"Мы из будущего" (детдом №8)

Глава 24. - Не может быть, - потрясенно выдохнула Галина Васильевна, оборачиваясь на голос. Она очень боялась, что все это ей только показалось, что она напрасно тешит себя несбыточными надеждами. Ведь завхоз давно смирилась с тем, что совершила самую большую и непоправимую ошибку. Но в этот раз ее опасения не оправдались. На крыльце стояла симпатичная молодая женщина, чуть моложе самой Галины, закутанная в рыжую лисью шубку. За руку она держала девочку лет шести в аккуратном хорошеньком пальто с узорами из «гусиных лапок». - Света… - произнесла завхоз, все еще не веря своим глазам. – Танечка… доченька. - Ну же, поздоровайся с мамой, Танюша, - мягко улыбнулась Светлана Смирнова. Она слегка подтолкнула племянницу к матери. Мгновение спустя Галина Васильевна уже со слезами на глазах обнимала самого любимого и родного человечка в своей жизни. Исстрадавшееся сердце таяло от нерастраченной нежности, чувствуя, как маленькие ласковые ручки обнимают ее за шею, а родной голосок шепчет, дрожа от волнения: - Мамочка, я тебя очень люблю… - Галя, ты уж прости, - подошла к сестре Светлана, - но не смогла я твою просьбу выполнить. Духу не хватило ее обманывать, - она кивнула на прижавшуюся к матери малышку. - Но как… - впервые в жизни Галина запиналась, не вполне владея голосом. – Как вы здесь оказались? - Сегодня утром мне позвонил ваш директор, - объяснила ее сестра. – Сказал, чтобы я срочно привезла Танечку, что это вопрос жизни и смерти. – Голос молодой женщины дрогнул. - Ты представляешь, как я испугалась? Я думала, с тобой что-то случилось… - Директор? – не поняла Смирнова, удивленно глядя на Светлану поверх головы дочери. – Какой еще директор? - Я, Галина Васильевна, - появился на пороге школы Иван Савельич. Он улыбался и был необычно представителен в своем лучшем выходном костюме. – Утром звонили из районного отдела образования. Они уже знают, что тут произошло, и предложили мне занять место директора. Вот, даже и не знаю… - Да о чем тут думать, Иван Савельич? – удивилась Вика. – Все правильно. Вы, как никто другой, подходите на эту должность. - Ну, что я вам говорил? – усмехнулся на это Макс. – И она нам еще будет доказывать, что на кладбище ничего бы не было… - И правда, Савельич, конечно, соглашайся, - поддержала Галина. – Давно пора здесь все поменять. А вместе мы такое можем сделать. Наш детский дом будет лучшим в стране. - Спасибо, Галя, - искренне поблагодарил бессменного завхоза новоявленный директор. – Только я отныне рассчитываю на вашу помощь. Без вас мне не справиться. - Значит, договорились, - с улыбкой кивнула Галина Васильевна, обнимая дочку. – Работаем одной командой. Еще пару дней понадобилось, чтобы жизнь в усадьбе снова вошла в прежнюю колею. Взрослые, наконец-то избавились от постоянной тревоги о том, что творится в нескольких метрах под землей, дети снова начали улыбаться. Подземелье было полностью опустошено, из него вынесли все, что могло представлять интерес для науки в целом и медицины в частности. Входы и выходы из него – камин, колодец и люк в лесу – намертво замурованы, чтобы, прежде всего, обезопасить детей. Ребята из будущего все чаще задумывались о возвращении обратно, в свое время, гадая, как же изменится их будущее в свете последних событий 1979 года. Однажды вечером к ним в комнату заглянули мстители и, таинственно переглядываясь, сообщили, что Иван Савельич зовет всех в актовый зал. А вот зачем, они и понятия не имеют. Однако по загадочным лицам пятиклассников было понятно, что уж они-то точно в курсе, но ни за что не признаются даже своим лучшим друзьям. За стеклянными дверями было непривычно тихо, не раздавалось ни одного голоса, ни шороха, ни звука. Но стоило ребятам появиться на пороге, как они были буквально оглушены громом аплодисментов. Собравшиеся в просторном зале обитатели детского дома, от малышей-первоклассников до преподавателей, старались таким образом отблагодарить своих спасителей, выразить им свое восхищение и признательность. Бывший бальный зал усадьбы был ярко освещен, украшен шариками и искусственными цветами. Наши сыщики потрясенно замерли в дверях, не зная, что и сказать. Навстречу им вышли Иван Савельич, уже окончательно принявший на себя обязанности директора, и его верный соратник Галина Васильевна. - Друзья мои, - торжественно обратился к присутствующим Афанасьев, - сегодня мы решили устроить большой праздник в честь наших дорогих гостей, - он сделал широкий жест в сторону стоявших на пороге ребят. – Благодаря им наш детский дом избежал большой, я бы даже сказал, смертельной опасности. В ответ на его слова снова раздался шквал аплодисментов. - Более того, - подхватила Смирнова, - некоторым из вас наши отважные