Поможешь - выживешь.

Меня разбудил Гаюс. С трудом уснув из-за скрежета и шума бури, мне было сложно подняться. Он был как всегда учтив и заботлив, только по его насильно натянутой улыбке я сразу поняла, зачем он здесь. Поиски, что же еще им может от меня понадобиться? Таблетки и подобные лекарства, которыми так старательно меня качали, сработали. Я чувствовала себя нормально. Но на душе будто кошки скребли, после последней нашей встречи со Слендером я вообще не знаю, как с ним теперь можно общаться. Увидев в дверях дворецкого, я первым делом испугалась того, что за ним войдет и безликий. К моему счастью, его вообще нет в этом доме! — Да, он сразу же ушел поохотиться после вашей стычки, — сухо отвечает Гаюс, подав на мой стол поесть и усадив меня за него. — Ешь, сегодня у тебя сложный день. Заставляю себя есть, хоть и кусок в горло не лезет. Мои мысли всецело принадлежат той мелодии, что мне сыграли на рояле. Он же мог выбрать что угодно, но нет, сыграл именно эту! Что-то хотел конкретно мне этим сказать, только вот что именно? Мне после такого «намека» хочется только держаться от этого упыря как можно дальше. — А сколько Слендеру лет? — смотрю, как Гаюса передергивает. — Ему... а тебе зачем? — косо смотрит на меня, а я на него. — Или ты все перевариваешь, что было вчера? — Он так хвастал своим возрастом, вот и решила узнать, — подаю ему опустошенную тарелку. — Около четырехсот, возможно и больше, — хмыкает под нос и с явным недовольством из-за моего любопытства. — Еще вопросы? — Гм... Странно. Ты говорил, что Слендера знают из-за похищений 14 детей и... — Скажем так, никто до последнего века не давал значение такой «напасти», как наш хозяин. Я у него непосредственно с этого момента, но мы знакомы достаточно долго, — задумчиво рассказывает старик, убирая столовые приборы на серебряный поднос. — Также мне известно наверняка, что тех детей Вельзевул не трогал. Это сделал кто-то другой. Последнее несколько удивило меня. Но я не решилась расспрашивать подробностей, времени у меня мало. Гаюс вот-вот поведет к порталам, куда мне так неохота идти. Кажется, монстр был прав, мои эмоции в последнее время правда нестабильны. Еще секунду назад я хотела поскорее разобраться с очередными поисками, от них никуда не деться. Но сейчас я чувствую апатию и нервозность. — А сколько тебе было лет, когда ты попал в Параллель? Это достаточно давно было, — пытаюсь отвлечься и заодно отвлечь от себя дворецкого. Он и правда за мной наблюдает. Наверное, как бы ни психовало наше чудовище, его интересует моя персона. Учитывая, как он украл меня, уведя из-под носа у стольких соседей! Неужели никто не видел меня в компании этой твари? Как же мне хочется, чтобы родители не так страдали и убивались в поисках такой несносной дочери как я. Как все странно получилось... До сих пор не задавала себе этого вопроса: «Почему он не убил меня?!» Злая шутка судьбы или то перст проведения, но я все еще жива. Он защищает... — Мне было лет сорок пять, — чешет затылок. — Тогда я был такого же мнения о нем, что и ты. Видел в нем зверя, что, прикрываясь войной, выполнял странные вещи, порой даже выходящие за грань понимания. — Война?.. — но тут же осекаюсь. — Ах да! Вторая мировая. Так вы там были врачом? — Эх... Главным хирургом на два гарнизона солдат, — кивает, хмуро отведя взгляд. — Он пришел ночью «подкрепиться», наши не сразу поняли, что это не человек. Меня он вырубил в самый разгар бойни, как потом понял, случайно не рассчитал удар. Затем утащил сюда как ищейку, но после провала заставил остаться в Параллели. — Ужас! — ошарашенно подскакиваю. — Так он уже и тогда безнаказанно бесчинствовал... — Нет-нет, ты не подумай, глупышка! — пугается старик, вспомнив, что я, собственно, сама была подобным образом затащена сюда. — Вельзевул... как бы это объяснить... короче... Да! Ты права, так оно и было... Окаменев, стою, уставившись на Гаюса. Что он такое говорит? Он признал, что Слендер буйствовал и убивал просто