НЕ ОТПУЩУ!

Почему он не нашелся, что ей ответить? Наверное потому, что нечего было и сказать.Как оправдаться? -Да кто тебе сказал, что я счастлив был?! -возмущенно выдохнул мужчина. Ха Ни, уже собиравшаяся уходить, вдруг резко приблизилась к нему, прихватив за ворот рубашки, притянула к себе. -А ты слишком хорошо это изображал, дорогой.Так, что я поверила.Представляешь?! Мне как-то в голову не взбрело, что ты это от тоски по мне с бабами по клубам таскаешься! Взгляд девушки недобро полыхнул. -Ты вот тут выспрашивал меня и я отвечала тебе, как оно было.Не пытаясь обелить себя… Теперь ты мне ответь, Бэк Сын Чжо… Она замолкла на секунду, а Бэк застыл, ожидая ее вопроса и понимая-сейчас ему придется туго.Он не знал, почему.Просто чувствовал это.Собственной кожей, которая сейчас, под ее взглядом покрывалась непривычными мурашками. -Почему ты, зная, что я жива, даже не попытался найти меня? Поговорить со мной? Получить эти самые объяснения? Или я тебя не волновала ровно до того момента, пока не появилась в клинике? Мужчина исподлобья хмуро смотрел на нее. -Я же говорил, что ездил в Пусан. Она сдвинула брови, испытующе заглядывая в глаза. -Один раз?! И все?! Бэк понял, что вот тут ему нет оправданий.Гордыня и обида надиктовали свое и мозг сдался, не желая больше выискивать себе поводы для страданий.Что ей сказать? Что он до смерти боялся услышать, что его любимая вышла замуж, нарожала детей? Разве поверит и поймет его вот эта маленькая женщина, так настрадавшаяся по вине двух самых близких и любимых мужчин? Ведь они ее чуть не сломали с О Ги Доном! -Знаешь, Ха Ни… Мне тоже было совсем нелегко.Смерть бабушки все усложнила.И мне было тяжело думать о том, что ты счастлива с кем-то. Она усмехнулась, но сколько же боли было в этой гримасе, такой далекой от той улыбки, которую он помнил, которую до смерти хотел увидеть еще раз. -Вот и все… Все понятно… Ты мог утешаться с другими женщинами и считал, что имеешь на это полное право.А мне не позволено быть счастливой.И чем же я так провинилась? Просто тем, что встретила тебя? Или тем, что в один момент тебе показалось, что нуждаешься во мне? Она развернулась, направляясь к фургону.Чуть обернувшись, бросила через плечо. -Я устала.Прости.Больше ничего обсуждать не хочу. Он смотрел в спину жене и понимал, что остановить надо сейчас.Вернуть, сгрести в охапку, заставить не просто выслушать себя, а услышать.Понять.Ведь очень тяжело навязываться человеку, который не хочет видеть тебя, слышать о тебе и вполне счастлив за тысячи верст от тебя.Если бы он только узнал, что с ней происходило в это время, то лоб расшиб бы, но прорвался к своей измученной крохе.А вот теперь, что он может сделать? И тут же на память пришел Ги Тэ, который, как раз, смог пробить лбом те стены, которые для Сын Чжо оказались непреодолимыми.Почему его легкомысленный дружок сумел собрать всю недостающую информацию? При чем, в кратчайший срок.Возможно потому, что не чувствовал себя отвергнутым любимой девушкой и не терзался муками ревности и ущемленным самолюбием? Не желая дать ответ сам себе, Сын Чжо с психом оторвал пакет для мусора и смахнул со стола одноразовую посуду с остатками ужина. Почему-то в памяти опять всплыло их прошлое.Как они вместе мыли посуду, стараясь прикоснуться пальцами, словно ненароком.А потом сходили с ума от страсти, лаская друг друга до изнеможения.Дыхание тут же перехватило и Бэк понял, что холодный душ ему просто необходим. Осторожно забравшись в фургон, он взглянул на кровать.Куча одеял дала понять, что жена уже улеглась и, с ее любовью к успокоительному, скорее всего спит.Ведь замерзла поди, раз так накуталась.Но не сознается же… Не позовет… А если он сейчас заберется к ней, то не сдержится.Нет больше сил быть так близко и не сметь прижать к себе любимую. Уже стоя перед душевой кабинкой и готовясь стянуть с себя джинсы, Бэк услышал шум воды и понял: Ха Ни не спит, она купается.