"Мы из будущего" (детдом №8)

- Должно быть, ваши враги ох какие коварные, раз используют такие грязные приемы, - сделал вывод Савельич, слушая их разговор. - Да, они ни перед чем не останавливаются, - мрачно отозвался Андрей. – И им совершенно не важно, кто перед ними, взрослый или ребенок. Если надо, они пойдут по трупам. - Андрюха, да они, собственно, так и делают, - ответил другу Максим. – Вспомни Тёмыча, Мишаню, Соню, Олега… -Но ведь мы сможем это предотвратить, правда? – дрогнувшим голосом спросила Виктория, которую упоминание о Тёме и Олеге выбило из колеи. – Я хочу сказать, мы попробуем изменить ход событий, ведь так? - Конечно, девочка, непременно, - твердо заверил ее Иван Савельич. – Я завтра же поеду в милицию. Настало время раздавить это змеиное гнездо. - Иван Савельич, подождите, - остановила его пыл Даша, - здесь не все так просто. У «Ингрид» повсюду свои люди, и в милиции, и в прокуратуре, я не удивлюсь, если еще и в КГБ. За столько лет они успели повсюду внедрить своих агентов, чтобы те защищали их интересы. Мы уже несколько раз пытались дать знать о том, что происходит, за территорию школы, но в результате стало только хуже. - Тогда попробуем зайти с другой стороны, - неожиданно осенило Афанасьева. – У меня есть знакомый журналист, и если… - Не поможет, - хмуро отозвался Макс. – Через газеты мы уже пробовали. Эти сволочи и там купили всех, кого надо. - Значит, не всех, - убежденно произнес Савельич. – Олега Валентиновича я знаю уже много лет и уверен в нем, как в самом себе. - Олег Валентинович? – удивилась Даша. – Птицын? - А, так вы и об этом знаете? – в отличие от девушки историк был само спокойствие. - Да, мы нашли ваше письмо к нему, - ответила Вика, - а потом договорились о встрече. Но об этом узнали сами знаете кто, и … Договорить ей не дало какое-то странное приглушенное хрюканье. Оглянувшись, ребята увидели, что Максим едва сдерживается, чтобы не засмеяться в полный голос. - Слышишь, Андрюха, - через силу выговорил он, давясь смехом, - походу ты у нас внук самого Волан де Морта. Напряжение этого сумасшедшего дня, наконец, дало себя знать. Девочки нервно захихикали, а еще через несколько минут уже вся компания залилась безудержным истерическим смехом. - А ты у нас тогда сам Гарри Поттер, - хохотал Андрей. - Что? – с притворным ужасом воскликнул Макс. – Я – этот тощий очкарик? - А что такого? – продолжал резвиться Андрей. – У тебя вон даже шрам есть. - Очень смешно, - Морозов сделал вид, что обиделся, но губы предательски сами собой растягивались в совершенно неуместную сейчас улыбку. У остальных, впрочем, было то же самое. Неконтролируемое веселье неудержимо рвалось наружу, и в этих взрывах смеха выплескивалось стрессовое состояние, в котором ребята находились последние несколько часов. – А Ромыча мы тогда будем звать Роныч, - подхватил Макс эту игру в ассоциации. - А Вика будет Гермионой, - засмеялась Даша. - Точно, - одобрил Максим. – Заучка с первой парты, - он изобразил идеально поднятую руку первоклассника, - которая все и обо всем знает. - А вот за это можно и «круциатусом» схлопотать, - совершенно не обиделась Кузнецова, просияв как медный грош. Ее слова вызвали новый взрыв смеха. - Да что с нами происходит? – отсмеявшись, недоуменно проговорила Вика. – Ржем, как ненормальные. - Иван Савельич, простите, пожалуйста, - смущенно улыбнулась Лиза, перехватив недоуменный взгляд историка. – Это просто одна глупая детская сказка про волшебную школу, очень похожую на нашу. - Ничего, ребята, конечно, я все понимаю, - кивнул историк. - И кстати, если вдруг тоже надумаете путешествовать во времени, будьте