В тихом омуте... синих глаз

Домой Максим добрался, когда уже стемнело. Потребовалось немало времени, чтобы прийти в себя, привести внешний вид в порядок и заставить тело сдвинуться с места. В голове был полнейший кавардак. Что-то вроде "Ааааааа, ёптвоюматькакогоХЕРАААААААА????" Он даже не помнит, о чём ему на выходе из школы ворчал охранник. Скорее всего, что-то о поздних уходах, и что ему теперь нужно заново идти проверять все кабинеты из-за таких вот проходимцев. Ничего нового. Конец сентября был тёплым, почти летним. Весь путь парня сопровождал лёгкий ветер и пение запоздалых птиц. Но когда за ним закрылась дверь квартиры, в мозг неприятно впилась звенящая тишина, а вслед за ней приглушённый ропот телевизора из комнаты отца. События сумасшедшего дня отошли на второй план. В голове поселилась единственная мысль: пройти до своей комнаты незамеченным, взять необходимые вещи и шмыгнуть в душ. Этот день необходимо смыть с себя. Срочно. Но сегодня удача явно не на стороне Макса... Как только он разулся и направился в сторону своей обители, навстречу ему из освещённой одним лишь телевизором комнаты грузной нетвёрдой походкой вышел отец. В одной руке у него была тлеющая сигарета, в другой – пустая бутылка. «Чёрт, ну вот надо было мне войти именно в том момент, как этот козёл решил обновить запасы...» — Оп-па, мелкий засранец, ты где шлялся допоздна? Опять маялся хернёй? Бесполезный тупой кусок дерьма... — речь отца была едва различима от количества выпитого. Он потушил сигарету в стоящей на прихожей пепельнице, подходя всё ближе. Так, что от запаха перегара было почти невозможно дышать. Внутри Максима всё закипало, и он понял, что дальше есть только два пути развития событий: либо он взорвётся и отхватит, либо как можно быстрее ретируется. С секунду подумав, Макс решает выбрать второе, так как одной «ответочки» ему на сегодня хватило. Блондин старается как можно ближе прижаться к стене и пройти мимо мужчины, пока тот продолжает изрыгать оскорбления. Шаг. Второй. Третий. Ещё немного... Есть! Макс ускоряется, и уже у самой двери заветной комнаты большая рука хватает его за капюшон толстовки, которая закономерно натягивается и больно давит на шею. Парень отшатывается на пару шагов назад, стараясь удержать равновесие. И прежде чем успевает ещё что-либо сделать, его рывком разворачивают и бьют по лицу кулаком. Вспышка перед глазам, падение на многострадальную пятую точку и жёсткая встреча спины с дверью ванной комнаты. Завтра будет смачный фингал. Просто зашибись. У отца первый разряд по боксу. И затуманенный градусом разум. Давненько не было таких стычек. И всё же не так давно, как хотелось бы. — Я со стеной разговариваю? Если я говорю, ты стоишь и слушаешь, говнюк! — отец орёт и брызжет слюной. Макс закрыл глаза и старается не шевелится. До удара ногой осталось 3... 2... 1... Но ничего не происходит. Когда парень открывает глаза, он видит как отец слово по щелчку пальцев переключает своё внимание на пустую бутылку в руке, смотри на неё пару секунд, бросает на пол и продолжает путь в сторону кухни. Пронесло. *** Уже в ванной комнате Макс сбросил все вещи в корзину для белья и осмотрел помещение. Тут относительно чисто. Отец хоть и ведёт себя как полнейший ублюдок по синьке, всё же при выветривании алкоголя начинает походить на нормального человека. В такие моменты он не разговаривает с сыном вообще, иногда убирается (хотя по большей части это делает Максим) и даже может что-то приготовить, подрабатывает сантехником и не мешает сыну спокойно жить. А уже через пару рюмок крепкого превращается в отброса общества. Корзина для белья почти пуста. Значит, сегодня отец запускал стирку, надо же! Видимо теперь отмечает это радостное