Дым и зеркала

Как-то очень вовремя Реджина, на мой взгляд, поспела к появлению на свет Эммы. Не иначе, во дворце был шпион. Или не один... Навеяно пилотной серией.

— Следующий! — Реджина потерла виски и с явным неудовольствием взглянула на часы — будь он не ладен, приемный день! — Чего тебе? — Ваше Величество! — посетитель чопорно поклонился. — Разрешите отметить, что, согласно обшепринятым нормам вежливости, гостю не следует «тыкать». Ему необходимо дать осознать значимость его прихода, предложить кресло и, лишь осведомившись о здоровье супруги, переходить к цели визита. Как кандидат наук, я до глубины души возмущен… — Знаю я, какова глубина у твоей души, — перебила Королева. — Кто кроме меня будет финансировать исследования вашей лаборатории? Люди в нашем королевстве темные и к наукам не приспособленные. Не трать мое время и говори по существу, за тобой вон еще сколько просителей. — Волшебное дерево, — коротко сообщил гном. Реджина, отбросив скучающий вид, мигом подобралась: — Что за дерево? Где? В чем его свойства? — Большего я не знаю — принц с принцессой ведут себя очень скрытно, — доносчик понурился, опасаясь, что сведений недостаточно для вознаграждения. Но, видимо, Ее Величество уже имела кое-какие догадки, поэтому махнула советнику, чтобы тот отсчитал положенные монеты. — Свободен. Следующий! — Премного благодарен, госпожа. Хоть это и противоречит принципам, но вы вносите огромный вклад в работу ученых королевства, они этого не забудут! Обещаю, новый сорт роз я назову в честь вас… — доносилось из коридора, куда стражники выпроводили зануду-ученого. — Лучше бы персики выращивали.., — местные ботаники считали долгом чести посвятить по меньшей мере один цветок Ее Величеству: в саду у нее росли чайные розы «Реджина», люпины «Королева», ирисы «Колдунья» — и это только те, что она видела, ежедневно пробегая мимо. — В-ваше Вв-вел-личество… — второй член Белоснежкиной семьи страдал переизбытком скромности, оттого речи его, щедро сдобренные заиканием, растягивались иной раз на часы. — Про дерево я знаю, — на лице гнома проступила неимоверное облегчение. — Что еще? — Джеп-п-п-п… — Реджина едва сдержала стон нетерпения и поторопила незадачливого подданного: — Джеппетто? — Да! — обрадовавшись, Скромник даже заикаться перестал. — Хорошо, — деньги он никогда не брал, поэтому женщина, порывшись в сундуке за троном, вытащила увесистый том в переплете из кожи. — Я знаю, ты любишь читать. И нет, сборник мне срочно не нужен, отдашь, когда прочтешь, — страстью этого гнома были книги, за вожделенные издания он готов был продать любимый колпак. Реджина этим бессовестно пользовалась. — Приходи почаще, — на ее губах мелькнуло подобие улыбки: на робкого и застенчивого гнома давить было нельзя. Покраснев, тот попятился к выходу, едва не упав по дороге. — Да что же это такое! — взорвалась брюнетка, когда услышала следующего «гостя». — Вы все семеро сразу не можете придти? Или письмо написать и бросить в ящик у ворот! Не чихай на меня! — отскочив от летящего в ее сторону содержимого носа, она брезгливо поморщилась. — Простите, Ваше… Величество… я только… хотел сказать, что… — перемежая фразу чиханием, гном протянул Реджине руку. — Умоляю вас… мой насморк не заразен… это аллергия… на угольную пыль. — Лечил бы свою аллергию, а не на Снежку доносил. — У меня нет… лекарства, — Чихун громко высморкался. Платок его, судя по виду, был найден в самой грязной и глубокой шахте королевства. — В противном случае ты бы не пришел. Что за новость ты мне принес? — Мастер Джеппетто… должен сделать из дерева шкаф. Срок ему дали до конца августа… Особое дерево, его привезли откуда-то издалека. — Шкаф?! Белоснежка решила обновить гардероб? — Реджина недоуменно посмотрела на отца, что стоял по левую руку от трона, но тот пожал плечами: дескать, мне-то откуда знать. Гном держался из последних сил, чтобы не чихнуть, — даже глаза покраснели, — и Королева вздохнула. — Вот твое снадобье. По ложке два раза в день. И, ради