осторожны, - шутливо предупредил Андрей, - все это очень действует на психику. Наконец, нервные смешки понемногу стихли, и ребята полностью успокоились. Настало время решать, как действовать дальше. - Медлить ни в коем случае нельзя, - решительно произнес Иван Савельич. – Девочек нужно спасать в первую очередь, иначе потом будет поздно. - Да, через некоторое время их удочерят, и они навсегда обо всем забудут, - подтвердила Вика, вспомнив судью Савкину. - Значит, давайте так, - подвел итог учитель, - я завтра же прямо с утра поеду к Олегу в редакцию, а вы пока осмотритесь здесь, только очень осторожно. От этого не только наши жизни зависят, но и жизни детей. - Да мы-то каждый день об этом помним, - в своей обычной манере проворчал Морозов. - Макс, - теперь уже Даша с упреком посмотрела на него. - Нет, Даша, Максим совершенно прав, - согласился с парнем Савельич. – Я слишком долго медлил, и в этом была… то есть будет моя самая большая ошибка. Но сейчас мы ее исправим, и все будет по-другому. - Иван Савельич, вы случайно не знаете, где можно найти фотокамеру? – спросила Кузнецова, всегда в первую очередь помнившая о главном. – Мы бы сделали несколько снимков. А то, боюсь, пустым словам даже журналисты не поверят. - Подождите минутку, - историк быстро вышел из комнаты, ничего не объяснив. - Ну, что я говорил? – криво усмехнулся ему вслед Макс. – Какой нормальный человек вот так запросто поверит во всю эту хрень, которая с нами случилась? - Максим, ты опять? – устало вздохнула Лиза. - Вы вспомните, как мы Галину два часа уламывали, - не унимался парень. – А этот спекся за каких-то пять минут. - Ну, слушай, Макс, - наконец, решился подать голос и Павленко, - что из этого-то? Да, пусть он слегка не в себе, и тараканы у него в голове вот такие, - он показал пальцами весьма внушительный размер «домашних насекомых». – Но зато он мужик ответственный. А самое главное, он с нами и нам поможет. - Он себе-то помочь не смог, - мрачно усмехнулся Максим. Перед глазами снова возникла жуткая картина, которую они тридцать лет спустя обнаружили в подземелье – окровавленное безжизненное тело учителя рядом с полуистлевшими трупами мстителей. Иван Савельич вернулся на удивление быстро. Он вошел в комнату, держа в руках большой громоздкий фотоаппарат в блестящем скрипучем чехле из красной кожи. - Вот, - победно улыбнулся он, - то, что вы просили. Надеюсь, кто-нибудь умеет им пользоваться? - Давайте, я попробую, - Вика осторожно взяла у него килограммовую махину. – Здорово, - улыбнулась она открыв футляр, - это же «Зенит». Я такой только в музее видела. - Подарок от бывших выпускников, - объяснил историк. – Пленка – почти полная кассета. Я, к сожалению, никогда не имел особого таланта к технике. Виктории понадобилось всего несколько минут, чтобы уяснить принцип работы фотокамеры. - Внимание, сейчас вылетит птичка, - девушка навела объектив на своих друзей. Щелкнула кнопка, сверкнула вспышка – снимок был готов. – Спасибо, Иван Савельич, - улыбнулась девушка. - Это вам спасибо, ребята, - возразил учитель. – Если у нас все получится, и мы уничтожим это фашистское гнездо, большей благодарности мне и не нужно. Еще раз уточнив план действий на завтра, Афанасьев пожелал друзьям спокойной ночи и отправился к себе, предварительно убедившись, что в коридоре никого нет. - А ведь задачи-то сошлись с ответом, - улыбнулся Андрей, проводив его взглядом. Один только Макс не разделял его оптимизма. - Не знаю, Андрюха, не знаю, - задумчиво проговорил он. – Мне почему-то кажется, что третья, - парень кивнул в сторону двери, за которой только что скрылся историк, - просто подогнана под