Лилия в тёмном лесу

Первое, что я почувствовала, — настойчивая вибрация в кармане моих джинсов. Голова слегка болела. Окончательно проснувшись, я поняла, что непостижимым образом оказалась у себя дома. «Наверное, Рик перенёс меня вчера сюда, — подумала я, пытаясь добраться до своего телефона. — Чёрт, да кому я там так сильно нужна?». Разумеется, на другом конце провода был Джей. Кто бы ещё стал интересоваться, отчего я вновь столь нагло прогуливаю уроки. От него уже было три пропущенных, которые не заставили меня покинуть царство Морфея. — Слушаю, — коротко сказала я, попутно осознавая, что проспала более двенадцати часов. — Знаешь, мне уже надоело ходить в школу и смотреть на твою пустующую парту, — хмуро отозвался Блэквуд, его голос хрипел больше обычного. — Ну, раньше же ты как-то обходился без этого, — с отсутствием всякого чувства вины ответила я ему, готовясь услышать множество ругательств. — Тебе совсем наплевать на свою жизнь? Ладно я, который привык жить в какой-то заднице и всё время менять планы на будущее, но ты-то что творишь? — он говорил это с такой интонацией, словно ему действительно было не все равно, что я делаю со своей жизнью, на которую я и сама давно положила огромный болт. — Какая тебе разница? Ты не мой парень, мы знакомы не больше двух недель, так зачем тебе меня контролировать? — я почувствовала, что сказала лишнее, ведь в прошлый раз такой же разговор с Риком привел к серьёзной ссоре, поэтому вовремя осеклась и переменила тему. — Это всё из-за Рика, я должна была ему помочь. — Хрен с тобой. Вот что творится с Лайтом, я бы очень хотел узнать. Что за чертовщина? Он ведёт себя совсем не как обычно. Пришёл сегодня посреди первого урока, весь такой крутой и невозмутимый, мало того, что опоздал, так ещё и выделывается, что такого, говорит, бесит, ублюдок, так бы и врезал. Но потом…когда посмотрел ему в глаза, я охренел. Они синие, твою мать, как у Белого Ходока, хотелось уже за драконьим стеклом домой сгонять. Я взорвалась от смеха. Засмеялась так, словно Джей был моим любимым комедиантом, особенно удачно пошутившим, хотя на самом деле меня очень веселила отсылка к Игре Престолов. — Это всё моя заслуга, — гордо сказала я перепуганному «брату Ночного Дозора». — Заметил, что он абсолютно переменился в характере? Он стал таким же, как и до появления раздвоения личности, нормальным, в общем. — Спасибо, блин, большое. Мне теперь в этой злосчастной школе совсем нечего делать. Ты на занятия не ходишь, а теперь ещё этого мелкого гада не подоставать, спокоен как удав, ещё и улыбается, сука, — ненависть просачивалась сквозь экран телефона. — Ну-ну, спокойней, чудовище, не стоит так активно плеваться ядом, — шутливо, но мягко, ответила я. — Не надо меня успокаивать. Лучше расскажи, как ты это сделала. Как ты за день справилась с многолетней работой его психиатра? — этого я говорить совсем не хотела, сама от себя не ожидала, что займусь сексом с двумя парнями в столь короткий промежуток времени. — Даже не спрашивай, всё равно не скажу. Возможно, это моё призвание. — Вправлять мозги шизофреникам? Ну конечно, хоть сейчас иди в психушку устраиваться, там тебе и место, — с наигранной серьёзностью произнес Джей. — Нет уж, пока тебя не вылечу, никуда не пойду. А тут работы невпроворот, — злить Джея Блэквуда — вот моё истинное призвание, чем я, собственно, и занималась. — И когда же ты порадуешь меня своим присутствием, о Великий психиатр? В этих белых стенах так скучно без твоих раздраженных возгласов. — Ах, вот как мы заговорили! — я не то возмутилась, не то была польщена. — Прости за то, что