всего святого, купи новые сапоги — у этих подошва вот-вот отвалится! — на крышку пузырька лег золотой. — Еще четверо, — Генри ободряюще похлопал дочь по руке. — Ты сама хотела быть ближе к народу. — Я уже проклинаю свою опрометчивость. Как меня достали эти лжецы и предатели, папа, ты бы знал! Мне нет дела, кто у кого украл козу, увел жену или с кем не поделил меру зерна! Вот объясни: гномы живут с моей падчерицей, любят ее — и все, как один, приходят сообщать о ее планах, хотя должны их скрывать. Что с ними не так? — Белоснежка — мечтательница. Ей бы песни петь, да танцевать, а о насущных проблемах она не думает… — Конечно, зачем ей, когда я ими занимаюсь! — возмутилась Реджина. — Поэтому ты — Королева, дочка, а она всегда останется принцессой, — старик улыбнулся. — Примешь остальных или объявить перерыв? — Приму, иначе опять придут… Зови. — Осталось двое, — сообщил Генри, выглянув в коридор. — Третий спит беспробудно. — Спящего погрузить в телегу, отвезти к замку Прекрасных и оставить неподалеку, чтобы сумел добраться. Проследи, чтобы мои люди не светились, — Ее Высочеству пока незачем знать о моей осведомленности. Кивнув, мужчина вышел. Увидев следующего доносчика, Королева расцвела: с этим проблем не будет. — Здравствуй, Простак! Я слышала, у вас в замке событие: Белоснежка ждет наследника! Великая радость для всех нас. — Наследницу, — выпятив грудь от важности, поправил гном: никто, кроме ближайшего окружения Снежки, не знал пола ребенка. — Должна родиться в конце сентября. — Как себя чувствует принцесса? — в голосе Королевы проскользнуло неподдельное участие. — Не нужен ли ей врач? У меня хороший лекарь, я с радостью направлю его во дворец Их Высочеств. — Белоснежка боится, что вы ей навредите, она не согласится, — почесал в затылке рудокоп. — Стоит совершить одну ошибку, и больше веры оступившемуся нет, — Реджина погрустнела. — Я люблю ее, как родную дочь, и не желаю зла. А вместо того, чтобы задуматься о будущем наследницы, она тратит силы на подозрения и всякие глупые выходки! Представляешь, — незаметно наколдовав петушка на палочке, женщина протянула угощение гному, — шьет новые платья и заказывает шкаф для них! Нет, чтобы игрушки или кроватку для девочки сделать… — Шкаф не для одежды, — настала очередь гнома удивляться, — кто вам это сказал? Его должны выпилить из цельного куска дерева, что растет на Пустошах. Говорят, поместив внутрь какую-то вещь, ее можно уберечь от любой опасности. Джеппетто с Голубой Феей мастерят шкаф под большим секретом, но слухи все равно просачиваются. — Как ты думаешь, Простак, что Белоснежка хочет туда спрятать? — рискнула задать прямой вопрос Королева. К счастью, поглощенный конфетой гном не заметил подвоха. — Не знаю. Шкаф большой, если верить чертежу, там и человек поместится… Реджина, не веря своим ушам, вскочила на ноги. — Прием окончен! — камердинер поспешил объявить монаршую волю Весельчаку (а последним в очереди был именно он) и с извинениями сопроводить гнома прочь. Тот не расстроился: весело насвистывая, пообещал зайти в другой день и потопал к лестнице. — Сегодня я больше не смогу уделить тебе времени, Простак, — ласково взяв информатора под локоть, Королева слегка подтолкнула его к двери. — Государственные дела, сам понимаешь. Но я всегда рада тебя видеть. Спасибо, что находишь минутку сообщить мне вести о дорогой Белоснежке. — Всегда к вашим услугам, Ваше Величество! Она несправедлива к вам, я уверен, — гном склонил голову в поклоне и не заметил ухмылки на алых губах Реджины. — Я верю: всем в нашем королевстве воздастся по справедливости. Иди с миром, — оглядев ряд пустых сидений, женщина с облегчением прислонилась к стене. Последний гном был всецело предан Прекрасной чете и не появлялся во дворце, несмотря на все ухищрения Ее Величества. Впрочем, он ей и не нужен: шестеро шпионов — и так слишком много. — А доктора я все-таки пошлю, — задумчиво пробормотала Реджина. — Не хватало еще, чтобы эти умники роды принимали!