Ложь во тьме

Куросаки Ичиго Возраст: 15 лет Цвет волос: рыжий Род занятий: штернриттер Вандеррейха Над Сильберном как всегда царили вечные сумерки, за окнами шел снег. Белые снежинки лениво опускались, чтобы быть втоптанными в землю каким-нибудь зольдатом или, если повезёт, штернриттером. На широкой кровати, стоящей посреди просторной спальни, стены которой были обклеены бежевыми обоями, мирно спал юноша лет пятнадцати с яркими рыжими волосами. Вдруг подросток открыл глаза. Посмотрев на напольные часы, стоявшие в одном из углов комнаты, рыжеволосый резко принял сидячее положение. Лицо юноши выражало волнение. Возможно, это было связано с третьим за неделю опозданием на сбор штернриттеров или с чем-то еще — мы никогда не узнаем. Махнув рукой, рыжий лениво встал с кровати и выглянул в окно. Парень был высокого роста и хорошо сложен, что было видно, несмотря на белые футболку и штаны, в которых он спал. «Как оригинально, дорогой Сильберн», — сказал юноша скучающим голосом и направился к шкафу, стоявшему по правую руку от него. Внутри подросток нашел множество аккуратно развешанных одинаковых белоснежных комплектов одежды и вздохнул. Однако взял один из них и черную рубашку, направляясь в ванную, скрытую за одной из двух белых дверей в противоположной стене. Одевшись и снова вздохнув, юноша покинул спальню и оказался в еще более просторной комнате. Три стены этого зала занимали высокие, до потолка, книжные шкафы, заправленные различного рода литературой. Единственная свободная стена была занята окнами, стройный ряд которых прерывал лишь белый мраморный камин, в котором уже трещали дрова. Хрустальная люстра, свисающая с потолка, освещала диван с парой мягких кресел, обращенных к очагу, и небольшой кофейный столик в противоположной части комнаты, вокруг которого стояли деревянные стулья, выполненные в викторианском стиле. Владелец покоев оглядел зал скучающим и скептическим, даже немного уставшим взглядом. Но через секунду лицо штернриттера приняло нейтральное выражение, свободное ото всяких эмоций, и он размеренным шагом покинул зал через массивную дверь напротив него. Императорский дворец Вандеррейха был интересным местом. Здесь можно было заблудиться, найти то, чего не искал, полюбоваться видами. Каждый коридор здесь был уникальным, особенно в корпусе, где жили штернриттеры. Каждого случайного прохожего ожидала разная участь: рядом с покоями штернриттера «Н» — Базз-Би — можно было легко превратиться в кучку пепла, если вы не аккуратны и при этом не сможете указать уважаемому риттеру на его место. В районе комнаты Бамбиетты Бастербайн — штернриттера «Е» — вообще не рекомендовалось появляться особям мужского пола ранга ниже штернриттера, а оказавшиеся рядом с покоями Аскина Нак-Ле-Варра рисковали закончить жизнь как расходный материал в экспериментах. — Здравствуйте, герр Куросаки, — остановился и кивнул один из зольдат, проходивший мимо нашего рыжего штернриттера, который даже не обратил внимания на приветствие. Как много раз самому себе признавался: потому что устал от одного и того же шокированного взгляда, будто снежинка не ожидала, что раздавивший ее вдруг с ней поздоровается. — Доброе утро, герр Куросаки, — поприветствовали штернриттера стражи тронного зала и отдали честь старшему по званию. — Как оно? — спросил юноша, не обращая внимания на формальности. — Собрание недавно закончилось, — ответил один из стражей. — Его величество попросил вас зайти к нему. — Ага, спасибо, — слегка улыбнулся (скорее самому себе, чем собеседникам) парень и зашагал дальше по коридору. Император Вандеррейха был личностью легендарной среди квинси, некоторые ему даже поклонялись. Хотя сложно относиться к кому-либо, как к священной реликвии, если он с самого детства тебя лично тренировал и занимался твоим воспитанием. Наш рыжеволосый штернриттер снова слегка улыбнулся при этой мысли. В данный момент легендарная личность занималась бумажной работой, потягивая при этом виски. Стук в дверь отвлек отца квинси от его