постоянно прогуливаю. Просто голова кругом от всего этого… — Ничего, Лия, я всё понимаю. Лайт поможет тебе? — Да, он согласился. Должна сказать, что возможно, если квартира досталась мне по наследству, то с вашей помощью я продам её и стану жить несколько иначе… — Ты ещё скажи, что уедешь из города и бросишься в бега. Тебе один год остался, поживи у меня, бесплатно и безвозмездно, а потом себе думай, как ты там будешь жить, — хриплым голосом предложил мне Джей, хотя слова его больше напоминали приказ. На секунду-две он был так убедителен, что я едва ли не начала думать, что это хорошая идея. Однако, вовремя очнулась и ответила: — Давай только не телефону. — Тогда приходи ко мне после школы. Часа в четыре. Я напишу тебе адрес, не заблудишься. Или за тобой прислать машину? — это было весьма учтиво и довольно неожиданно. — Лучше машину. Боюсь, что не смогу найти нужную улицу в срок, — отозвалась я, но согласилась на машину лишь потому что мне было попросту лень ходить по городу с больной головой и искать его особняк среди прочих. Мы попрощались, я бросила трубку. Меня вдруг пронзила мысль: зачем я только согласилась ехать к нему? На его территории я буду ещё более уязвима. В его доме найдутся и алкоголь, и еда, и афродизиак, который можно в них подмешать. Ничему меня жить так и не научила… Но я могла позволить себе этот риск, ведь он должен помочь мне. Я захотела стать ему подругой, которую он не осмелиться больше спаивать и соблазнять. Наивно, но честно, как я только и умею. Решив не ходить в школу, я начала приходить в себя. Это получалось у меня с трудом, но до встречи с Джеем было ещё предостаточно времени, так что я расслабилась и пошла в ванную. На календаре стояла пятница, поэтому я подумала, что начну нормально учиться со следующей недели. Наполнив ванну почти до краёв, я залезла в обжигающую горячую воду, легла и стала созерцать потолок. Он был белым и прекрасным. То, что мне и хотелось видеть над собой, ничего лишнего. Когда вода перестала быть горячей, а я перестала быть уставшей, моё тело вышло из ванны само собой и направилась на кухню — завтракать. Сварив себе кофе и поджарив пару тостов, я села за стол, чтобы поесть. Стоило только пригубить немного кофе и начать кушать, как из моей спальни раздался звонок телефона. Взяв телефон в руки, я поняла, что это Рик, и ответила на звонок. — Доброе утро, Лео. Как ты? Ничего не болит? — от него веяло хладнокровной заботой и спокойствием, как будто нам снова было по шесть лет, и он спрашивал, не сильно ли я ушибла коленку. — Всё в порядке. Спасибо, что принёс домой, — невозмутимо ответила я. — Ты помнишь, что вчера было? — Не особо. Помню, ты меня очень сильно разозлила, а потом…я очнулся и почувствовал себя как-то иначе… Я с облегчением поняла, что он почти ничего не помнит. Тем легче мне будет с ним общаться, подумала я и продолжила говорить: — Ты изменился. Теперь ты тот, кем был до своего раздвоения личности. — Я уже понял это. Не знаю, как ты это сделала, но спасибо тебе огромное, Лео. Сегодня я послал своего психолога и сказал, что он уволен. Кажется, ты втоптала в грязь всю его гордость и долгие годы работы со мной, — весёлым тоном рассказал мне Рикардо. — Очень рада за тебя, — улыбаясь, ответила я. — Сегодня мне бы хотелось посидеть дома. В понедельник я вернусь в школу и всё будет как раньше, обещаю. — Замечательно. Я буду счастлив увидеть тебя, — тепло сказал Рик и сбросил вызов. Я осталась довольна своей работой. Мой друг пришёл в себя, и наши отношения наконец наладились. Оставалось лишь разобраться с отцом и его мерзкими кознями. В