событие. Блондин сначала открывает холодную воду в раковине и несколько минут охлаждает подбитый глаз. Надо будет поискать в аптечке какой-нибудь диклофенак или что-то вроде того. Затем он заходит в душ, включает мощный напор горячей воды и наслаждается этим ощущением. Тело расслабляется. Только сейчас он понимает, как сильно устал, и что глаза начинают слипаться. Парень берёт любимый цитрусовый гель для душа и тщательно растирает его по телу от шеи до пят. Как только Макс наклоняется, чтобы ополоснуть ноги, поясницу простреливает резкой тупой болью. — Сука!.. — шипит, стараясь не потревожить вроде как уснувшего отца. Воспоминания о насыщенном дне возвращаются моментально. Максим сидит на корточках, обхватив колени руками и свесив голову. По светлым волосам быстро стекают струи воды. Шевелиться совсем не хочется. «И всё же... Какого хрена сегодня произошло?!» — парень активно думает, отматывает ситуацию снова и снова, но не может понять: «Почему я позволил ему это сделать?! 8 лет... чего там, тхэквондо? Да херня это всё, и не таких уделывали. Тогда в чём причина? Я ведь просто не сопротивлялся, как будто сам этого хотел! Я слетел с катушек?! Почему вообще он полез ко мне в штаны? Он гей? Почему у меня встал?! Я гей?! Нихуя подобного!» Макс вскакивает на ноги, как будто сильно возмущён таким выводам и готов ударить оскорбившего его. Вот только бить себя совсем не хотелось. Это уж точно была бы больничка. Ну, или вторая часть «Бойцовского клуба». «Должна быть адекватная причина! — Макс не унимается и продолжает размышлять. — Может, он какой-нибудь заклинатель разума?.. Да, я точно ебанулся... Тогда что?! Он ведь просто прижал меня к стене и посмотрел в глаза. И глаза такие, тёмно-синие прям. Волосы были мокрые от тех помоев, что я на него вылил. Хотя пахло от него не помоями, а каким-то парфюмом с нотками мускуса, дерева и...» В этот момент Макс сокрушительно осознаёт тот факт, что у него снова встал. — Пиздец... — лёгким эхом проносится по комнате. *** На следующий день блондин больше похож на зомби: под одним глазом синяк от недосыпа, под вторым — от батиного запоя, волосы торчат в разные стороны, так как кое-кто вырубился с мокрой головой, а рубашка, которую он забыл убрать с кровати, такая же мятая, как его лицо. Весь путь до школы в голове жужжит: «Найду и прибью. Найду и прибью...» У самых ворот внимание привлекает сияющее лицо лучше друга. Тот машет рукой. Рядом стоит его хорошенькая подружка в короткой юбчонке. «Аж слепит, сука. Бесит» — беззлобно думает Максим, бросая другу короткое приветствие рукой. — Воу, чел, выглядишь... — Паршиво? — договаривает Макс. — Мягко говоря, — добавляет Миша. — Спасибо за комплиман, бро, — усмехается тот, постукивая друга по спине. — Что вчера произошло? Что сказал директор? — Миха интересуется развитием событий, от которых до него донесли только слухи. — Наказание века, — коротко бросает Макс. — Сначала я драил кабинеты, потом... — на автомате хотелось сказать «потом драили моё очко», но эти подробности было решено опустить. — Потом встретился с отцом. — Ясно... — сочувствующе протянул собеседник, изучая батин «автограф». Тут блондин наконец заметил, что всё время, пока они стояли втроём у ворот школы, Кристина как-то пятилась и старалась отойти подальше от Максима. Затем она чмокнула своего парня в щёку и прощебетала: — Милый, мне пора бежать. Сейчас контрольная по английскому, нужно успеть подготовиться. Тот тем временем чуть слюну не пустил, легонько шлёпая по попе свою спутницу на прощание. Максим задумчиво посмотрел вслед уходящей девчонке, и в голове промелькнула мысль: «Бинго! Я не гей, мне просто нужно потрахаться. С милой обладательницей хорошей фигурки. Точно!». — Прогуляем