Спасающая бога

      Уф, никогда в жизни так быстро и долго не бегала. Если меня не найдут, то мой навык скрытности повысится раз в десять. Наверное, со стороны эта беготня достойна какого-нибудь эпического боевика, только спецэффектов бы побольше.       Немного отдышавшись и оценив всю прелесть холодной каменой плитки, я посмотрела по сторонам. Зал мёртвых внушал уважение. Норды с почтением относятся к мертвым. Повсюду горели свечи и чаши с углями. Напротив выхода находилась пудовая кованная дверь, по бокам которой стояли клумбы лаванды. Помещение изобиловало декоративными арочками и сводами. За левым поворотом скрывался алтарь Аркея, за правым — двери в комнату жрецов. Всё было ухожено и убрано, но в воздухе витали запахи перегара и алкоголя.       Отдохнуть мне спокойно, разумеется, никто не дал. Классически заскрипела дверь каморки, послышались осторожные шаркающие шаги и передо мной появляется слегка покачивающийся сутулый старик. — Расхлопались тут дверями! — заворчал он и посмотрел на меня укоризненным взглядом. После чего опешил. — Аркей милостивый! — и грохнулся в обморок. Какая я красавица! Блин, надеюсь, с сердцем у него всё в порядке. На всякий случай проверив пульс и удостоверившись, что жрец после этого точно начнёт здоровый образ жизни, я затащила его в комнату, закрыв за собой дверь. Что делать? Он же скоро очнётся. Ну и хрен с ним. Сев на стул и пустив всё на самотёк, я решила узреть лик свой. Зеркала здесь, разумеется, не было, поэтому пришлось прибегнуть к помощи металлической тарелки, лежавшей на маленьком деревянном столике.       Хоспадье! Что это за лохматое грязное чудовище?! Ну ладно, ладно не такая уж я и страшная. Теперь у меня тёмно-русые длинные и вьющиеся волосы, которые удачно пародировали совье гнездо. Лицо приобрело более аристократичные и резкие черты, хотя до красоты альтмерских девушек ему, к счастью, было далеко. Как и на всём теле, присутствовал как бы легкий «загар». Эх, прощай моя барская бледность. Глаза с кошачьими зрачками (!) так и остались синими. В полусумраке комнатушки казалось, что они светятся. То-то от меня все так шарахаются. Обычные эльфийские ушки, ну и аккуратные, абсолютно не мешающие жить, клыки. Вряд ли каждый второй двемер так выглядел. Да и надо бы помыться, что ли.       Пока я занималась изучением непознанного, жрец продрал глаза, полные надежды, что ему по пьяни показалось. Не тут-то было! Я начала импровизировать! — Ты ошибся чутка, я Сангвин, — «представилась» я, мило улыбаясь. — Чт-то тебе нужно? — заикаясь больше от страха, чем от количества выпитого, спросил старик. Кажется, поверил. Хи-хи-хи. Ну ладно, а что мне действительно от него надо? Может, поспрашивать о Довакин? Ведь, чтобы переубедить человека в чем-то, нужно его хотя бы поверхностно знать. — Слушай, друг мой алкоголик, а не расскажешь ли ты мне, какие слушки про Довакина ходят? М? — убедительнее, убедительнее! Я же грёбаный даэдра! Закинув ногу на ногу, я начала вертеть в руке пустую бутылку из-под вина, которых в комнате было пруд-пруди на каждом шагу. Ну тут и смрад. — Она в соратники вступила. Гов-ворят, скоро в Круг её возьмут. Девушка смышлёная, сильная, ну и выпить люб-бит… — А оборотни мимо нигде не пробегали?       В игре меня вообще обращенной сразу в город выталкивали. Беги от этого Йорвасхрена до ворот, и всё равно, что у каждого жителя есть с собой булава, как раз для таких случаев. — Проб-бегали, пробегали. Одного на юге видели. Дак, соратники пошли на позапрошлой седмице убивать, а эта даэ… зар-раза Скьора разорвала. Упокой его душу Аркей… — поведал мне жрец, принимая сидячие положение. Во как оно оказывается! Соратники, однако, молодцы! Как зачистку форта Серебряной руки и появление нового члена Круга замаскировали, и не придерешься! Следовательно, мой «клиент» скоро уедет, а Кодлак отбросит копыта. Нужно придумать план действий, однако!       