этом мне как раз должен был помочь Блэквуд. Доев свой завтрак, я оделась в лёгкое платье цвета морской волны и легла смотреть телевизор. Так продлилось где-то до полчетвертого. Вдруг под окнами засигналили, и я поняла, что за мной приехали. Заставлять кого-то ждать мне совсем не хотелось, поэтому я накинула поверх платья кожаную куртку и спешно обула на ноги обычные балетки. Благо, на улице вовсю светило тёплое осеннее солнышко. Выбежав на улицу, я увидела чёрный ауди, из которого тут же вышел Джей. — Добрый день, госпожа психиатр, — с лёгкой насмешкой сказал брюнет и поцеловал мою руку так же, как сделал это при нашем знакомстве. Я молча отдернула руку и села на заднее сидение автомобиля. Джей зашёл следом и сел за руль. Мы плавно тронулись с места, и меня посетило чувство лёгкой тревоги: зачем я поехала с ним в его дом, если можно было встретиться на нейтральной территории? Жизнь научила меня тому, что Джею Блэквуду нельзя доверять ни в коем случае, даже если кажется, что он добр и хочет тебе помочь. — Чего молчишь? Будто я тебя в багажнике за город везу, — шутя произнёс парень, хотя мне не стало особенно спокойней. — Да так, ничего. Настроения нет, — его у меня почему-то действительно не было. Видимо, потому что я всё ещё сомневалась в том, стоит ли вообще идти в гости к этому хитросделанному брюнету. — Это из-за отца? — предположил он. — В любом случае, не надо так хмуриться. Мы обязательно что-нибудь придумаем, — обнадежил меня Джей и повернул налево. Вскоре мы доехали до края города, в район, где я ещё ни разу не была. Я думала, что дом Джея окажется особняком, как тот, в котором живёт Рик, но это был небольшой одноэтажный дом в стиле ар-деко, выделяющийся на фоне старомодных дорогих особняков. Джей открыл мне дверь, я, не торопясь, вышла, закрывая ладонью глаза от слепящего светом солнца. День был тёплым и ласковым, но я пошла за Джейем, чтобы войти в его дом. Внутри всё оказалось обустроено без особых излишеств, хотя обстановка была довольно уютная. Жильё его напоминало среднестатистическое холостяцкое гнёздышко. — Неплохо устроился, — негромко сказала я. — Пожалуй. Мне нравится то, что с некоторых пор я живу здесь один. Он направился в одну из комнат, я проследовала за ним. Мы вошли в его спальню, а затем, повернув направо, прошли ещё одну дверь и оказались в комнате, напоминающей кабинет. Джей сел на кожаный диван, я последовала его примеру и приземлилась на другой его конец, разглядывая книжные полки, уставленные увесистыми томами разнообразной литературы. Композицию довершал массивный стол, стоящий близ окна в конце комнаты, к которому прилагалось офисное кресло и рабочий компьютер. — Это кабинет моего дяди, — пояснил Джей. — Я подумал, что серьёзные вопросы лучше обсуждать здесь. — Да, согласна, — сказала я и умолкла, потому что теперь поняла, что мне и обсудить-то с ним пока нечего. — На чём мы остановились? Ах да. Почему ты не хочешь пожить у меня? Я ведь ни к чему тебя не обязываю. Это просто дружеская помощь, — снова предложил Джей, но я не стала даже обдумывать его идею. — Я так не могу, — ответила я. — Это чересчур много для меня значит. Я не хочу обременять тебя подобным образом и оставаться в таком неоценимом долгу. К тому же, я ещё несовершеннолетняя, а значит, отец имеет право вернуть меня домой независимо от того, где я живу. Так что надо думать что-нибудь ещё, — эти доводы казались мне логичными, поэтому я поделилась ими со своим другом. — Ты права. Но я ведь могу помочь тебе доказать в суде твою самостоятельность. Если ты предъявишь суду неоспоримые доказательства того, что