Сила мысли

Погода разыгралась не на шутку… Чёрные тучи, ярки молнии, словно тысяча чидори, и оглушающий гром. Подобные явления пугали, заставляли вздрагивать от неожиданности. Фантазия работала на полную мощь, представляя, как каменные великаны разбрасывают тяжелые глыбы по деревне, а драконы, сотворенные из энергии молний, разрезают небо когтями. Однако в Конохе был дом, для «гостей» которого погода не имела никакого значения… Мицукине, сидя в кимоно Учихи с укутанными в полотенце мокрыми волосами, уплетала вот уже вторую порцию ужина. Её организм пока не был готов к использованию «пяти лезвий» без последствий, поэтому время от времени руки девушки слабели, а тело пробивала судорога, но, если это Мадара мог понять, так как техники клана Клинка были довольно изощренными и не мудрено, что для них требовалась хорошая физическая подготовка и большой запас чакры, то вопрос наличия румянца на щеках блондинки оставался открытым. — А можно мне ещё чай? — так по-детски прозвучал вопрос, когда наследница, не прекращая улыбаться, дрожащими руками протянула свой стакан. Девушка сглотнула и невольно поморщилась от покалывания в горле. «Только этого мне не хватало…» — мысленно скривилась та, но все эти «возмущения» по поводу внутреннего состояния были настолько незначительны, что Ру попросту отмахивалась от этого. Сейчас было важно другое… С момента, как она «исполнила» эту технику, в её сознании произошли некоторые изменения. Мицукине словно нашла ключ к победе над «облаками». До этого думы девушки терзала неуверенность, но теперь… Мичиру была уверена, что сможет одолеть «врага», была уверена, что сможет выжить, была уверена, что вырвет сердце этого человека… вот только Ру вовсе не догадывалась, что того, кто истребил её клан, «человеком» назвать было сложно. Мицукине не знала, что сердца у «него» не было. — Спасибо… — мягко ответила блондинка, когда на столе перед ней материализовался стакан с горячим напитком. Мицукине словно в смущении опустила взгляд, не в силах убрать улыбку с лица или хоть как-то скрыть. Учиха, сев напротив, откинулся на спинку стула и закинул одну ногу на другую. Состояние соседки не то, что настораживало, немного пугало, если можно было так выразиться. Взгляд Мичиру излучал настоящее счастье, некую благодарность, но львиной долей во всем этом была загадочность. Учиха не знал, для чего всё это делалось, почему так спешно и почему она так сияла, когда смогла «обуздать» новую технику? Помнится, Мадару посещали совершенно другие эмоции, когда он в свое время постигал подобное… — Я устала… — с самым довольным выражением лица на Земле блондинка распласталась на поверхности стола, не в силах подняться. Её тело немного ломило, она испытывала дискомфорт, когда глотала, да и в кимоно постепенно становилось очень жарко… но вместе с этим Мицукине чувствовала Вселенское облегчение, словно с её плеч сняли груз весом в тысячу тонн, что она несла за собой с того самого дня, как бросилась бежать из собственного поселения. — Мадара… — негромко позвала его девушка. — Что? — ровным тоном спросил мужчина, настороженно наблюдая за своим ирьенином. — Ты меня отнесешь в кровать? **** Звуки капель, что с бешеной скоростью падали с неба, приятно успокаивали. Гром не заставлял сердце подпрыгивать, а яркие вспышки молний не казались ужасающими. Мицукине, чьи щеки стали пылать ещё больше, закуталась по самый нос одеялом, когда Учиха принес её на второй этаж. Ему было не сложно это сделать, да и выхода другого не было, ведь у блондинки просто отсутствовали силы, чтобы даже встать со стула, не говоря уже о преодолении целой лестницы. Мадара даже не задумывался над тем, как вело себя его собственное подсознание. Он ведь мог уложить наследницу на первом этаже, это заняло бы меньше усилий, да и вообще… но подобная мысль не мелькнула в его голове. Мужчина, немного поворчав, осторожно взял обессиленное тело на руки и размеренным шагом направился на второй этаж. Воин невольно старался предоставить Мичиру лучшие условия, сделать её пребывание в его