Сильные люди тоже ломаются.

Аладдин осторожно приблизился к единственному освещённому окну Цитадели. Оттуда не доносилось ни звука, но юноша знал — некромант там. Герой заглянул внутрь: маг стоял у стола в лаборатории и смешивал какие-то реактивы, из ёмкости, в которую он выливал содержимое бесчисленных мензурок, сочился то синий, то фиолетовый пар. Приглядевшись, принц увидел на столе рядом с магом волшебную перчатку. -Так, продумаем стратегию, сперва надо незаметно проникнуть в комнату…-послышался из бутылки голос джинна, вот только ещё до того, как он закончил мысль, юноша бросился в окно прямо с ковра. Сориентироваться не успел никто. В одну секунду Ал приземлился на колдуна, обернувшегося на шум, и, прижав того спиной к полу и лишив возможности защищаться руками, почти проорал: -Где Жасмин?! Говори! -Что? -лицо мага в этот момент выражало крайнюю степень удивления, профессиональный актер бы не смог так скоординировать мимику. Правда, Аладдина это не убедило, и он, быстро переместив руки, сдавил врагу горло. -Не пытайся меня обмануть, подлец! -всё сильнее сжимая пальцы, выкрикнул герой. Мозенрат, почти полностью лишившись кислорода, пытался что-то ответить, но изо рта не вылетало ничего. Принц почти обезумел от ярости, он не контролировал свои силы и сейчас запросто мог задушить некроманта. В глазах колдуна потемнело, он чувствовал, что силы уже кончаются, и вдруг в голову пришла спасительная мысль: если герой сейчас находится почти в невменяемом состоянии, значит, его координация работает не до конца. Мгновенно осознав положение, маг ловко толкнул ногой принца в голень. Потеряв опору от неожиданного удара, юноша тут же упал, машинально выпустив противника и грохнувшись на стул, который, в свою очередь, отъехал на приличное расстояние, в результате чего Аладдин ударился о него спиной и на минуту впал в полу-бессознательное состояние. Этого Мозенрату хватило, чтобы перевернуться в более безопасное положение, с хрипом попытавшись восстановить дыхание и отодвинувшись подальше от Ала, который мог в любой момент оклематься и наброситься снова. К сожалению, перчатка была на той половине стола, до которой некромант не мог дотянуться, не рискуя попасть под горячую руку принца. Хотя в рукопашном бою колдун ничуть ему не уступал, магия перчатки в последнее время забирала всё больше и больше сил, и сейчас некромант вряд ли смог бы дать отпор. … Когда мозг Аладдина более-менее пришел в рабочее состояние, он увидел, что Мозенрат стоит в другом конце комнаты, кашляя и не сводя глаз с героя. Почувствовав новый приступ гнева, Ал вскочил на ноги, отчего у него слегка закружилась голова. Сосуд с джинном соскочил с пояса и упал на пол. Раздался звон разбитого стекла, и перед юношами возник выбравшийся джинн. -Дружище, на будущее, -потерев запястья, произнёс Синюшный, -Пробраться незаметно — это прямо противоположное. -Неважно, -отмахнулся принц, переводя дух, -Держи Мозенрата, не то он опять уйдёт! -Да что с вами?! -наконец, подал голос колдун, находясь возле двери, -Врываетесь среди бела дня, собственно, как обычно… Я же ещё ничего не сделал! -Ага, так мы тебе и поверили! -наступая на мага, усмехнулся Аладдин, в глазах которого сейчас, казалось, пылал страшный огонь. Мозенрат, сохраняя дистанцию, отходил назад и уже стоял на лестничной площадке третьего этажа, на котором находилась лаборатория. -Это ты наслал заклинание исчезновения на Сиренит, которого сейчас уже нет! -продолжал сыпать обвинениями герой, -Это из-за тебя оно распространилось на всю пустыню и дошло до Аграбы! Это ты заставил исчезнуть, как минимум, пятерых человек в городе за два дня! Это ты поймал в такую же ловушку Жасмин! Крики юноши было слышно по всей крепости. Его слова, похоже, действовали на некроманта, как удары ниже пояса — настолько шокированное лицо было у