8 новых первых свиданий

12 лет — Пайнс!!! Ты недоумок! *Или не совсем? * — Нортвест!!!! Стерва! *А, может, нет? * 13 лет — Диппер! Ты мне…надоел за сегодня! — Кто бы говорил, Пифи! — Как ты меня назвал?! 14 лет — Диппер? *Ты классный* — Да, Пифи? *Красавица.* 15-16 лет — Я люблю тебя, Диппер Пайнс! — Я люблю тебя, Пасифика Нортвест!

Наши дни. Гравити Фоллз, отстроенная хижина, чердак близнецов.

      — Что?! Диппер, ты уверен? Одумайся! — Мэйбл нарезала круги по комнате, заламывая руки. — С ума сойти!       — Мэйбл, я… мы уже все решили! — Диппер сидел на кровати, скрестив руки на груди, и наблюдал за сестрой.       — Подумай еще разок, братец! Так же нельзя! Ты еще прислушиваешься к моему мнению? Если да, то я против!       — Почему, Мэйбл, ну почему? Тебя же все устраивало? С каких пор ты против?       — Диппер, я не была против, когда вы гуляли за ручку и целовались в парке, но это уже перебор!       — Что?! Сестрица, ты в своем уме? Я взрослый человек, мне двадцать четыре года, а ты указываешь, как мне жить!       — Я старшая, я опытнее!       — На пять минут опытнее?       В комнате близнецов шла тихая перебранка. Ну, как тихая — Мэйбл орала на брата во весь свой шепот, а он не менее громко ей отвечал. Звучит странно, но с пор прошедшего детства близняшки не разошлись не то что по жизни, даже по комнатам. Но дело сейчас не в этом, а в том, что произошло десятью минутами ранее.

10 минут назад.

      — Мэйбл, мама, папа, дяди Стэн и Форд…       — И Пухля!       — Да, и Пухля, конечно… У нас есть для вас всех новость: мы с Элизой подали заявление месяц назад, через десять дней у нас свадьба. Все уже готово, мы подготовились сами, вам осталось только выбрать себе наряды и прийти на торжество! — выпалил разом Диппер, не глядя на Мэйбл.       — Ох… Я даже не знаю, что сказать, сынок! Вот это новости! — миссис Пайнс была в шоке… мягко говоря.       — Э-э… Сын… Что же… — мистер Пайнс с трудом подбирал слова, — мы рады приветствовать в нашем доме будущую миссис Пайнс-младшую.       — О, мистер Пайнс, это так мило с Вашей стороны! — Высокая блондинка повисла на шее у будущего тестя. — Я еле уговорила Майкла сказать хотя бы сегодня! Он хотел выждать, пока останется пара дней! Шутник!       Парень поморщился: за период с семи лет он так привык к прозвищу, что имя казалось ему совсем чужим звуком. Впрочем, придется смириться, потому что будущая жена игнорировала его просьбу не называть его по имени с завидным упорством.       — Дяди, ответьте что-нибудь, я прекрасно вижу, что ваши слуховые аппараты включены! — Диппер вперил глаза в диван, избегая взгляда сестры.       — Э-э-э-э… ну… эм-м… — мычал Форд в замешательстве. — Стэн, скажи что-нибудь! — шепнул он брату.       — Совет вам да любовь, дети! — Проорал Стэн, лучезарно, если можно так сказать, улыбаясь. А потом повернулся к близнецу и доверительно буркнул: — Братец, та блондинка мне нравилась больше…       Форд покивал в ответ.       Молчала только Мэйбл. Причем молчала так, что Диппер боялся повернуться и посмотреть на сестру, хотя сам не понимал, с какой, собственно, стати? Он взрослый мужчина, и, в конце концов, не сама ли Мэйбл все время говорила, что ему «уже пора»?       — Ди-и-иппер, — парень обернулся и увидел, что сестра улыбается той улыбкой, которая обозначает «тебе конец», — бра-а-а-атец! Какая чудесная новость! Можно тебя на минутку? — С этими словами старшая стала подниматься наверх спиной вперед.       — Лиззи, милая, сделаете чай с мамой? — Диппер переживал, что Элиза обратит внимание на колкости Мэйбл, но та уже что-то рассказывала ошарашенной миссис Пайнс, уводя её за собой на кухню.       Парень знал, что ждет его наверху, но не пойти он не мог.

Итак, на чердаке.