Но вместо того, чтобы уйти, он отодвинул дверцу. Испуганная девушка ахнула, не сообразив даже чем прикрыться, а Сын Чжо не мог оторвать взгляда от ее манящего тела.И кто бы посмел ему запретить любоваться собственной женой?! А она показалась гению невообразимо прекрасной.Нежная, молочная кожа, враз покрывшаяся мурашками… Длинная шейка, созданная лишь для того, чтобы целовать ее вот там, возле ключицы… Такая узенькая талия, которую он может охватить руками… Округлые, ровные бедра, которые хочется тут же огладить и прижать к себе, дав ощутить всю силу желания, долбанувшего не только в голову… Ха Ни прикрыла грудь руками, словно она могла ее выдать.И Бэк понял, что до смерти хочет увидеть именно эту, недоступную его взгляду, часть тела жены.И он, мгновенно шагнув впритык к обалдевшей от его наглости девушке, прижал ее к себе.Ха Ни тут же уперлась ему в грудь ладошками, закусив в отчаянии губу и стараясь изо всех сил отпихнуть мужчину. Открывшаяся картина заставила онеметь на мгновение.У его малышки грудки были похожи на остренькие рожки, задорно торчащие в стороны.Сейчас ее грудь, налившись и приняв округлые, женственные формы, поразила Сын Чжо своей чувственностью.Потемневшая ореола лишь подтверждала, что его женщина скоро станет матерью. Голову снесло окончательно и Бэк, потянув за волосы упрямую голову жены, накрыл ее губы жадным поцелуем, прижимая к себе мокрое и топорщащееся тело. -Отпусти! -выдохнула она в бешенстве, отталкивая от себя свихнувшегося мужа.-Я ненавижу тебя! Сын Чжо не очень волновали молотящие кулачки девушки и наклонившись он сжал пальцами отвердевший сосок, заглядывая ей в глаза. -Вот прямо-таки ненавидишь? И не отворачиваясь, впился в другую грудь, не переставая теребить потемневшую пуговку в пальцах. Ха Ни замерла, потом сглотнула и вдруг начала вырываться, как обезумевшая.Высвободив руку, она изо всех сил влепила Сын Чжо пощечину.Он застыл, глядя ей в глаза.Нет, страсти в них не было.Злость, отчаянная решимость… Но ничего, что хоть отдаленно напоминало о другом чувстве. -Зачем ты противишься, Ха Ни? Неужели я настолько стал тебе противен? Не поверю! Ни на йоту не поверю! Еще до того, как я прикоснулся к тебе, ты вся покрылась мурашками, а твоя грудь выдает тебя с головой! Ты можешь самой себе твердить о ненависти, но тело твое кричит о другом! Ты хочешь того же, что и я! И я имею полное право на тебя! Или напомнить об исполнении супружеских обязанностей? Она подняла глаза.Почерневшие от избытка чувств.Лицо казалось еще бледнее, от яркости истерзанных его поцелуями губ.Дрожащих и пытающихся сказать что-то. -А если мне просто холодно! Понимаешь?! Хо-лод-но! Или тебе такой простой ответ в голову не пришел?! Бэк отшатнулся от ее гнева. -Мне холодно с тобой, Бэк Сын Чжо! И я жалею, что у меня опять не хватило духу сказать «нет».Ведь кругом были люди и это так неудобно! А сейчас я жалею, что у тебя есть на меня права! Но раз ты настаиваешь… Она, отпихнув Сын Чжо, рванулась к кровати и бросилась на нее, мгновенно переворачиваясь на спину и разводя покорно колени. -Что же ты встал?! Бери! Это тебе принадлежит по контракту! Ха Ни закрыла ладонями лицо, чтобы не показать слезы побежавшие из глаз. А Бэк в один миг ощутил себя полным уродом… Почти насильником… Попятившись, он просто вывалился в дверь, захлопывая ее за собой. *** Ха Ни не видела, как ушел муж.Только услышала грохот захлопываемой двери.Дрожа всем телом, она попыталась подняться и отыскать теплый халат.Ноги не слушались после того, что произошло сейчас между ними.Руки тряслись так, что завязать пояс халата не выходило.И Ха Ни заплакала, горько, навзрыд.О чем она сейчас рыдала? Чего ей было жаль? На что она так обиделась? Как ни парадоксально, жаль ей было Сын Чжо.Его потерянный вид, глаза полные отчаяния и непонимания. Но обидел ее тоже Сын Чжо.