Жизнь для неё

«Часы и месяцы тоски Готовит сон безлюбый, И снова — сердце на куски, От жажды сохнут губы. Моя ли, господи, вина, Что не могу молиться? Боль глубока, глуха, темна И длится, длится, длится.» Гёте.

***

      Настал глубокий вечер, на небе одна за одной зажигались звёзды, где-то вдали сиял золотистый месяц, тускло освящая холмистые просторы и принося с собой спокойствие и умиротворение. В доме едва были слышны шорохи последних подготовок ко сну. За окном слышался приглушённый стрекот насекомых.       Гермиона и Адели разместились в комнате у Джинни. Эта была небольшая, но уютная комнатка, Джинни любезно пожертвовала свою мягкую двуспальную кровать для гостей, а сама разместилась на стареньком раскладном кресле. Стены были украшены старинными гобеленами, и свет от свечей мягко отражался на деревянной мебели, создавая ощущение временного покоя. Маленькая Адели, уже была погружена в глубокий сон после тяжёлого дня, переполненного переживаниями и новыми впечатлениями. В силу возраста, она ещё не совсем могла понимать все тяготы и проблемы, внезапно обрушившиеся на неё. Гермиона переняла на себя всю заботу о ней, стараясь утешать сестру тем, что скоро она увидит маму и папу, а пока они просто приехали в гости к тёте Молли. Она и сама искренне верила в то, что всё наладится, просто нужно немножко потерпеть. Рядом на кровати по хозяйски развалился Живоглот, послушно мурча и подрагивая во сне хвостом.       Раздался тихий скрип деревянных половиц и мягкий стук в дверь. Это был Рон, он осторожно постучал, а затем, осторожно ступая, вошёл в комнату: — Привет, ты ещё не спишь? Я на минутку, — он говорил почти шёпотом, стараясь не нарушить чуткого сна Адели. — Конечно, проходи, — Гермиона с улыбкой показала на стул у изголовья кровати. Рон вошёл и осторожно закрыл за собой дверь. Гермиона ощутила благодарность за то, что он пришёл. Ей сейчас так хотелось с кем-нибудь поговорить, поделиться мыслями и переживаниями, мучавшими её целый день. Между ними всегда была особенная связь, Гермиона могла рассказать Рону всё, он всегда поддерживал её и никогда не осуждал. Иногда ей даже казалось, что их многолетняя дружба должна превратиться во что-то большее. Но она тут же гнала от себя эти мысли, ведь Рон — друг, самый надёжный и близкий человек. А отношения могли испортить дружбу, в глубине души она боялась переступать эту чёткую границу, выстроенную между ними ещё с первого курса. Тем не менее, его присутствие наполняло её уверенностью и давало силы. — Гермиона, я очень за тебя волновался, — Рон подошёл и тепло обнял её. — Наконец-то мы можем поговорить наедине.       Гермиона с радостью и облегчением обняла его в ответ. Рон всегда был для неё опорой, в эту минуту его большие руки дарили ощущение защиты и уверенности. Он отсранился первый, между ними повисла небольшая неловкая пауза. На мгновенье он замялся, подбирая слова: — Они найдут твою маму, Гермиона. Мы все вместе справимся, мы с Гарри тебе поможем. — уверенно и успокаивающе, заверил Рон и девушка была благодарна ему за поддержку. — И я буду рядом, обещаю, — последнее предложение прозвучало тише, как будто бы его слова имели двойной поддекст. На миг между ними повисла пауза. — Спасибо, Рон. Я правда не знаю, что бы я делала без вас всех, — Гермиона чувствовала, как ей становится легче на душе.       Рон, который когда-то был робким рыжим мальчиком, теперь стал настоящим мужчиной — крепким и надёжным. Гермиона чувствовала, как в её груди вспыхивает тепло при мысли о том, что Рон здесь, рядом с ней. Несмотря на все страхи и неизвестность, его присутствие казалось непоколебимой скалой в бурном море её переживаний.       Их разговор плавно перетек в воспоминания о прошлых приключениях в Хогвартсе, когда их "золотое трио" боролось за справедливость, и всегда находило себе кучу неприятностей. Куда утекло время? Они оба знали, что то безмятежное и беззаботное детство закончилось, и теперь их ждёт настоящая борьба за право существования в магическом мире. Волдеморт собирает армию, и уже сейчас семьи маглорождённых подвергаются нападениям. Рон поделился с ней новостью о том, что семья Коллина Криви переехала за границу, потому что на их отца тоже было совершенно нападение. Становилось небезопасно, и каждую неделю в Ежедневном пророке появлялись статьи о Пожирателях смерти.        — Это всё ужасно, — закусив губу прокомментировала Гермиона. — А что если Волдеморт не остановится и захватит минестерство? — обеспокоенно спросила она. Рон на секунду замешкался, а потом улыбнулся: — Нет Гермиона, пока жив Дамблдор, нам ничего не грозит. Нет волшебника сильнее, чем он. Волдеморт не посмеет захватить власть. — уверенно сказал парень. — Да, вот только многие думают, что Дамблдор уже...староват. И его прежние силы слабеют. — заключила Гермиона. Рон вздохнул. — Давай не будем думать о плохом, Герми. Им всем хотелось верить в лучшее.       Ещё немного поговорив, о политике, Рон предложил сменить тему. Он рассказал ей о новостях в семье Уизли. Перси, который в прошлом году так активно поддерживал министерство, осознал, что идёт по неправильному пути. Он уволился и переехал в Египет, ему предложили хорошую работу, и теперь он занимается изучением древних магических артефактов в Каире. У Чарли тоже дела идут неплохо. Он вместе с Биллом и Флёр работает в Норвегии дрессировщиком драконов. Билл, по словам Рона, сделал предложение Флёр, и теперь они собираются пожениться. Гермиона очень обрадовалась узнав эту хорошую новость, она искренне желала им счастья, ведь и отношения развивались уже целых два года. — А что же Фред и Джорж? — спросила Гермиона. — Ничего, мама говорит, что они оболтусы. — усмехнулся Рон. — Ни в какую не собираются продолжать учёбу. Они открыли магазин волшебных вредилок, их бизнес, вопреки маминым порицаниям, пошёл неплохо. Целыми днями пропадают там, изобретают новые фокусы. — Хорошо, если бы в будущем Гарри и Джинни тоже поженились. — в шутку добавила Гермиона. Рон покраснел. Он чувствовал себя несколько неуклюже, сидя рядом с Гермионой на кровати и осознавая, что и его чувства к ней начинают выходить за рамки дружеского волнения. — Эй, и ты туда же. Она моя сестра вообще-то. — буркнул он, пытаясь сесть поудобнее, чтобы его бёдра не касались девушки. Гермиона улыбнулась. — Ну и что, кажется они неплохо смотрятся вместе, ты так не думаешь? — отшутилась девушка, чувствуя некую повисшую в воздухе неуверенность. Она, на всякий случай, тоже слегка отодвинулась. Он же её друг, неловко было сидеть с ним так близко, касаясь друг друга.       Внезапно, когда разговор коснулся отношений между Гарри и Джинни, в комнату ворвалась сама Джинни. Её резкое появление заставило Гермиону всплеснуть руками в лёгком смущении.— Джинни! — шикнула она, подскочив с кровати, её щеки покраснели. — Шшш, я ничего не видела, — с улыбкой прошептала Джинни, делая знак, что сохранит их секрет, и тихо закрыла дверь. Гермиона и Рон смущённо переглянусь. — Уже поздно, мне пора, Гермиона. Пойду разгоню эту сладкую парочку, — неуклюже вставая с кровати сказал Рон. — Спокойной ночи, Рон. Спасибо, что пришёл.       Он обнял её на прощание, и было в этом объятии что-то большее, чем просто дружеская поддержка. Гермиона отстранилась, стараясь не смотреть ему в глаза. Он неуверенно разомкнул руки и потихоньку, всё так же стараясь не шуметь, вышел из комнаты. Что-то определённо назревало между ними. Пока ни один из них не готов был разбираться с этими чувствами. Да и как-то невовремя было бы начать обсуждать это. Он скучал по ней целое лето и был рад наконец, что она приехала в Нору и перед ними ещё один беспокойный школьный год. В глубине души Гермиона надеялась, что Рон сам признается ей в своих чувствах и тогда она бы ответила ему взаимностью. Никого другого, кроме него, она не представляла рядом с собой. Вместе они пережили уже столько, что, казалось, ничего не могло бы помешать им стать прекрасной парой.        Лёжа в кровати и прокручивая в голове их разговор, девушка не заметила как её окутала сонливость. Она точно знала, что Рон сделает всё возможное, чтобы поддержать её, и была ему за это благодарна. Адели сладко перевернулась во сне. Гермиона ласково поцеловала сестричку, и через короткое время сама крепо заснула.