можешь сама себя обеспечить, например, устроишься на работу и найдёшь документы на квартиру, которые подтвердят, что она принадлежит тебе, то тебя признают независимой до твоего совершеннолетия, — я была удивлена, что Джей так много знает обо всем этом. — Эмансипация, значит. Я уже думала об этом. Но пока я не нашла документов на квартиру и работу, что мне делать? — Для этого нам и нужен Лайт. Если твоему отцу так нужен богатенький зять, то Рикардо первое время может сыграть его роль. На работу по трудовому контракту я могу тебя устроить через моего дядю. Осталось только найти документы на квартиру, и дело в шляпе, — довольным тоном объявил парень и откинулся на спинку дивана. — Вроде понятно. Спасибо, Джей, ты меня обнадежил. — Да не за что пока. Когда всё кончится, тогда и будешь благодарить, — сказал он и прикрыл глаза. Мы ненадолго замолчали: я не знала, что мне говорить, а он просто сидел, прикрывая веки. Наконец мой друг решил нарушить тишину. — Дорогая моя Лия, что тебе известно об эффекте плацебо? — этот вопрос показался мне довольно неожиданным. — Хм… Лечение без лекарства, основанное на вере пациента в своё выздоровление, — попыталась описать я. Мне казалось странным, что он вдруг начал говорить об этом. — Как ты думаешь, смогла бы ты попасться на такое? — Ну, разумеется, если врач дал бы мне таблетку, скажем, от головной боли, я бы поверила, что она действует, и через некоторое время забыла о головной боли, потому что знала бы, что таблетка мне поможет, — рассуждала я, не понимая, к чему он клонит. — Хорошо. Мне ясна твоя точка зрения. Но что, если бы я сказал, что ты уже один раз попалась на эту уловку, причем, речь шла далеко не о головной боли… — с хитренькой ухмылкой проговорил Блэквуд, и мне в душу закрались страшные сомнения. — О чём ты говоришь? — удивлённо спросила я, опасаясь худшего. — Не понимаешь? А вспомни. В лагере я якобы дал тебе выпить афродизиак. На самом же деле это была обычная вода. Меня словно током ударило. Нет, не может быть, твердила себе я, но глядя на наглую физиономию Блэквуда понимала, что он не лжет. Не в силах что-либо сказать, я выразительно молчала, глядя на Джея. — Ты, наверно, думаешь, как могла тогда возбудиться, если видимых причин на то у тебя не было, — начал говорить брюнет, но я тут же его прервала: — Заткнись. Я не хочу ничего слышать об этом случае. Даже если то, что ты говоришь, правда, я не обязана выслушивать это от такого извращенца как ты, — мне было жутко стыдно обсуждать с ним произошедшее той ночью в горах, поэтому я встала, торопясь уйти от этого разговора прямиком к себе домой в тёплую кроватку. Но уйти так просто у меня не получилось: Джей ухватил меня за запястье и потянул на себя. Из-за этого рывка мне пришлось буквально упасть на него, садясь к нему на колени. Джей притянул меня к себе так близко, что я ощутила его дыхание у себя на коже, и он продолжил: — Чувствуешь? Даже сейчас ты наверняка ощущаешь это. Хотя обычно ты сдерживаешь это внутри себя, но стоит тебе сказать, что сейчас у тебя будет повод возбудиться, как ты даёшь волю эмоциям. Я оттолкнула его, однако все равно не вырвалась из его хватки и продолжала сидеть на нем сверху. Из-за того, что на мне было надето платье, я ощущала тепло его тела своей кожей. — Не говори так, будто знаешь меня! — крикнула я. — Ты в тот раз напоил меня. Да и из-за этого глупого карточного желания я оказалась в рабстве, так что у тебя была возможность делать всё что угодно. Хотя, если бы Сэм тебе не подыграл, я бы тогда вышла не самой последней. — Вот значит как. Ну, допустим, вино почти всегда