Ходячая неприятность

      Омега был из тех людей, кто вечно вляпывается в какое-нибудь дерьмо. Ему никогда не сиделось на месте, он никогда не стоял в стороне, действуя по закону принципа: «Если кого-то бьют, унижают — он обязательно должен помочь», вечно впрягался за кого-то. Вечно дерзкий омега, который любит поспорить и почесать кулаки.       Поэтому-то, сейчас, из-за его гиперактивности и принципов, его снова вяжут копы, усаживая на заднее сиденье патрульной машины, и увозят в ближайший отдел.       Омега сидит в кабинете дежурного следователя и ждет последнего, чтобы дать показания. Парень чувствует себя спокойно, словно он в домашней обстановке, хотя, в принципе, так и есть. Омега частый гость в отделениях полиции, а в этом так и подавно, он даже завел здесь своих «поклонников», которые ведут подсчет фееричных хулиганок парня. Вот только теперь у него другой следователь и дело усложнено тем, что тот придурок, которого омега отделал, загремел в больничку и требует материальную компенсацию за причиненные травмы.       — Пак Чимин, двадцать три года, — зайдя в кабинет, начинает следователь-альфа, бросая папку на рабочий стол и вальяжно разваливаясь в кресле. — Ну, что, — протянул он, — потерпевший требует компенсацию.       Омега лишь фыркает и отворачивается от следователя. У него не впервой требуют деньги за его глупые поступки.       — Говорят, ты частый гость в полиции, практически прописался здесь, — добавляет альфа, открывая толстую папку с личным делом омеги. — Ведешь разгульный образ жизни, влезаешь в драки, ловят с травкой...       — Хватит полоскать мне мозги и учить жизни. Давай, поскорее разберемся с этим делом, и я пойду, — бесится Чимин.       Он очень не любит, когда влезают в его жизнь и пытаются перевоспитать. Ему двадцать три года, он не ребенок и его уже не исправить.       — Я готов оплатить лечение этому ушлепку, — добавляет омега.       — Почему вы подрались?       — А тебе не все равно? — ответил омега вопросом на вопрос, вскидывая бровь и сползая со стула.       — Я хочу разобраться в этом деле.       — Это обычная драка, так на кой черт тебе копаться в этом дерьме?       — Просто расскажи мне, — просит, а не требует альфа. — Не под протокол. Как на духу.       Омега странно смотрит на альфу, не понимая его интереса. Неужели у него нет других дел, кроме как разбираться в очередной чиминовской хулиганке.       — Альфа решил поиграть в папочку? — усмехается Пак, обнажая белые зубы.       — Не язви. Я решил помочь, а ты...       — Я похож на того, кому нужна помощь? Если вы внимательно прочли мое дело, то знаете, что я достаточно обеспечен, чтобы заткнуть рот любому. Даже самому принципиальному.       — Хм, — хмыкает альфа, слегка улыбаясь. — Уверен, что сможешь? Не так просто заткнуть следователю рот, тем более альфе, тем более мне.       Омега напрягся. Чего он вдруг заговорил о себе? Какое он имеет к этому вообще отношение?       — Что ты хочешь сказать? — неуверенно спрашивает Чимин, ровно садясь на стуле.       — Парень, бета, которого ты покалечил — мой брат.       Чимина будто обухом по голове ударили. Он отделал брата следователя, который ведет его дело, при нем назвал его не самым лестным словом, да и еще, фактически, взятку предлагал. Это удар ниже пояса.       — И что с того? Он просит компенсацию, я готов оплатить его лечение, — отвечает омега.       — Он-то просит, но это нигде не задокументировано. А я хочу разобраться, что случилось между вами?       — Да какая тебе разница? — взрывается омега, подскочив со стула и перевалившись через стол.       Он еще никогда не встречал такого человека. Следователь такой спокойный и невозмутимый, до ужаса приставучий и походу неподкупный. Слишком принципиальный. Альфа поднимается с места и тоже опирается о стол, приближаясь к Чимину, оставляя между их лицами мизерные миллиметры. Альфа смотрит словно сквозь Чимина, отчего парню становится до ужаса неловко, будто его душу оголили и теперь она видна всем.       — Я навалял твоему братцу за дело, и это я должен требовать компенсацию за моральный ущерб, — шепчет омега, прищурившись.       — От тебя пахнет ежевикой, — отвечает задумчиво альфа, выдыхая в губы омеги.       — Ты узнать правду пришел или нюхать меня?       — Что естественно, то не безобразно.       — Ты странный, — отвечает Пак. — Как тебя зовут?       — Следователь Чон. Чон Чонгук.       — Что ж, — омега снова падает на стул пятой точкой, — Чон Чонгук, пусть будет по-твоему. Твой братец не умеет держать язык за зубами, поэтому и схлопотал по шее. Скажи спасибо, что я не все мозги ему выбил.       — Он требует восемьсот тысяч вон.       — Да его черепушка столько не стоит, — фыркает Пак. — Может, объяснишь ему, что тот сам виноват?       Чон смотрит на омегу, и по взгляду становится ясно, что тот не собирается с ним разговаривать. Все факты на лицо. Есть побои, значит, виноват — оплачивай лечение.       — В следующий раз, я отрежу ему язык, — шипит омега, повернувшись около двери.       — Не стоит угрожать при мне, я на службе.       Омега смеряет того взглядом и уходит, громко хлопнув дверью.       Альфа еще долго смотрел на закрытую дверь и жадно проглатывал воздух, в котором витал запах омеги. Такой приятный и притягательный.