***

      На следующее утро в Норе царила суматоха. Воздух был насыщен ароматом свежей выпечки и звонкими голосами младших Уизли, которые в предвкушении нового учебного года бегали вверх-вниз по лестнице, проверяя свои списки покупок к новому учебному году. Гермиона, держа за руку Адели, спустилась вниз, чтобы присоединиться к остальным. В гостиной Молли Уизли раздавала последние указания: — Гарри, убедись, что у тебя есть все книги для СОВ, — напоминала Молли, в то время как Рон нерешительно перебирал страницы своего списка. — А ты, Рон, проверь, не оставил ли ты ничего на кухне. Кажется, твоя палочка лежала на столе.       Первым по плану был поход в магазин мантий. Ребята за год выросли, окрепли и вытянулись, так что без новой школьной формы было не обойтись. Гермиона, в привычной манере, заранее подготовила список всего необходимого для себя и для младшей сестры. Она не знала, получится ли забрать её в школу, но была твёрдо намерена начать обучать её хотя бы теории магии, раскрыть перед ней чудеса волшебства и приложить все усилия для того, чтобы Адели пошла по её стопам. В Косую Алею они переместились через камин. Молли настояла на этом, поскольку старенький форд семейства Уизли был сломан, и поехать на нём они не могли. К удивлению Гермионы, сестрёнка выдержала такое перемещение довольно стойко, единственное последствие трансгерссии, которое перенесла Адели, было сильное, но к счастью коротковременное головокружение. Гарри вызвался нести малышку на руках, пока та приходила в себя.       Отстав от остальных, Гарри и Гермиона не торопясь шли позади. Гарри спросил у неё как прошли каникулы, и неловко начал тему, которая волновала их обоих: — Я понимаю, как тебе сейчас тяжело, Гермиона. Ситуация действительно ухудшается, , — серьёзно сказал Гарри. — Мне тоже хотелось бы верить в лучшее, но Волдеморт вернулся, и Дурсли тоже вынуждены были уехать подальше после последнего нападения. Я ... — замялся парень, — мы все, Джинни, и Рон — мы не хотим, чтобы ты чувствовала себя одиноко в этом.       Гермиона отлично понимала, что друзья не оставят её в беде, но ей было неловко просить о помощи. Не в ёё это было характере. — Спасибо, Гарри, — устало поблагодарила она. — Твои слова много значат для меня. Ты всегда знаешь, как поддержать в трудную минуту. Но... — она замялась на секунду, подбирая слова. — Я не хочу быть обузой для вас. — выпалила она.       Гарри остановился, посмотрев на неё с удивлением. — Гермиона, ты никогда не была и не будешь для нас обузой. — серьёзно сказал он. — Мы столько пережили вместе, разве ты можешь так говорить? Я всегда готов тебе помочь, в любое время дня и ночи ты можешь прийти ко мне. Даю тебе слово, я никогда не брошу тебя в беде. — его слова произвели на Гермиону сильное впечатление. Только сейчас она заметила, как сильно он изменился и вырос. Ещё вчера, казалось, они были детьми, а сегодня перед ней был Гарри Поттер, мальчик который боролся и не знал что такое сдаваться.       Пока они шли, маленькая Адели, оправившись после перемещения, любопытно оглядывалась по сторонам. Косая Аллея была полна волшебников и ведьм, разгуливающих в длинных мантиях. — Смотри, Адели! — воскликнула Гермиона, указывая на витрину нового магазина магических штучек Уизли. — Там волшебные фейерверки! К ним присоединились Рон и Джинни: — Хочешь зайти? — улыбаясь спросил Рон. — Очень хочу, — опередив Гермиону ответила Адели. Гарри опустил её на замлю, малышка торопливо подбежала к Джинни, хватая её за руку. — Пойдём, пойдём скорее! — потянув Джинни в сторону магазинчика, заторопилась она. — Кажется, примерку мантий придётся отложить. — весело заметила Джинни, поспешив за Адели в сторону магазинчика. — Мам, мы ненадолго, — крикнула она, скрываясь в толпе.       