первый? — выдвинул предложение блондин, после чего проверил наличие полупустой пачки сигарет в рюкзаке. — Спрашиваешь, — улыбнулся Мишка. — Погнали. *** Ровно через 10 минут после звонка парни устроились на лавочке в закоулке на заднем дворе школы. Судя по всему, этой лавочки тут вообще быть не должно. Какое-то кустарное производство, сидя на котором очень легко наткнуться на торчащий гвоздь. Как говорят, эту лавку когда-то слепили старшеклассники для таких вот прогулов. И вполне вероятно, учителя осведомлены об этом месте, просто закрывают глаза. Школьники всё равно найдут, где валять дурака. Сейчас тут не было никого кроме Макса и Миши. И это не случайность. Все знали: если эти двое заняли лавочку, другим тут не место. Такая вот хулиганская привилегия. — Что за разговор? — спросил Миша, закуривая сигарету. — Мне нужна девушка, — Макс повторил действие друга, чиркая зажигалкой. Миша удивлённо округлил глаза: — Чего? Девушка? Макс, ну тебе это, надо бы для начала лицо попроще сделать. Ты зачастую выглядишь так, будто вот-вот кого-то прибьёшь. Я-то привык, а вот девушку таким выражением лица ты вряд ли очаруешь. Сказать честно — даже Кристина тебя побаивается, — усмехается друг. — Давненько я тебя с сигаретой не видел. Это из-за отца? — Да... из-за отца... — промямлил Макс, прекрасно понимая, что больше его тревожил другой придурок. — Так, говоришь, рожей я не вышел? — Не, я не об этом. Ну, то есть... — паренёк замолчал, пытаясь сформулировать мысль. — Короче, ты вовсе не урод. Я бы даже сказал, что ты очень симпатичный. Но вот аура, которую ты за километры разносишь, к любви не располагает. На словах о любви блондин поморщился: — Миш, хуйни не неси. Какой любви? Мне нужен секс! — А, ну тогда ладно, продолжай делать еблет лопатой, — саркастично произнёс Миха. — Ни одна не девушка не пойдёт к тебе в постель после фразы «Го трахаться». Ну, если ты ей за это не платишь, конечно. Неважно, какая у тебя там цель, тебе барышню сначала эмоционально расположить к себе нужно. Понял? — Понял, — блондин затянулся и подумал: «Эмоционально расположить. А у того придурка всё просто получилось: прижал к стене, пару слов сказал и оттрахал». От воспоминаний о вчерашнем дне Макс непроизвольно пару раз тряхнул головой. — Ещё кое-что, — продолжил блондин. — Нужно собрать ребят и проучить одного гондона. — Макс затушил окурок. Вдали послышался звонок с урока. *** Парни шли по коридору школы, собираясь всё же почтить учителей своим появлением на втором уроке. Миша одной рукой быстро перебирал по экрану мобильного: — Влад и Диман ответили, завтра соберёмся. Илья куда-то свалил на неделю. Ещё жду ответ от Игоря, — Миша убрал телефон в карман. — Может, всё-таки расскажешь, кому собираемся лицо чистить? И за что? — Позже, — Макс не озаботился тем, чтобы заранее придумать правдоподобную легенду, поэтому пока говорил загадками. — Что ж, ладно. А что там с твоей трубой? Так и не починил? Без связи как без рук. Пару недель назад во время одной из стычек телефон блондина вылетел из кармана и больно приземлился на асфальт. Ремонт оценили в 7 тысяч, которых у Макса в кармане не завалялось. А отца, конечно же, просить не стоит. — Ещё не починил. Сраный экран под замену, я ещё не всю сумму собрал, нужно больше подработок. Думаю, через недельку решу этот вопрос. — Слушай, чел, если проблема в деньгах... — закончить фразу Миша не успел. — Нет. Не предлагай мне деньги, понял? — Макс резко остановился и посмотрел на друга в упор. — Как знаешь. Чувак, просто убиваться по вечерам на подработках и потом спать на уроках — такое себе. Мог бы учёбу подтянуть... А что у тебя с ухом? — парень подошёл ближе к блондину, присматриваясь. Первые пару