"Мы из будущего" (детдом №8)

- Я так понимаю, ваша память не изменилась? – спросил ребят Игорь Алексеевич, шагая рядом с ними по заснеженной тропинке в сторону усадьбы. Несколько минут назад они отправили вконец замерзших девочек вместе с Машей и родителями Андрея на машине и дали клятвенное обещание больше никуда не исчезать. - Да, - подтвердил Авдеев, зябко кутаясь в оставленную отцом дубленку. – Мы же не прожили эти годы вместе с вами, а просто перепрыгнули через них. Вернее, переплыли… - неловко поправился он. - Понимаю, - кивнул директор. – И теперь все, что сейчас происходит, для вас непривычно. Изменились имена и обстоятельства… - Да и не только это, - отрывисто произнес Макс. Он неловко поправлял на плечах немного узковатый ему синий пуховичок Маши. Конечно, в подобном одеянии парень выглядел слегка забавно, но отказать в нежной заботе только что обретенной матери был просто не в силах. – Вы, наверно, заметили, что мы здесь, в некотором роде, не все? – саркастично усмехнулся он. - Не все? – опешил Исаев. – Да я и внимания не обратил… - под ледяным взглядом брюнета он сконфуженно умолк. – Да, действительно, - наконец, вынужден был признать Игорь, - насколько я помню, вас же было шестеро. А сейчас среди вас нет… Лизы, - вспомнил он имя девушки. – Она, не вернулась? Почему? - А это мы у вас хотели спросить, - грубо отчеканил Максим. – Я же специально оставил все наши координаты. А вы даже этого не сумели сделать. - Ты несправедлив, Максим, - спокойно возразил Игорь Алексеевич, впрочем, все же чувствуя некоторую вину. – И доказательство – то, что вы все здесь. - А Лиза? – зеленые глаза вызывающе сверкнули. – Почему она не с нами? - Я искал ее, - ответил бывший Виктор Поляков. – Не один раз отправлял приглашение, когда открыл школу. Но всякий раз не было ни ответа, ни привета. Письма доходили до адресата, но на них никто не отвечал. Я даже ездил туда сам несколько лет назад, на каникулах, - продолжал он, словно предвидя следующий вопрос. – Но мне сказали, что вся семья уехала за границу, кажется, в Швейцарию. - Да, у Лизы больное сердце, - мрачнея, вздохнул Макс. – Наверняка, родители увезли ее на лечение. - Не переживай, мы ее обязательно найдем, - твердо пообещал Игорь Исаев. – Когда вернемся в Москву, я постараюсь подключить к поискам ФСБ. С некоторыми из них мы до сих пор общаемся, - объяснил он. – У Бориса Константиновича к тому же своя обширная агентурная сеть. Помните его? Конечно же, друзья помнили внештатного сотрудника Бориса Князева, с которым познакомились в те безумные дни пребывания в другом времени. И уже тогда он показался им очень серьезным и надежным, человеком, не бросающим слов на ветер. - Виктор Николаевич… - Игорь, - терпеливо поправил племянника Исаев. – Меня зовут Игорь, и мы с тобой всю жизнь были на ты, - он с улыбкой обнял парня за плечи. – Привыкай, что теперь я твой дядя, а не просто директор школы. - Ладно… Игорь, я запомню, - в свою очередь улыбнулся Андрей. – Но ты сказал «вернемся в Москву», а как же школа? - Школа тоже находится в Москве, - удивленно ответил Игорь Алексеевич. – Я же не могу выселить отсюда наш детский дом. - Так его что, не закрыли? – глупо спросил Рома. - Конечно, нет, - ответил Игорь. – Да и зачем? Пропавшие девочки нашлись, мы с ребятами никуда не исчезли, фашисты были арестованы. Так что все осталось по-прежнему. Только подземелье замуровали, чтобы все следы уничтожить. Впрочем, это вы и сами знаете. - Но вы же сказали, что вы директор школы… - похоже, всю свою смелость и сообразительность незадачливый Ромка растерял по пути назад в будущее. - Рома, я действительно директор школы «Логос», - засмеялся Исаев, - только находится она в другом месте. А директором детского дома так и остался Иван Савельич. - Ну, хоть у кого-то все по-старому, - хмыкнул Максим. – У меня только вопрос: как мы все-то здесь оказались? - Очень просто, - объяснил Исаев, - вы приехали со мной. Мы часто навещаем Ивана Савельича, Галину Васильевну и ребят. Иногда я беру с собой Андрея, а он – своих друзей, то есть вас. Тем временем они достигли высоких ажурных ворот усадьбы Щербатова. - Егор приехал, - удивился Игорь Алексеевич, увидев на дорожке возле парадного входа большой черный джип. - Это какой Егор? – не понял Андрей. - Брат Лены, - ответил его дядя, - кстати, моей жены. Странно. Что он здесь делает? У него же сегодня съемки. - Съемки? – парни