Шаг навстречу

      — Так, Аллели, хоть ты и настоял на своём возвращении со мной, но мне будет спокойнее, если ты останешься в летнем дворце. В бою с чистокровными демонами ни один житель измерения Эритреи не выстоит. Мы, жители нижнего мира, сильнее и быстрее любого, кроме тех, кто живёт в верхнем мире и имеет крылья и нимб.       Глаза демона горели, как угли, когда он встретился с обеспокоенным сиреневым взглядом. Это был взгляд искренне переживающего за свою пару таяне. Но демон отбросил эту мысль. Не об отношениях нужно сейчас думать.       — Ты ведь вернёшься?       Астарот удивлённо посмотрел на гиана.       — Обещаю. Как только наведу порядок в Шокоанде, с победой прибуду во дворец. Давно следовало провести глобальную чистку среди зарвавшихся демонов, ведь беспорядки и смута среди алчно жаждущих власти начались задолго до сегодняшних событий. Но обычно мелкие собаки лают, да не кусают. Вот и дотянули до переворота. Сейчас я должен покинуть дворец — нужно узнать, сколько демонов осталось в верности моей власти. Все, кто готов сражаться под моим началом, собрались на широкой площади перед дворцом.       — Хорошо. Только странно как-то, обычно я не отсиживаюсь в безопасности, когда идёт сражение за жизнь.       — Не факт, что тут будет безопасно, Аллели. Поэтому очень нужно, чтобы ты пригляделся к тому, что будет происходить во дворце в моё отсутствие. Не верю я в честность всей челяди, работающей здесь.       Гиан отступил, поклонившись, не прибавив более ни слова.       Демон плавно перетёк в боевую форму, сложив крылья за спиной, которые тянулись по коридору, как мантия, когда он направился туда, где его уже ждали и где слышались громкие крики и шум. Астарот весь искрился, дыша огнём, злобой и ненавистью к своим врагам. Страх был ему чужд, а хитрость и изворотливый ум оставались надёжными союзниками не одну тысячу лет. Он прекрасно знал, что враги сейчас в долине Красного песка и готовятся к нападению. Через долину проходит единственная дорога, и ведёт она к летнему дворцу Астарота. Напасть с воздуха демоны не смогут: остановит магия, которой пропитан сам воздух вокруг этого места. Окружить не получится, ведь с одной стороны замка отвесная скала. А это значит, что демоны будут атаковать пешим строем.       Когда Великий герцог спустился вниз и вышел на площадь, к нему незамедлительно приблизился его сын Абигор*. Прекрасный воин и просто красавец, он ободряюще улыбнулся отцу и тоже перетёк в боевую форму. Их примеру последовали остальные демоны, готовясь к решающему сражению. Астарот был спокоен. Положив руку на кристалл власти, он мысленно связался со всеми правителями ада и поделился пришедшим на ум планом о стремительном нападении, что внесёт неразбериху в стане врагов. Для этого демон и его отряд пройдут по подземным переходам, о которых не знал никто, кроме самого Астарота, и выйдут в самом тылу врагов, разъединяя основные силы. Разделяй и властвуй — всё ещё актуально в этом мире. План Великого герцога был одобрен остальными правителями. Ведь после того, как в стане врага будет царить хаос, они перестанут работать слаженно с другими заговорщиками, что позволит правителям ада быстро вычислить главарей на их территориях и быстро подавить смуту.       — О, Великий герцог! Эти идиоты нацепили на себя плащи с изображением золотого цветка власти, — иронизируя в сторону строя нападающих, заметил Абигор. — Теперь нетрудно будет отличить своих от врагов.       Астарот поднял руки вверх, призывая красные пески себе в помощь, и напустил на вражескую армию пыльную бурю. Ослепив на время своих противников, он разделил демонов на две группы. Абигор вошёл в подземный ход со своим отрядом демонов, а Астарот повёл в бой свой отряд. И вот две армии сошлись в бою, круша друг друга. Небо затянуло багровыми тучами и заволокло дымом от множества костров. По всей долине был слышен звон мечей, крики раненых, рычание разъярённых демонов. Вспыхивали молнии.       