работает безотказно. А вот про карты я что-то не понял. Ты считаешь, что, если бы не помощь моего друга, то смогла бы обыграть меня? — насмешливым тоном спросил Джей, и я поняла, что это вызов. — Ещё как бы смогла, — ответила я, будучи уверенной в своих силах. Играла я в самом деле весьма недурно, потому не сомневалась, что смогу обыграть Джея. — Что ж… — произнес он и перестал держать меня за руку. Я поспешно встала и отряхнулась. — Тогда предлагаю проверить. — Хорошо. Только в этот раз попрошу без рабства, — согласилась я. — Ну, я думаю, в любом случае лучше играть на желания, чтобы было интересней, — предложил Джей, попутно доставая колоду карт из письменного стола. — Окей. Только никакого рабства. И вообще, без долгосрочных желаний. — Идёт. Желания не отменяем. Играем три партии. Тот, кто выигрывает две из трёх, побеждает, — объявил он и стал раздавать карты. — Ладно, раздавай. Но ты пожалеешь, если проиграешь хоть одну. На это мой друг лишь ухмыльнулся, взяв карты в руки. Игра началась довольно неплохо. У меня было достаточно козырей, как и обычных карт. К концу партии расклад был явно в мою пользу, и в последний момент я кинула ему козырного короля, а затем выкинула двух дам и вышла. — Довольно неожиданно. Ты играешь непредсказуемо, поэтому я не сумел сориентироваться. Какое у тебя желание? — невозмутимо спросил он, как мне показалось, готовясь к какой-нибудь постыдной детской ерунде, вроде «залезть под стол и кукарекать» или «раздеться и сходить к соседям попросить соли». — Ну… В понедельник в школе ты подойдёшь к Рику, встанешь на колени и извинишься за всё плохое, что ты ему сделал, — торжественно улыбаясь, сказала я ему. — Что? — удивлённо спросил парень. — Я? Перед этим недомерком на коленях… — Именно. Даже не отнекивайся. Карточный долг — это святое, — осадила я Джея его же словами. — Ах, вот как мы заговорили… Джей снова раздал карты. Я внимательно следила за каждым движением его рук, но не увидела ни намёка на жульничество. Однако, карты мне попались довольно скверные. Половина их была одной масти, другую половину составляла сплошная мелочь. Так что вскоре мне пришлось остаться с веером карт и поражением. — Ну, давай, загадывай… — мрачно сказала я, готовясь к всевозможным пошлостям, в том числе и сексу, ведь он имел право даже на это. — Не всё сразу, — хитро улыбаясь, сказал брюнет и передал мне колоду, чтобы я помешала и раздала карты. «Теперь всё в моих руках, — подумала я, решительно глядя на Джея, — мне нельзя сейчас проиграть». Карты попались довольно неплохие, но этого явно было недостаточно. Поначалу всё шло хорошо, я отбивалась, однако дела оставляли желать лучшего. Когда колода кончилась, я поняла, что особых шансов у меня не осталось, так как многие козыри должны были попасться Джею. Так и случилось. Даже рискнув и использовав хорошую комбинацию, я осталась ни с чем. — Это второй раз. Выходит, я победил, — коротко констатировал он, и откинулся на спинку дивана. — Желания, значит? Тебе это не понравится. — Говори, — хмуро сказала я, зная, что сейчас придётся несладко. «Как меня угораздило вновь играть с этим придурком на желания? Теперь у него целых два желания, чёрт побери…». — В общем… Моё желание, — начал он, и я серьёзно напряглась, — чтобы ты сделала себе татуировку. — Ещё чего! — вскрикнула я в недоумении. — Тату — это на всю жизнь, придурок, я не собираюсь этого делать, — мой голос почти что срывался на крик. — Знаю. Потому и прошу. Я хочу, чтобы ты сделала одну конкретную татуировку. Она не займёт много места, и видно её особо не будет. Но ты обязана сделать