Песня, которая заела.

История третья. Одиннадцатилетний мальчик бежал по небольшой аллее. Рыжие реснички были мокрыми от слёз, а щёчки были покрыты румянцем от обиды. «Почему?! – думал он, — Почему у меня не получается? Я же стараюсь! А они… никто не понимает меня!» От раздумий, мальчик даже не осознавал, что бежит. «Может, бросить петь?..» — бух! Он споткнулся о камешек и упал. Ещё ему не хватало прийти домой с разбитым носом. — Ох… — рыжик сел на колени из положения «лёжа», — Слава богу, отделался царапиной… Тут, мальчик услышал звуки гитары. Как же приятно было слушать… ни одной ошибки, всё плавно и места, где должны были быть паузы, были выдержаны. звуки инструмента, приятно щекотали ушки (и то, что было внутри них). Хотелось подобраться к этому звуку ближе, чтобы услышать то, что не доходило до ушей мальчика. Он встал, вытер слёзы, и с еле заметной улыбкой, пошёл вперёд, к источнику звука. Дойдя до источника, удивлению мальчика не было границ. Он увидел небольшой домик, на крыльце которого сидел паренёк, примерно того же возраста, что и он сам. Каштановые волосы были слегка растрёпаны, а большие карие глаза, будто никого и ничего не видели, кроме гитары и рук. — Вааа, — не выдержав восторга, и восхищения, которые заполнили его полностью, воскликнул он. Услышав что-то, кареглазый незнакомец остановился и устремился на проходящего мимо ровесника. Он осмотрел его с головы до ног: рыжие, аккуратно уложенные волосы, чёлка чуть выше глаз, светлая кожа, медовые, влажные от слёз глаза, пушистые реснички, чуть темнее волос, слегка кровоточащий нос, красные губы, бежевая рубашка и коричневые шорты, чуть выше колен, которые были грязные. Коленки были почти в том же состоянии, в котором был нос. Короткие белые носочки по щиколотки и тёмно-коричневая обувь. — Ой! – спохватился он, — тебе же нужна первая помощь! – кареглазый аккуратно, но быстро положил гитару на ступеньку и подбежал к незнакомцу, чтобы открыть калитку и впустить его. – Проходи! – улыбнулся он. — А можно?.. – неуверенно спросил мальчик. — Можно, можно! – подбодрил тот. Через некоторое время, кареглазый мальчик уже заклеил оба колена пластырем, а ноздри были забиты ватой. — Это, — «пострадавший» начал беседу после небольшой паузы, — а как тебя зовут? — Харука! Но многие называют меня Хару, что бы сократить. А тебя? – и снова на его лице засияла улыбка. — К-кё… — от смущения, рыжик опустил голову вниз. — Наверх!!! – вскрикнул Хару, от чего Кё резко вскинул голову. «Странный», — подумал он. — Никогда не опускай голову перед трудностями! – воскликнул тот, — Почему ты плакал? — Я… я не плакал!.. — Не ври мне, у тебя глаза влажные! Недолговременная пауза. — Я… — Кё решил всё же рассказать Харуке о своей проблеме. Как ни как, иногда почти незнакомый тебе человек может помочь тебе больше, чем лучший друг. – Я не могу петь… то есть, я хочу, но у меня не получается… — Ммм… а можешь что-нибудь спеть? – спросил тот. — Ч-что? – мальчик снова опустил голову и убрав вату с ноздрей, так как это уже было ненужно, — я… ты будешь смеяться… — Не буду! Пой, давай! — Будешь! — Спорим? — Спорим! – уверенно сказал он, и только потом осознал, что сказал глупость, да ещё и так уверенно. — Хе-хе, ну-с, слушаю! Кё перебрал в голове все песни, которые знал, но так и не придумал. — И что мне петь? – спросил он. — Ммм… спой Крылатые Качели! — Ч-что?! — Ну давай: «идёт бычок, качается»... — Это не крылатые качели! – воскликнул тот. — Ну, тогда пой, раз уж такой умный. Давай, я сыграю на гитаре. — У-угу… Кареглазый начал играть, и Кё, подождав пару тактов начал: — вЮЮЮЮном мЕсяце апрЕЕЕлЕЕЕ… крылААААААААААтые кАчЕЕЕЕлИИИИИ… — СТООП!!! – прервал свою игру Харука, тем самым остановив того, — я, конечно, ожидал, что будет плохо, но чтоб настолько… ты же даже слов не знаешь! — Я же говорил, что плохо пою… — глаза мальчика снова наполнились слезами, от чего он стал напоминать девчонку. — А… эээ… блин, ладно, пошли, погуляем, я укажу тебе на твои ошибки. Харука встал, помог подняться Кё и, вскрикнув «Мам, я гулять», вышел вместе со своим новым другом за калитку. Во время их прогулки, Харука объяснял, что да как: — Во-первых, ты пытаешься петь выше, чем можешь. — Угу! – Кё же, с энтузиазмом записывал в блокнотик всё, что говорил Хару. — Во-вторых, чтобы хоть как-то выровнять голос, попробуй водить руками. — Всмысле? — Нуу… вот когда поёшь высокие ноты, поднимай руку наверх, — и он показал, как это делать: рука была поднята к уровню головы, при этом в локте она была согнута, а ладонь смотрела вниз. – А когда поёшь низкие ноты, то опускаешь её вниз, — Харука опустил руку вниз, но локоть так же был согнут, и ладонь смотрела вниз. — Ооо… понятно… — сказав это, Кё снова начал записывать в блокнот то, что только что услышал. Вечерело, а ребята продолжали гулять и разговаривать. Когда пробил восьмой час, Харуке позвонила мать с возмущёнными криками о том, что завтрашний день очень важен, и что ещё нужно выспаться. — Блин, вот лажа… ладно, Кё, с тобой было весело. Пока, я побежал! – с этими словами, Харука направился в сторону своего дома. — А, постой… — Кё сосем забыл спросить номер телефона его нового друга, но Хару его не услышал. – Ну да ладно, завтра спрошу, ведь мы ещё увидимся… ведь так?.. – с этими словами, мальчик развернулся и пошёл к себе домой.