занятий, и он ожидающе посмотрел на вошедшего юношу с рыжими волосами. — А, Ичиго, — дружелюбно протянул император, — ты снова пропустил собрание. Третье за неделю, остальные начинают завидовать тебе, знаешь ли... — Прошу прощения, ваше величество, — склонил голову предстоящий перед монархом подросток. Яхве теперь разглядел одну маленькую деталь: красные глаза его подчиненного. — Кошмары? — император смотрел прямо в глаза Ичиго и получил лишь кивок в ответ. — Ничего, что имело бы значение для Вандеррейха, ваше величество. — Ой, да брось ты это величество, сам ведь едва сдерживаешь улыбку, — рассмеялся монарх и глотнул немного виски. — Я бы и тебе предложил, — Яхве взглядом указал на стакан с коричневой жидкостью, — да вот только мал ты еще, господин глава отдела специальных операций! — император рассмеялся еще громче, как, впрочем, и рыжеволосый штернриттер, тоже разразившийся смехом. — Ну да ладно, — монарх смог успокоиться и протянул Ичиго весьма толстую папку. — Айзен? — спросил рыжий, узнавший переданный ему предмет, даже не заглядывая внутрь; в конце концов, это он подготовил эти документы для императора неделю назад. — Из твоего доклада об экспедиции капитанов в Хуэйко Мундо мне стало ясно, что Готей-13 способен одолеть лишь Эспаду и шинигами-отступников Айзена, но никак не его самого, — монарх встретился глазами с рыжеволосым риттером, в которых виднелся вопрос и искра понимания. — Вы хотите, чтобы Вандеррейх вмешался? — спросил подросток. — Да, но не просто Вандеррейх, а ты лично, Ичиго, — монарх сделал еще глоток виски. — Айзен выполнил свою миссию, мы собрали достаточно информации о шинигами — больше он нам помочь не сможет... Поэтому я хочу, чтобы ты решил эту проблему. — Вы хотите... — Оставь его в живых, в конце концов, он один из особых потенциалов, — хитрая улыбка появилась на лице Яхве. — Ваше величество, не поздновато ли? Разве Айзен не должен был сделать свой ход сегодня? — немного непонимающе спросил Ичиго. — Да, он сейчас как раз над Каракурой играется с шинигами, — улыбнулся монарх и получил точно такую же хитрую и двуличную улыбку в ответ. — Подожди, пока он закончит и появится в настоящей Каракуре. Там и останови его, город не должен пострадать, лишнее внимание нам ни к чему. — Юноша понимающе кивнул. — Будет сделано, ваше величество, — Ичиго кивнул и вышел. «Ах, до чего же он хорош! — Яхве откинулся в своем кресле и сделал большой глоток виски, от которого в горле у него начало щипать. — Кто бы мог подумать, что наше вмешательство тогда окажется настолько плодотворным!» Удильщик склонился над окровавленным телом рыжеволосой женщины и погребенным под ним телом ребенка. — Мам? Мама? Мам?! — кричал ребенок, из глаз которого текли слезы. — Хм, а ребенок вкусно пахнет... — пустой облизался. — Пожалуй, тебя я тоже съем. — Удильщик залился смехом. Ичиго широкими глазами смотрел на хищника и готовился к концу. С другой стороны, возможно, он заслужил этот конец, ведь это он привел маму на реку, где все и началось. В этот момент случилось нечто неожиданное: три светло-голубых стрелы пронзили руки и ногу чудовища, которое взвыло от боли. — Хашвальт, нечего с ним играться, — сказала фигура в черном плаще, стоявшая недалеко от Ичиго. — Да, ваше величество, — высокий человек с длинными белыми волосами, держащий в руке голубой лук, десятком стрел пронзил маску Великого Удильщика прежде, чем тот успел понять, что произошло. Все произошедшее было слишком большой нагрузкой для семилетнего ребенка — последние силы покинули Ичиго, и он потерял сознание. — Быстрее, Хашвальт, мы должны отнести его в медцентр раньше, чем мальчик очнется. Так уж случилось, что в медцентре после переливания крови Ичиго перед императором отчитывался не штернриттер «N», а штернриттер «D». — Какого интересного мальчика вы привели, ваше величество! — воскликнул восторженный Аскин. — Что-то не так с Ичиго? — лицо Яхве помрачнело, а брови нахмурились. — О, что вы, ваше величество. Процедура переливания прошла идеально, теперь