touched

Тэхен на максимальных скоростях сваливает самое необходимое в рюкзак: деньги, зарядник, пара футболок, джинсы, школьная форма, зубная щетка, школьные тетради, наушники, две бутылки пива из тайника под кроватью. Чонгук ждет у дома. Родители матерятся друг на друга в соседней комнате; они, кажется, даже не заметили проскользнувшего к себе в убежище сына. Оно, наверное, к лучшему, хотя, сказать им о своем внезапном переезде все же стоит ради приличия. Тэхен закидывает рюкзак на плечо и выходит из комнаты, подставляя себя под гвалт оглушительных и истеричных матов. Отец стоит посередине помещения, его лицо раскрасневшееся и перекошенное от гнева, мать мечется из угла в угол и то и дело всплескивает руками. - Понять не могу, как я вообще за тебя замуж вышла! - Понять не могу, почему родители позволили мне жениться на шлюхе! Тэхен морщится, но, как раньше, у него уже не подгорает: это все стало настолько обыденным, что нервы тратить уже даже не хочется. Сейчас ему настолько похуй, насколько похуй не было, наверное, никогда. Аривидерчи. Он прощается со всей этой хуебалой на две недели; считайте, что он берет отпуск. Финита ля комедия, всем спасибо за внимание. Тэхен приваливается к стене, выжидает секунды две и манерно откашливается, привлекая к себе внимание. Родители тут же замолкают, будто поставленные на паузу, и синхронно обращают взгляды на сына. Тот смотрит поочередно на обоих, выжидает секунды две, а затем заявляет: - Я съебываю. Отталкивается от стены и в полнейшей тишине идет ко входной двери. Никто его не останавливает и никто даже не предпринимает попыток его остановить. Тэхен облизывает пересохшие губы и пробует атмосферу на вкус, пытаясь определить причину этого молчания: растерянность, безразличие? Облегчение? Шаг за порог дома эквивалентен куче булыжников, свалившейся с плеч. Тэхен выдыхает скопившийся в легких затхлый воздух и впускает в себя пасмурную осеннюю свежесть. С одной проблемой он разобрался, если побег можно считать за способ решения проблемы, а Тэхен с уверенностью может сказать, что вполне; есть еще одна проблема, которая сейчас сидит на качели во дворе и, судя по движению большого пальца по экрану телефона, скроллит ленту. Что делать с этой проблемой Тэхен понятия не имеет; по-хорошему бы просто подойти и засосать как в фильмах всяких американских делают главные герои, но, к сожалению, здесь, в реальности, вероятность получить за такое по ебучке - стопроцентная, а Тэхен, насколько бы долбанутым он не был, к этому совсем-совсем не готов. Тэхен подходит к Чонгуку, и тот поднимает на него взгляд: - Ну че? - Операция "по съебам" выполнена успешно, - Тэхен улыбается и закидывает вторую лямку на другое плечо, потому что если он понесет все свои шмотки (и два литра пива) на одном плече, его перекосит сильнее, чем после бутылки соджу в одну глотку (как на вписке у Чимина два месяца назад). - Тогда погнали, - Чонгук улыбается тоже, встает с качели, засовывает телефон в карман джинс, а затем хватает Тэхена за локоть и притягивает к себе, обнимая. Тэхен, блять, готов поклясться: на пару секунд его сердце реально перестало биться, настолько он охуел. - Я ужасно рад тому, что ты свалил оттуда, хен, - говорит Чонгук, водрузив свой подбородок на плечо Тэ. Тот в ответ (все еще пребывая в полнейшем охуенезе) неуверенно кладет ладони на чужую талию и прикрывает глаза, пытаясь запомнить свои ощущения в этот момент: в объятиях Чонгука уютно, как он и предполагал, тепло, как он и предполагал, и хуево. Как он и предполагал. Потому что целоваться хочется невыносимо, сердце бьется с такой силой, что сбивается дыхание, и вообще он сейчас чувствует себя какой-то глупой влюбленной девчонкой из дорамы; по крайней мере, был бы он девчонкой, Чонгук его может быть уже и поцеловал бы. Спасибо матери с отцом, что я родился пацаном, как говорится, да. Чонгук отстраняется, по-дружески (сука) хлопает Тэ по плечу и со словами "ну, погандошили" идет к выходу из двора. Тэхен молча плетется следом. У Чонгука огромная квартира, куча комнат и пиэс четыре; он говорит: "Чувствуй себя как дома", и Тэхен выуживает из недр рюкзака пиво, по-хозяйски плюхается на кровать и действительно чувствует себя как дома. Чонгук включает десятый сезон "Теории большого взрыва", опускается рядом, Тэ протягивает ему литровую, они чокаются бутылками; и это, пожалуй, самое удачное завершение дня за последние несколько недель.