Снегопад из песка

Палмера считали везунчиком, счастливым человеком с легкой рукой. Все, чего он касался, обретало смысл и приносило прибыль. Немногие знали, сколько труда стоит за каждым его успехом, за каждым его «везением». Он не был против такого мнения, наоборот, так было даже проще. Многие считали его чудиком со слегка безумной улыбкой и вечным оптимизмом. Это почти было правдой. За завесой этого самого «почти» стояли периоды депрессий и попыток заполнить внутреннюю пустоту. Временами Рэй напоминал себе бутылку с отбитым дном. Сколько бы ни попадало туда радостных моментов, спокойных вечеров и интересных встреч, наполнение так и не наступало. Ближе всего к блаженному ощущению Рэй подобрался, когда был с Леонардом. Но счастье не длится вечно, так ведь? Счастье выжигает в тебе дыры, оставляет фигурные шрамы, клеймит места на карте… а потом уходит. Не предупреждая и не прощаясь. Подняв воротник шерстяного пальто, Рэймонд устало шагал по улице. Перелет его вымотал, но спать не хотелось, поэтому он решил пройтись и подышать свежим воздухом. От резкой смены погоды слегка болела голова, но к боли Палмер привык. Она стала его ручным зверьком и постоянным спутником. Мик, конечно, был прав. Их единственный со Снартом отпуск имел прямое отношение к его поездке. 3 года назад, в феврале, они приехали в Вильнюс и провели тут около двух недель. Литву выбрали совершенно случайно, ткнув пальцем в карту Европы, но не пожалели. По их меркам город был небольшой, но были в нем какие-то уют и тепло, которые окутывали буквально сразу же, стоило ступить на древнюю брусчатку. С реки веяло сыростью, и Рэй поежился. Пожалуй, стоит вернуться в отель. Было не очень холодно, примерно -5, но после Невады казалось, что ты попал за Полярный круг. Широким шагом разрезая навалившиеся сумерки, Палмер устремился обратно. Из отеля в Лас-Вегасе он позвонил Фелисити, своей близкой подруге, она работала в местном офисе ФБР. Не то чтобы он рассчитывал узнать что-то новое, но взял себе за правило проверять раз в пару месяцев, а сделать это перед поездкой показалось ему важным. Но новостей не было. Снарт не объявлялся, или ФБР об этом известно не было, краж, которые могли бы его заинтересовать, тоже не случилось. Судя по всему, Лена даже не было в Штатах. Рэй не был дураком или безнадежным романтиком, он не надеялся на чудо или судьбу. И он уж точно не надеялся встретить Лена тут, в городе, где каждый фонарь в сумерках напоминал ему о том далеком феврале. Феврале, когда руки не мерзли, а губы потрескались от частых поцелуев на морозе. Просто он устал, а последним местом, где ему было хорошо и спокойно, был Вильнюс. Они петляли по старинным улочкам центра, прикасаясь друг к другу плечами. Вечер выдался тихий и безветренный, людей на улицах почти не было. Фонари бросали на землю теплый лимонный свет. С неба бесконечной пеленой падал снег, кружились в отчаянном танце снежинки, будто сопротивляясь закону притяжения, желая продлить полет во что бы то ни стало. — А знаешь, — вдруг сказал Снарт, — мне здесь нравится. Рэй тихо рассмеялся. На длинных ресницах Лена медленно таяли снежинки, делая его глаза пронзительно голубыми. — Меня это не удивляет, — ответил Палмер, кивнув в сторону витрины сувенирного магазина. Лен лишь вздернул бровь в немом вопросе. — Это город ангелов и котов, — пояснил Рэймонд и широко улыбнулся. — Ты намекаешь, что я похож на кота или на ангела? — рассмеялся Снарт. — На все, — Рэй остановился и повернулся к партнеру, наблюдая, как его лицо расчерчивают тени. — Вчера, когда ты пытался меня соблазнить, ты двигался лениво и грациозно, словно кот, — Палмер снял кончиком указательного пальца особенно большую снежинку с ресниц Снарта и слизал ее языком. Лен прищурился, наблюдая. - А на твоем свитере я обнаружил несколько перьев. — Пытался? — усмехнулся Лен и сократил между ними и без того маленькое