Абигор внёс свой вклад в общее дело. Ему удалось разделить войско неприятеля на несколько отрядов. Потеряв своих командиров, демоны стали двигаться хаотично — сплоченных рядов больше не существовало. Главу демонов из отряда заговорщиков Астарот вычислил и даже, находясь на большом расстоянии, заблокировал его магию. Демон гладил браслет с кристаллом связи. По нему между тремя зачинщиками заговора осуществлялось общение, и корректировались планы. Демон попытался связаться с остальными и сообщить о провале в Шокоанде, но Астарот с неимоверной силой и точностью метнул огненное копьё, нанося такой сокрушительный удар, что демон отлетел ещё на добрую сотню метров, ударился о каменный валун, превратив тот в груду мелких камней, и более не шевелился. Великий герцог с быстротой молнии оказался рядом и вырвал из браслета кристалл, раскрошив в пыль. Затем с презрением глядя на пришедшего в себя демона, который, оказывается, когда-то был его правой рукой, но был изгнан за постоянное своеволие, прошипел:       — Не тебе тягаться со мной, жалкая продажная тварь.       И прожигая насквозь горящими глазами предателя, он проткнул хвостом сердце лежащего у его ног демона, после чего тот сгорел в синем пламени.       А далее Астарот и Абигор сражались бок о бок, уничтожая тех, кто посмел усомниться в силе и власти правителя ада. Алый плащ Великого герцога мелькал то тут, то там, и у врагов складывалось впечатление, будто этот демон везде. Он умудрялся за считанные мгновения ранить одного врага, убить хвостом другого и поразить копьем-молнией третьего. Наконец Астароту надоела затянувшаяся на часы битва, и он на глазах у изумлённых приспешников создал свои копии. Теперь противникам одного из сильнейших демонов ада стало по-настоящему жутко. Многие решили не дожидаться смерти, а сдаться в надежде на пощаду и ожидать своей участи в темноте подземелья дворца, слушая вопли тех, кого уводили на дознание.       Вскоре всё было кончено. Астарот мог быть весьма жестоким и кровожадным, когда того требовали обстоятельства. Многие пленники были отправлены на казнь. Этот день, когда низшие демоны захотели вкусить власть, решив оспорить трон одного из девяти правителей ада, выжившие заговорщики запомнят надолго. На побеждённых и униженных демонов, которых пощадили, надели магически заряженные ошейники-удавки. Созданные при помощи четырёх стихий, они были предназначены для контроля над теми, на кого были надеты. Стоит только обладателю сего украшения замыслить гадость против своего повелителя, как ошейник вмиг передавит шею и отделит её от тела.       В это же время во дворце шла своя битва.       — Что случилось? — воскликнул Аллели, глядя на взволнованного стражника, ввалившегося в покои Астарота и перебирающего копытами.       — В мужском гареме обнаружены ламии**. Если они доберутся до супругов повелителя и убьют их, то мирные договоры, достигнутые путём выгодных браков с детьми луны и детьми воздуха, окажутся под угрозой срыва. Вы один из отличных воинов, как поговаривают некоторые демоны… может, поможете избавить Великого герцога от неприятностей?       — Идём.       Вместе они бежали по пустынным коридорам дворца к гарему.       — Кто помог им попасть во дворец? — задал вопрос Аллели у самой двери, ведущей в гарем.       — Предателя уже схватили. Это мелкий демон-поварёшка. Будьте осторожны, не то повелитель за вас нам все рога обломает. Вы его особенный таяне. И помните: там, за дверью, не доверяйте никому. Ламии замаскировались под юношей из гарема. Сразу и не найдёшь. С вами пойдут четверо демонов, а мы с Дагладом останемся на выходе. Мало ли что.       Перед мысленным взором Аллели возникло красивое лицо супруга с едва заметной усмешкой, когда тот обещал Аллели триумфальное возвращение с победой. Нет, он не допустит, чтобы возникли проблемы из-за ламий. Эти твари слабее вивернов, а значит, у него есть шанс выйти из этой заварушки целым и невредимым.       — Не беспокойся, я найду их всех. Ну, или найдут меня и свою погибель, — сказал гиан стражнику, выхватывая у него из ножен кинжал и засовывая себе за пояс.       Двери гарема гостеприимно распахнулись, и Аллели вместе с вооружёнными до зубов стражниками вошёл внутрь. Был покойный час. Гарем безмолвствовал, погружённый в сонную негу. Кивнув демонам, гиан сразу направился к гнёздышку супругов герцога. Откинув полог, он плавно скользнул на усыпанный подушками пол к возлежащим возле маленького столика, где раскуривался кальян Сандеру и Лиэя. Он приложил палец к своим губам, призывая обоих к молчанию. Таяне Астарота обменялись взглядами и синхронно кивнули. Гиан сначала прислушался к тому, что происходит за пределами шатра, а потом тихо прошептал:       — В гарем просочились ламии. Демоны прочёсывают все укромные места, стараясь не нарушать покой наложников. Паника ни к чему.       — Думаешь, стоит ждать нападения? — спросил Сандер. — Кто является конечной целью ламий?       — Вы оба. Ты — сын правителя оборотней, а Лиэя — младший сын правителя сильфов.       Когда Сандер, слегка повернувшись, посмотрел на сильфа, Аллели стало ясно, что Астарот был прав: эти двое без ума друг от друга. Ведь во взгляде оборотня была теплота, любовь и желание. А Лиэя ответил нежной, печальной улыбкой, так свойственной тем, кто понимает свою пару без слов.       — Умно. Создать проблемы Великому герцогу в довершение к тем, что уже существуют. Вот только умирать я не собираюсь и Лиэя не дам.       — Верное решение, Сандер. Герцог мне обмолвился, что решил отпустить вас обоих на свободу… как пару, понимаешь?       — Ты серьёзно?! — подпрыгнул сильф.       Гиан утвердительно кивнул.       — Но с чего Астарот взял, что мы будем вместе? — поинтересовался, прищурившись, Сандер.       — Он не глупец. Я давно тебе говорил, — ответил за Аллели сильф. — Ты же глаз с меня не сводишь.       Все замолчали. Но тут, совсем рядом, послышался непонятный шорох и раздалось змеиное шипение.       — К нам незваные гости, — сказал Сандер.       Оборотень сделал едва заметное движение и, вскочив на ноги, заслонил собой тело сильфа.       Глаза всех троих таяне настороженно скользили вокруг, высматривая источник шума.       Вдруг прямо из отсека для сна к ним ринулась хвостатая тварь. Аллели прыгнул и оказался первым у неё на пути. Оба противника застыли, рассматривая друг друга, ощупывая глазами, словно ища слабое, самое уязвимое место. Ожидание затянулось, накалив атмосферу в шатре до предела. Первой не выдержала ламия, бросившись с шипением на гиана. Но тот оказался готов к нападению и не дрогнул. Аллели мастерски быстро ушёл с траектории удара, прихватив маленький столик, и с точностью нанёс удар зубастой твари по оскалившейся физиономии. Столик разлетелся на мелкие щепки. Ламия упала, но взмахнула длинным змеиным хвостом с острой ядовитой иглой на конце, намереваясь проткнуть Сандера. Только оборотень оказался быстрее. Он оскалился, клыки выдвинулись вперёд, глаза засветились как у животного. Сандер моментально перехватил хвост твари и с характерным хрустом сломал наконечник. Ламия взвыла и, выпустив острые, как ножи, когти, хотела кинуться на Сандера. Только Лиэя неожиданно взмыл в воздух и набросил на голову твари парчовый халат. Этого вполне хватило, чтобы Аллели, вынув из-за пояса кинжал, подпрыгнул к ламии и, с силой развернув её к себе, вонзил оружие отточенным годами движением прямо в сердце. Но не успело тело осесть на пол, как их снова атаковали. И на этот раз твари было две.       Лиэя громко вскрикнул, когда когти одной из ламий зацепили и разрезали на лоскуты широкий рукав рубашки апаш на оборотне. Сандер и ламия с ненавистью уставились друг на друга, а через минуту они сшиблись с огромной силой, упав на пол, нанося глубокие раны, кусаясь и царапаясь. В ярости оборотень выпустил крючковатые когти и, изловчившись, нанёс смертельный удар по шее твари, располосовав горло, из которого хлынула чёрная кровь.       