в недоумении переглянулись. - Да, он довольно известный экстрасенс-целитель, участвует в «Битве экстрасенсов», - с уважением произнес Игорь. – И даже держится в пятерке лидеров. Но почему же он сегодня здесь? - Потому что наш Егор умеет видеть гораздо дальше, и знает намного больше, чем мы, - ответил на его вопрос строгий резковатый голос, и навстречу нашей компании вышла Галина Васильевна в сопровождении настоящего великана, в гигантской фигуре которого ребята сразу узнали таинственного Гномика из подземелья. Конечно, теперь, благодаря лечению и заботливому уходу приемной матери, Егор Крылов выглядел гораздо лучше. Перед друзьями стоял довольно приятный богатырского роста молодой мужчина с немного одутловатым лицом. К сожалению, патологию кожи до конца вылечить не удалось, и она осталась бледной с землистым оттенком, но выглядела уже не настолько отталкивающей, как в детстве. - Привет, - поздоровался он, сильно растягивая слова, чтобы скрыть некий речевой недостаток. Глухой раскатистый голос звучал тоже вполне внятно. – Я знал, что вы сегодня вернетесь. Мне передали деревья. - Да, Егор все помнит, так же, как и мы, - подмигнула Галина удивленным ребятам. Тем временем ее приемный сын встретился взглядом с Максимом, и с вопросительным выражением на лице приложил свою большую руку к животу. - Все нормально, спасибо, - улыбнулся в ответ отлично понявший его Морозов. Сейчас ему было даже странно вспоминать, что всего несколько дней назад он нес этого «малыша» на руках по ночному лесу, спасая от родного отца. - Это вам спасибо, ребята, - ответила за воспитанника Смирнова. – Если бы не вы, страшно подумать, что бы тогда случилось… со всеми нами. - И в благодарность вы хотите, чтобы они подхватили воспаление легких? – осведомился, приближаясь к ним, Иван Савельич. – Так, молодые люди, немедленно проходите в дом. Горячая ванна, и сегодня вы остаетесь здесь. - Но, Иван Савельич… - возразил было Игорь. - Исаев, я все сказал, - с наигранной строгостью нахмурился Афанасьев. – С каких это пор ты перестал слушаться своего директора? Долго еще будут пустовать гостевые комнаты? - Ладно, Иван Савельич, уговорили, - с улыбкой согласился Игорь Алексеевич. – Против последнего аргумента даже я ничего не могу возразить. - Так-то лучше, - одобрил старый историк. Несколько часов спустя. - Что с тобой, сынок? – спросила Маша, осторожно заглянув в гостевую комнату ребят. В это время Максим в одиночестве сидел на своей кровати с ноутбуком и тщетно пытался найти в его электронных недрах хоть одну фотографию Лизы. Но уже через пять минут стало понятно, что их там нет, зато было полно других снимков, и на них рядом с ним была запечатлена девушка с платиновыми локонами и дерзким смелым взглядом. Юля Самойлова… Но сейчас парень даже не знал, как себя с ней вести. Лиза стала для него намного дороже, она проникла в его сердце, заполнила все чувства, помогла ему стать другим, нормальным человеком, а не тем уродом, которым он был раньше… - Ты сегодня какой-то странный… Мария присела рядом на кровать, обняла сына. Макс снова почувствовал ласковое материнское тепло. Как же хорошо сидеть вот так, в тишине, разделяя тоску с самым родным и близким человеком, который поймет тебя даже без слов. Он поцеловал ее руку, лежавшую на его плече. - Мама, я потерял девушку, - наконец, глухим голосом произнес Максим. Взглянув на экран, Вершинина, как ей показалось, все поняла. - Да, я знаю, - кивнула мать, - ты до сих пор переживаешь из-за Юли. Но ведь прошло уже полгода, Максим, - мягко сказала она, - и жизнь продолжается… - Полгода? – парень удивленно поднял голову. – После чего? - После того, как Юля умерла, - Маша была удивлена не меньше. – Ты забыл? Она погибла в аварии, летом, когда уезжала на каникулы. Молодая женщина вдруг почувствовала, как ее сын напряженно замер. Он некоторое время сидел молча, стиснув руки, стараясь унять внезапно зачастившее сердце. Что-то стало вырисовываться, в душе затеплилась надежда. - Значит, и здесь то же самое, - задумчиво произнес он, - и это ее судьба… - О чем ты, Максим? – тревожно спросила Мария. – Пожалуйста, перестань говорить загадками. Я перестала тебя понимать. - Мамуль, ты же знаешь, я сам себя иногда не понимаю, - криво усмехнулся Макс, пытаясь отшутиться. Но мать есть мать, ее так легко не проведешь. А Маша была матерью с большой буквы. - Максим, что случилось? - в красивых