Семь грехов

      Тягучей патокой по венам разливается желание. Он изголодался по Хоук. Изголодался так сильно, что теперь не в состоянии отпустить ее от себя даже на несколько часов. Обводит пальцами контур губ, спускается по нежной шее, сжимает аккуратную грудь с бархатными темными сосками, жадно требует ласки. Она приняла его, простила, может быть, все еще обижена, но простила. Фенрис жарко усмехается - держись, родная. Три года он мучил себя и ее, три года он мог бы наслаждаться тем, что доступно сейчас.       - Ты моя, - шепчет эльф, любовно оглаживая Хоук, - Моя, моя - словно заклинание повторяет Фенрис, - Только моя.       Страсть подчиняет себе все чувства. Запах Хоук сводит с ума, вкус Хоук словно самое изысканное вино, он с восторгом пробует его снова и снова, вздохи и стоны Хоук музыкой звучат в ушах, а вид обнаженной, податливой его ласкам девушки выбивают из головы все мысли, кроме одной: взять ее, сделать своей, а потом еще. Нет смущения, нет стыда или неловкости. Фенрис охотно берет все, что способна предложить близость любимой женщины. Он хочет узнать все места, все позы, все способы, которые могут подарить им обоим наслаждение.       Хоук задыхается от желания, ластится к нему, шепчет его имя. Фенрис переворачивает ее на живот, выцеловывает шею, ласково сминает рукой ягодицы. Она покорно раздвигает ноги, позволяя подобраться к сокровенному. Приподнявшись, он устраивается между ног девушки, рывком вздергивает бедра, вынуждая ее стать на колени. Нервно облизывает пересохшие губы. Открывшийся вид делает желание обладать ей почти болезненным. Подрагивающими пальцами проводит между бедер, собирая влагу, пробует на вкус, а потом проникает в нее одним нетерпеливым движением и стонет от восторга. Толчки резкие, размашистые, ему хочется, чтобы это продолжалось бесконечно. Брать её, ласкать, дарить и получать удовольствие. Руки гуляют по телу Хоук, гладят напористо и нежно. Девушка не выдерживает первая, коротко стонет и прогибается в пояснице, впуская его глубже и вздрагивая всем телом, мышцы внутри пульсируют, влажные и горячие, сжимают его со всех сторон. Ах, негодница! Остатки контроля тают, испаряются, как роса на солнце, и спустя несколько движений Фенрис содрогается от нахлынувшей разрядки. Замирает на пару секунд, крепко прижимая к себе бедра девушки и ловя последние отголоски удовольствия Хоук, а потом ослабляет хватку. Элен без сил падает на кровать, а эльф устраивается рядом, обнимает, кладет руку к ней на талию. Ему хорошо, Создатель знает, как хорошо. А отметки страсти на коже Хоук заставляют самодовольно усмехаться. Но есть еще один знак, не видимый глазу, там внутри, Фенрис поглаживает низ живота девушки, там осталось его семя, и может, когда-нибудь, там будет расти его ребенок, их ребенок. Хоук поворачивает голову, тянется за поцелуем. Сейчас, когда желание удовлетворено, на смену страсти приходит нежность и усталость.       Пожалуй, неплохо бы отдохнуть, немного, а потом... Что же, у него есть пара идей на этот счет.