этот самый ответ. Почувствовав, как на лицо упали лучи уже взошедшего солнца, Рома, еще не открывая глаз, сладко потянулся и вдруг задел рукой какой-то деревянный предмет, похожий на ножку для стола. Испуганно вскочив, он в первые несколько секунд не мог сообразить, где находится. Совершенно незнакомая комната, его постель почему-то лежит на полу, и только за окнами по-прежнему привычный лесной пейзаж. - Ром, ты чего? – знакомый сонный голос заставил его вздрогнуть. На соседней кровати приподнялась Вика, и Павленко немного расслабился. - Вик, а мы вообще где? – хрипло спросил он. - В детдоме, - спокойно ответила девушка. – Ты что, забыл? Только сейчас все встало на свои места. Конечно же, как он мог забыть их вчерашнее приключение? - А Даша с Лизой где? – Виктория вдруг обратила внимание на две остальные не застеленные, но пустые кровати. - Кажется, я знаю, где, - усмехнулся Ромка. Он перегнулся через Дашину кровать, и его взору предстала очень милая идиллическая картина. Рядом с Максом, разметав по его подушке золотистые локоны, уютно спала Лиза, а парень даже во сне не выпускал ее из объятий. На соседнем матрасе спали Андрей и прильнувшая к нему Даша. К Роману снова вернулось хорошее настроение, и он решил пошутить. - Рота, подъем! – гаркнул он что было силы прямо над мирно спящими друзьями. Однако он не успел даже засмеяться, как в ту же секунду ему в лицо прилетела подушка, брошенная ловкой рукой Морозова. - Ромыч, ну, вот чего ты орешь? – проворчал Максим, даже не удосужившись открыть глаза. – Только девчонок перепугал. - Напугаешь их, как же, - буркнул Павленко, скользнув взглядом по сияющим сонным мордашкам. - Ладно, ребята, не ссорьтесь, - улыбнулась Даша, потирая глаза. – В самом деле, пора вставать. - Привет, - неожиданно раздалось за спиной, и подошедшая к столу раздачи Вика вздрогнула и резко обернулась. На нее приветливо смотрели серо-голубые глаза статного темноволосого парня из выпускного класса. – Меня Марк зовут, - представился он, наливая в стакан молока. – А ты Вика, правильно? - Да, - мило улыбнулась девушка. – Очень приятно, Марк. - Мне тоже, - галантно отозвался парень. – Тебе у нас нравится? – спросил он, помогая ей донести тарелку с булочками до учительского стола. - Здесь… мило, - уклончиво ответила Виктория. - Надеюсь, мы подружимся, - ослепительно улыбнулся Марк, нисколько не тушуясь в присутствии преподавателей. - Да, это было бы замечательно, - согласилась с ним Кузнецова. – Спасибо. - Приятного аппетита, - пожелал всем напоследок старшеклассник. Под заинтересованными взглядами учителей Вика смущенно села за стол. - Хороший парень, - одобрительно произнес Константин Викторович. – Это Марк Любарский – наша гордость. Отличник, активист, комсорг школы. У Максима уже вертелась на языке ироничная реплика, но вдруг его еще сильнее заинтересовал пристальный взгляд Павленко. Через стол от них, возле окна, в компании десятиклассников сидела девушка с очень яркой, совершенно европейской внешностью. На плечи крупными завитками падали сияющие платиновые локоны, удивительные почти сапфировые глаза смотрели весело и храбро. Даже стандартная коричневая школьная форма не могла скрыть потрясающую стройную, почти модельную фигуру. Ее дерзкий уверенный взгляд притягивал как магнитом, завораживал и затягивал словно в омут. - Ромыч, - насмешливый голос Морозова в одну секунду развеял это наваждение, - я уже говорил, что красивые женщины тебя погубят? Ну, не твое это, чувак, не твое. Но Роме было уже все равно. Они могли потешаться над ним сколько влезет. Парень чувствовал, что в этот раз он пропал, окончательно и бесповоротно.