Своей наглой уверенностью, что она не сможет не простить и он получит то, что хочет.Более того, он даже не понимал до конца своей вины… Ха Ни скомкала мокрое полотенце, отшвырнув от себя.Дрожащими пальцами выдавила две таблетки.Ей нужно успокоиться.Срочно. Уже свернувшись калачиком в своем коконе и смежив уставшие веки, она вновь мгновенно открыла глаза. Память щедро воскресила образ Сын Чжо.Красивый до одури, готовый закружить ее в любовной круговерти, сводя с ума поцелуями и сжигая жаркими ласками.Сразу стало душно… Ха Ни перевернулась на спину и тут же в памяти вспыхнуло, как она, раскинувшись, лежала на этой кровати, готовая покорно отдать мужу должное.Разочарование прошло по телу мелкой дрожью, покалывая кончики пальцев. Что она почувствовала, когда родные руки охватили ее, а напористый рот взял в плен ее губы? А когда Сын Чжо обласкал ее грудь? И девушка задохнулась от собственных ощущений.Низ живота заныл, лишенный удовольствия, которое обещали его жадные ласки. Почему Ха Ни не подчинилась? Ей было трудно не вспоминать, как Бэк с таким же вожделением целовал ту девицу-автолюбительницу.А сколько их было за эти шесть лет? Он сам помнит? Ха Ни повертелась еще немного и почувствовала, как сон наваливается на нее, превращая обиды в ничего не значащие пустяки… А Сын Чжо, вылетев полуголым из фургона, сначала даже не почувствовал холода.В голове пульсировало, по телу волной ходила мелкая дрожь.Словно он проплыл километров сорок. Бэк опустился на ступени, закрывая лицо ладонями. Запах.Этот тонкий аромат.Ее аромат… Мужчина снова заметался по поляне, словно загнанный зверь.Остановившись у двери трейлера, он вдруг нестерпимо захотел снова оказаться рядом с девушкой.Что если распахнуть дверь, встать на колени и вымолить прощение? А простит ли? Но перед глазами снова плыла Ха Ни, призывно раскинувшаяся на постели.И Бэк жадно выпил целую бутылку воды.В горле пересохло от желания вернуться, наплевав на гордость, тяжелый характер и страх быть отвергнутым.Она именно этого и ждет! Чтобы он прощения попросил.Так в чем проблема?! Осторожно приоткрыв дверь, он быстро нырнул внутрь, стараясь не выпускать тепло. Его жена тихо всхлипывала во сне.Видимо, перед тем, как уснуть Ха Ни наплакалась от души. Бэк присел на корточки, заглядывая в любимое лицо.Даже сейчас, зареванная, с распухшим носом и губами, она казалась ему самой прекрасной. Нет, он понимал, что она далеко не идеал.Но для него эта женщина-все.И даже то, что у малышки О прорезался весьма непростой характерец, еще больше привлекало к ней Сын Чжо.Сейчас он точно понимал, что абсолютное послушание ему не нужно.Ведь Ха Ни еще и родной человек, ближе которого у него никогда никого не было.Наверное поэтому он так сходил с ума все эти годы.Ведь потеряв ее, он словно стал калекой, инвалидом.И осознание того, что ЕГО Ха Ни может быть счастлива где-то и с кем-то, без него, сводила Сын Чжо с ума. А если бы он не думал так много о себе, то возможно их встреча произошла намного раньше.И сейчас они не бичевали бы друг друга обвинениями, а счастливо обнявшись спали, чтобы с первыми трелями птиц проснуться и снова быть счастливыми.От взаимной любви… От понимания… Чувство вины безжалостно придавило его.Что он может сказать этой девочке, которую беспощадная жизнь перемолола на жерновах? Она осталась одна… А он, Бэк Сын Чжо лелеял свои обиды. Если сейчас Ха Ни откроет глаза, что он сможет ей сказать? Прости? Но это не восполнит все ее потери.Даже если он будет готов жизнью заплатить за ее боль, ничего не изменится.Того, что уже случилось, не изменить… И Сын Чжо, потихоньку поднявшись, выбрался из трейлера.Над поляной стояла необычно яркая луна, наполняя все вокруг мертвенно-голубым светом.И Бэк подумал, если бы Ха Ни была сейчас рядом, то этот свет казался ему волшебным, прекрасным… Оглянувшись на окно, оживленное светом ночника, Сын Чжо медленно побрел в глубь леса. *** Она проснулась, словно кто-то толкнул ее.