Операция "влюбить Нацу" (миссия невыполнима?)

      Смотря в серо-зеленые глаза, горящие настоящим алым пеклом, Люси стушевалась, чувствуя прикосновение теплых пальцев на губах. Щеки налились жаром, а золотисто-карие глаза испуганно смотрели на напарника, который вдруг превратился во вполне себе половозрелую особь мужского пола. До блондинки только сейчас дошел тот факт, что вчера она явно палку перегнула… — Н-на-цу… — прохрипела девушка, совершенно непослушным голосом. — А… а… это…       Казалось, что убийца драконов ее и вовсе не слышал, старательно слизывая мороженое с собственных пальцев. В какой-то момент он даже зажмурился от удовольствия, окончательно приведя заклинательницу в ужас. Если у них и должно что-то быть, то уж точно не из-за стриптиза с мороженым!       Непослушные ноги отказались согнуться, чтобы помочь их хозяйке спрыгнуть с кровати, и фея продолжала зачарованно разглядывать удивительные изменения в поведении лучшего друга. — Вкусно, — простонал парень, взглянув в медовые омуты. — Дай еще…       Люси неслышно выдохнула застрявший воздух, заметив опасные огоньки в глазах огненного мага. Во рту подозрительно пересохло, а руки, покоящийся на собственных коленях, вдруг вздрогнули. — У меня, кажется, горит чего-то, — неуверенно пробормотала девушка, удивляясь собственной тупости.       Нацу внимательно посмотрел на подругу, вдруг осознав, что Люси пытается удрать, а такая перспектива его совершенно не устраивала. Схватив хрупкие плечи, он вдруг навалился на нее всем телом, пригвоздив к кровати слабо пискнувшую девушку. — Не горит! — возразил он, впиваясь в желанные губы, хранившие вкус холодного лакомства.       Слизав остатки, убийца драконов ворвался языком в рот заклинательницы, заставив ее обмякнуть под собой. Давно сорванная крыша окончательно уехала, заставив его звучно зарычать сквозь поцелуй. Сжавшиеся кулачки феи уперлись в широкие плечи, в напрасной попытке оттолкнуть взбесившуюся ящерицу. Впрочем, сознание особо-то и не сопротивлялось, когда светлая голова писательницы внезапно поехала, заставив ее обладательницу закрыть глаза. А уж о том, что творил собственный язык, и говорить стыдно было, но ей-то не хотелось… или… хотелось, до дрожи в коленях? Ну, не так все было! Просто, не так!       С трудом оторвавшись от сладкого десерта… от гибкой кошки… Нацу судорожно вздохнул, чтобы через мгновение вновь припасть к желанным губам, которые сводили его с ума одним своим видом, а руки сами собой потянулись к пышной груди, сжимая нежную кожу, чтобы сорвать стон, утонувший в новом поцелуе. Это… это… было так сладостно, и так естественно, что он тысячу раз пожалел, что она не надела чертов костюм раньше. Он же давно знал, что Люси слишком уж часто занимает его мысли, чем положено подруге, а теперь и думать было нечего, ведь, она давно принадлежит ему по праву… — Ммм… — неясно простонала фея, зачем-то сжав его пальцы, занятые правой грудью. — П-п-подожди…       Нахмурившись, Нацу лишь сильнее пригвоздил девушку к кровати, а вторая ладонь поползла вниз к бедру. Вспыхнув, Люси сжала ноги, вцепившись в руку друга ноготками. Да, только в физической силе она ему явно уступала, и тело предавало с такой легкостью, что не верилось. Только почувствовав его пальцы в опасной близости от резинки шелковых кружевных трусиков, Люси пришла в себя, понимая, что все слишком далеко заходит... — Прекрати, Нацу! — выкрикнула она, когда он освободил ее губы из плена своих. — Я не хочу!       Маг, не моргая, уставился на раскрасневшуюся заклинательницу. Отключившийся мозг отказывался воспринимать все, что было с приставкой "не", включая просьбы "прекратить", и исключая только просьбу "не останавливаться", которая сейчас для него была единственной и правильной. — Почему? — хрипло выдохнул парень, не желая слушать глупости, когда так отчаянно хочется слушать только довольные стоны, ласкающие чуткий слух. — Пусти меня, — прошептала притихшая блондинка, наивно полагая, что он тут же исполнит просьбу.       