Мозенрата. Он смотрел на принца с искренним непониманием, которое хоть и не ускользало от парня, но не могло побороть гнев. -Я не знаю, о чём ты, -тихо, но отчетливо ответил маг, уже стоя на верхней ступеньке. -Ал, я не…-начал было Джинни, пытаясь вразумить друга, но не договорил. Аладдин, не слушая никого и уже просто не имея возможности держать себя в руках, воскликнув: «Сейчас поймёшь, негодяй!», снова накинулся на некроманта. На этот раз принц даже не смог схватить того за горло — едва юноша приблизился и докоснулся до шеи князя, Мозенрат инстинктивно наклонился назад. О том, что это опасно, если стоять на самом верху самой длинной лестницы в Цитадели, некромант даже не подумал. Вернее, не успел подумать. Всё произошло почти в одно мгновение. Мозенрат стоял далеко от перил, и схватиться ему было не за что. Поскользнувшись, юноша упал на бок и просто покатился вниз, вскрикивая от боли и новых ударов о ступени. Аладдин в ужасе смотрел на это, зажав рот и выпучив глаза. Джинни тоже ничего не успел сделать — он бы даже с помощью магии не догнал парня, летевшего с лестницы невероятно быстро. Жуткие крики перешли в слабые стоны, а затем и вовсе прекратились. Падение остановилось на последней ступеньке, и некромант без чувств распластался внизу. Увидев это, принц бросился к нему, гонимый внезапным и странным порывом. Когда он увидел, что Мозенрат лежит на полу без движения, на юношу напала настоящая паника. Он перевернул мага на спину, придерживая голову пострадавшего рукой. Изо рта некроманта текла по щеке тонкой струёй кровь… Весь запал принца разом испарился. Он вспомнил слова Мозенрата, вспомнил абсолютно искренне недоумевающий взгляд… Юноша понял, что маг говорил правду. Он был невиновен во всём произошедшем….. … Джинн подлетел чуть позже. -Ал, ты чего? -помахав рукой перед лицом друга, неподвижно сидевшего, держа некроманта за левую руку, позвал он. -Я… Я, кажется, его убил…-едва слышно проговорил юноша, подняв взгляд на Синюшного. Последний, не так сильно растерявшийся, осторожно проверил пульс на шее Мозенрата. У героя тряслись руки, он не мог этого сделать сам. Секунд двадцать синий маг сосредоточенно пытался нащупать сонную артерию. Наконец, он с облегченным выдохом убрал руку и, похлопав принца по плечу, произнёс: -Успокойся. Он жив. -Он не насылал проклятие на Аграбу, -покачав головой, ответил юноша, -А я скинул его с лестницы за то, чего он не совершал! -Я тебе говорил, что не надо было в таком взвинченном состоянии лететь, -нахмурился волшебник, осторожно беря некроманта на руки, -Теперь мы не можем оставить его здесь. Я отнесу его в какую-нибудь комнату, где есть кровать, и проверю на переломы. -А если это серьёзно? -встревоженно спросил юноша, глядя на друга, -В Чёрных Песках нет людей, я уже молчу о лекарях! Ты думаешь, он с помощью перчатки сам себя вылечит? Джинн задумался, остановившись на середине лестницы. У Мозенрата, мягко говоря, был нездоровый вид. Наверняка магия сильно ослабила его, а для исцеления нужно было очень мощное заклинание. -Нет, вряд ли, -ответил Синюшный, продолжив подниматься вместе с принцем, -если он попробует хоть немного облегчить свои травмы, перчатка просто убьёт его. А Ксерксис, насколько я знаю природу летучих угрей, даже таблетку ему дать правильно не сможет. Медицина — тонкая наука, а для существа, находящегося почти в самом начале Волшебной Эволюции — тем более. -То есть, если мы сейчас оставим Мозенрата, он умрёт? -неизвестно почему в душе Аладдина от этой мысли зародился страх, причём такой, какого он никогда не испытывал. -Наверное, -Джинни говорил на удивление спокойно, его, похоже, нисколько не заботила судьба некроманта. Странно, но принца это даже слегка разозлило. Они уже шли по тёмному коридору, в котором не горели даже синие лампы под потолком. Первая попавшаяся ребятам дверь