Еще сквозь сон ей померещился далекий вскрик. Сев в кровати, Ха Ни осмотрелась.Сын Чжо не было рядом.Видимо, он и правда спит в кабине. Тишина окружала их пристанище и девушка уже решила снова улечься, но что-то больно кольнуло в сердце.Их вчерашний безобразный скандал.Ха Ни закусила губу.Зачем она опять растравляет старые раны? Когда-то она увидела картину, поразившую ее воображение своим циничным натурализмом.Имя автора она не запомнила, а вот название врезалось в память.«Калеки».Уродливые человеческие обрубки, выставляющие напоказ то, что когда-то было руками, ногами… Она помнила то гнетущее ощущение, когда они с Леей шли домой. Вот сейчас она себя чувствовала так же.Только калекой теперь была сама Ха Ни… Зачем она пошла у него на поводу? Почему не воспротивилась, когда он забрал ее из части? Кто заставлял ее говорить «да» на заключении брака? На все эти вопросы у Ха Ни не было оправдательных ответов. А Сын Чжо… Она знала сама, что мужчина и мыслит, и воспринимает окружающий мир иначе, чем женщина.Он не будет выдумывать тайных мыслей и скрытых подтекстов поступкам.И если Сын Чжо говорили, что она счастлива без него, а сама Ха Ни никак не могла в тот момент повлиять на события, то он и верил тому, что слышал.Ведь опровергнуть горькие новости могла только сама девушка.За что теперь она безжалостно бьет его в самое сердце? Разве ж Ха Ни ненавидит своего мужа? И девушка подхватилась, желая одного-сейчас же поставить точку в их глупых разборках.Пока они окончательно не обросли взаимными претензиями. Выбравшись из теплого трейлера, Ха Ни зябко передернула плечиками.Тетушка, в своей неуместной заботе, положила в ее сумку пару роскошных ночнушек, в кружевах и рюшах.А здесь пригодилась бы пижама. Встав на цыпочки, девушка заглянула в кабину и застыла на месте.Она была пуста.И, судя по всему, Сын Чжо даже не ложился еще. Прижавшись к дверце, Ха Ни лихорадочно пыталась сообразить, что теперь делать… Куда бежать и где искать мужа? И тут она с ужасом вспомнила момент пробуждения… И чей-то далекий вскрик… -Господи! Только не это! Она бежала, спотыкаясь и цепляясь кружевом широкой ночной рубашки за сухие ветки.Теперь Ха Ни даже холода не чувствовала, хотя халат пропал куда-то… Ей мучительно хотелось закричать, но в то же время она до одури боялась, что ответом ей будет жуткая тишина. Казалось, что несчастная девушка уже заблудилась в ночном лесу, но совершенно внезапно она выскочила на смотровую площадку.Здесь они были с Сын Чжо… Дух перехватило от сюрреалистичности ночной картины.Отвесная стена уходила вниз, исчезая в густом, словно грязная вата, тумане.Зачем она пришла сюда? Нет, верить в то, что Бэк… Этого просто быть не может! Он не мог! Он слишком хорошо знает эти места, чтобы случайно… Какая-то жуткая сила манила Ха Ни к самому краю… Зачем ей заглядывать в глаза пропасти? Она все равно ничего не увидит… Но ужас сковывал, сдавливая горло и не давая даже вздохнуть. На самом краю валялась темная куртка.Голова закружилась, Ха Ни полетела куда-то…и проснулась. Жуткий кошмар липким потом покрыл лоб.В окно бил совершенно фантастичный, жемчужный лунный свет.Ха Ни осмотрелась и холодное дыхание ее ночного кошмара заставило пошевелиться волосы на голове.Сын Чжо не было… Вылетев из трейлера, на подкашивающихся ногах, девушка бросилась к кабине-пустота… Она застыла посреди поляны, залитой лунным светом, словно амальгамой, не желая принимать эту жуткую реальность.Сердце готово было выпрыгнуть из груди и единственное, что она могла сделать, чтобы прервать эту цепь мрачных совпадений… Ха Ни закричала.Сначала хрипло, а потом голос словно вырвался из сдавившего горла, разорвав в клочья тишину. -Сыыыыыын Чжооооооо!!! Взмахнув, словно крыльями, широкими рукавами шелковой рубашки, Ха Ни бросилась вверх по склону, не помня себя от страха.В голове колотилось только одно: крика она не слышала.