расстояние. Рэй кивнул, стараясь сдержать улыбку. Вдруг Снарт рассмеялся, по-настоящему весело и беззаботно. — Если я и ангел, Рэймонд, то только падший, — он взял мужчину за руку и потянул за собой. — Меня устраивает, — пожал плечами Рэй. И его действительно устраивало. Да хоть сам Дьявол. Главное, Лен здесь, с ним. Остальное не имело значения. На следующий день было облачно, низкие серые тучи обволакивали город, делая его действительно похожим на сон князя Гедиминеса*. Рэю нравилось гулять по Вильнюсу, было в нем чувство какого-то волшебства, древности и… обещания. Как будто кто-то смотрел на него сверху и обещал, что все наладится. Пропетляв какое-то время по городу, мужчина вышел к небольшому мостику через Вильню и попал на территорию Ужуписа**. Пройдя чуть дальше по улице Паупио мимо низких и кособоких домишек с очень живописными двориками, Рэй остановился у стены, на которой висела Конституция республики Ужупис. Пробежав глазами по строчкам, он улыбнулся. «Каждый имеет право ошибаться. Каждый имеет право быть счастливым. Каждый имеет право плакать». Всего было 38 постулатов и 3 заповеди: «Не побеждай. Не защищайся. Не сдавайся». Свернув чуть правее, он остановился на небольшой площади у фигуры Ангела, который трубил в рог. На фоне свинцовых туч ангел казался только что спустившемся с небес глашатаем. Очередной порыв ветра с реки заставил Палмера поежиться и развернуться к другому мосту, через который можно было попасть ближе к центру города. Взойдя на мост, он остановился посмотреть на фигуру русалки, сидящей на набережной, в небольшом углублении почти у самой воды. В кармане завибрировал телефон. — Да? — ответил Рэй, не отрывая взгляда от застывшего лица русалки. — Ты знаешь, я тебя ненавижу, — раздалось на том конце линии. Палмер улыбнулся. — И звоню только, чтобы испортить тебе отпуск. — Знаю, ты довольно часто мне об этом напоминаешь, Мик, — ответил Рэй язвительно. — Есть какая-то особая причина или просто чувства столь сильны, что ты не мог сдержаться? Рори фыркнул. — Я, конечно, очень люблю поговорить про свои чувства, – в тон ответил Мик, - но на этот раз причина есть. Дело в Саре. В трубке повисла тишина. Палмер смотрел на мутную воду реки и ждал. Вздохнув, Рори продолжил. — Она снова подралась. — С кем? — со вздохом уточнил Рэй. — Со мной, — хмыкнул Мик. — Мы не сошлись во взгляде на процесс изготовления детали. — Кто победил? — со смешком спросил начальник. — А ты за кого болел? — настороженно проговорил Рори. Палмер громко рассмеялся, несколько прохожих обернулись посмотреть на странного мужчину. — Если ты думаешь, что я буду тебя обвинять в избиении женщин, то ошибаешься, – отсмеявшись, пояснил Рэй. – То есть это не очень хорошо, но зная Сару… — Что делать будем, босс? — деловито уточнил Мик. Палмер задумался и окинул взглядом серое низкое небо, свинцовую воду реки и русалку, скорбно смотревшую, казалось бы, прямо на него. — Уволь ее, — вздохнул наконец он. — Уверен? — недоверчиво спросил Рори. — Она хороший специалист. — Хороший, — кивнул Рэй. — Но не лучший. Да и потом, я не люблю, когда бьют моих сотрудников. Тем более я оставил тебя своим представителем. Получается, она напала на меня. — Она работает у тебя уже пятый год, — протянул Мик. — Да. И я уже третий год предлагаю ей оплатить курсы по управлению гневом, — Палмер устало потер лоб. – А она отказывается. Нельзя помочь тому, кто этого не хочет. Нельзя помочь всем. У нее был шанс. — С каких пор ты так резко поумнел? — присвистнул вор. — Как избавился от твоей компании, так сразу, — без запинки ответил Рэй. Рори хохотнул. - Ладно, начальник. Морозь свой важный зад дальше, а мне пора. — С удовольствием, — усмехнулся Палмер и повесил трубку. На ветру руки окоченели, и мужчина попытался согреть их дыханием. Выходило плохо. Осмотревшись по сторонам, Рэй увидел неподалеку кофейню и направился туда торопливым шагом.