друзья сохранили не только жизнь, но и вернули дорогих сердцу родных людей. Теперь громче всех захлопали компания мстителей, несколько девочек-первоклассниц, а также две молодые красивые женщины, одна из которых ни на шаг не отпускала от себя Иришу Исаеву, а другая обнимала Егора и Леночку, уже успевших привыкнуть друг к другу и подружиться. - Спасибо вам, ребята, - с чувством произнесла завхоз по очереди обняв каждого из них. – Вы меня, в прямом смысле, к жизни вернули, - она взяла на руки стоявшую рядом с ней дочку. – Танечка, скажи мальчикам и девочкам спасибо. - Спасибо, - застенчиво пробормотала малышка, крепче прижавшись к матери. Праздник получился великолепный. И дети, и взрослые веселились от души, отбросив, наконец, тревожные мысли, не дававшие покоя уже долгое время. Все оживленно переговаривались и шутили, то тут, то там временами раздавались взрывы заливистого смеха. На празднике играл вокально-инструментальный ансамбль старшеклассников. Парни играли старые хиты семидесятых. То есть, старыми они были только для учеников школы-пансиона «Логос». Все остальные обитатели детского дома с восторгом встречали каждую мелодию, особенно зарубежные композиции, исполненные, впрочем, в великолепной аранжировке. Ближе к полуночи, когда малышей уже отправили спать, а музыканты взяли небольшой перерыв, к сцене подошел Максим и с интересом взял в руки одну из электрогитар. - Никогда еще не играл на таком раритете, - пояснил он стоявшим рядом Андрею и Роме. Сидевший за соседним столом гитарист, услышав его заявление, скептически усмехнулся. Он недоверчиво наблюдал на этим самоуверенным брюнетом, который перебросил через плечо толстый белый ремень и теперь готовился взять первые аккорды. Макс коснулся медиатором струн, и неожиданно по залу пронеслась чистая беглая мелодия довольно сложного пассажа. Старшеклассники из ансамбля как по команде обернулись. - Неплохо, - сдержанно похвалил Морозова солист Антон Летягин. – Где учился? - У меня дома собственная студия, - просто признался Максим. – А увлекался я с пятого класса. - Да хватит заливать, - возразил на это басгитарист, - собственная студия. Даже у Гребенщикова нет собственной студии. - У Гребенщикова, может, и нет, - пожал плечами Макс, - а у меня есть. - Ладно, парни, хватит, - вмешался в их спор Антон. – Может, сыграешь еще что-нибудь? – обратился он к парню с гитарой. Публика, прислушивающаяся к этому разговору, стала аплодисментами требовать от Макса сыграть. Смущённо потеребив струны, он согласно кивнул и поднялся на сцену. — Ладно. Сейчас я вам сыграю один популярный трек, — сказал он. Затем, вспомнив, где находится, парень поправился. — Ну, то есть, мелодию… И популярная она там, где мы живем… А посвящаю я ее своей девушке, - он всмотрелся в зал, где возле ступенек на сцену стояли его друзья. - Лиза, это для тебя, - улыбнулся он, перехватив восхищенный взгляд любимых синих глаз. - Я так мало говорил тебе о том, что чувствую. Но теперь обещаю, все будет по другому. Он начал играть композицию группы «Franky» «Histeriya». Услышав первые переливающиеся ноты, старшеклассники несколько мгновений удивленно переглядывались. Это было совершенно не то, к чему они все привыкли, необычно и завораживающе. Максим тем временем входил в раж, с каждым аккордом чувствуя себя увереннее: «Get out hysteria I just wanna try to clean my mind. What you want to say? What you wanna? Make cloud hysteria only wanna let's this other side What you want to say? What you wanna?» Постепенно собравшиеся в зале выпускники тоже прониклись заразительной мелодией и уже смело подпрыгивали в такт музыке. А на сцене зеленоглазый брюнет уже переходил к речетативу, в просторечии именуемому рэпом: «Меня будто бы к земле прижала гравитация, Я снова падаю вниз, как биржевые акции. Это конец дистанции, но я хочу остаться, Чтобы взять и дождаться всех номинаций. У твоего кино название: "Я виновен" - Я в нем в главной роли, один в поле воин. Только не надо крови, только не надо боли. Хочешь меня уволить? Давай! Я спокоен! И я другим не стану, это точно. Если любить взахлеб, разрывает в клочья. Именно так и будет, и по другому не может. Ты, наверно, не веришь, но я чувствую кожей. Ну, и что с того, что время на часах 12? Мне плевать, что соседям надо высыпаться. Закрою дверь за спиною, рвану на крышу. Буду орать во весь голос, пока не услышишь: Get out hysteria I just wanna try to clean my mind. What you want to say? What you wanna? Make cloud hysteria only wanna let's this other side What you want to say? What you wanna? Вряд ли мелодия эта долетит к тебе. Вряд ли окажется она на FM-волне. Прикрываясь форматами, ее не поставят, Но только просто так она сама не отстанет. Пристанет, будет