так! Меня, должно быть, дурят, как с теми лекарствами? Он только недавно уверял, что этот безликий ужас ничто не делает просто так! Как только такое возможно? Старик что-то скрыл. — Ты утверждал мне, что... — но дворецкий не дает мне и слова вставить, указав мне жестом, чтобы я послушала дальше. — Пора, Гера. Если Вельзевул нас застанет еще дома, то будут проблемы. Мы и так задержались на непростительно долгое время. Мы шли по коридорам тихо, ничего не говоря или рассказывая. Лишь наши глухие шаги, что разносило эхо по этому лабиринту. Разве только эти странные перешептывания в темноте, которые даже не замечаю. Внутри меня все кипело и жгло. Я была не готова к тому, что мне рассказывал дворецкий весь этот час. Была некая тупая боль в теле, словно меня что-то било и терзало. Но, не подавая виду, я иду за стариком, проверяя свой фонарь. Сейчас этот металлический друг кажется легче обычного, да и цвета был черного. Щелкаю выключатель, смотря на желтый луч света, что падал под ноги. Все исправно... Все работает... Тяжело вдыхаю прохладный воздух, подняв свой взгляд на черный потолок. В голове так или иначе не предстоящие поиски. Я окончательно выбита из колеи. Слендер и война... Как же это дико звучит! В моей голове так ярко предстала эта худая фигура в этом и без того жутком фоне военных действий. Неужели этот дикий и безжалостный упырь пользовался таким «идеальным» прикрытием для своих забав? Почему о монстрах не было хотя бы баек от военных? Это же такое важное историческое событие... Боги, что еще скрывает этот дом? Что я в следующий раз еще интересного услышу?! Только вот подмечу, что Гаюс рассказывал все скомкано и просто, без деталей или акцентов. Будто кинул мне лишь обрезок из всей газеты. Но этой серой каши хватило, чтобы во мне загорелся слабый огонек вины. Я слишком часто в последнее время чувствую это. Мне так не по себе из-за смешанных чувств и эмоций по отношению к этому монстру. — Гера? — я не слышу, как меня окликает голос Гаюса, с мрачным видом лишь шагаю вперед. Тут встречаюсь с чем-то лбом. Черт! Я так отчаянно переваривала новую информацию, что не заметила, как дворецкий остановился и наблюдал за тем, как я шагаю в произвольном направлении. Поднимаю взгляд и светящийся луч фонаря. Ой... Надо мной, сгорбившись, стоит виновник моих терзаний, недовольно расставив руки по швам, скалясь и шипя. Я врезалась в его живот, а теперь еще и получаю от него затрещину в ухо. Меня чуть косит от боли в ухе, куда, собственно, был направлен основной удар. Но меня отвлек от этого острый запах запекшейся крови. Неосознанно пятясь назад, осматриваю его забрызганную кровью часть видимой рубашки, как хорошо, что костюм черный и я не вижу полной картины во мраке пространства. Гаюс же говорил, что этот упырь охотился. Фу! Не трогай меня! Меня точно вывернет теперь. — Почему ты еще её не отправил?! — злобно бася, возмутился безликий, наподдав мне вдогонку, чтобы шла к своему спутнику быстрее и не мешалась под его ногами. — Уже как полчаса ей полагалось быть в театре, глупец! Мне что, самому отвести? Мы оба одновременно отрицательно замотали головами. Нет уж, спасибо, меня сейчас вырвет из-за этого запаха за какую-то минуту, а тут идти с ним. Не-не-не, фигушки тебе! Как же противно прекрасно понимать, что он делает с людьми, и не иметь возможности хоть как-то этому мешать. Хотя... Мы же едим курицу и свиней, они ведь наверняка так же о нас бы думали. Но все равно, мне противно! Подумать только, что я сравниваю людей с животными. Его пример в выражениях заразителен. Дайте мне мыло, я накажу саму себя за подобные высказывания. Рыча, монстр жестом указывает нам идти прочь, хотя я лучше побегу. По голосу стало ясно, что он недоволен нашей задержкой, ну или снова не в духе. Как обычно. Так и так, все равно будем виноваты. Решаюсь оглянуться, думая, что он уже ушел прочь по своим делам. Но нет, Слендер стоял все в той же недовольной позе, провожая нас сверлящим взглядом. Быстро-быстро доходим