Чтобы не было лишних вопросов, с такой же милой улыбкой, я кинула ему в голову бутылку, чем на время вырубила. Сняв талморскую тряпку, от которой одни проблемы, я начала обсмаковывать своё положение. Тут же в мою голову залез один каверзный, но очень важный вопрос: на какие шиши мне жить? В дракона я превратиться не могу, поэтому кроватка на вершинах гор отменяется. Магией или мечом не владею (хнык-хнык), но надо бы научиться, хотя б пламенем жечь. Из оружия есть Голос, которым лучше не светить, ибо Дельфина не дремлет, и складной нож, покоившийся теперь в кармане моего пальто. Поэтому зачистка логова разбойников отменяется. Кстати, можно же продать талморский плащ! Он, конечно, красивый, но попробуй скажи это пьяным или просто идиотам нордам с поднятым чувством патриотизма. Если денег хватит, поживу в таверне (есть мне тоже надо, а на печеньках долго не проживёшь), а если мало, то придётся на первое время поискать какой-нибудь заброшенный дом. Не верю я в то, чтоб в таком большом городе не было заброшек. Хотя их, может, тут на дрова растаскивают. — Нахер этот Скайрим… — заключила я, тяжело вздыхая.       Не удержавшись от соблазна, таки спионерила мешочек с золотом, спокойно лежащий на столе. Что-то во мне проснулись криминальные наклонности. Натянув получше капюшон на глаза, и, запихнув каким-то чудом плащ с маской в портф, я, оглядываясь, спокойно вышла из зала мёртвых. Вокруг ничего слишком подозрительного не было. Фух… Пока я шла до какого-нибудь магазина, удалось рассмотреть город получше. Народ сновался туда-сюда, ведомый своими делами. В воздухе витало амбре из дыма, запаха навоза и пробивающихся через снег первых весенних цветов, от которого у меня закружилась голова. Надеюсь, что от этого, а не от возможного сотрясения или побочного эффекта того заклинания. Отовсюду слышались выкрики, гул зазывал с рынка и стук молота о наковальню.       Продав то, что хотела, я решила ещё прогуляться по Равнинному району, размышляя о валютной системе. Здесь в ходу были золотые — септимы и серебряные — серебряки. Ещё имелись древненордские золотые и двемерские, попадающиеся ОЧЕНЬ редко. Один септим равен пятидесяти серебрякам, одна древненордская равна десяти септимам и пятисот серебрякам, а одна двемерская равняется от тысячи септимов, и то слишком дёшево. Вот так вот. Плащ мне удалось всучить продать одному жмоту за 550 серебряных монет. Поэтому настроение было просто чудесным. Нагулявшись вдоволь, мои ноги направились в таверну. Здание «Гарцующей кобылы» выделялось своими габаритами, маня тёплым желтым светом и запахами различной еды. Не обращая внимания на косые взгляды, я сняла комнату, поужинала, и, совсем расслабившись после бани, улеглась спать.       Как известно, все гениальные идеи приходят тогда, когда их совсем не ждёшь. Моя идея пришла ко мне утром. Ну, как утром, в час дня, но это не отменяет её гениальности. Заключается она вот в чем: Клинок в скором времени отправит Довакин на грабёж Талморского посольства, а Кодлак за головами, следовательно, можно немного поиграть в предсказателя, чтоб у неё не было соблазна спереть мою, теперь драконью, душонку. После чего навязаться в виде напарника с подробными разъяснениями. А потом, когда она будет со мной в хороших отношениях и мало-мальски доверять, начать гнуть свою линию и ставить на путь истинный. Нужно это записать! Накалякав сей план действий в блокноте, я начала думать над первым пунктом. Просто проорать над ухом, что Кодлак умрёт и в посольстве одна капуста, чревато сильным избиением и утаскиванием к Дельфи или объявлением меня поклонником дяди Шео (чтоб у него сыр кончился). Может, письмецо подкинуть? Но где гарантии, что она его найдёт или не прочтёт кто-нибудь другой? Можно, правда, попросить кого-нибудь вручить прямо в руки, но кого? Гонца или просто ребёнка?       