была закрыта, но не на ключ. Толкнув её, Ал увидел, что это была дверь в спальню Мозенрата — широкая кровать с высоким балдахином и зеркало в дальнем углу говорили сами за себя. В комнате не было окон, она освещалась несколькими хрустальными шарами, висевшими вдоль стен, в которых, очевидно, горели маленькие свечи. Весь интерьер был выполнен в темных синих и чёрных тонах, а стены были сплошь покрашены в цвет индиго без каких-либо узоров. Это было единственное помещение в крепости, кроме тюрьмы, в котором не было абсолютно ничего роскошного. Разве что, резной шкаф для одежды рядом с зеркалом, но на нём были вырезаны совсем примитивные фигурки. Вошедшие непрошенные гости разбудили спавшего на постели хозяина Ксерксиса. Увидев, кто посмел проникнуть в Цитадель, угорь жутко разозлился и уже хотел искусать чужаков, когда увидел лежавшего на руках Джинни некроманта, который был без сознания. Руки Аладдина ещё были испачканы кровью мага, и животное, в чью голову пришла страшная догадка, заметалось вокруг парня, вопя: -Что крысеныш сделал с хозяином?! Мальчишка убил Мозенрата?! -Тихо ты! -отмахнувшись от рыбы, ответил Ал, -Если ты будешь так верещать, Мозенрату будет ещё хуже! Возможно, Ксеркс воспринял это, как угрозу захвативших мага в заложники врагов, так как он тут же замолк, в паническом ужасе глядя на принца и не смея даже приближаться к джинну. Синюшный осторожно положил некроманта на кровать, мгновенно наколдовал себе врачебный халат, шапочку, маску и оборудование и знаком велел посторонним выйти. Поняв, что сейчас волшебнику, возможно, придётся делать операцию, герой, не говоря ни слова, схватил угря за хвост и вышел вместе с ним, захлопнув за собой дверь. … -А теперь послушай меня, рыба, -прошептал Аладдин, заставив угря висеть перед ним в воздухе, -Твой хозяин жив. Произошёл несчастный случай, частично в нём виноват я, но сейчас не время устраивать разборки. Если Мозенрат сильно пострадал, его надо будет везти в Аграбу, иначе он погибнет, ведь здесь его лечить некому. Ты меня понял? Ксерксис кивнул, уже перестав вырываться. Он и сам осознавал, что не сможет в одиночку оказать некроманту нужную помощь, на которую вполне был способен джинн. Но от этого тревога не унималась, и зверёк не находил себе места, боясь, как бы маг не умер еще до полёта. Внезапно он заметил что-то незнакомое, мелькнувшее во взгляде героя. Это было что-то среднее между чувством вины и состраданием. Раньше рыба такого за принцем не замечала. -Аладдин сожалеет о том, что случилось? -удивлённо спросил угорь, обнюхивая юношу. Ал вздохнул. Он бы никогда не поверил в это, но да, ему было жаль. Он не хотел, чтобы Мозенрат пострадал, ему нужно было просто поговорить, заставить, но не так же! Поняв ответ принца, угорь молча обернулся вокруг ближайшей подставки для факела, пытаясь успокоиться. Ожидание всегда неприятно. Особенно если есть риск, что после него тому, кто ждёт, сообщат что-то очень плохое. Аладдин не хотел признаваться, что тоже боялся услышать это. Странно, вроде бы, Мозенрат был последним гадом, преступником, и принц должен был оставаться равнодушным, какой бы диагноз ни поставил Джинни. Но ничего подобного юноша не чувствовал. Никакого пренебрежения. … Дверь комнаты открылась спустя некоторое время, и на пороге появился джинн. С неожиданным нетерпением вскочив, принц устремил на него взгляд, в котором явно читался немой вопрос. Угорь приподнял голову, всё ещё не отпуская подставку. Синий маг молчал. Он видел, что и принц, и Ксерксис ждут ответа, но не произнес ни слова. -Джинни, -почти прошипел юноша, ненавидевший долгие паузы, -что с ним? Маг вдохнул побольше воздуха, закрыв глаза, чтобы не встретиться взглядами с Аладдином. Мысленно досчитав до трёх, волшебник выпалил на одном дыхании: -Мозенрат будет жить, но больше никогда не сможет ходить…