до первого поворота и скрываемся за ним. Только вот чувство страха того, что этот гад появится снова рядом, меня не покидало, навязчиво нагнетая и без того мое нулевое настроение. Терзания лишь продолжились с новой силой. Что-то не так? Почему меня трясет? Плохое предчувствие?.. Как же мне плохо из-за тебя, Слендер. Впереди показалась резная каменная арка, потолок будто сам по себе заметно вытянулся вверх, еще выше. На черном мраморе этой арки были вырезаны самые странные и замысловатые знаки и узоры, что я когда-либо видела. Интересно, их сложность лишь напоминала мне индийские или арабские узоры. Так или иначе, переплетения этих каменных роз и странных ломаных линий похожи на очертания людей. Все венчал странный знак на самом верху, будто был чем-то выцарапан поверх какого-то другого, что был сбит этими же царапинами. Перечеркнутый круг уродовал все это великолепие. Здесь поработали чьи-то когти! — Что это? — проходя под этой аркой, тихо спрашиваю у старика. — М? — оборачивается, непонимающе взглянув на меня, а затем на то, как я указываю на арку. — А, ты о ней. Это когда-то был портал, не допускающий в эту часть дома, но Слендер сорвал его и поставил свою печать. — Поставил? По мне, так он изуродовал эту красоту! — с укором вглядываюсь в эту самую «печать». Дальше мы прошли в странную залу, оказавшуюся тупиком в этом длинном путешествии через весь дом. Интересно, насколько он большой? Наверное, та еще громадина. Здесь было достаточно светло, хотя я не заметила никакого источника света, нежели в бесконечных коридорах. Ни подсвечника, ни намека на лампочки или еще что-то. Но примечательно было не это; когда я ступала по красному ковру, мне грешно опустить эту подробность. Все стены были облицованы зеркалами... Все! Это были массивные зеркальные плиты шириной от метра, что уходили под самый потолок, который, кстати, тоже был зеркальным. Поразительно! Моему восторгу не было конца, так как это была не такая уж и маленькая комната, по площади чуть меньше гостиной с камином. Здесь так красиво. Хоть они все и были покрыты царапинами, местами мутными, с затемнениями, как и любые старые зеркала, но это придавало лишь благородную старину. — Ого... — почти благоговея ко всему увиденному, кручусь на месте, осматриваясь. Гаюс же не разделял моего восторга, будто вокруг были все те же непримечательные черные стены. Он все шел вперед и остановился лишь у противоположной входу стены. Но, догоняя его, я невольно опомнилась, повторно осмотревшись. Отражения, где же вы? Зеркала показывали лишь пустую комнату. Ни меня, ни Гаюса, только те же зеркальные стены вокруг и красный пол. — Эээ... А так должно быть? — указываю на зеркала перед нами и отсутствие в них отражений. — Конечно, это же комната порталов! — отвечает таким возмущенным тоном, словно я должна была все это знать давным-давно. В этот самый момент перед нами и открылась эта шипящая дыра в пространстве. Меня на автоматизме обдало холодком по спине. У меня с этими самыми порталами совсем не вязалось, стоит через него перешагнуть, так «привет, головокружение». Отшагиваю назад, вглядываясь в эту преисподнюю. — Все так и боишься их? Ничего, скоро привыкнешь, всех из-за них вначале крутит. Ой! Подожди-ка, — ухмыляется дворецкий, начав что-то быстро искать во внутреннем кармане своей серой формы. — Чуть не забыл! Возьми, без этого в портал не впустит. Рука в шелковой перчатке протягивает старый конверт, обклеенный марками с какими-то пейзажами и афишами. Очень красивым почерком с вензелями было старательно написано следующее:

«Пригласительный на одну персону, на имя ОЧЕРК. Театр ОЧЕРК. Явиться к ОЧЕРК»

