Life with L

L бесшумно подошёл к дверному проёму и остановился. Но после что-то для себя решив, он не долго думая, вошёл в комнату и тихо закрыл за собой дверь. В комнате было темно. Детектив на ощупь включил свет и увидел лежащего на кровати Лайта, который до подбородка был укрыт одеялом. Он беспокойно спал. Подойдя чуть ближе, L хорошо услышал несвязное и сбивчивое бормотание Лайта, все ещё находящегося в крепких объятиях сна. — Лайт, проснись, — громко и твёрдо сказал L. Он присел на кровать рядом с ним. Ягами как будто не слышал его, он стал хаотично метаться по постели. — Проснись! — громче крикнул детектив, потормошив его за плечо. Ягами мгновенно открыл глаза и растерянно посмотрел на него. Повнимательнее присмотревшись к человеку, сидящему возле него, он увидел в нём знакомые черты. Это был L. — Лайт, успокойся, это был всего лишь плохой сон, — спокойным, но мягким тоном произнёс детектив, глядя на Лайта. — ...сон...просто сон... — медленно пробормотал он. — Ты неважно выглядишь, — подметил детектив, — как ты себя чувствуешь? — Ужасно, — признался ему Лайт. L протянул ладонь и нежно погладил его по щеке, пытаясь успокоить проснувшегося Ягами.. Потом он легко прикоснулся губами к его лбу. — Ты горячий, — взволнованно заметил L. — У меня жар, наверное, — тихо и хрипло прошептал Лайт, неуверенный в правильности своего диагноза. — Ты прав, Лайт. У тебя сильный жар...но мы можем его сбить, — спокойно сказал L, — я скоро приду. L ненадолго вышел из комнаты и направился на кухню. Он знал один способ, как можно немного облегчить страдания Лайта. Когда в детстве он сильно болел, ему помогали побороть болезнь только антибиотики и мокрые компрессы. Он достал из кухонного шкафа небольшую, но глубокую миску и набрал в неё холодной воды из-под крана. На обратном пути он встретил Ватари. — L, что случилось? — обеспокоенно спросил он. — У Лайта жар. Я собираюсь сделать ему компресс. У нас есть какие-нибудь сильные антибиотики? — Должны быть, — задумчиво произнёс он, вспоминая содержимое аптечки. — Сейчас посмотрю. — Я пойду с тобой, Ватари, — апатично сказал детектив. Они пошли обратно на кухню, где Ватари достал большую аптечку, а когда он открыл её, стал внимательно осматривать содержимое на наличие антибиотиков. — Хм...они определенно были где-то здесь, — тихо бормотал он себе под нос, перебирая медикаменты, — нашёл. — Возьми, L, — детектив взял протянутую ему упаковку капсул. — Спасибо, Ватари, — поблагодарил он Квилша. Вернувшись в спальню, он под пристальным взглядом Лайта поставил на стол миску и подошёл к шкафу, достав с нижней полки свежее махровое полотенце. L второпях приблизился к столу и намочил его, а затем хорошо выжал и поставил миску на край стола. Подойдя к Лайту, он положил мокрое полотенце ему на лоб. — Как продвигается дело? — сипло и ненавязчиво спросил у него Ягами. — Глухо, — с нотками печали в голосе ответил L, — я решил приехать пораньше. Нет никакой разницы в том, откуда я буду вести это расследование. Детектив сделал небольшую паузу и потом с любопытством узнал: — И что же случилось за три дня моего отсутствия? — Ничего, — просипел Лайт. — Вот значит как, — задумчиво протянул L и язвительно сказал, — а то, что ты слёг с простудой — это в твоём понимании ничего? — Тебя не должно волновать моё самочувствие! — неожиданно прошипел взбешённый Лайт. — Но меня оно волнует не меньше, чем нераскрытое дело, — совершенно спокойно сказал он. — Да неужели? — с притворным удивлением спросил Ягами у этого лицемера. — Можешь мне не верить, но...я за тебя волнуюсь, Лайт. И это не то волнение, как за Ватари и моих наследников...оно иное, — честно ответил ему детектив, не переставая внимательно смотреть на него, чтобы увидеть реакцию Лайта на свои слова. Услышав неожиданное признание детектива, Ягами вытаращил глаза от удивления. Если подумать, то L стал дорог ему и теперь его смерть не принесёт никакого удовольствия. Они до сих пор враги, продолжающие виртуозно играть друг для друга роль прекрасных друзей. Нет, сейчас они даже не близкие друзья, а любовники, которые всё еще временами хотят убить друг друга. Он думал, что L нет никакого дела до его здоровья. Детектив редко обращал своё внимание на такие важные вещи. Лайту всегда казалось, что если с ним внезапно что-то случится во время работы за компьютером или бумажной волокитой, то L даже не заметит этого и не перестанет неотрывно смотреть в свой монитор и поглощать одно пирожное за другим. Если судить из слов L, то получается, что он всё-таки не безразличен ему. В это было сложно поверить. Они