В это время Аллели, молниеносно увернувшись от хвоста второй ламии, запрыгнул ей на спину и, сделав удушающий захват шеи, повалил шипящую тварь на пол, обхватив тело сильными ногами и ломая шейные позвонки. Он чувствовал, как наваливается усталость, свинцовая тяжесть сковывает мышцы. Что же, этого следовало ожидать, ведь времени на восстановление после операции у него не было. Передохнув пару минут, Аллели, Сандер и Лиэя услышали, что демоны ведут бой в гареме. Вскоре послышались визг и крики наложников. Они поспешили выскочить из шатра, правда лишь для того, чтобы стать свидетелями пленения охраной гарема ещё нескольких ламий.       Наложники стояли, не шелохнувшись, лишь изредка из разноцветной толпы раздавались судорожные вздохи. Те, что были смелее, стояли впереди, а остальные прятались за их спинами. Пленных ламий поволокли в коридор. Прежде чем двери гарема за ними захлопнулись, уже знакомый гиану демон посмотрел на таяне Великого герцога и, убедившись, что с ним всё в полном порядке, удалился вслед за другими охранниками. Аллели понял, что ламий потащили в подземелье, где планируют приковать к стенам до возвращения повелителя.       Наложники стали разбредаться по углам, чтобы шёпотом поведать друг другу, какого страха каждый из них натерпелся по вине хвостатых тварей. Но тишина была недолгой: снаружи послышались громовые звуки труб, возвещавшие о том, что Великий герцог Астарот одержал полную и безоговорочную победу и со своим войском возвращается в летний дворец. И гарем сразу, словно по волшебству, ожил. Все его обитатели засуетились, бросившись прибираться и наряжаться, чтобы показать себя перед Великим герцогом в наиболее приглядном виде.       — Пойдёмте на нашу половину. Противно смотреть на этот балаган, — обратился Лиэя к Сандеру и Аллели.       Они расположились на диване, пока прислуга спешно наводила порядок. Трупы ламий убрали, завернув в испорченные кровью ковры ручной работы. Разбитую посуду и поломанную мебель тоже унесли.       — Если твои речи были правдивы, — начал Сандер, когда прислуга ушла, — то нам недолго составлять тебе здесь компанию.       Лиэя расчёсывал длинные каштановые волосы, не без удовольствия замечая, как жадно Сандер смотрит на него.       — Это были слова повелителя, не мои, — улыбнулся Аллели.       — Если это так, то Великий герцог решил остановиться и обратить взор на одного единственного, с кем готов проводить свои ночи и общаться днём, — заметил Лиэя. — Раньше он даже не задумывался о чувствах и желаниях окружающих. Что-то — нет, скорее кто-то — интересным образом влияет на повелителя, вряд ли не осознавая это.       — Что ты имеешь в виду, Лиэя? — поинтересовался Аллели, смущённо хмурясь.       — Он озвучил и мои мысли, гиан. — Сандер томно потянулся.       — Вот и посмотрим, правы ли вы оба в своих догадках. Недолго ждать осталось.       Гиан решил, что одним из многих никогда не будет. Жалел, конечно, что больше не работает в университете, но подумал, что найдёт в противном случае способ убраться подальше. Если другого выхода не останется, попросит помощи у отца.       Но Великий герцог снова оказался непредсказуем. Он вовсе не спешил явиться в гарем и успокоить своих наложников, хотя и был поставлен в известность о неприятном происшествии в нём. Астарот, по возвращении с боевых действий, сразу закрылся со своим первым генералом и старшим сыном в малом зале. Он связался по магическому шару с другими правителями, сообщив, что ряды недоброжелателей рассеяны и защита Шокоанда усилена. Затем он на освободившиеся от изменников места назначал других демонов. Подписывал документы на отчуждение земель заговорщиков в свою пользу. Особо выделившихся в бою демонов наградили поместьями. Абигор получил земли с богатыми чёрными виноградниками.       — Ты достаточно состоятелен, но чёрный виноград — это особое богатство. Может, теперь женишься на какой-нибудь демонице. Хватит уже сношать всё, что движется. Пора стать серьёзнее. Ни одна красотка не может заставить тебя задержаться с ней дольше, чем на неделю.       — Зато твой новый супруг смог остановить твои похождения, по сравнению с которыми мои — это так, мелкие шалости.       — Хм, сын Изавереля особенный. Не знаю чем, но он меня зацепил.       — Изавереля? Это не эльф с Хрустального озера? Кажется, он является братом короля светлых эльфов.       — Он. А что, вы знакомы?       — Думаю, что мы учились с ним в академии боевых искусств.       Демон отвернулся, и Астарот не видел выражение лица сына. Но он недаром был одним из правителей ада: хитрым, умным, изворотливым. Он сразу догадался, что Абигор что-то недоговаривает. Но это не его дело. Время, когда между этими двумя пробежала чёрная кошка, кануло в небытие. Пусть всё так и остаётся.       В гареме, так и не дождавшись появления повелителя, разочарованные его невниманием и безразличием, наложники легли спать.       Аллели проснулся от странного предчувствия. Он поворочался на прохладных простынях, снова пытаясь заснуть, но ничего не получалось. Глаза отказывались услышать голос разума и закрыться. Он поднялся и, подойдя к окну, увидел, что ещё вчера полностью багровое небо было чуть розоватым и светлым. Гиан прислонился к раме окна головой и постоял так несколько минут, радуясь наступлению нового дня. Он не знал, что бы делал, если бы Астарот был свергнут и убит. Аллели не готов был терять того, кого только начал узнавать и кто занимал все его мысли. Найдут ли они общий язык? Знал бы этот древний демон о том, что ключик от сердца гиана у него есть — осталось только вставить в замочек. Но самое интересное: внутри него не было сомнений, что всё получится. Он верил, что с каждым днём всё будет только лучше.       Занятый своими мыслями, он не заметил, что рядом с ним стоит массивная фигура. А когда он заметил тень, то шарахнулся в сторону.       — Вот дьявол! Вы испугали меня.       — Не дьявол, а всего лишь я, Аллели.       Демон не подходил, а только раскрыл навстречу свои объятия, и гиан, не мешкая, вступил в надёжное кольцо его рук. Подняв голову, он смело встретил губы Астарота, позволив сразу углубить поцелуй. Два абсолютно разных существа, долго искавших того, кто может быть рядом, страстно мечтавших о близости и понимании, стояли сейчас в свете зарождающегося утра, тесно прижавшись телами. Закончив поцелуй, Астарот нежно провёл по бледной щеке Аллели.       — Только не думай, что это любовь. Люди много думали и придумали, как обозвать притяжение одних людей к другим. Простая химия.       — А мой супруг знает, какая она, эта химия?       — Гм, думаю, нет. То притяжение, что вызываешь у меня ты, я испытываю впервые.       — Но это ведь хорошо, правда?       — Пока мне всё нравится.       Слушая этот странный разговор, лёжа тихо в своих постелях, оба супруга Великого герцога диву давались. Даже мысли у них в головах крутились схожие, только сформированные разными словами. Каждый думал о том, что суровый, гордый, самовлюблённый повелитель скоро вкусит ту самую пресловутую химию, от которой так легко отмахивается.       — Мой повелитель выглядит уставшим, — тихо прошептал гиан, уткнувшись в широкую грудь демона носом.       — Я ещё не ложился. Нужно было утрясти все дела, а уж потом отдыхать. Вот закончил и пришёл узнать, не захочет ли мой светловолосый умный таяне составить мне компанию на широком ложе?       — Да… — тихо, но твёрдо прошептал Аллели.       — Тогда пойдём со мной. Пусть все отдыхают. Утром сообщу Сандеру и Лиэя, что они получат драгоценности и всё, что пожелают взять с собой, и что будут свободны и вольны обхаживать друг друга, — сказал он чуть громче, зная, что его наверняка слушают те, кому слова предназначены.       Понимающе улыбнувшись своему демону и позволив его хвосту обнять себя за плечи, Аллели вместе с ним двинулся в тишине к выходу из гарема.