Молли только всплеснула руками, и всё семейство отправилось в волшебный магазин вредилок близнецов Уизли.       Когда они зашли внутрь, Гермиона ахнула. Это было большое двухэтажное помещение. На полочках были разложены разные порошки, зелья, сладости, и ещё куча удивительных изобретений Фреда и Джоржа. Многие из вещей Гермиона видела впервые. Адели восторженно аплодировала, увидев яркие огни. — Это невероятно, — воскликнула Гермиона. — Как же вы успели изобрести столько всего? — обратилась она к Фреду, подошедшему к ним. — Это наш секрет, — подмигнул ей Джорж. — Может желаешь что-нибудь купить? Уши для подслушивания? Перуанский порошок мгновенной тьмы? Ручку, которая будет записывать твои мысли на ходу? — парировал парень. — Эй, может и мне купить что-нибудь для веселья у вас? — Рон взял в руки флакончик зелья удачи. — Пять геллионов! — хором ответили парни. — А для меня? Я же ваш брат! — возмутился Рон. — Десять геллионов! — засмеялись Фред и Джорж.       Гермиона, на мгновение забыла о всех проблемах и вместе с Джинни расхохаталась. Адели, впервые увидев столько всего, поспешила к полочке с волшебными игрушками. Чего там только не было — маленькие игрушечные говорящие жабы, пауки, змеи, мини совы с письмами, микрофон с функцией изменения голоса. — У вас что, и мётлы продаются? — удивился Рон, поспешив в отдел для квиддича. Фред и Джорж, услышав это, смеясь, подмигнули ему: — Для тебя только веник, Рон! — хохотнул Фред. Рон игриво толкнул брата в плечо. — Не волнуйся, братец, — поддержал его Джорж, — мы уже подумали о тебе. Посмотри, что мы тебе купили. — Он поспешил за прилавок магазина, где уже толпились ученики Хогвартса, желая поскорее купить себе что-нибудь, и достал оттуда набор для квиддича, красиво упакованный и явно дорогой.       он раскраснелся от радости и смущения. — Не может быть! Это шутка, да? — воскликнул он, не веря своим братьям. Джинни удивлённо взглянула на все троих. — А мне что, веник предлагаешь? — с досадой спросила она, явно рассчитывая на то, что братья преподнесут и ей такой же шикарный подарок. — Жених тебе пускай подарит, — весело отшутился Фред, подмигивая Гарри, который неловко улыбнулся.       Гарри, стараясь не учавствовать в этом разговоре, поспешил к Рону, который уже распаковал свой подарок. Они вместе восхищались его новой метлой. — Эй! Меня подождите! — недовольно воскликнула Джинни, и тоже поспешила к ним. Гермиона подошла к Адели, которая держала в охапку кучу всяких сладостей и игрушек. — Милая, мы не унесём столько всего. Ты уверена, что хочешь всё? — ласково спросила старшая Грейнджер. У Адели горели глаза. — Всё хочу. Купишь? — хитро улыбаясь поинтересовалась она. К ним подошёл Фред: — Гермиона, для тебя и Адели действует акция — бери сколько влезет, мы угощаем. — наклонившись к ребёнку сказал парень. — А хочешь куклу, которая умеет колдовать? — предложил Фред.       Гермионе стало неловко, она даже подумала, что он шутит. — Фред, ты чего, я заплачу, но сначала мы выберем то, что нам действительно пригодится. Зачем нам столько? — обращаясь к сестре задала вопрос гриффиндорка. — Мы покажем маме и папе, — беззаботно ответила Адели. Гермиона замялась.                   