Жрицы Филлиды. Корни и ветви

Она не знала, что такое холод. Зимы, которые она пережила раньше, ничто в сравнении со стужей Севера. Заунывно воет ветер внизу, в изломах расщелин. Зеленые отблески портала гаснут. Олле'Хар, возникшая из ниоткуда посреди заснеженного тонущего в сумерках плато, переступает с ноги на ногу, проваливаясь по колено. Вдалеке возвышается ледяная башня - туда ей и надо. Взлетая, она чувствует чей-то пристальный тяжелый взгляд, но вокруг только огромные торжественные глыбы смерзшегося снега, бело-синие в сумерках. Что-то наблюдает за ней из их недр. Воздух сухой и холодный, им больно дышать. У входа в башню ее встречают легко одетые стражницы. Олле'Хар, кутающаяся в лисью шубу, чувствует себя здесь чужой - куда более чужой, чем в доминионах, которые уже успела посетить. Жизнь - свет, тепло и влага. Не вечная мерзлота и тьма большую часть суток. В гладких стенах коридоров отражается мертвенный блеск заколдованных факелов. Они светят слишком слабо, чтобы отпугнуть подступающую ночь, но разгораются, когда Олле'Хар и стражницы полетают ближе. Кажется, она замерзнет здесь, как хрупкий нежный цветок. Замешкается - и ее скует лед, и тело останется нетленным внутри прозрачной глыбы. Так - или бежать, или стать жесткой, как промороженное дерево, которое сумеет дождаться весенней оттепели. Сопровождающие духи стужи посматривают насмешливо, переглядываются между собой. Что б они знали о ней и о том, на что она способна. В покоях Авроры так же холодно, как и в остальной части дворца. В камине горит белый огонь, не дающий тепла - только свет, делающий тени гуще. Олле'Хар унимает дрожь, пробирающую до костей. Холод подталкивает сжаться в трясущийся комок и потребовать себе настоящий огонь в очаге и теплые одеяла. Мороз заползает в рукава шубы, за пазуху, под воротник и подол, трогает онемевшие щеки. Олле'Хар терпит, и тело перестает сопротивляться, впускает холод в себя и примиряется с ним. Это место полумертвое и суровое, но здесь можно многому научиться. Аврора сидит в кресле у камина, стоящем вполоборота к двери. У Авроры голые ноги, голые руки, бесполезный мех на опушке капюшона, чуть менее бесполезный - на полу, в нем утопают босые ноги. Сама она белая, как снег. Холод обнимает ее, как Олле'Хар обняло бы тепло тропиков. Олле'Хар кланяется Старшей фее Севера, и та равнодушно кивает в ответ. - Имя мое Олле'Хар. Я прибыла... - Я знаю, кто и зачем ты здесь. Ты стала знаменита своей тягой к перемене мест. Никто не будет тебе мешать, но и особой помощи не жди. Твое все, что сможешь взять. Стражницы покажут, где библиотека. Аврора отворачивается и смотрит в беснующееся в камине пламя. Олле'Хар уходит, коротко поблагодарив. Когда-нибудь надменная Аврора признает ее своей королевой. *** Над тем, что она узнает о вьюгах и зиме из рукописных книг в крохотной комнатке, претенциозно зовущейся библиотекой, у Олле'Хар нет власти. Она родилась с иным даром. Но, если подумать, знания вовсе не бесполезны. Жизнь способна существовать в самых невозможных условиях. Доказательство тому - сама Олле'Хар, приспособившаяся к морозу и научившаяся не обращать на него внимания. *** С балкона видны мили и мили снежной белизны. Безжалостный дневной свет делает ее невыносимой для глаз. Олле'Хар не смотрит. Олле'Хар бережно греет в ладонях закоченевшие семена мяты, прежде чем бросить их на ледяной пол. Магия вспыхивает не теплой зеленью - бирюзой. Из семян проклевываются зеленые стебельки, тянутся вверх, корни вгрызаются в замерзшую воду, растапливая ее. С третьей попытки. Даже не верится, что так скоро. Олле'Хар не успевает стереть с лица глупое ликование, когда оборачивается на звук от арочного проема, ведущего внутрь дворца. Аврора стоит там, переводя взгляд с куста на Олле'Хар. Аврора не успевает стереть с лица глупую детскую зависть. Они отводят глаза. - Пойдем. Поговорим. Олле'Хар следует за Авророй в ее покои и думает, что, кажется, завоевать уважение обладательницы ледяного сердца будет на удивление легко. Еще она думает, что скоро придет пора покинуть Север. Есть смысл выбрать доминион пустынниц на этот раз: она намерзлась на целую жизнь вперед.