Сегодняшний день был очень холодным и ветреным. Солнце с самого утра скрылось за тяжёлыми свинцовыми облаками. С каждым часом погода становилась всё более посмурной. Вокруг стало тихо и уныло. Вот такая ненастная погода неожиданно застала жителей крупного мегаполиса. Суетящиеся прохожие торопились по своим делам на многолюдных улицах вечернего города. Они в быстром темпе искали места, где могли бы укрыться и переждать нежданный ливень, который буквально полчаса назад лишь слегка моросил. Кто-то прыткий успел сесть в общественный транспорт и уехать, а некоторым приходилось пешком добираться до дома. Последним и был Лайт. Он неторопливо шёл по уже почти безлюдной улице, не обращая внимания на проливной дождь, который не собирался прекращаться, а, наоборот, всё сильнее лил как из ведра. И пусть ему было бы лучше поскорее пойти назад в штаб-квартиру, чтобы отогреться и выпить чашечку горячего чая, он так не поступит. Он сполна насладится краткой свободой. И никакое ненастье ему в этом не помешает. Ягами устало вздохнул, выпуская тёплое облако пара изо рта. У него не было с собой зонта, который служил бы ему надёжным щитом между ним и усиливающимся дождём. Он промок до нитки. И даже капюшон куртки не спасал его от разбушевавшейся стихии. Промокший и с взлохмаченными волосами Ягами спрятался под навесом какого-то магазина. Им оказалась кондитерская. Судя по вывеске, здесь был большой ассортимент свежей готовой выпечки. Это именно то, что ему нужно. Лайт даже на мгновение поверил, что сама судьба привела его сюда. Он начал внимательно и вдумчиво изучать меню, про себя подбирая то, что этот сладкоежка захотел бы съесть. Но внезапно его отвлекло от чтения громкое и жалобное мяуканье. Он посмотрел туда, откуда оно доносилось. На противоположной стороне под навесом небольшого магазинчика сидел бездомный белый кот, который с мольбой смотрел на проходящих мимо него людей. Никому не было до него дела. Все куда-то спешили. Вероятно, они хотели побыстрее вернуться домой, где их радушно встретит тёплое и уютное жилище. А бедное промокшее и замёрзшее животное пыталось сопротивляться сильным порывам ветра и холодному дождю. И если кто-то немного подходил к нему поближе, то кот медленно от усталости и голода шёл им навстречу. Но вместо того, чтобы накормить чем-нибудь или вообще приютить животное, они наступали на лужи и случайно окатывали его брызгами, даже не заметив этого. Ягами на краткий миг показалось, что кот всё ещё верит в то, что его не оставят одного на тёмной и безлюдной улице. В его душе теплилась надежда о том, что у него будет дом. Ягами, как магнитом, потянуло к этому никому ненужному созданию. Лайт никогда не страдал альтруизмом, но сейчас его интуиция мягко шептала ему, что он всё делает правильно. Он подошёл к коту, присел напротив него и посмотрел ему в глаза. На Ягами пристально смотрели два больших изумруда. Почему-то только этот камень у него ассоциировался с глазами кота. — Ну привет, приятель. Кот коротко мяукнул, как будто тоже поздоровался с ним. — Что же мне с тобой делать? — риторически спросил у него Ягами. — Мяу, — ответили Лайту. — Не могу оставить тебя здесь на произвол судьбы...хочешь жить со мной? — Мя-я-у-у, — кот поводил ушками и вопросительно посмотрел на него. — Но тебе придётся терпеть одну странную и хитрую сволочь...ты же не дашь себя в обиду, приятель? — Мяу, — ему казалось, что они достигли понимания. Ягами спрятал мокрый комок шерсти под свою куртку, но любознательная мордашка кота всё же высунулась наружу. Лайт пересилил себя, чтобы не передумать и не вытащить его обратно. Было мокро и щекотно. — Но если ты ему ещё и в кроссовки нагадишь, то я куплю тебе самые вкусные сливки, — пообещал Ягами, взглянув на своего нового питомца. Кот, по-видимому, заинтересовался заманчивому предложению своего нового хозяина. Теперь их будет двое против одного. Лайт предчувствовал, что в штаб-квартире скоро наступят весёлые времена. Он вернулся обратно в кондитерскую и купил пять пирожных, которые ему приглянулись. После покупки, Лайт спросил у продавца, есть ли где-нибудь поблизости зоомагазин. Искомое оказалось находится в паре кварталов от них. Поблагодарив за помощь, он отправился за покупками всего необходимого для кота. Когда Ягами остановился на пороге зоомагазина, то обратил внимание на светящуюся наверху вывеску, которая выглядела очень многообещающей. «Доставим хорошее настроение вам и вашему питомцу!». Ему бы оно точно не помешало. Зайдя в тёплое помещение, Лайт сказал подошедшему к нему консультанту, что ему нужны корма, игрушки и лотки для своего кота, а остальное он оставил на его усмотрение. Его быстро обслужили