это, потому что у нас был уговор. Я совсем растерялась, но с другой стороны мне было все равно на свою жизнь и своё тело. Отец никогда бы не разрешил мне сделать тату, хоть я и не горела таким желанием. Но после переезда мне стало плевать на своё тело и свою внешность. — Какую татуировку ты хочешь мне оставить? — упавшим голосом спросила я. — Ничего особенно. Только одну букву. — Одну букву… Это какую? — до меня не доходило, чего он добивался. — Моё имя — J. Я застыла, как вкопанная. Мне и в голову не приходила такая мысль, потому что я забыла, что его имя состоит из одной только буквы. — Ни за что. Даже не проси, — коротко отрезала я. — А я и ни прошу. Я приказываю. Это всего лишь буква, которую я напишу у тебя чуть выше груди. — На груди! Ещё лучше. Ты хоть знаешь как это больно? — я едва не срывалась на истерику, ведь он говорил абсолютно серьёзно. — Там, где я хочу набить, это не так больно. Раз мне так хочется, то ты потерпишь, — ответил он с леденящим душу спокойствием. Я молча стояла посреди комнаты, надеясь, что всё это — глупая шутка. Он взял меня за руку и повёл обратно в свою спальню. Я присела на кровать, а он стал копошиться в тумбочке. Наконец Джей достал оттуда специальную машинку с иголкой. — Ты сам её набьёшь? — изумленно спросила я. — Да. Не беспокойся, у меня уже есть опыт. Друзья говорят, я делаю всё достаточно мягко и быстро, так что сильно больно не будет. — Погоди, я так не могу. Это небезопасно. Давай хотя бы в салон пойдём, — запротестовала я, пытаясь убедить его хотя бы предоставить дело профессионалу. — Не получится. В нашем городе нет тату-салонов. Просто доверься мне. Пока я молча ожидала худшего, Джей готовил машинку к работе. Наконец он окликнул меня, и я обернулась. — Ты что, прямо так набивать будешь? — испуганно спросила я у «тату-мастера». — Да. Не волнуйся, у меня хороший почерк. Да и много писать не придется, всего одну букву, — сказав это, он приблизился ко мне, а я отшатнулась подальше от иглы. — Не бойся, я постараюсь быть аккуратнее, — произнес Джей и погладил меня по голове, проводя рукой по рыжеватым волнистым волосам. Когда он нежно погладил мою щёку, я успокоилась, хотя всё ещё не хотела этого делать. — Такое чувство, что ты своим именем клеймить меня хочешь, — не то в шутку, не то серьёзно сказала я. — Ну… ты не так далека от истины, — ответил он и протёр спиртом место немного выше груди с левой стороны. «Словно шрам на сердце оставить хочет», — мельком подумала я и оттянула вниз платье, слегка обнажая грудь, чтобы ему было удобней работать. Я зажмурилась, он начал вводить иглу под кожу. Сначала я почувствовала лёгкое покалывание, но затем вдруг стало адски больно. Я вскрикнула и уже хотела заставить Джея прекратить всё это. На моих глазах выступили непрошеные слезинки. — Терпи. Скоро это кончится, — жестко отрезал он, продолжая медленно вводить краску мне под кожу. Долго это не продлилось, но было ужасно больно, скорее всего, из-за близости к груди. Впоследствии я узнала, что он мог выбрать место куда более чувствительное. Тогда мне бы пришлось ещё хуже. Когда всё кончилось, по моим щекам катились натуральные слёзы. Я никогда не могла назвать себя сильной, к тому же была довольно восприимчива к боли, особенно такой, как боль от иглы, впивающейся в мою кожу. Джей принёс мне небольшое зеркало, чтобы я посмотрела на то, что в итоге получилось. Чуть выше сердца была написана небольшая аккуратная буква J, размером не больше полутора сантиметра. — Не плачь, милая Лия, всё уже кончилось, — сказал парень и принялся вытирать мои слёзы тыльной стороной ладони. Чуть