Сила мысли

Серые облака поглощали лучи солнца, тень всё больше исчезала, а по клинку Мичиру спешно поднимался отблеск, от основания и всё выше… Учиха заметно напрягся, следя за самураями. Ему нельзя находиться на этом поле, абсолютно и точно нельзя, ведь «цель», что была проработана для техники «Серебряного Самурая» заключалась в Мадаре, Мичиру, чтобы одолеть Горо и остаться живой, не должна была заметить мужчину, ведь тогда поглощения её души клинком не избежать. Лишь стоило последнему блику коснуться острия катаны, а тучам застелить небо… самураи сорвались со своих мест, травинки едва колыхнулись от молниеносного движения, а клинки, наконец, схлестнулись… Звон, похожий на хрусталь, заполонил собой пространство и за ним сразу же последовала ударная волна. Сюрикены Кайзена, что мерцали от молний, с остервенением помчались на Учиху, но тот, взглянув на оружие шаринганом, уклонился. Мадара, приземлившись на землю, слышал нескончаемые удары клинков, чувствовал рябь, что проходилась по воздуху, и хмуро смотрел на Кайзена, что пролетел рядом. Часть сюрикенов вонзилась в землю, часть — в деревья. Мадара мог использовать шаринган, мужчина мог следить за перемещениями «облака», он, наконец-то, мог это делать. — Саске! — воин, переведя взгляд за плечо, увидел младшего Учиху, что стоял рядом с Шикамару, который выглядел весьма выжатым. — Что ты делаешь?! — возмутился юноша, в момент оказавшись рядом с Мадарой, — какого черта? — прошипел тот, недовольно глядя на легендарного шиноби. Но воин не удостоил брюнета ответом, он, поднявшись, перевел взгляд на самураев. Светящиеся клинки ударялись друг о друга, скользили по металлу, поддавались приказам хозяев, как кисть руке художника, мастера своего дела. Саске ощутил волну мурашек, что прошлась по телу. Его завораживало это зрелище, хотелось смотреть на то, как самураи управляются своими мечами, хотелось наблюдать за тем, как они уверенно и смело наносят удары друг другу, как они не боятся смерти, хотелось видеть тот уровень владения катаной, что демонстрировали ему представители клана Клинка. — Нам нужно соединить это, — Мадара безразлично кивнул в сторону Кайзена, — с тем, — а затем и в сторону Горо. — Не нам, — одернул его Саске, — мне, — хмыкнул тот. Учиха старший нахмурился, услышав эти слова, его будто только что ткнули носом в то, что воин ни на что не способен, но это всё гордыня… Мадара понимал, что на самом деле имел в виду Саске. Чем дольше мужчина находился на поле боя, пусть и не рядом с Мичиру, тем больше увеличивалась вероятность проигрыша Мицукине. — Твои глаза для меня не помеха, — послышался голос Кайзена, что медленно восстанавливался в «облако». Да, осколки обычных клинков дали плоды. У него не только снизилась скорость перемещения, но и скорость превращения. Мадара, не сказав и слова, скрылся в тенях деревьев, неподалеку от Шикамару, а Саске… принял на себя удар. **** Мизуки, каждый раз касаясь Мэсэйсоши, чувствовал сопротивление металла, ощущал силу, заключенную внутри, и от этого становилось только хуже… Великий воин, чья жизнь оборвалась из-за собственного клана, великий воин, что жил по правилам чести, великий воин, душевная боль которого достигла такой отметки, что он использовал Горо, когда тот был мальчишкой, чтобы создать технику, способную освободить мастеров клинка, ставшими рабами. Светлый хвост периодически мотался из стороны в сторону, позволяя острым гладким нитям, будто тонким металлическим иглам, отделяться, а затем снова соединяться. Снежно-белые одежды едва колыхались от движений. Трава вокруг склонялась от мощи каждого шага, от жесткости каждого взмаха катаной. На лице самурая, что было будто покрыто металлом, отражающим всё вокруг, не было эмоций, в слепом взгляде не проскальзывали чувства, для самурая не существовало ничего, лишь приказ сердца… Учиха, чуть выглядывая из-за дерева, не сводил глаз. Сколько так могли биться самураи? Час? Два? А может день? Ни один из них даже намека на усталость или сложность боя не показывал, этого невозможно было считать. Всё, что видел Мадара, — великолепное владение катаной. Воин не в силах был отвести взгляд от того, насколько умело рука держала клинок, как мягко двигалась кисть, как великолепно Мичиру выглядела в поворотах, желая снести врагу голову с плеч. Учиха поймал себя на мысли, что, возможно, случись это на войне, он бы с превеликим удовольствием сразился с ней, будь девушка в этом обличии. Представить только… у тебя