и пожелали всего хорошего ему и котику. После успешной покупки Ягами направился в сторону штаба расследования. Как только он добрался до своей цели, то перво-наперво направился в спальню, чтобы взять сменную одежду и лишнее банное полотенце. Затем в течение часа вместе с котом, которого он назвал Ракугёку из-за цвета глаз, принимал водные процедуры. Когда они закончили с этим, то Лайт с Ракугёку отправился на кухню, где он достал из сумок корм и миски. Потом Лайт наполнил их кошачьим кормом, налил воды и поставил на пол перед ждущим котом. Он тоже проголодался. Достав из большого холодильника утрешний салат с курицей, он, изредка наблюдая за кушающим котом, начал спокойно есть. После окончания трапезы, Лайт поднял сытого кота с кафеля кухни и переместился в гостиную. Придя туда, он увидел, что трехдневная проблема сама по себе не устранилась. — Мда...тут нужно что-то необычное и радикальное, — мрачно сказал он, переглянувшись с Ракугёку и внезапно его осенило. Теперь он знает, что нужно сделать, чтобы вывести из депрессивного состояния этого детектива. Лайт не спеша подошёл к дивану и сел на него, посадив к себе на колени Ракугёку. После купания его шёрстка стала мягкой и шелковистой. Ещё в ванной, когда он пытался искупать упёртое животное, тот, как представитель семейства кошачьих ни в какую не хотел залезать в воду. Тогда ему пришлось бархатным тембром упрашивать своего питомца не шипеть на него и прекратить царапаться. Таким способом он в кратчайшие сроки приучал кота к своему голосу. Кот на самом деле был покладистый и по нему теперь трудно сказать, что три часа назад он был бродячим. А сам Ракугёку наслаждался лаской своего нового хозяина и от этого громко мурлыкал, перебирая своими лапками. Лайт решил привести в исполнение свой гениальный план. Он взял кота на руки и поднял его на уровень глаз, неотрывно смотря на своего питомца. Всё случилось так, как он планировал. Детектив заинтересованно посмотрел в сторону источника шума, услышав недовольное мяуканье. Он увидел, что в штабе появился кот, с которым играл сидящий на диване Лайт, и при этом что-то говорил ему ласковым и нежным голосом. Недоумевающий детектив, позабыв про скуку и трёхдневную депрессию, бесшумно приблизился и сел на диван в излюбленную позу, поднеся палец ко рту. По Лайту можно было сказать, что он не заметил его присутствия, но так казалось только на первый взгляд. Ягами прекрасно всё знал и видел своим периферическим зрением. Он просто не обращал на него внимания. Такое поведение Лайта ему совсем не нравилось. Только он должен занимать всё время и внимание русоволосого парня. L был возмущён тем фактом, что ему нашли замену в лице какого-то блохастого и мяукающего существа. — Лайт, что оно здесь делает? — брезгливо сказал L, презрительно посмотрев на кота. Это были первые слова, сказанные детективом за три дня молчания. — Это не оно, как ты выразился, а кот, — язвительно поправил Лайт черноволосого сыщика. — Я перефразирую...Что в штабе забыл КОТ? — процедил L сквозь стиснутые зубы. — Теперь он будет здесь жить. — Этого не будет. — Тебя и не спрашивали. — Чтобы через десять минут его здесь не было, — почти жестоким тоном ответил L. — Это ещё почему? — удивился Ягами. — Штаб-квартира не предназначена для проживания животных. — Просто признай, что ты ревнуешь, — повеселевшим голосом произнёс Лайт. — Я ревную? Кого, позволь узнать? — L уставился на него удивлённым взглядом. — При мне можешь не придуриваться. Мы оба хорошо друг друга знаем. Тебе не нравится, что теперь я буду уделять ему больше внимания, чем тебе. L понимал, что это правда, с которой не поспоришь. — Да, это так, — честно признался L. — Теперь ты счастлив? — негромко спросил он. — Есть такое. И, между прочим, это не он три дня меня игнорил и пребывал в депрессии, — с укором посмотрел на него Ягами, — пока ты в проигрыше. — Сейчас я в рабочем состоянии и его присутствие тут нежелательно, — монотонно пробормотал детектив, указывая на кота. — У тебя аллергия? — Нет. — Тогда не вижу причин, по которым кот не может жить в штабе. — Моего слова недостаточно? Лайт отрицательно покачал головой, а затем наклонился к мрачному детективу поближе, как будто хотел рассказать ему какой-то секрет или поведать истину: — Именно моего кота нужно благодарить за твоё пробуждение. — Спасибо, — темноволосый сыщик ненадолго задумался и поблагодарил кота. Но потом он выхватил животное из рук Лайта и направился к выходу. — А теперь — пора на выход! — с негодованием произнёс L. — Стой! Да подожди же ты! Лайт подбежал к L и забрал своего кота. Он решил, что сейчас проявлять раздражение и спорить с рассерженным сыщиком очень