Напоминание о родителях больно сжало её сердце. Ей стало стыдно, ведь пока она развлекается, папа лежит в больнице а маму... до сих пор не нашли. Фред, заметив её перемену настроения, взял её за плечо и отвел в сторону. — Гермиона, мы все тебя поддержим, — сказал он, — И неважно, что будет дальше, мы пройдем через это вместе. Пока, все эти игрушки и сладости — единственное, что мы можем сделать для вас. — посмотрев ей прямо в глаза без доли веселья заявил он. — Прими это, пожалуйста. Мы с Джорджем обсудили это, и мы будем рады если в нынешней ситуации мы сможем сделать хоть что-то, что поможет тебе и Адели отвлечься от грустных мыслей и быть, хотя бы на мгновение, счастливыми.       Гермиона никогда не была особо близка с Джорджем и Фредем, и этот жест заботы о ней и Адели поразил её. Она искренне поблагодарила его, ещё раз убедившись в том, что вокруг неё есть замечательные люди, всегда готовые помочь ей и поддержать. — Спасибо, Фред. Мне очень неловко, и...— парень не дал ей закончить и перебил: — Проблемы будут всегда, но вместе мы сила и мы всё преодолеем.       С этими словами, он направился обратно к улыбающейся Адели, предложив ей сложить всё то, что она набрала, в большую блестящую коробку. Гермиона, наблюдавшая за этой сценой, была потрясена тем, что друзья так сильно старались для них обеих. Вместе с благодарностью, она ощущала некое чувство вины. Ей очень хотелось отблагодарить их всех, и она решила, что несомненно сделает это, как только появится возможность.       День выдался утомительным, но вместе с тем принёс им много радости. Адели довольно несла в руках блестящую коробку, наполенную тем, что подарили ей Фред и Джорж. После покупок они направились обратно в Нору. На улице уже смеркалось, когда они ступили на порог дома.       На удивление, там их уже ождал Снейп, его тёмная фигура рисовалась в дверном проёме. Все, кроме Гермионы и Молли зашли в дом. — Мисс Грейнджер, — начал он, его голос был строгим, но в то же время профессор давал понять, что он здесь не враг. — Я пришёл обсудить дальнейшие шаги по защите вашей семьи.       Гермиона кивнула, приветствуя профессора. Она надеялась, что он принёс ей хоть какие-то хорошие новости. — Северус — сухо поприветствовала его хозяйка дома. — Что-то срочное? — поинтересовалась она. — У меня есть разговор к мисс Грейнджер, Молли. — холодно ответил зельевар, не собираясь вдаваться в подробности.       Молли покосилась на Гермиону и недовольно, жестом, пригласила его войти. В тот вечер им предстояло многое обсудить и многое решить. — Спасибо, — произнёс Снейп обращаясь к Молли и последовал за Гермионой в уединённый угол гостиной. Свет от камина отбрасывал на его лицо мягкие тени, придавая ему несколько менее суровый вид.       Гермиона устроилась напротив него, пытаясь скрыть своё напряжение. Она чувствовала, как в воздухе висит ожидание, и каждое его слово сейчас для неё имело огромное значение. — Мисс Грейнджер, я принёс новости относительно вашего отца, — начал Снейп, смотря ей прямо в глаза. — Ему стало лучше, но министерство решило наложить на него обливейт. Это необходимая мера безопасности, учитывая текущую ситуацию с Волдемортом. — пояснил он. — А мама? Есть ли какие-то новости? — спросила она, едва сдерживая тревогу. — К сожалению, поиски продолжаются, — отвечал он, и его тон был строго профессиональным, не допускающим лишних эмоций. — Я здесь, чтобы предложить дополнительные меры защиты для вашей защиты.       