нет ни Сусаноо, ни Девятихвостого, только меч и поставленная цель. Мадара чуть сильнее надавил ладонью на дерево, когда клинок Горо прошелся рядом с шеей Мичиру. Насколько смело, жестко, насколько четко самураи направляли свои клинки, настолько же резко, умело они отражали атаки противника. «Саске…» — Мадара едва нахмурился, заметив то, что юноша направляется к самураем, а за ним — тяжелое облако, объятое мелькающими молниями. Планом это было назвать сложно, просто задача, которую Учиха должен был сделать, причем в ближайшее время. **** Саске скалился, уводя Кайзена всё ближе к Горо. Учиха понимал, что противник не такой уж и дурак, чтобы не понять его план, поэтому нужно было что-то придумать, что-то… что смогло бы заставить «облако» соединиться с Горо. «Мне было бы проще, если бы он превратился в кунаи или… — Саске цокнул, поняв, что этот вариант не пройдет, — чёрт…» Кайзен, не жалея сил, нападал на Учиху, но тот уворачивался, благодаря силе своих глаз и тому, что «облако» постепенно теряло свою мощь всё больше и больше. — Как ты можешь помогать Клинку? — захрипел Кайзен, сворачиваясь в вихрь, — ты падешь, так же, как и все они! Саске, нахмурившись и тяжело дыша, наблюдал за противником: «Что?» — Учиха заметил, как с вихря изредка стали выпадать осколки. Если все эти металлические блестки будут рассыпаны по полю боя, то ему никогда не удастся их соединить с Горо. Нужно действовать. Сейчас. Решительно. Как самураи, что всё ещё продолжают биться на смерть. «Мичиру, только бы у тебя всё получилось», — подумал Учиха. **** Мицукине, слепым взглядом смотря перед собой, сильнее надавила на клинок, и руки противника задрожали. Мизуки проскользил по катане врага и, едва издав приятный звук, коснувшись металла кончиком, воспарил, приготовившись к следующему удару. Мадара думал, что сможет спокойно наблюдать за боем, но его сердце прыгало, ударяясь о грудную клетку, каждый раз, как только катаны сливались, разнося по пространству чарующий звук. — Что он делает? — тихо спросил Шикамару, заметив Саске, что несся со скоростью молнии к самураям. Тревога кольнула в груди Мадары, когда тот заметил наследника своего клана. Назвать юнца дурачком? Можно, но… как ещё молодой Учиха мог поступить в этой ситуации? Воин неотрывно наблюдал за Саске, что, улучив момент, подпустил к себе Кайзена максимально близко, а после, ошибившись в расчетах лишь на долю секунды, промчался меж двух самураев, попав под мечи, как утка под ножи повара, а Кайзен, потеряв рассудок из-за желания расправиться со всеми, кто помогал Клинку, не смог вовремя остановиться. Алая кровь окропила представителей Клинка, но те вовсе не придали этому значения, однако… животный рев наполнил местность, как только осколки Кайзена невольно начал поглощать Горо. Мицукине, замерев на секунду, принялась рубить противника, вот только… всё, что делал её клинок, — лишь рассекал металлическую пыльцу, не задевая при этом потоки чакры, что являлись основным элементом, на котором держалась техника. Мичиру не сможет его одолеть, не сможет его задеть до момента, пока Горо полностью не поглотит все осколки, пока его форма не примет окончательный вид. Удары Мичиру лишь препятствовали восстановлению, но всё же это произошло… Горо, перекатившись на спине в сторону, вскочил на ноги и, не долго думая, полоснул тело девушки, проведя клинком от живота до брови Мицукине. Сила, с которой он совершил удар, возросла, отчего оболочка Мичиру была разрушена. Металл осыпался вдоль нанесенной раны, и наследница, рассудок которой появился на несколько секунд, пока восстанавливалась оболочка, осознала, что перед ней стоит Горо, готовый вот-вот пронзить её сердце, вот только… «Мичиру, используй свою силу!» — выкрикнул Мизуки, сделав акцент на слове «свою». — Ей не поможет её сила! — гаркнул Горо, скалясь от жуткого дискомфорта, вызванного наличием осколков обычных клинков. Мицукине не понимала о чем шла речь, пока организм не дал ей подсказку. «Ах» сорвался с губ, когда Мичиру нашла точку, где был тот самый «узел», тот самый сгусток жизненной силы, в которой были заключены души. Однако всё было не так просто… Оболочка Мицукине стала спешно восстанавливаться и перед тем, как полностью покрыть лицо девушки, в её голове пролетела мысль, что больше не была связана с Мадарой, а значит мужчина более не имеет влияния на исход, а значит всё закончится так, как заканчивалось с самураями всегда, и клинок поглотит душу. «Уничтожить Горо».