***

      На часах три ночи. Чон сегодня дежурит. В отделение привозят подвыпившего парня, который устроил дебош в клубе, размолотил какую-то дорогую вещицу и теперь хозяева просят компенсацию. Чонгуку сообщили о новом деле и альфа выходит в холл, ибо сам нарушитель закона не в состоянии идти.       — Что тут у...       Альфа замирает, видя уже знакомое лицо. Чимин удобно устроился на скамеечке, подложив под щеку руки и сонно причмокивая губами.       — Вы следователь? — уточняет суровый мужчина.       — Да.       — Мы не хотим заводить дело, поэтому требуем лишь оплатить разбитое.       — Что это чудило разбило? — уточняет Чон.       — Несколько дорогих бутылок спиртного и не менее дорогой стеклянный фонтан у выхода, — объясняет тот.       — Ну, то, что этот фонтан действительно что-то стоит, нужно еще доказать, — отвечает Чонгук, присаживаясь рядом с сонным омегой.       — Что вы имеете в виду?       — Приходите утром, — обратился он к мужчине, и тот, недовольно хмыкнув, ушел, забрав с собой тех громил, которые пришли вместе с ним.       Альфа смотрел на безмятежного омегу, мирно спящего на неудобной скамье и в который раз удивлялся тому, как это чудо могло найти столько приключений на свою голову? Стоит ему открыть лишь только рот, омега сразу же теряет свое очарование, становясь холодным и суровым.       — Что нам с ним делать? — спрашивает молодой лейтенант.       — Я позабочусь об этом. Можете идти, — отвечает следователь.       Омега спокойно уходит, возвращаясь к патрулированию. Чон берет это существо на руки и несет к себе в кабинет, укладывая на кожаный мягкий диван милого омежку. Сонным он кажется намного безобиднее.       Чимин просыпается от легкого похмелья, слегка морщась. Он быстро пробегает глазами по помещению, соображая, где находится. Замечая задремавшего альфу, Чимин ухмыляется и проводит по волосам рукой. Омега практически ничего не помнит. Лишь то, что чьи-то сильные руки подхватили его и уложили на что-то мягкое. А потом он провалился в сон.       Омега подходит к столу альфы, огибая его, и останавливается напротив стула, на котором сидит Чон, мирно посапывая. Пак наклоняется к лицу Чонгука и внимательно рассматривает, внюхиваясь в аромат парня. Лайм. Кисловатый запах альфы приятно щекочет нос, и Чимин невольно улыбается.       — Нравлюсь? — резко открыв глаза, спрашивает альфа, улыбаясь.       Чимин выпрямляется и делает шаг назад. Он слегка тушуется и мнется, ощущая неловкость. Спалили.       — Чего молчишь? — склонив голову на бок, снова задает вопрос Чонгук.       — Вовсе не нравишься, — быстро отвечает Чимин, сразу переводя тему. — Что я здесь делаю снова?       — Ничего не помнишь?       — Нет, — бурчит омега, садясь на стул напротив.       — Дебош в клубе, несколько разбитых дорогих бутылок и какой-то фонтан, из-за которого мне звонили уже несколько раз, — поджав губы, отвечает альфа, начиная перебирать бумажки.       — Че-е-ерт, — протянул парень, закрывая лицо руками.       — Что? Запас денег иссяк? — смеется Чон и попадает в самую точку.       — Какой догадливый, — с сарказмом отвечает Чимин.       — Серьезно?       — Папашка поставил тупые условия. Я не согласился, поэтому мой нескончаемый поток денег перекрыли. Кредитки заблокированы, в портмоне пару сотен тысяч.       Омега рассказывал незнакомому альфе все как на духу, не стесняясь своего положения, будто он его давний друг. Альфа слушал внимательно, изредка кивая головой.       — Ты должен оплатить ущерб клубу, — говорит альфа, исподлобья глядя на разбитого и подавленного омегу.       — Если только натурой, — грустно усмехается омега.       Альфа напряженно взглянул на Пака и, подумав, продолжил:       — У меня есть к тебе предложение.       — Какое?       — Тебе понравится, — ярко улыбается Чон.       Омега согласится. Точно согласится.