доме более комфортным, словно достойным той, что выступила против него в ближнем бою, достойным той, что боролась за его новую жизнь больше, чем он сам. — Мадара… — его имя последнее время звучало нежно из её уст, и сердце невольно откликалось. — Что? — наигранно вымученно спросил мужчина, сев рядом с девушкой на край кровати. — Ты посидишь, пока я… — Мичиру, спи, — не дав ей договорить, Учиха резко вставил свою фразу, а после, поднявшись, взял с кровати одну подушку и направился к лестнице. — Ну, Мадара… — даже её возмущение казалось милым, — подожди, пока я засну… Воин незаметно сглотнул, оказавшись спиной к девушке. Пожалуй, эти «подожди, пока я засну» заканчиваются очень странно, да и… будто неправильно. — Мичиру, — ладонь, будто со скрипом, легла на выключатель, — ты очень устала, спи… — последнее слово прозвучало мягче, чем остальные, а после комнату покрыл мрак, нарушаемый лишь вспышками молний. Но блондинка уже этого не слышала. Девушка провалилась в сон, как только мужчина произнес её имя. Воин, ненадолго обернувшись у лестницы, невольно перевел взгляд на наследницу, превратившуюся в «кокон» из одеяла. И как так получилось, что представитель Учиха и представитель Клинка находились в одном доме? И почему каждый украдкой испытывал удовольствие? **** Мадара, даже не включив свет в комнате, где находился диван, бросил подушку на предмет мебели, а после с тяжелейшим вздохом повалился на него. Мужчина удобнее улегся на спину, подложив под голову руку. — Да уж… ничего не скажешь… — пробубнил тот, глядя в потолок. Мадара будто снова оказался на «сеансе», готовый вот-вот выслушать собственные «проблемы», над которыми стоило бы поработать, но как сконцентрироваться на этом, когда все мысли плавно перетекали к другой персоне? Учиха шумно вздохнул, а после зажмурил глаза, стараясь уснуть, вот только легче от этого не стало, лишь наоборот… Мадара в доме. За окном приятный ливень с громом и молниями, на втором этаже девушка, от присутствия которой, нет… даже от мысли о которой внутри колыхались приятные волны, а он сам здесь! Внизу! Распахнув глаза, Учиха нахмурился, разозлившись сам на себя. Мужчина повернулся на правый бок, скомкав подушку и уложив её себе под голову. Почему он внизу? Почему он не остался с ней? Его сердце… оно ведь просило. Так почему он снова пошел против самого себя? Мадара нахохлился, раздражаясь тому, что в последнее время слишком много вопросов в его голове. Эти эмоции внутри зудели, вместе с дискомфортом принося жуткое наслаждение. Учиха словно опасался… но чего? Того, что не справится? Или того, что не достоин подобного после всего, что натворил? Или же того, что это кажется ему собственной иллюзией? Мужчина, нахохлившись сильнее, крепко зажмурился, желая погрузиться в сон. Откуда в нем этот чертов философ с миллионом однотипных вопросов? Учиха просто хотел спокойно уснуть, но разве можно было это сделать, когда на втором этаже было то единственное, крохотное, милое, нежное создание, что было не против его присутствия, что не выгоняло его, что улыбалось, при виде него, что желало, чтобы Он остался рядом… «Да спи уже!» — сам себе приказал Мадара. **** Жарко… жарко. Жарко! Мицукине почувствовала, как сердцебиение участилось, когда её бедра что-то коснулось… будто пять горячих точек медленно проплывали вверх по её телу, заставляя приподниматься кимоно. Блондинка хотела поднять веки, но внезапно задержала дыхание, приоткрыв губы, когда ощутила на своей шее горячее дыхание. Разум заметно помутнел, когда собственные мысли отнесли её к «тому самому» моменту, когда захотелось стать непозволительно близко… Ладонь опустилась на бок блондинки, а после медленно, словно растягивая удовольствие, проскользнула вверх и, достигнув ребер, немного надавила на них, заставив почувствовать собственное превосходство, затем резко спустилась на живот и, удобнее обхватив Мичиру, рывком потянула назад. Горячий «ах» сорвался с уст, когда Мицукине почувствовала, как спиной была прижата к крепкой мужской груди. — Мадара… — словно в