      — Да пусть хоть на 5 минут! — девушка подскочила к брату, сидящему на кровати, схватила его лицо руками и заставила смотреть ей в глаза. — Дипперчик, миленький, родной, ну же, одумайся, еще ведь не совсем поздно! Ты же не любишь ее, да и она тебя не особенно! Чего только стоит ее «Майкл»!       — Хватит, Мэйбл. — Юноша встал и убрал руки сестры от своего лица, но не выпустил. — Я люблю Элизу, а она любит меня, и ты не можешь…       — Могу, Диппер, ещё и как могу, потому что я знаю тебя, как облупленного! — Девушка со слезами на глазах смотрела на брата. — Эта глупая блондинка тебя не любит, как и ты ее! Ты любишь другую!       — Вот это заявочки! И что же дало тебе пищу для размышлений на эту тему? — Парень беззлобно ухмыльнулся: он знал, к чему клонит Мэйбл, но признавать это не собирался. Он обнял и прижал к себе сестру, чтобы она не видела его лица. От их разницы в миллиметр не осталось и следа: с четырнадцати до девятнадцати лет Диппер изо всех сил рос, и теперь Мэйбл едва была по плечо брату.       — Бро-бро, я не дура. Ты ждал шесть с половиной лет, чтобы найти себе избалованную блондинку, которую зовут Элиза Нэст, только потому, что ты так и не смог забыть ее… — Девушка отстранилась и положила руку на грудь брата — его сердце бешено колотилось. — Пасифику Элизу Нортвест.

Дом Нортвестов в Калифорнии, тот же год, месяц и день.

      — Пасифика! — раздался требовательный голос миссис Нортвест. — Твоя свадьба через десять дней, а у тебя ни платья, ни туфель, ни свидетельницы!       Пасифика Элиза Нортвест сидела на кровати и слушала музыку, пытаясь отвлечься от мыслей о предстоящей свадьбе.       «Ну, зачем? Вот зачем я согласилась? Неужели мне плохо жилось? Это был единственный раз, когда родители предложили мне самой выбрать, почему я не выбрала подождать еще пару лет? Ай, наплевать. Прошлого уже не вернуть… Нет, не наплевать…»       — Пасифика! — Прогремел над ухом голос матери, которая выдернула наушник. — Ты вообще о чем думаешь?       — Да вот… — грустно ответила девушка и взглянула на мать так, что та сменила гнев на милость.       — Пасифика, милая, не волнуйся. Ты сделала правильный выбор. Дитер Хайнс очень милый молодой человек, и ему нравишься действительно ты, а не твое наследство. — Женщина улыбнулась. — Я уверена, ты полюбишь его. — Миссис Нортвест не стала ничего больше говорить и вышла.       — Это лучшее, что можно было сейчас сделать, мам… — выдохнула девушка; сейчас даже хорошо, что в их семье не приняты объятия и долгие утешения.       В ту же минуту в комнату всунулась темная кудрявая голова.       — Джессика! Джес, проходи, скорее, оставь работу! — Девушка была несказанно рада этой голове.       — Добрый день, мисс Нор…       — Ой, перестань, мама ушла, — Оборвала Пасифика, хлопая по кровати рядом с собой.       Кудряшка тут же сбросила маску служанки, плюхаясь на кровать.       — Пасси, ты уверена в своем решении? Ты весь этот месяц сама не своя. Еще не поздно…       — Поздно, Джесс, поздно. Я никогда не была так глупа, как в тот день, когда сказала Дитеру «да». Он мне нравится, я не спорю, но буквально как друг, а уж любить… Я поторопилась с замужеством, даже не отрицаю. Надо было хотя бы время на раздумья попросить!       Блондинка уронила голову на подругу и обняла ее. Звучит странно, но ближе Джессики, горничной, у нее никого не было. Она нашла ее в какой-то подворотне, побитую, ревущую и голодную восемь лет назад, когда ходила по городу. Оказалось, что мать вышвырнула ее из дома, поверив новому мужу, что девчушка положила на него глаз. Кардинально изменившаяся с детских лет Пасифика не могла не помочь этой девушке, но знала, что просто так никто не оставит Джесс дома, поэтому предложила ей работать. Со стороны кудряшки отказываться было глупо. Она привела ее в дом тайком, отправила в душ, дала одежду и привела к родителям с заявлением, что ей нужна личная горничная. Так у Пасифики появилась настоящая подруга.       — Ну, ну, Пасифика, милая…       — Я такая дура! Это его «моя Лиззи» меня уже замучило! Ненавижу! — девушка скинула с тумбочки коробочку с надписью «Моей Лиззи» и снова зарылась в подругу. — Спасибо, что хотя бы избавил от свадебных хлопот «свою Лиззи». Знаешь, о чем я мечтаю?       — Услышать «моя Пифи» от Диппера Пайнса?..       Конечно, Джессика попала в точку. Пасифика на секунду оторвалась от подруги, взглянула на нее огромными глазами… и горько заплакала, уронив голову в аккуратные руки.       — Пасифика Элиза Нортвест! — услышали девушки голос мистера Нортвеста. — Мы едем в Гравити Фоллз!