глупо. Нужно поступить по-другому, чтобы ему разрешили оставить кота. А зная L, тот пойдёт на крайние меры, но достигнет желаемого. И чем ему Ракугёку не понравился? — Ну давай его оставим. Посмотри, какой он милый! — просящим тоном, каким выпрашивают что-то у своих родителей, сказал Лайт. В качестве доказательства своих слов он продемонстрировал L мяукающего кота. — Попробуй ещё раз. Было не убедительно, — издевательским тоном высказал свое мнение упёртый детектив. — Я нашёл его на улице. Он был потерянным и никому не нужным. Никто не обращал на него внимания. И я решил подобрать его и принести сюда. Я назвал его Ракугёку. L повнимательнее присмотрелся к коту и встретился с пристальным взглядом зелёных глаз. Это имя ему идеально подходит. Он уже был не против того, чтобы приютить здесь этого кота, но продолжал упираться из принципа. Со стороны Лайта это добрый поступок и ему нравилось, что парень не потерял способность заботиться о других. Но он без проса принёс кота в штаб и даже не позвонил Ватари. И это если не считать того, что он самовольно ушёл отсюда. L не собирается ему спускать с рук такую вольность. Лайт прекрасно знал, что ему грозит, если он нарушит его запрет. — Мой ответ нет. — Но...но... — растерянно сказал Ягами, которого резко прервал взбешённый детектив. — Ты Покинул Штаб Без Моего Разрешения! — чётко произнёс он низким тоном с нотками ярости. Лайт спрятал голову в плечи и теперь казался беспомощным перед гневом сыщика. L хотел подавить Ягами. Он желал, чтобы парень всё время был подвластен только ему. Детектив довольно долго играет с огнем. И это было настолько захватывающее чувство, что ему было бы жаль прекращать их игру. Лайт не боится его, но до сих пор он испытывает временами угрызения совести. Совсем чуть-чуть. — Прости. Я не мог больше тут быть. Мне нужно было на воздух. — Ты мог сообщить Ватари. — Тогда бы он заметил моё отсутствие. Я думаю, раз за мной не пришли, то значит, он был не против моей прогулки в отличии от тебя, — Ягами укоризненно взглянул на него. — Это меры предосторожности, Лайт. Для нас обоих. — Да, но это уже перебор, L. — Может быть... — тихо прошептал он. — Так я могу его оставить? — ещё раз попытался Лайт. — Нет. Но, возможно, — хитрый детектив принял задумчивый вид, — если ты мне предложишь что-нибудь по ценности равное твоему питомцу, то я может быть и соглашусь. L было интересно, что за такое короткое время успеет придумать Лайт. Ягами опустил кота на пол, а сам медленно подошёл к нему и обнял двумя руками, крепко прижавшись своей грудью к его груди. Когда русоволосый парень доверчиво прильнул к нему, то L в который раз убедился в том, что Лайт всегда для него будет желанен. Он жаждал обладать им, даже если это их очередная и, возможно, последняя игра. Лайт поднял голову и внимательно посмотрел на него. Черноволосый сыщик не знал, как долго они смотрели друг на друга. Ему казалось, что целую вечность, но на самом деле всего лишь несколько секунд, которых им с лихвой хватило для зрительного и молчаливого диалога. В тёмных с суженными зрачками глазах детектива читался ясный ответ на немой вопрос Ягами. L понял, как Лайт хочет его уговаривать и был совсем не против такого способа. Лайт стал покрывать его лицо и щёки нежными и лёгкими поцелуями. Его рука переместилась с талии молчащего детектива на его растрёпанную шевелюру, которой срочно была необходима расчёска, но это могло немного подождать. Он всегда считал, что волосы частного сыщика должны быть на ощупь жёсткими, но в действительности они, наоборот, были мягкими, и поэтому Лайт не хотел прекращать перебирать чёрные пряди, а желал подарить им долгожданную ласку. L посмотрел на Лайта и, в конце концов, он потерял самообладание. Он долгим и страстным поцелуем впился губами в его рот. Поцелуй был жарким и немного грубым, но продолжал оставаться для обоих волнительным. Когда уже им стало не хватать воздуха, гениальный детектив в последний раз ласково чмокнул его и разорвал поцелуй. — Этого достаточно? — хрипло спросил у него Лайт. — Более чем. Пусть остаётся, но заниматься котом будешь ты. Мы с Ватари не будем с ним возиться. — А я и не прошу. Спасибо, L. Отойдя от него на небольшое расстояние, Лайт забрал с пола Ракугёку и вернулся обратно на диван. Он радостным и мягким голосом сообщил своему питомцу, что даже такой сволочи, как L, он понравился. — Вообще-то, я всё слышу, Лайт. — А что я такого сказал? — недоумённо спросил Ягами. — Только чистую правду, — насмешливо ответил он на свой же вопрос. Тяжко вздохнув, выдающийся детектив поплёлся к своему рабочему месту, чтобы закончить текущее дело, которым три дня вместо него занимался Лайт.