он чистокровный квинси. Вот только силы шинигами и пустого никуда не делись. — Видя вопросительный взгляд императора, штернриттер поспешил пояснить. — Точнее, сил-то, как таковых нет, зато внутренние резервы реацу остались. Этот ребенок может стать самым сильным квинси после вас, ваше величество. — Яхве улыбнулся. Наконец-то он нашел тот потенциал, который ему был нужен. — Вот только мальчик никогда не сможет создать лук. Ему будут доступны все силы квинси, кроме лука. Остатки сущности шинигами, защищаемые и поддерживаемые внутренней реацу мальчика, не позволят ему освоить эту самую базовую из сил ваших детей. — Это не страшно, — ответил Яхве, — его потенциал и сила позволят ему служить Вандеррейху... Хочет он того или нет. — На лице императора появилась зловещая улыбка. После разговора с Яхве Ичиго, не теряя времени, взял свой черный, как смоль, плащ, накинул капюшон на голову и исчез, чтобы появиться в тени одного из разрушенных зданий ложной Каракуры. Перед рыжеволосым штернриттером предстала занимательная картина: капитаны все разом атакуют... Одного из лейтенантов. Ичиго почти захотелось смеяться. Способность занпакто Айзена была впечатляющей. Как удобно, что в тени никто не мог заметить нового наблюдателя этой битвы, хотя штернриттеру это больше напоминало избиение младенцев. Ой, капитаны, кажется, поняли, что их надули. Вот, они снова все разом ринулись на обладателя Хогъёку. Тоширо Хитсугая, капитан десятого отряда, упал, разрубленный почти напополам, следом за ним пал Шинджи Хирако, вайзард, затем капитан восьмого отряда Шунсуи Кьёраку и остальные. Жалкое зрелище. Капитан-командующий Ямамото, наконец, вышел вперед и окружил себя и лидера аранкаров стеной пламени. «Впечатляюще, — Ичиго окинул огонь оценивающим взглядом, — но бесполезно. Они действительно не предполагали, что Айзен подготовится к встрече с Ямамото?» Маленький мальчик аранкар поглотил все пламя занпакто капитана-командующего, и старику пришлось развлекать Айзена рукопашным боем с этим существом. Мило. В конце концов, Ямамото выиграл, но ему пришлось отведать собственного огня. Глупо. Это смешное Хадо. Очень глупо. Похоже, о деятельности под названием «разведка» второй отряд никогда не слышал, иначе Ямамото не пошел бы против Айзена вслепую. Печально, очень печально. Урахара Киске, Йоруичи Шихоин и он появились на поле боя. Ичиго взглядом, полным отвращения, посмотрел на последнюю фигуру. Шихакушо, перекинутое через плечо хаори, двуручный меч. Да, все, как император и описывал. Не будь рыжий штернриттер на задании, он бы показал этому человеку, что Айзен не самая страшная из его проблем. Впервые за несколько лет на лице юноши отразилась злость и ненависть. — Где я? Кто вы? — спросил мальчик, лежащий на больничной кровати. Его локтевые суставы были перебинтованы после недавнего переливания крови. — Успокойся, Ичиго, — добродушно улыбнулся Яхве, — мы не враги. Ты в Сильбернне, столице Вандеррейха. — Вандер-рейха? — произнёс по частям мальчик, чем вызвал еще одну удовлетворенно улыбку у фигуры напротив. — Да, Ичиго. Это страна квинси, — кивнул мужчина. — Квинси? — с явным любопытством в голосе, но все еще очень робко спросил рыжий. — Мы уничтожили монстра, что напал на тебя и твою маму. Она, кстати, тоже была квинси... И, более того, ты тоже квинси. — Мама? Где моя мама? Папа? Карин? Юзу? — сейчас даже человек, никогда не видевший детей, понял бы, что у ребенка началась паника. — Успокойся, Ичиго, — сильные и теплые руки крепко держали плечи мальчика, — тебе ничего не угрожает. — Но мама... — К сожалению, она умерла, пустой съел ее, — Яхве наиграно опустил глаза, изображая сочувствие. — П-пустой? — мальчик был готов расплакаться. — Монстр, что напал на вас, — мрачно ответил император. — Мы не успели вовремя, прости Ичиго, просто мы не ожидали, что твой отец будет бездействовать. — Внутри Ичиго как будто сверкнула молния, мальчик уставился на собеседника, как на умалишенного. — Да, ты ведь знаешь, что твой отец с легкостью бы