погодя, он обнял меня, прижимая к себе. Боль утихала, но какая-то иная боль снова приходила ей на смену. — Ты доволен? Теперь мне придётся всё время ходить с твоим клеймом на груди. Как это унизительно, — с грустью пролепетала я, уткнувшись носом в его плечо. От него как всегда приятно пахло чем-то похожим на смесь парфюма и табака. — По-моему, очень красиво вышло. Не надо принимать это так близко к сердцу. — Куда уж ближе к моему многострадальному сердцу! — с горькой усмешкой сказала я, намекая на то, что тату было прямо над этим самым сердцем. Джей тихо рассмеялся и слегка отстранился от меня, убедившись, что я достаточно успокоилась, чтобы быть ироничной к самой себе. — Ну, давай. Говори своё второе желание, и я пойду домой, — обиженно проговорила я, желая поскорее убраться из его дома. — Второе моё желание — это ты, — едва слышно сказал Джей и впился в мои губы мягким поцелуем, положив свою руку мне на шею. Волна возбуждения прокатилась по всему телу, и я поняла, что домой мне удастся попасть довольно нескоро. «Всё-таки будет секс. Так я и думала», — быстро мелькнула в голове эта мысль, не принеся за собой ни капли испуга. Я приобняла его, положив руки ему на спину, в то время, как Джей влажными поцелуями спустился к моей шее. Он целовал её так, как я и любила: жестко, отрывисто, слегка прикусывая кожу. Мелкая дрожь пробежалась по моему телу. Брюнет спустился ниже, попутно расстегивая молнию на моём платье. Я уже и не думала как-то сопротивляться, ведь прошлый опыт показал, насколько это может оказаться приятно. Когда платье благополучно приземлилось на пол, Джей расстегнул мой бюстгальтер, который полетел примерно в ту же сторону. Туда же он бросил свою футболку, оставшись в одних джинсах. Я глухо застонала, когда парень принялся ласкать мою грудь языком, в то же время сжимая её руками. Чувствуя, как к моим щекам приливает кровь, я поняла, что стесняюсь лежать практически голой под ним, когда он вытворяет столь приятные вещи с моими сосками. Пока он не успел спуститься ниже, я выскользнула из его объятий и села на него сверху, взяв инициативу в свои руки. — Вау, моя девочка растёт. Не думал, что ты так скоро захочешь выразить свои чувства… — заговорил Джей, но я накрыла его губы своими, чтобы не выслушивать очередную пошлость. Он углубил наш поцелуй, пустив язык внутрь. Его движения казались бесподобными, он ласкал своим языком мой, проводил им по деснам так, что я начинала с каждой секундой всё сильнее желать его. В голове всё перемешалось. Джей скользил руками по моим бедрам, пока я стонала сквозь поцелуй от накатившего наслаждения. Незаметно для себя я начала ласкать его шею языком, покусывая её так же сильно, как и в прошлый раз, но стараясь не оставлять засосов. Затем я плавно перешла к его груди, покрывая поцелуями его торс, на котором едва проступали довольно крепкие мышцы. Спустившись ниже, я принялась расстегивать ширинку на его джинсах. Мне всё ещё не верилось, что я делаю это по доброй воле. Мои щёки пылали от стеснения, но я всё равно не прекращала своих действий. Когда я наконец расстегнула ширинку и приспустила его трусы, мне уже показался приподнятый член, успевший стать твёрдым. — Попробуй взять его в рот, — сказал Джей, от чего я смутилась ещё больше. Взяв привставший член в руку, я сделала несколько движений вверх-вниз, как видела в порнофильмах, отчего Джей издал пару тихих стонов. Осторожно опустив голову вниз, я взяла головку члена в рот, постепенно начиная шевелить языком. На ней выступила солоноватая смазка, пока я продолжала её посасывать. Привыкнув к ощущениям, я заглотила