Жизнь игрушек

— Мама, нет… Мама, НЕТ! Выскакиваешь из квартиры, зажимая телефонную трубку между плечом и ухом. Пытаешься вставить ключ в отверстие, но он предательски соскальзывает, раздражая тебя еще сильнее. Опаздываешь уже на добрые двадцать минут. Больше не заикнешься о своей пунктуальности никогда. — Тони очень милый мальчик. И он, все-таки, знакомец, — уверовала мама, когда ты, наконец, смогла разобраться с замком. Обернувшись, ты отскочила на шаг, тут же влетев в свою дверь спиной от неожиданности: лестница, ведущая вниз, была облеплена всякими разными девушками. Среди них, однако, затесались и двое парней… очень странных парней. Таких, знаете, называют… впрочем, ты упустила этот момент, отстранив трубку от своего уха. — Робби! Если ты удумал открывать тут притон, то я звоню копам! — десяток молоденьких девчонок повскакивали с насиженных мест, когда ты несколько раз с силой ударила ладонью по двери, — Сделай милость, красавица, открой дверцы! — завопила ты, после чего дверь отворилась, а люди хлынули к образовавшейся щели. — Т/И, я тебя прибью! — прикрикнул тебе вдогонку Робби, когда ты спешно бросилась вниз по ступенькам. И что, что ты упустила? Чего ты не знаешь об этом парне? — Мам? Мам, ты тут? — вспомнив о телефоне, ты вновь контактировала с его холодным динамиком, но никого уже не услышала. Засунув аппаратик в карман своих джинсов, ты поспешила в ближайший парк, где тебя уже давным-давно ждала твоя одноклассница. Именно, одноклассница. В самом деле, ты слабо помнила даже ее имя, но она почему-то написала тебе. И писала-то, как ни в чем не бывало. Словно вы с ней — закадычные подруги. Это показалось тебе странным, но сидение взаперти с того самого званого ужина стало невыносимым, да и мама пилила. — Т/И! Так рада видеть тебя! — ты обернулась, завидев ту, что смела нарушить твой покой. — М-м, Кара, — глупо улыбнувшись, ты легко приобняла девушку, которая резво пленила тебя под локоть и повела вдоль дорожки парка. Она много болтала. Что-то о школе. И о том, что ей очень жаль кучи потерянного времени в университете. Было в ее речи место и хвастовству, неприкрытой лести и жарким расспросам о твоей личной жизни. Вот именно в этот момент ты поняла, что тебе абсолютно нечем похвастаться. Ты ощутила свою ущербность. В какой-то момент вашей странной прогулки ты решила, что пора бы уже закругляться. Дома тебя ждала седьмая серия второго сезона, дома — холодильник с мороженым и куча домашней работы по истории. — А-а, девушка-загадка! — ты остановилась, как и та, что сопровождала тебя все это время. Обернулась, и вот — глаза в глаза. Угольно-черные, как и волосы. Тот самый парень из дома престарелых. Черт, тебе стало ужасно стыдно, когда ты вспомнила об этом. Он остановился в шаге от вас, обменялся улыбками с Карой, которая была куда выше тебя и смотрела на него с особым холодным достоинством, затем — вернулся к тебе. Кара, кажется, сказала, что ей пора идти по каким-то там делам. От тока крови, что шумел у тебя в ушах, ты ничегошеньки не слышала. Все-таки это странно. — Я Дерек, если ты забыла, — собеседник все еще улыбался, а ты думала о том, как странно все-таки, что он все еще не сбежал от тебя, — И ты не представилась до сих пор. Сделав последний вдох, ты едва слышно выдавила свое имя, после чего просто Дерек стал твоим спутником. Уже через десять минут, ну или около того, ты стала трезвее смотреть на происходящее. Уже через двадцать минут вы, смеясь, пили вишневый смузи в маленьком кафе, которое находилось в максимальной близости от твоего дома. Он смеялся постоянно, рассказывал о том, как учился в Лондоне, а еще что-то о своей собаке, большой овчарке. Ты была готова полюбить этого пса прямо сейчас. И, оперевшись щекой о ладонь, слушала его речи, а еще любовалась высокими скулами, ровным носом и идеальной улыбкой. А потом был неприлично короткий путь домой. И он смотрел на тебя, изъявил желание встретиться еще раз, когда взял твой номер телефона. Приятно темно на улице, звезды над головой. И все должен был испортить твой, господи-боже, сосед! Он все время вашей с Дереком беседы стоял за твоей спиной и просто наблюдал. Хватило же тебе выдержки перетерпеть все это. — Значит, все-таки этот индюк? — насмешливо уверился Робби, пропуская тебя в подъезд, когда «твой будущий муж и отец пятерых детей» скрылся в свете фонаря, — Ты просто слепыш. — Ты лезешь в мою личную жизнь? — возмутилась, останавливаясь парой ступенек выше соседа, — Ты не посмеешь все испортить. Дерек очень симпатичный, а еще он интеллигентный и эрудированный. Вы с Робби на одном уровне, смотришь в его глаза полным злобы взглядом. Видишь, как кривятся в усмешке его губы, как щурятся темно-зеленые две маленькие бесконечности. Видишь целый мир за одним взмахом длинных ресниц. И, отступая, как от огня, устремляешься вверх по лестнице. Еще один пролет, еще один. — Я буду всегда за твоей спиной, Т/И! — кричит тебе вслед Робби, даже не пытаясь тебя догнать, — Скоро ты во всем разберешься. И никуда не денешься. Хлопаешь дверью, сбрасывая с плеч теплую куртку. Стоишь в темноте еще несколько минут, думаешь. Мысли заполоняют твою голову, жужжат под коркой, гонят кровь по венам и отдаются шумом в ушах. Ты успокаиваешься и, делая глубокий вдох, идешь в спальню, где падаешь на кровать в ворох подушек и одеяла прямо в одежде. Все равно стирать, да. «Еще пару серий и спать. Сделаю историю перед парой», — думаешь осторожно, словно кто-то может прочесть твои мысли. Да, смотришь еще девять серий. И когда кладешь тяжелую голову на подушку — комнату наполняет звон будильника.