оба непревзойдённые лжецы и мастера прятать свои настоящие эмоции. Тогда почему сейчас самый гениальный и упрямый детектив на свете смотрит на него настолько искренно, что ему хочется поверить в этот сладкий и приятный обман? L неожиданно, словно торнадо, ворвался в его жизнь и перевернул её с ног на голову. Он пробудил в нём сначала жажду соперничества, затем предоставил иллюзию мнимой дружбы, о которой втайне он всегда мечтал, а потом в его жизни появилось слишком много L. Куда бы он не посмотрел, куда бы он не пошёл и что бы он не делал, Лайт знал, что детектив не перестаёт следить за ним. Он почти всё время находился в боевой готовности на тот случай, если ситуация выйдет из-под контроля. Лайт долгое время молчал, но потом медленно и тихо прошептал: — Это правда? — он ещё не до конца верил в правдивость слов детектива. — Да, — последовал незамедлительный ответ. — Обмани меня, — через некоторое время попросил Лайт. — Только это? — удивлённо спросил L. — Да. Мы оба нуждаемся в этом, L. Тебе ведь тоже хочется обычного человеческого тепла? Иногда мне его не хватает. Ты не привык к нему, как и я. И если уж у нас сегодня вечер откровений, то могу сказать, что...я тоже беспокоюсь за тебя, хотя ты та ещё самодовольная скотина, — под конец улыбнулся Лайт. — Из твоих уст это звучит, как комплимент, — насмешливо сказал L. — У тебя слишком завышенное самомнение, L, — фыркнул Ягами. — Не больше, чем у тебя, — съязвил детектив, но потом серьезно спросил, — ты простудился после нашего похода в торговый центр? — Да, — негромко и коротко ответил Лайт. — Это странно. Ты же был тепло одет, — детектив не мог понять, почему так произошло. — Климат Англии отличается от японского. Я ещё не адаптировался к этой постоянной сырой погоде. — Я буду иметь это в ввиду на будущее, — монотонно проговорил L. Лайт слабо улыбнулся ему в ответ. L медленно и невесомо провёл пальцами по его спутанным от сна волосам и аккуратно убрал со лба мешающуюся тёмно-русую прядку в сторону. Он задумчиво и неспешно спустился ими по его плечу к запястью, собираясь измерить пульс. Лайт облизнул губы. Они были сухими и потрескавшимися. Его мучила жажда. Он хотел выпить воды. — L...принеси воды...пожалуйста, — слабым голосом попросил он детектива. — Хорошо, — коротко сказал L, поднявшись с кровати. Он по-быстрому подошёл к столу и взял в руки стеклянный графин с водой, налив её в ближайший пустой стакан. Вместе с ним он вернулся к пытающемуся приподняться в кровати Лайту. Ягами был настолько слаб сейчас, что ему даже было трудно поднять руку, чтобы забрать у него стакан с водой. Лайт не любил болеть. Вот именно в такие моменты, как этот, он становился слабым и беспомощным. Он преображался в человека, которому необходима помощь. Для него это было мерзкое чувство. — Ты не мог бы помочь мне? — через силу выдавил он хриплым голосом, подняв глаза на встревоженного детектива. — Конечно, — L мимолётно улыбнулся, — я ждал, когда ты скажешь это. А ещё ты выпьешь антибиотики сегодня и завтра, Лайт. — Открой рот, — сухо приказал он, присев на постель. Когда Лайт сделал то, что от него хотели, он поднёс к его губам сначала две капсулы, а потом уже сам стакан. L продолжал держать его до тех пор, пока Ягами не проглотит их и не осущит стакан. Закончив пить, он отстранился и положил голову обратно на подушку, а детектив забрал стакан и поставил его на прикроватную тумбочку. — Спасибо, — спустя десять минут сонно поблагодарил он L. Детектив прилёг на свою половину кровати и повернулся лицом к Лайту, который неуверенно прикоснулся к его руке, но, опомнившись, собрался быстро убрать её. L, наблюдая за его колебаниями, снисходительно усмехнулся и уверенно сжал его пальцы в ответ, не переставая прямо смотреть на него. — Всегда пожалуйста, Лайт. Отдыхай, а я побуду рядом. Лайт с каждой минутой всё сильнее чувствовал, что жар потихоньку сходит на нет. Холодный компресс и лекарства приносили желанный эффект. Он тихо и неуклонно погружался обратно в сон. Через пять минут больной уже крепко и мирно спал. L два часа, как верный страж, сторожил его сон. Через каждые полчаса он легко прикасался кончиками пальцев к шее Ягами, чтобы удостовериться, что пульсирующая жилка на ней стала биться немного медленнее. Он вытирал со лба Лайта выступающие капельки пота. Через несколько дней Ягами должен пойти на поправку и позже он поможет ему в расследовании, которое несомненно заинтересует его. При этой мысли L довольно усмехнулся. Он тоже очень устал за эти дни. Ему был необходим небольшой отдых. Постепенно его сморило, и он уснул.