карих глазах заплескалось беспокойство. – Что произошло, пока тебя не было? - Мам, ну не переживай ты так, со мной все в порядке, - улыбнулся парень, сделав над собой невероятное усилие. – Просто я сейчас говорил не о Юле. Я потерял другую девушку, которая была мне очень дорога. Ее звали… то есть зовут Лиза, - быстро исправился он, словно боялся этой оговоркой накликать еще большие проблемы. - Лиза? – удивилась Мария Владимировна, тщетно пытаясь вспомнить это имя среди многочисленных увлечений ее сына. – Но у тебя же после Юли никого не было… Где ты с ней познакомился? - Ты не поверишь, - попробовал отмахнуться Максим. - Я твоя мать, я всему поверю, - Вершинина ласково взлохматила ему волосы. – Ну а все-таки? - Это было в другой жизни, - тяжело вздохнул Макс, - которой уже никогда не будет. - Неправда, - тихо возразила Мария, все еще не вполне понимая, что происходит с ее мальчиком, но интуитивно, материнским сердцем чувствуя, что именно этот ответ будет самым уместным. – Все может вернуться на круги своя. - Только не в нашем случае, - со странной грустью ответил ей сын. – Но меня радует одно очень важное обстоятельство: здесь у меня есть ты, - терзаемый угрызениями совести, Макс крепко ее обнял. Никогда он не сможет отмолить этот грех. – Прости меня, мама… - Ты уже второй раз просишь прощения, - мягко улыбнулась Маша, - но я не понимаю, за что. - За то, что был сволочью, - парень стиснул зубы, - грубил тебе, обижал, часто причинял боль. - Посмотри на меня, - твердым тоном попросила мать. Он снова встретился с лучистым взглядом, полным нежности и любви. – Я не знаю, о чем ты говоришь. Ты самый лучший сын на свете. Да, иногда бываешь резковат, но это всего лишь возрастное. А в остальном у меня никогда не было с тобой проблем. - Правда? – недоверчиво улыбнулся Максим, прекрасно знавший свой непростой характер. - Ты не поверишь, - кивнула Маша. Ее губы дрогнули, стараясь удержать задорную улыбку. - Я твой сын, я всему поверю, - засмеялся он, чувствуя, как, наконец-то, отпускает напряжение. - Да, правду говорят, от судьбы не уйдешь, - задумчиво произнесла Даша, выслушав рассказ Макса о том, что он узнал от матери. За час до отбоя вся компания снова, как в прежние времена, собралась в одной комнате, обсудить те колоссальные изменения, которые произошли в судьбе по крайней мере некоторых из них. - Юле, видимо, на роду было написано погибнуть в семнадцать лет в аварии, - согласилась с подругой Вика. - И «Ингрид» тут не при чем, - сделал неутешительный для него вывод Ромка. – Жаль, конечно… - и тут его, в который уже раз, счастливо осенило. – Слушайте, а ведь если с ней все произошло как раньше, может и с Лизой… - Молодец, Ромео, - хлопнул его по плечу Макс. – Я сам первым делом об этом подумал. И если Виктор… то есть, Игорь Алексеевич подключит свои связи в ФСБ, мы без труда ее найдем. Поняв, что эта задача тоже начинает сходиться с ответом, друзья немного воспрянули духом. - А еще Игорь сказал, что Темкины родители почему-то отказались отдать его в «Логос», - сообщил Андрей. - Может, потому, что теперь школа находится не так далеко, в самой Москве. - предположил Максим. – К тому же еще и пансионом не является, - но подтверждения его слов у них, к сожалению, не было. - Да какая разница, - с посветлевшим лицом заговорила Вика. – Самое главное, что Тема жив. - Кстати, о судьбе, - вдруг еще кое-что вспомнил Макс. – Прикиньте, кто у меня сейчас отец? Володька. - Какой еще Володька? – не сразу понял Авдеев. - Который у нас там… поваром был, - напомнил его друг. – Между ними уже тогда что-то намечалось. - А как же Толик? – удивилась Даша вспомнив настоящего отца Максима, погибшего от руки сотрудника «Ингрид». – Или он тоже умер? - Нет, просто Маша… мама его сразу выгнала. Когда он попытался… ну, то, что вы знаете, - немного скованно объяснил брюнет, не желая лишний раз озвучивать семейные тайны, которые, впрочем, в их компании знали все. – Ей тогда наш Байрон очень помог. Буквально вытащил ее. На работу устроил. А уже потом она здесь с Володькой познакомилась. Правда, теперь его Ильей зовут. Когда они поженились, он меня сразу усыновил. Так что я теперь Шевцов. - Слушай, Макс, а ты уверен, что это именно он? – усомнился Павленко. - На все сто, - ответил парень. – Оказывается его отец тоже когда-то в этом детдоме жил. Они с Князевым вместе из подземелья сбежали, и дружили потом всю жизнь.