чуть глубже, почти до середины, заставив Джея издать приглушенный стон. Я много читала, в том числе и взрослой литературы, поэтому неплохо знала, как вести себя в подобных ситуациях. Двигая губами сверху вниз, я старалась заглатывать всё больше. Джей уже начал задавать едва заметный ритм, но я закашлялась и прекратила, чтобы дать себе отдышаться. — Неплохо заглатываешь, детка, — довольным тоном сказал Джей и перевернул меня так, что я снова оказалась под ним. Сняв с себя джинсы и бельё, он остался совсем голым, и я вновь ощутила ласковые прикосновения к своей груди. Коснувшись моего живота, он медленно провёл по нему рукой, заставляя моё тело трепетать от возбуждения. После этого я ощутила, как его пальцы залезают ко мне в трусики, слегка касаясь клитора. Не в силах сдерживаться я довольно громко застонала, а он скользнув ниже, ввёл в меня сразу два пальца. Внутри я уже давно успела намокнуть. Едва не крича, я продолжала стонать, его пальцы двигались с трудом, хотя мне было уже не впервой ощущать эту приятную заполненность. Двигая ими внутри меня, он задевал некоторые точки, от чего мне хотелось ощущать это всё больше и глубже. Взглянув на Джея, я поняла, что от возбуждения ему едва не сносило крышу. Наконец он медленно начал входить в меня. Я издала сладостный крик, перешедший в протяжные стоны. Джей, не в силах сдержать свой пыл, резко зашёл на всю длину. Вскрикнув от неожиданной боли, я взглянула в его серые глаза. Он наклонился ко мне и грубо поцеловал, в то же время начиная наращивать темп. Я закрыла глаза от удовольствия, полностью отдаваясь его власти. Он стал двигаться заметно быстрее, мы всё ещё целовались, хотя воздуха и так не хватало. С каждой минутой его толчки всё больше сводили меня с ума: я то учащенно дышала, то стонала в голос, даже не стараясь быть тише. Спустя какое-то время он повернул меня на спину, поставив раком, и продолжил долбиться в невероятном темпе. В такой позе я не только чувствовала себя более неловко, но и сильнее ощущала его рывки внутри себя. Под конец его движения стали до безумия быстрыми, я чувствовала что вот-вот кончу, да и он приближался к этому. Когда я испытала пик эйфории, Джей сделал ещё несколько грубых движений, а затем вышел из меня. Притянув меня за волосы, он сделал так, что я оказалась прямо напротив него. — Надеюсь, ты не будешь против, если я кончу тебе в ротик, — сказал он и снова заставил взять его член внутрь. Помогая себе быстрыми движениями руки, он финишировал в мой рот, однако, даже это доставило мне некоторое удовольствие. Мне пришлось проглотить всю сперму, что из него вышла. На вкус она оказалась чересчур горькой, словно отдающей сигаретным привкусом. Джей, учащенно дыша, упал рядом со мной, после чего прижал меня к себе и накрыл нас одеялом. Я тоже дышала очень тяжело, хотя устала гораздо меньше его. — Это было очень хорошо… Даже слишком хорошо для твоего второго раза, — удивленно похвалил меня Блэквуд, нежно обнимая за талию. — Мне тоже очень понравилось, — призналась я и сонливо прикрыла веки. «Опять я наступаю на те же самые грабли… Любимые грабли», — без сожаления подумала я. Небо уже давно заволокли тучи. Мы лежали так ещё довольно долго, наслаждаясь теплом наших тел, пока за окном не полил дождь, стремительно переходящий в ливень. — Оставайся у меня на ночь, — сказал Джей, включая телевизор, висящий напротив его кровати. — Как скажешь, — согласилась я, сильнее прижимаясь к нему. После мы все-таки оделись и даже заказали пиццу. Остаток вечера мы просто лежали, ели пиццу и смотрели фильмы, сюжет которых я не сумела запомнить.