Dreamcatcher

3 дня спустя. Сначала Рей была против, но потом всё же согласилась, чтобы её психологической реабилитацией занимался доктор Соло. Дамерон не мог постоянно находиться рядом с ней. Ему предстояло поднять базу данных всех заказов систола в штате за последний год. Финну поручили исследование местности, поиск всех подземных строений на карте. Рей была абсолютно уверена, что её держали в помещении похожим на тоннель под землей. Охраной Рей занялась полиция Куантико. У госпиталя постоянно толпились журналисты, что довольно сильно раздражало. Ещё у Рей остался в качестве охраны пёс Дамерона. Изначально он был служебной собакой, но они с По сильно привязались друг к другу, поэтому агент попросил разрешения забрать пса к себе. После развода, из всех членов семьи только он остался с По. Пёс отзывался на свой личный номер — «Биби-8», ему понравилась Рей с самого первого дня её появления в Академии. Сейчас он покоился у её ног. Соло вел себя спокойно, и Рей иногда казалось, что перед ней совершенно нормальный человек. Поэтому их разговоры стали проходить за закрытой дверью, без посторонних глаз. Только мужчину предварительно приковывали наручниками к стулу и связывали ноги. Рей это устраивало, она тоже была лишена возможности самостоятельно передвигаться — обе ноги были сломаны от удара об воду. Сеанс гипноза давал некоторые результаты. Она рассказала всё, что помнила, но проблема была в том, что систол вызывал повреждения памяти, и Рей никак не могла вспомнить лицо похитителя. Доктор Соло снова ввел её в транс. — Ты видела его. Он в твоей голове, просто ты сама спрятала его от себя. Вытащи его из тёмного ящика и посмотри ему в глаза. — Я не могу. Я… Я боюсь. Я не хочу, чтобы он трогал меня. — Он не тронет тебя Рей. Ты ведь не позволила ему взять тебя, и никому не позволишь. Опиши, как он выглядит. — Он высокий, около ста восьмидесяти — восьмидесяти пяти. Светлые волосы… — Блондин? — Нет. Я… я не могу понять. Возможно русый. Там темно. Я чувствую его дыхание над моим лицом. Он … Он пахнет дымом от сигарет. — Рей вскрикивает и дергается – Нет! Убери свой грязный язык! Мужчина резко дергается, чтобы встать и успокоить Рей, но забывает, что прикован. Биби-8 реагирует на резкие движения мужчины и крики девушки. Решив, что Соло напал на Рей, начинает громко лаять и рычать на него. В комнату врываются полицейские, что были за дверью. Соло поднимает ладони. — Всё! Проснись Рей! Сеанс окончен! — Девушка открывает глаза, Соло видит в них застывшие слёзы. Горло Рей сдавливает обида. Чёрт возьми, всё это время она так старалась быть сильной. Ни на что не жаловалась, даже, когда боль была невыносимой. Она уже столько времени не позволяла себе плакать, а сейчас не могла ничего с собой поделать. — Простите, всё в порядке, не могли бы вы выйти, чтобы мы продолжили сеанс? — Рей выдавила что-то наподобие улыбки и мужчины, бросив подозрительный взгляд на Рена, скрылись за дверью. Рей закрывает глаза, и слёзы оставляют ровные дорожки на её щеках. — Ты плачешь из-за того, что боишься? — Нет. Я злюсь. — На твоего похитителя? — В частности, но в основном на себя. — За что же? — За то, что я бросила остальных девушек. Я знаю, они были там. А теперь, возможно он убил их всех! А ещё я злюсь на себя за то, что позволила ему так легко себя обезвредить в своём же доме! Я ведь не беззащитная студентка филармонии! Я стажер ФБР и я опозорила всех своими действиями. Я обещала себе, что… — она замолкает. — Что ты обещала себе Рей? — Что добьюсь правосудия... "Которого не смогла добиться ты ранее" Что же, теперь ему было ясно почему она вернулась из Англии. Конечно, он сразу заметил, что никто из родных её не навещает. Была догадка, что Рей была в плохих отношениях с приемной семьей и перестала поддерживать с ними связь. Теперь же было ясно, что никто не приехал, потому что все были мертвы. Рей больше не плачет. — Это не справедливо. — Её голос охрип — Некоторые ублюдки убивают и калечат ни в чем неповинных детей. Они умирают, не успев и пожить, но познав столько боли и страданий. А этого гада сажают лет на двадцать и он живёт дальше. Потом выходит из тюрьмы и снова принимается за своё! Где же во всём этом справедливость? Я не могу жить в стране, где нет смертной казни. Наверное, я слишком жестока... Мужчина внимательно рассматривает её лицо. Он наклоняется к ней всем корпусом, так близко насколько это возможно будучи прикованным наручниками.  — Ты похожа на мою мать. — Тихо говорит он. — Такая же смелая и гордая… С обостренным чувством справедливости. И слишком строгим отношением к себе. — он делает паузу — Моя мать очень сильная женщина. Она может простить людям всё, что угодно, но никогда ничего не прощает себе. В моей ненормальности она, конечно же, винит себя, хотя в этом нет её вины. — Рей кажется, что она слышит в его голосе сожаление. — Мне было шестнадцать. Она была на одной из дипломатических миссий, когда один республиканец назвал её потаскухой с куриными мозгами. Я отрезал ему его гнусный язык. Больше он ничего никому не сказал. Всё это время он смотрел Рей в глаза. В её взгляде был страх и… сострадание? О нет. Кайло Рен не хотел, чтобы его кто-то жалел. — Со мной ничего не случилось Рей. Случился я. Люди гнусные создания. Справедливости нет. Где же был Бог, карма или закон, когда убивали твоих родных? Пойми, любые границы условны. Закон это лишь одна из условностей. Человек волен делать всё, что ему вздумается, потому что он животное. Нет. Человек самое страшное из всех животных…