Эти самые очерки были не чем иным, как старательно залитыми чернилами квадратами, из-за которых было невозможно ничего прочесть. Какое странное это приглашение. Вопросительно косясь на Гаюса, хочу уже распечатать конверт, но, подпрыгнув, старик вскрикивает: — Не вздумай! Это надо делать будучи в поисках, а так без толку, — теперь и он дает мне тумаков, хотя для меня они приятны и вызывают лишь улыбку, ведь это не Слендер. — Рассыпятся в прах твои все подсказки! — Хех, хорошо-хорошо! Только отпусти ухо! — смеюсь, пока он таскал меня за уши и причитал, какая я безответственная. В последний раз дает мне подзатыльник, и я его наконец-то могу обнять. Что бы ему ни приказывал этот монстр, но для меня этот ворчун в очках стал главной отрадой. Хоть и он всегда кряхтит и нравоучает. Подняв руки вверх, дворецкий лишь удивленно смотрит на меня. — Спасибо тебе, Гаюс, — выдыхаю, уткнувшись в его смокинг. Он лишь нежно приобнял меня и, улыбнувшись, похлопал по спине со словами: — Ну у меня тоже была дочь, так что помогать таким глупышкам как ты — это бальзам на душу. А теперь соберись на поиски окончательно, — разворачивает меня к порталу. — И хочешь совет? Когда шагаешь в портал, думай именно о переходе на другую сторону. Помогает сконцентрироваться, и портал тебя спокойно воспримет. Киваю, благодаря за такой полезный совет. Как странно, чувство тревоги все продолжает нарастать. Но нужно взять себя в руки. Немного помешкав, я шагаю к порталу, и уже когда входила в этот омут, решила повернуть голову к Гаюсу, чтобы попрощаться. Только за улыбающимся дворецким мой взгляд поймал странную черную фигуру с ядовито-зелеными хищными глазами. Меня чуть дернуло, ведь я испугалась этого! Нечто было выше, и... Я просто не успела рассмотреть дальше за эту секунду. Мгновение — и я уже шагнула в портал, слыша удаляющийся голос дворецкого: — Удачи тебе! — но я не смогла ответить, заметив ту тварь, будто воды в рот набрала. Еще секунда, и меня уже выкинуло в холодное неизвестное пространство. Только это и вырвало тот шок и испуг, что были. Боги, что это было там? Должно быть, то была галлюцинация, после этих порталов мое зрение всегда мутится. Сейчас, собственно, держась за голову, я прихожу в себя. Конечно, было легче обычного. Намного! Меня не мутит, и впервые мои ноги устояли. Отличное начало, несмотря на глюки и звездочки перед глазами. Не-е-ет, это точно была галлюцинация. Теперь я уверена. К тому же, в доме у Слендера кто-то чужой? Да он его сожрет, не успеет тот опомниться и понять, что же на него накинулось. Он мне сам говорил, что его дом — самое безопасное место для меня. Очухавшись, стараюсь разглядеть, что же вокруг меня. Но, как обычно, лишь очертания странных предметов и страшный гул вокруг. Но это небольшое помещение, эха нет. Щелчок фонаря — и перед моим взором оказываются почти добела выцветшие афиши в пыльных позолоченных рамах. Под ногами скрипят осколки стекла, некоторые рамы лежат на полу, разбитые и поломанные. Смотрю дальше, посветив вправо, вижу старые кассы, что были грязными и в пыльной паутине, которая кусками свисала то тут, то там. Это был холл театра, о котором говорили слуга и его хозяин. Портьеры, гардины, диванчики и стулья нагромождением перекрывали выход, словно кто-то баррикадировался изнутри. Лишь из щелей этих баррикад проникали красные лучики света снаружи. Интересно, что там снаружи? Наверное, какой-то город... Слышу странный скрежет позади себя и, резко обернувшись, освещаю со скрипом открывшуюся дверь из тех, что вели дальше вглубь театра. Никого за этой двустворчатой дверью не было, к моему счастью. Всего их было три, стояли рядом друг с дружкой. Над этими дверьми какие-то указатели, но текст нечитаем. Здесь был сквозняк, так что особо не пугаюсь шорохов из-за разлетающихся кусочков мусора. Ладно, нельзя так задерживаться на одном месте. Прошлый опыт меня прекрасно научил тому, что в этих местах не бывает пусто. Кто-то здесь точно водится, так что пойду-ка я вперед, в темноту. Заодно открываю конверт, это было самым легким в этих поисках, старый клей легко поддался. Вижу сложенный план здания, который я сразу же развернула. Внутри плана оказался приятный бонус: первая записка! Я так увлеклась всем этим, что не замечала странного чувства присутствия рядом кого-то еще. За мной следили.