звучать в наушниках ночью. Или с утра в метро, да когда захочешь. Может быть даже в пробках, на светофорах. Или с мобильных телефонов раздражать город. И я, наверно, улыбнусь, когда узнаю, Что с этой песней ты, как и я, засыпаешь. А это значит, что верно все, и однажды - Она взлетит выше домов многоэтажных. И вот тогда-то ты очнешься и услышишь, Как рифмы в ритме улиц бьют по крышам. Перебирая струны, аккорды строит ветер. И только ты и я на всем белом свете! Get out hysteria I just wanna try to clean my mind. What you want to say? What you wanna? Make cloud hysteria only wanna let's this other side What you want to say? What you wanna? Get out hysteria I just wanna try to clean my mind. What you want to say? What you wanna? Make cloud hysteria only wanna let's this other side What you want to say? What you want to say!» Максим выжимал из инструмента все возможное, используя весь свой технический арсенал. Закончив исполнять хит брендовой группы, он постепенно начал демонстрировать приемы всех известных ему рок-музыкантов, начиная с легендарных «Скорпионз». Пальцы легко скользили по грифу, медиатор, казалось, вот-вот раскалится от молниеносного соприкосновения с металлическими струнами. В экстазе Макс не заметил, что все перестали танцевать, а сопровождавшая музыку ритм-секция давно умолкла. Музыканты в совершеннейшем шоке наблюдали бенефис Максима Морозова. Взяв последнюю высокую ноту, Максим внезапно услышал тишину. Посмотрев в зал, он увидел несколько десятков обращённых на него глаз. Посреди толпы стояла мать порядка детского дома номер восемь Галина Васильевна Смирнова, в ужасе зажав руками уши. Морозов перевёл дух и снял гитару. — Я смотрю, ребята, вы ещё не доросли до такой музыки, — обращаясь к притихшей публике, сказал он в микрофон, при этом подмигнув стоявшему возле самой сцены Ромычу. — Но вашим детям она точно понравится. Он вернул гитару Антону Летягину и спустился со сцены в зал, где сразу же попал в нежные объятия Лизы. - Макс, я люблю тебя, - просияла девушка, нежно целуя парня в губы. Большей благодарности было и не нужно. - Андрюша, а мы, правда, еще увидимся? – грустно спросила Ирочка, когда они с Игорем на следующий день вышли проводить своих новых друзей к воротам особняка. - Обязательно, - улыбнулся Авдеев, - даже не сомневайся. Я же тебе обещал. За несколько минут до этого ребята уже попрощались с обитателями снова ставшей гостеприимной усадьбы. Те, кто были не в курсе истинного положения дел, просили их не забывать о том, что им здесь всегда рады и приглашали на новогодние праздники. -Ну, вот и все, ребята, - улыбнулся Иван Савельич, провожая гостей из будущего до дверей. – Буду рад увидеться с вами в будущем. Правда, не уверен, что мы будем знакомы. - Будем, даже не сомневайтесь, - заверил его Максим. – Я тут кое-что предпринял, так сказать, подстраховался. - Макс, - строго взглянула на него Елизавета, - признавайся, что ты опять натворил. - Спокойно, Лизон, ничего криминального, - засмеялся парень. – Просто на всякий случай оставил некоторые указания… на будущее. Больше из него не удалось вытянуть ни слова. - Передайте от нас большой привет Галине Васильевне, - на прощание попросила Даша. - Обязательно передам, - заверил историк. - Она желает вам счастливого возвращения. В этот день Галины в усадьбе не было, она уехала в город, чтобы подготовить документы на усыновление Егора и Леночки Крыловых. - Ну что, раздеваться будем, или прямо так? – спросил Рома, зябко поежившись, когда ребята подошли к берегу озера, еще не успевшего замерзнуть. - Думаю, в пальто нырять будет тяжеловато, - Андрей первым скинул верхнюю одежду, оставшись в прежней форме школы «Логос» с гербом на груди. - И потом, если вдруг вернуться не получится, мне будет куда приятней одеться в сухое, - согласилась с ним Вика, снимая куртку. - Все у нас получится, - уверенно заявил Морозов, помогая Лизе снять пальто. Аккуратно сложив одежду на берегу, друзья взялись за руки и на несколько секунд замерли у самой воды. Но медлить было нельзя и они, уже не сговариваясь, оттолкнулись от земли и снова с шумом погрузились в обжигающе-ледяную воду. Ребята еще в усадьбе договорились о том, что не будут заплывать в пещерку под берегом, а просто побудут под водой, пока хватает воздуха. Но в этот раз было так холодно, что ни у кого не хватило духу долго сидеть в ледяной воде. Так или иначе, когда Андрей последним выбрался на берег, вся остальная компания уже была там, стучавшая зубами и вымокшая до нитки. - Прекрасно, одежды нет, - раздался удовлетворенный голос Кузнецовой, - значит, перемещение состоялось. Не успели друзья облегченно выдохнуть, как вдруг раздался встревоженный возглас Андрея: - Подождите, а где Лиза и Макс?