Гермиона кивнула, проглотив ком в горле. Она старалась переварить услышанное, но эмоции мешали мыслить трезво. Зачем они наложили Обливейт? Вспомнит ли отец о том, что у него есть семья? Маме тоже будет стёрта память? Где она сейчас? Рой вопросов кружил в голове, жаля словно пчёлы. — Я хочу предложить вам, провести тест на магические способности для Адели. — твёрдо сказал Снейп. — Но лучше если это будет не здесь, а в Паучьем тупике. Это место лучше защищено, и в случае чего, я смогу защитить Вас и вашу сестру. — предложил он. — Я понимаю, — ответила Гермиона, ощущая благодарность. Она не знала, делал это Снейп по поручению Дамблдора или же по собственной инициативе. В конце концов, он уже во многом помог ей. — Спасибо, профессор. — неуверенно сказала она. — Как вы сегодня добрались до Косого переулка? — зачем-то спросил он. — Мы трансгрессировали через комин. — просто ответила Гермиона. Снейп посмотрел на неё удивлённым взглядом, в котором читался немой вопрос. — Я знаю, о чём вы думаете профессор. Трансгрессии могут быть опасны, но к счастью... — девушка не успела договорить, как он перебил её, его голос стал на тон громче, а взгляд метал искры. — О чём думаю я, нестоль важно сейчас. А вот о чём думали Вы, подвергнув маленького ребёнка такой опасности, мисс Грейнджер?! — зарычал он. — Что если бы она не пережила эту трансгрессию? Как вы посмели так рисковать? Неужели гриффиндорская смелость настолько тесно граничит с безумием? — его голос почти сорвался на крик. Гермиона опешила, виновато опустив глаза, но быстро собралась с мыслями и ответила: — Всё прошло хорошо. С нами была миссис Уизли, Адели была под присмотром взрослой волшебницы. Снейп был невероятно зол таким заявлением: — Никто из всего семейства Уизли никогда не отличался сообразительностью и умственными способностями. Будьте уверены, Молли даже не подумала о последствиях. Но Вы... — яростно и разачаровано сказал он, — я же предупредил Вас заранее! Хорошо, если трансгрессия не повредила ей внутренних органов. Но отсутствие симптомов сразу вовсе не гарантирует Вам, что это не скажется на её здоровье в дальнейшем, мисс Грейнджер. — грозно выпалил он. — Простите, профессор. — Гермиона ощутила прилив стыда, ей тут же захотелось плакать, но не от того что на неё только что накричал Снейп, а от того, что она действительно наивно понадеялась на то, что одно перемещение ничего не сделает с её сестрой.       Мужчина, увидев, что Гермиона едва сдерживает слёзы, слегка смягчился. Он достал из мантии маленький флакон с зельем, закрытый деревянной крышкой. — Вам повезло, что я изучал колдмедицину. Это зелье для Адели. Оно обеспечит ей защиту от прямых атак магии. В случае опасности, оно не даст ей почувствовать боль и защитит от физических повреждений. Гермиона внимательно осмотрела флакон с буро-коричневой жидкостью. — Экстракт безоара. — констатировала она. Снейп кивнул. — Дайте ей перед сном. — поднимаясь с дивана сказал он. — И в следующий раз, думайте, прежде чем полагаться на кого-то. — холодно заключил зельевар. Гермиона встала, собираясь проводить его к двери. — Я приду за Вами обеими завтра утром, и мы отправимся в Паучий тупик. И никаких трансгрессий. Вам ясно? — смотря ей прямо в лицо спросил Снейп. — Да профессор. Я действительно не подумала. — виновато произнесла девушка. Его взгляд несколько смягчился и он более спокойно произнёс: — В девять утра будьте готовы. Не забудьте взять вашу палочку. Она понадобится вам, чтобы проверить Адели на магические способности. — Хорошо. — тихо произнесла девушка, стараясь не смотреть на профессора.       Снейп вышел, оставляя Гермиону размышлять о его словах, прокручивая всё то что он сказал. Она чувствовала себя уставшей и разбитой, а чувство вины и стыда глубоко засело в её сознании теперь. Гермиона надеялась, что зелье, которое дал ей Снейп, поможет и первая ранняя трансгрессия не оставит следов и пагубных последствий для сестрёнки.