расправился с Великим Удильщиком? — Ичиго не стал спрашивать, кто такой Великий Удильщик, очевидно, это было имя пустого, убившего его мать. — Н-нет, он никогда об этом не говорил... Но это я виноват, я пошел... и... — Не вини себя в смерти матери, Ичиго, — сказал император, — ты был бессилен, когда вы встретились с этим монстром. И более того, ты все еще ребенок. Виноваты те, кто, имея силу, предпочли не использовать ее, а имея знание, скрыли его. Тогда у Ичиго было много вопросов. И он получил ответы на все. Кем был его отец, почему он скрывался от шинигами. Кто такие шинигами. Этот человек! Он не спас самого дорого Ичиго человека из-за страха быть раскрытым! Рыжеволосый сжал кулаки. Он ненавидел этого человека. Ишшин Куросаки перестал быть его отцом восемь лет назад, когда продемонстрировал готовность пожертвовать женой и сыном ради собственной игры. С тех пор мальчик рос без отца; ближе всего к этому пустому месту оказался император квинси, Яхве. Сейчас они ведут разговоры с Айзеном, в которых последний рассказывает собеседникам о том, как он уже стал богом. Ичиго усмехнулся. Сегодня он покажет этому любителю пустых, каково страдание от естественного отбора. Но что это? Еще две фигуры в черных шихакушо появились на поле боя. Две девочки лет одиннадцати. Одна из них с серыми глазами и черными волосами до плеч, вторая с коричневыми глазами и рыжими волосами, чуть темнее волос Ичиго. Нет. Он не мог втянуть их в это. Только не Карин и Юзу. Да Ичиго сейчас наплюет на задание и расстреляет этого старого гада и все свалит на Айзена. Нет. Надо держаться. Он — штернриттер Вандеррейха и не предаст веры императора. Кидо Урахары поразило Айзена. Мерзкий тип этот торговец, один из особых военных потенциалов. Ох и надоело же в какой-то момент рыжему следить за этим человеком, составляя досье на него последние несколько лет. Кидо не сработало. Еще кидо. Еще... И все бесполезно. Трансформация Айзена. Все, включая сестер Ичиго, проигрывают и падают без сознания. Айзен открывает Сенкаймон и уходит вместе с Ичимару, который до этого просто наблюдал за боем. Ичиго подходит, закидывает Карин на одно плечо, Юзу на другое и исчезает в тени. Появившись в настоящей Каракуре, рыжий первым делом отнес сестер домой и уложил их в постели. Юноша был приятно удивлен, узнав, что Карин получила его комнату (о том, что ее получила именно Карин, можно было судить по нагромождению спортивного инвентаря). «Теперь назад к делу», — решил Ичиго и исчез в Хиренкьяку. — Надеюсь, теперь ты понял всю бесполезность своих попыток отомстить мне, Гин? — улыбаясь, Айзен смотрел на искалеченного Ичимару и Рангику Мацумото, рыдающую над умирающим другом. Напротив этих троих стояли дети, обычные подростки. Тацки Аризава, Мизуиро Коджима, Асано Кейго, Чизуру Хоншо, Ясутора Садо и Орихиме Иноэ. Двое последних были, конечно, не совсем обычными из-за воздействия на них реацу сестер Куросаки. Айзен обратил внимание на эту группу. — Что ж... Вдруг между детьми и бывшим капитаном приземлилась фигура в черном плаще. Человек снял свой капюшон, и перед собравшимися предстал юноша пятнадцати лет с яркими рыжими волосами и безразлично-холодным лицом, ореховые глаза смотрели на обладателя Хогъёку, прорезая дыру в нем... Еще одну, ибо бывший капитан уже представлял из себя антропоморфное создание с тремя парами насекомоподобных крыльев и дырой в центре тела, в которой сиял фиолетовый камень. — О... Я не ожидал тебя увидеть. — Предатель улыбнулся еще шире, а группа детей, особенно Тацки, заметила, что этот парень на кого-то похож, но на кого? — Чем обязан столь приятной встрече, Куросаки Ичиго? — рыжий промолчал. Группа подростков стояла, стараясь не обронить нижние челюсти. Так вот как выглядит пропавший брат Юзу и Карин и друг детства Тацки. Честно говоря, черноволосая чемпионка по карате даже не узнала своего друга: дело не в изменениях, связанных с возрастом. Ичиго, которого она знала, улыбался, его глаза были добрыми... А этот человек — от него веет