секунд Максим не мог понять, а что же, собственно, не так с его ухом? Может, когда падал?.. И тут перед глазами мелькнула картинка, как днём ранее синеглазый мудак прижимал его к парте, закусив мочку уха. Макс начал густо краснеть. Миша подошёл ещё чуть ближе: — Хмм... Это похоже на... — в этот момент звонок оповестил о начале следующего урока. — Мне пора, — не дав другу договорить, блондин свернул направо и удалился вглубь смежного коридора. Миша проводил спину друга озадаченным взглядом, вздохнул и вошёл в класс. «Точно прикончу его! Уроки успеются. Сначала нужно выяснить как можно больше о том синеглазом придурке. — Макс остановился у доски почёта, с полминуты побродил по ней взглядом и наткнулся на знакомую фигуру. — Бинго!» «Алексей Мирошников, 11-В. Ну пиздец тебе, Алексей» — с улыбкой подумал Макс. Далее он направился к расписанию 11-В класса, внимательно изучая каждую деталь. — До встречи на большой перемене после физ-ры, ублюдок, — бросив эту фразу в пустоту, Максим направился на урок литературы, где планировал подремать, скрывшись за большим учебником между Горьким и Маяковским. *** Пронзительный звонок с урока вырвал блондина из полудрёмы и вместе с тем оповестил о начале большой перемены. Блять, ну почему нельзя было использовать более приятный звук для оповещения учеников о новом этапе дерьмового существования? Кажется, только что была география. Её Макс любил с особым трепетом: за огромным глобусом и ещё более огромными окулярами учителя поспать было проще всего. Итак, вот час и пробил. Закинув несчастный атлас в полупустой рюкзак (учебника там не оказалось, спасибо хоть на этом), парень стремительно направился в сторону спортивного зала. Это помещение располагалось в пристройке, отделённой от основных классов длинным тёмным коридором без окон. Макс не знал, что именно хотел сейчас сказать или сделать, ведь месть должна была планироваться только завтра. Но сейчас ему неимоверно хотелось вновь встретиться с этим очкариком, посмотреть в эти блядские синие глаза и показать своё превосходство. Коридор был почти пройден, впереди дверь мужской раздевалки, откуда выходят один за другим ученики 11-В. Макс внимательно следит за каждым выходящим, боясь пропустить свою цель. Через пару минут уже никто не выходил. Но брюнета в этом потоке точно не было. «Чёрт, неужели раньше улизнул? Или не был на уроке?» — Макс осознал, что начинает нервничать, вся его уверенность и злость отступили. Парень решил было разворачиваться и менять планы, как вдруг услышал какие-то звуки в раздевалке. Он медленно вошёл в помещение, которое из-за выставленных рядами шкафчиков больше походило на лабиринт. Сделал шаг, два, пять, почему-то пробираясь на цыпочках и прислушиваясь к пространству. Первый ряд шкафов он миновал, никого не было, но и звуки стали отчётливее. И это были... стоны какой-то девчонки. К сожалению, Макс понял это поздновато. Ровно в тот момент, когда прошёл второй ряд и краем глаза заметил, как тот самый синеглазый ёбырь-террорист пялит какую-то рыжеволосую девчушку, прижав её спиной к дверце. Максим резко сделал шаг назад, прижавшись спинок к боковой стороне шкафов. Он был на другом конце этого ряда и вполне мог остаться незамеченным. Он очень надеялся, что так оно и было. Судя по тому, что парочка свои действия не прекратила, всё обошлось. Какого хрена он вообще прячется? Ситуация — тупее не придумать. Было принято решение быстро ретироваться в коридор. Однако это решение не было приведено к действие, так как Макс ощутил собственную эрекцию. «Да вы, блять, издеваетесь?!» — вопило сознание блондина. Хотя удивляться было нечему. Молодое тело требует разрядки, а буквально в двух метрах какая-то девчонка приглушённо и