Оторвав листочек, я полная энтузиазма уже было собиралась начать писать, как поняла очень печальную вещь. Моя рука замерла в воздухе. Я не умею писать на тамриэльском. Не знаю ни алфавита, ничего. Навык чтения в моем сознании был настолько неразрывно связан с возможностью говорить на каком-либо языке, что эта новость на время выбила меня из колеи.       Отстранённо, я начала припоминать видела ли в городе что-то похожее на надписи или вывески, но единственное, что мне вспомнилось — это стилизованное изображение гарцующей лошади над входом в таверну. Ох, только не говорите мне, что читать в этом мире умеют только монахи, а из того, что есть в свободном доступе есть только церковные книги! Мра-а-ак… Эх, ладно, ладно, хорошо, в этом мире есть ещё маги, которыми обычно являются образованные и умные люди и хотя бы книги по магии. Конечно, в игре было распространено множество книг и очень много персонажей вело различные дневники и записи, но кто ж его знает этот реальный и суровый мир!       Впрочем, мысли о том, что единственная доступная литература — это какое-нибудь житие и исторические сводки, пусть и фэнтези-мира, вогнало меня в уныние настолько, что я вышла на улицу с целью найти хоть что-то похожее на надписи. Ведь, чем больше надписей, тем больше людей, теоретически, должно их понимать и тем больше шанс на существование светской литературы.       Бесцельно шарясь по Вайтрану, сложно было не заметить социальное расслоение города. Чем выше по холму, на котором и было построено поселение, тем элитнее и дороже жилье, (что иногда можно было наблюдать, смотря на ряд, идущих вверх по улице, домов), убранее и приятнее глазу улицы. Конечно, в игре это было представлено, но не так бросалось в глаза, да и… сам город там был гораздо меньше. На самом верхнем, Облачном районе, находился Драконий Предел, где проживал ярл и придворные. Ниже располагался элитный Ветреный район храм Кинарет, зал мёртвых, Йоррваскр, Небесная кузница, статуя Талоса, Златолист и дома старейших и знатных семейств с маленькими участочками вокруг, включая местных Монтекки и Капулетти — Сынов Битвы и Серой Гривы. Ещё ниже был Равнинный район, в котором о маленьком участке вокруг дома можно было только мечтать. Часто дома были пристроены друг к другу так, что между ними трудно было бы разойтись вдвоем. Хотя некоторые дома, стоящие в «низинах», всё-таки могли похвастаться такой роскошью.       Толком ничего не найдя, я вернулась на рыночную площадь, невидящим взглядом смотря на мельтешение народа вокруг. Сознание отказывалось воспринимать произошедшее и отчаянно пыталось найти решение насущных, слегка абсурдных проблем. Попытки не видеть слона в посудной лавке пока оканчивались успехом. А ведь где-то тут ходит прекрасная драконорожденная дама, которая хочет отрубить мне голову… — Эй! Колдунья! — до меня не сразу дошло, что обращаются ко мне. — А?       Передо мной стояла молодая нордка с растрёпанными от ветра короткими темными волосами и горящим взглядом последнего на Земле продавца-консультанта. — У меня есть хорошие травы для зелий, не пожалеешь. — бойко продолжила она, сунув мне под нос корзину с множеством разных незнакомых мне цветов. — Простите, не интересует… — на автомате проблеяла я. — А что интересует? — тут же спросила она. Если бы не опыт общения с продавщицами на рынке, вздрогнула бы. Эта баба перекрикивает чёртов базар! — Ты не знаешь, кого-нибудь, кто умел бы читать? — собрав все свои коммуникативные и социальные навыки в кулак, наконец спросила я. — Беру за короткое письмо пять медяков, если больше договоримся. — с еле ощущаемым превосходством уже медленнее заявила она.       Так я познакомилась с Изольдой. После жарких дебатов, мне удалось упросить её научить меня местной письменности. Взамен я должна помогать ей торговать травами и другим барахлом, а также, на правах «заядлого путешественника» рассказать о местах моих странствий. Видя, что Вайтран не слишком отличается от игрового варианта, я с осторожностью, но всё же рискнула сообщить кое-что о других крупных городах Скайрима.