холодом. — Ичиго... Это правда ты? — робко спросила Тацки. — Рыжий равнодушно посмотрел в сторону группы подростков. — Орихиме Иноэ, — сказал штернриттер, у рыжеволосой девочки мурашки по спине пробежали от этого холодного голоса, — защити своих друзей. Мне известно о твоей способности. Ясутора Садо, — ничего не выражающий взгляд упал на гиганта, — не пытайся принять участие в битве. И да, Тацки Аризава, это действительно я, брат Карин и Юзу. Взгляд подростка вернулся к ухмыляющемуся Айзену. Этот кандидат в боги недавно растерял последние крохи осторожности. Рыжий прекрасно понимал ход мыслей своего противника и намеревался воспользоваться самоуверенностью Айзена, возникшей после легкой победы над Готеем. — Я думаю, просить тебя перенести битву будет лишней тратой моего времени... — произнёс Ичиго. — Бессмысленное предложение... — продолжить Айзену не дала ладонь Куросаки, схватившая лицо бывшего капитана и улетевшая вместе с ним куда подальше от города. — Кто сказал, что это было предложение, Айзен? — Холодно спросил штернриттер и отправил повелителя аранкаров в короткий полёт до земли, в которой по окончании оного возник впечатляющего размера кратер, на границе которого грациозно приземлился Ичиго. — Начнем, Айзен. — Могу я узнать, что привело тебя сюда, Куросаки Ичиго? — спросил Айзен, поднявшийся на ноги. Ухмылка оставила его, уступив место раздражению. — Насколько я помню, квинси ненавидят шинигами. — Ты выполнил свою роль, Айзен, — спокойно ответил штернриттер, — Вандеррейх в тебе больше не нуждается. Но я не представился. — Рыжий улыбнулся, эта улыбочка могла сравниться с фирменной улыбкой Соске, от которой у всех, кто ее видит, обычно мурашки по спине пробегают. — Штернриттер «B» — Black Ичиго Куросаки. — Оу, так вот кто украл тебя прямо из-под моего носа. Однако мы заговорились, — ухмылка вернулась на лицо бывшего капитана, после чего он исчез и появился за спиной Ичиго, который вовремя исчез в хиренкьяку. Стоило Айзену остановиться, как зееле шнайдер чуть не срубил ему голову, только вовремя выставленный блок спас шею владыки Хуэйко Мундо. — Как интересно, Куросаки Ичиго, ты решил не пользоваться луком? А ведь это твой единственный шанс в битве против меня. — Одним ударом Айзен разрубил зееле шнайдер пополам, и только хиренкьяку и блют вене спасли рыжего от глубокой раны на груди. — Зачем же ты уходишь, Куросаки Ичиго? Расстояние имеет значение только тогда, когда противники равны по силе... А в нашем случае.... Ичиго стоял на скале, что возвышалась над полем боя: — Я следую твоему совету, Айзен, — все так же холодно ответил Куросаки, не позволяя противнику закончить фразу (Ичиго нравилось злить своих врагов, намного проще после этого с ними сражаться), — вот только я не могу создать лук. — Лицо бывшего капитана расплылось в ухмылке. Он уже хотел продолжить свою тираду, но его противник поднял руку вверх, и десяток черных хайлих пфайлей появился над головой рыжеволосого квинси. Ичиго махнул рукой по направлению Айзена, и все стрелы тут же сорвались. Кандидат в боги едва успел ускользнуть от летящих в него снарядов и отразить один из них. — Впечатляет, Куросаки Ичиго. Суметь создать стрелы без лука — похвально. Но этого мало, чтобы победить меня. Видишь ли, я перешел на новый этап существования, я стал... — Помолчи, Айзен, — раздраженно ответил штернриттер, все это время стоявший на скале. Ичиго снова поднял руку вверх, но на сей раз над его головой появилось множество святых стрел. — Я был бы разочарован, если бы моя предыдущая атака сразила тебя. Посмотрим, сколько ты продержишься. Здесь ровно пять сотен хайлих пфайлей. — Штернриттер снова махнул рукой, и стена стрел устремилась в капитана. — Бакудо восемьдесят один: Данку, — произнёс Айзен, — ты думаешь, что в состоянии измерять мою силу, мальчишка? Я... — прорвавшиеся через бакудо несколько десятков хайлих пфайлей не позволили бывшему капитану закончить, пришлось срочно уходить. — Да как ты смеешь?! — Соске снова хотел затеряться в