развратно стонет. Выходить со стояком в коридор, где скорее всего сейчас снуют учителя и ученики, не лучшая идея. Новый план: дождаться, когда эти кролики закончат и уйдут, затем дать себе время успокоиться, после чего покинуть раздевалку. А прижучить этого ублюдка можно будет и после уроков. Долго ждать не пришлось. Буквально через 5 минут девчонка издаёт фальцетный и самый громкий стон, Алексей рвано выдыхает, и всё смолкает. Далее до ушей блондина доносится шуршание одежды. Ещё минута, за спиной слышатся удаляющиеся шаги, покидающие раздевалку. Наконец, это кончилось. Максим облегчённо выдыхает. Остаётся дождаться, пока член не перестанет упираться в ширинку. Внезапно у самого уха раздаётся бархатный голос: — А ты ещё больший извращенец, чем я думал. Нравится подсматривать за другими? Макс едва ли не подскакивает на месте, но быстро приходит в себя, надевает вуаль уверенности, не сдвигаясь с места поворачивает голову в сторону голоса и едко цедит: — Это мне говорит парень, изнасиловавший другого парня? А твоя девушка знает о твоих закидонах? — медленно произносит блондин, кивая головой в направлении ушедшей рыжеволосой. — Может, стоит ей рассказать? Алексей улыбается и становится прям напротив Макса. Близко. Очень близко. Он снова вжимает того в стену, теперь уже шкафчика, но в этот раз не используя руки. В этот момент блондин понимает, что Лёша стоит в одних школьных брюках, голый торс покрыт испариной, полотенце перекинуто через плечо. Он снова без очков, а влажные волосы закинуты назад. Видимо, незадолго до этого момента Алексей был в душе. «Кто вообще пользуется школьным душем?» — только и успевает подумать Максим. В следующую секунду к его паху прижимается чужой пах. И это фиаско. Второй раз за два грёбаных дня у Макса стоит при близком контакте с этим ненормальным. Если откинуть прочий контекст, ничем натуральным тут и не пахнет. Ну уж нет. Не в этот раз. Блондин упирается руками в горячие плечи Лёши, намереваясь его оттолкнуть. Одновременно с этим брюнет трётся своим возбуждением о пах Макса, отчего хватка блондина слабеет, по коже бегут мурашки, а план с треском проваливается. Придумать новый план пленник не успевает. В следующую секунду в самое ухо ему шепчут: — Что же ты хочешь ей рассказать? Как вчера дрожал, пока я вжимал тебя в стену? — поступательное движение бёдрами. — Или о том, как я растягивал твой зад, пока ты насаживался на мои пальцы? — ещё одно поступательное движение, чужой язык скользит по шее, заставляя что-то в животе сворачиваться в тугой узел. — А может, о том, как громко ты стонал подо мной? — движения становятся всё интенсивнее. У Макса перед глазами всё плывёт от того, как возбуждение бьёт набатом по голове. — Лучше расскажи ей о том, как сильно ты кончил, пока я был в тебе. На этой фразе Лёша прикусывает кожу на шее блондина. Макс мычит что-то бессвязное, стараясь скрыть стон, и позорно пачкает брюки. Внизу живота ооочень хорошо. Самолюбию ооочень плохо. Кончить от того, что об тебя потёрлись. Полный пиздец. Дыхание никак не хотело приходить в норму. Пока Макс стоял как вкопанный с закрытыми глазами, Лёша успел полностью одеться. Поправил волосы, надел очки и снова стал похож на чёртова ботана. По пути к выходу он вручил своё полотенце блондину, намекая на то, что тому нужно в душ, усмехнулся и кинул на ходу: — Она не моя девушка. Дверь в раздевалку закрылась. — Заебись, нахуя мне эта информация? — сам к себе обратился блондин. Динамики для оповещений, развешанные по всей школе, зашуршали: — Следующим ученикам необходимо явиться в кабинет директора после шестого урока: Максим Прокофьев, Михаил Епифанов, Дмитрий Савченко... Услышав свою фамилию, Макс закатил глаза: — Да идите вы...