бреду выдохнула та, не в силах даже на секунду открыть глаза. Наследница приоткрыла губы шире, когда снова ощутила горячее дыхание, опалившее тонкую кожу. Девушка, прежде не испытавшая подобных ласк, чуть ли не потеряла голову от собственных ощущений. Всё было для неё новым, но таким желанным… Ладонь мужчины перекочевала под грудь блондинки, мягко «сжав» тело. Наследница облизнула пересохшие губы, а после тут же приоткрыла их, продолжив дышать ртом. Ру не оказывала никакого сопротивления, ни рукам воина, ни жару, что исходил от мужчины, заставляя здравые мысли девушки улетучиваться. Блондинка, чувствуя касания тел, будто «горела» изнутри. Мичиру ощущала себя новым клинком, что, раскалив до нужной температуры, положили на наковальню и хорошенько ударили молотом раз так сто. Мужская ладонь, на секунду отпустив тело девушки, направилась выше, едва касаясь пальцами ткани кимоно, и стоило пройти «черту», как Мицукине ощутила, что ворот стал отгибаться, полностью оголяя шею, а вместе с ней ещё плечо и ключицу. Мичиру, будто рыба, выброшенная в сердце пустыни, часто дышала ртом, покорно ожидая продолжения, что не заставило себя долго ждать… Едва мужские пальцы коснулись ключицы, а дыхание воина снова опалило шею, как Ру мгновенно запрокинула голову назад, позволяя собственному телу больше открыться. — Ма… Мадара… — девушка невольно коснулась его щеки своей, ощутив, как сердце пылко забилось в груди. Но не успела Мичиру насладиться этим запретным чувством, как внезапно задержала дыхание, когда подушечки пальцев мужчины притронулись к её подбородку, а горячие губы так нежно коснулись шеи… — А-а-ах… — сладкий стон сорвался с уст блондинки, в голову будто выстрелили хлопушкой, а тело, превратившееся в раскаленный металл, ударили молотом. Сердце колошматило в грудной клетке как сумасшедшее, готовясь вот-вот вылететь, дыхания не хватало, мышцы скручивало словно от неизведанного лекарства. Мужская ладонь легла на шею девушки, слегка надавив и заставив запрокинуть голову ещё больше. — Мадара… — Мицукине как в безумстве шептала имя, не справляясь с собственными чувствами, когда ощущала ласковые поцелуи на шее один за другим, — ах… — сладкие стоны доносились до собственных ушей Мичиру будто сквозь вату, — Мада… мгх… — Ру крепко сжала губы, чуть ли не прикусив их до крови, — Мадара… Наследница произносила это имя сбивчиво, страстно, желанно… Температура её тела накалялась так быстро, что Мицукине казалось, что ещё вот-вот и она сгорит. — Мадара… — простонала Мичиру его имя, ощутив очередной поцелуй и очередную волну наслаждения, которая словно лишала воли, — Мадара, — её тело, как сосуд, наполнялось неведомой разрушительной энергией, от которой хотелось взорваться, словно фейерверк. Его губы не переставали покрывать её шею такими нежными и неспешными поцелуями, будто издеваясь над наследницей Клинка, заставляя ощутить сладостную агонию. — Мадара!!! Мицукине, прокричав его имя, подскочила на постели. Девушка, держась за сердце, готовое вот-вот проломить грудную клетку, судорожно осматривалась по сторонам. Дыхание было хриплым и частым, словно Мичиру гналась за кем-то сутки напролет. — Что… — Мицукине не могла подобрать слов, готовая оглохнуть от стука собственного сердца, что отдавался в ушах. В комнате блондинка была одна. Это ей подсказали мелькнувшие молнии. — Что… что это… — Ру, уронив голову, накрыла лицо ладонью, — чертов кошмар… — сбивчиво прошептала Мицукине, всё ещё явно ощущая всё то, что «подарил» ей этот сон, вызванный увеличением температуры. Наследница обессиленно откинулась на спину, сбросив в сторону одеяло. К чему вообще этот предмет? Сейчас он был лишним… Мицукине, медленно моргая, вслушивалась в успокаивающие звуки ливня, слабые раскаты грома, что изредка раздавались, а кое-что внутри неё зудело и зудело… «Мадара, Шинигами тебя подери, просила ведь остаться!» — возмутилась блондинка, резко поднявшись с постели. Ру, коснувшись босыми ступнями холодного пола, невольно поежилась и, укутавшись одеялом, направилась на первый этаж…