длинном монологе о собственном превосходстве, но у штернриттера «В» были другие планы: он вовсе не планировал давать противнику время на передышку. — Как насчет тысячи? — стена стрел в два раза плотнее предыдущей грозила стереть свою цель с лица земли. Айзен успел уйти, но пара пафлей все-таки пронзила его плечо и лодыжку. — Неплохо, а как насчет трех тысяч? Да, Айзен, я ведь не использую гинрей коджаку, у меня нет предела в тысячу двести стрел в секунду. Единственный предел — предел реацу. — От этой волны бывший капитан уклонился с огромным трудом, на сей раз стрелы попали в другое плечо, три оказались в груди и животе, еще две в бёдрах. — Печально, Айзен, — Ичиго помотал головой. — Подумать только... И это ведущий военный потенциал... Может, стоит отдать это звание Урахаре? Или Зараки? — Да как ты смеешь?! — воскликнул капитан-отступник, все еще стоявший, хоть и с трудом, на плато у скалы, где на него сверху вниз смотрел штернриттер. — Тебе кажется, что из-за одной раны, нанесенной мне, ты стал богом?! — Айзен истерически смеялся. — Не ври себе, человек! — тело кандидата в боги поглотил столб фиолетовой реацу, вскоре растрескавшийся и открывший взору антропоморфное существо с черной маской, белыми глазами, белым телом с тремя дырами в районе торса и четырьмя парами кожистых крыльев, на конце каждого из которых была дополнительная маска пустого, а в центре полураскрытые глаза. — Ты все-таки не позволишь какому-то жалкому человеку победить меня, да Хогъёку. — В одной из масок на конце кожистых крыльев сформировался небольшой фиолетовый шарик сэро, прилетевший в Ичиго. Глаза штернриттера расширились, когда он почувствовал всю мощь этой атаки. — Кирхенлид: Занкт Цвингер! — воскликнул юноша. Тут же множество крестов квинси окружили его. Сэро столкнулось с одним из защитных столбов, и случился взрыв, напоминавший ядерный... Наличием грибочка и размером кратера после него. Когда пыль осела, взгляду Соске предстал невредимый Куросаки с явным раздражением на лице. Не говоря ни слова, парень вытянул левую руку. — Что ж, Айзен, — наконец, сказал Ичиго, — похоже, мне придётся сражаться с тобой серьезно. Да будет так, — перчатка слетела с левой руки юноши. — Фольштендих. — Столб черной реацу на секунду скрыл Ичиго от взора Айзена, а потом весь свет пропал с небес, как будто ночь наступила раньше. Но на небе не было не только луны, но и звезд; казалось, на весь мир кто-то пролил чернила. — Безлунная Ночь, — сказал Ичиго, появившийся из столба черной реацу, — это название моего фольштендиха. Как ты знаешь, Айзен, мой шрифт «B» означает Black. — Спокойно сказал штернриттер, который обрел три пары черных, как уголь крыльев и теперь просто висел в воздухе. — Я повелеваю тьмой. Теперь тьма окружает весь мир. Эта битва окончена. — Один взмах рукой, и сотни цепей обматывают тело предателя. Еще взмах, и семь огромных кольев пронзают тело Айзена, который кричит от боли. — Вы, шинигами, считаете себя богами смерти. Но вы боитесь ее и тьмы, лежащей по ту сторону, — продолжил рыжий. — Радуйся, Айзен, его величество приказал оставить тебя в живых, так что я не могу убить тебя, но это не значит, что я позволю тебе выйти сухим из воды. — В голосе Ичиго чувствовался пепел. — Ветер смерти. — Потоки тьмы проносились мимо Соске со страшной скоростью, царапая, поджигая, высушивая и вновь раздирая его плоть. Вскоре от кожи на этом существе не осталось и следа; Айзен упал без сознания, а цепи и колья растворились. Спустя некоторое время тело бывшего капитана начинает регенерировать. — Ха! Ичиго Куросаки, ты не смог победить меня! — воскликнул Айзен. Ичиго приземлился рядом с мужчиной, в руке у юноши был черный, как ночь меч. — Ты глупец, Айзен, — с этим словами фольштендих штернриттера «B» исчез, как и сам Ичиго. Зато появился Урахара. Слушать разговор этих двоих штернриттеру «В» совсем не хотелось, потому он просто шагнул в тень и исчез, удостоверившись, что кидо, вложенное Урахарой в Айзена ранее, сработало и запечатало предателя.