Он лишь отрицательно покачал головой, разглядывая белоснежную шею, будто решая, с какого участка кожи начать, а уж тело подруги остро реагировало на любое изменение тех самых искорок во взгляде, что сразу ее насторожили. Только вот, вместо того, чтобы скинуть с себя этого наглого мальчишку, это самое тело требовало продолжения банкета, окончательно взбесив хозяйку. — Нацу! Я кому сказала? — разозлившись, рявкнула Люси, отчаянно попытавшись выбраться из-под туши друга, и зря, поскольку на ее движение бедрами, тело Саламандра среагировало мгновенно, а искорки во взгляде затерялись среди жаркого потока пламени. — Н-н-не делай так… — прошипел он, вдруг резко сжав ладонями ягодицы подруги, заставив ее издать стон против воли. — Или я за себя не отвечаю.       Ощущения, подаренные ею неосознанно, лишь распаляли кровь, хлынувшую горячим потоком в область, о существовании которой, он тоже по ее же милости вспомнил. — Отпусти, — пропыхтела фея, напрасно пытаясь скинуть его руки с мягкого места, отчего-то остро реагировавшего на такие бесстыдные прикосновения. — Так же нельзя! Что ты творишь-то, а? - в ее голосе промелькнули истеричные нотки, заставшие напарника вздрогнуть.       Взгляд друга прояснился, давая мозгу сигнал, что пора остановиться, пока еще есть возможность не наломать дров. Зато тело оторвалось от койки с таким трудом, что в глазах потемнело. Усевшись, он отвернулся от созерцания распластавшейся блондинки, юбка которой задралась самым бессовестным образом. — Что это было, вообще? — нахмурилась фея, поднимаясь следом, и в спешке натягивая юбку до приличного положения. — Будто сама не в курсе, — отмахнулся убийца драконов, почувствовав острый укол вины. — На кой черт надо было вообще какой-то идиотский план придумывать?!       Люси побледнела. Сердце, и без того колотившейся с бешеной скоростью, вдруг замерло, а затем застучало по ребрам, грозясь покинуть положенное место. Откуда он узнал про план? Неужели, девочки проболтались? Это же… это конец света! — Какой… план? — тихо выдохнула Люси, молясь, чтобы это было сном, или он что-то перепутал, или… или… этой истории вообще не было! — Включающий в себя свидание с Локи и голых кошек, — буркнул волшебник, стараясь, сосредоточится на разговоре, а не на сбившемся дыхании подруги, причиной которого стал он сам.       Девушка вздохнула, опустив голову. Значит, правда, проболтались. Чтобы еще хоть раз, она кому-нибудь сказала что-либо, да, ни в жизнь! И как быть теперь? Извиняться? А смысл? Сделанного не воротишь, а последствия явно вышли из-под контроля, и съехать больше не получится. — Да, просто… мне обидно было, — замялась Люси, зачем-то комкая пальцами одеяло.       Нацу повернулся, с сожалением отметив, что вспухшие губки слишком уж соблазнительны. Разговоры еще какие-то, обиды… — Почему обидно? — спросил он, понимая, что крыша-то не возвращалась, видимо. — Что я… я… чувствую много, а ты… ты… нет, — выдохнула она, вдруг ощутив себя дурой набитой. Набор слов, блин! А лучше не стало. — Не понял, — покачал головой огненный маг, окончательно потеряв нить разговора, который определенно становился все глупее.       Люси вздохнула, отворачиваясь, чтобы отрешенно изучать стену напротив, ведь, смотреть ему в глаза было самым большим наказанием, которое только можно было придумать. — Да, просто… люблю я тебя, как идиотка, и вовсе не так, как Хэппи, или Эрзу, или ребят из гильдии, а гораздо сильнее… Вот… такие дела…       Улыбку, озарившую его лицо, Люси вдруг ощутила кожей. Несмело подняв глаза, фея заметила, как заискрились глаза друга, и на сердце стало тепло. Ей вдруг даже показалось, что идея с планом была не такой уж дурацкой… — А прямо сказать, не судьба было? — хмыкнул Нацу. — Хоть бы Локи пожалела… — Что? — нахмурилась Люси, заставив его виновато глаза опустить. — Хватит болтать о фигне всякой, говорю, — проворчал Нацу, схватив блондинку за запястья, чтобы вновь увлечь ее в объятия кровати. — На чем мы там остановились, не напомнишь?       На счастье драконоубийцы, Люси уже через пару мгновений забыла о взбучке, что планировала ему устроить. А сам он давно понял, что губки у нее слишком вкусные, чтобы ерунду пороть, а жаркие поцелуи были ярким тому доказательством…