Дурмстранг. Поколение героев.

Исполняющий обязанности директора и куратор Фламмы, профессор Новак нашелся в классе Темной магии и монстрологии. Он сидел за столом и был погружен в чтение какого-то свитка. Магу было под сорок, и по его внешнему виду легко можно было угадать опытного мракоборца. Невзирая на довольно молодой для волшебника возраст, Новак успел повидать многое. Да что там повидать - впрямую поучаствовать в опаснейших операциях. Когда Милош и его однокурсники пешком под стол ходили, куратор Фламмы был выпускником Дурмстранга, одним из лучших, что все силы бросили для победы над Пожирателями смерти, последователями Гриндевальда и жуткими тварями – пока в Англии был силен Волан-де-Морт, в России тоже царило светопреставление. И сейчас, от спокойно сидящего и читающего Новака исходило ощущение силы. Милошу порой казалось, что куратор мог бы справиться с любой тварью, просто посмотрев на нее своими проницательными темными глазами и велев вести себя как должно. Новак задал вопрос, не поднимая головы: - Как успехи в изучении техномагии? Милош не стал спрашивать, откуда директору известно, что он записался на занятия к профессору Ковальскому. Гораздо интереснее было понять, зачем директор школы его спрашивает об этом. И сообразить, как лучше ответить. Милош произнес осторожно: - Есть небольшие. Я только начал. Новак побарабанил пальцами по столу и отложил свиток. - Каждую неделю будешь являться ко мне с докладом, что изучил. Ясно? - Да, профессор, - фламмовец кивнул, но не в силах сдержать удивление добавил: - Но ведь это факультатив? - Для тебя, Димитров, он обязателен, - сообщил профессор. Милош промолчал, хотя было неприятно это слышать: его инициатива и интерес превратились в подконтрольную обязаловку. А Новак неожиданно подсластил пилюлю, добавив: - Если тебе он нравится, тем лучше. И совсем уж неожиданно улыбнулся, жестом отпуская студента. На выходе Милош чуть не столкнулся с идущим навстречу Яном, однокурсником из Гласиаса, обладателем комплекции медведя и грацией того же зверя. Сам Ян ничуть не комплексовал по этому поводу: внушительная фигура позволяла идти напролом в квиддиче, где он играл охотником. С первого взгляда гласиасец производил впечатление простого в общении парня, громогласного, неделикатного, но очень обаятельного. Мало кто знал, что на деле Ян был эгоистичен и практически беспринципен. Не знал этого и Милош, но недолюбливал однокурсника без каких-то особых причин. Возможно, из-за размеров и голоса, а возможно, чудилось ему порой, что не так прост парень с факультета магов-политиков. Не добавляло приязни и то, что в недавнем прошлом Ян был из гриндевальдовцев, правда, по убеждениям или за компанию – неизвестно. О том времени гласиасец вспоминал удивительно спокойно: мол, было дело в бурной юности, славная вышла драка. - Новак там? – спросил Ян, расплывшись в широкой улыбке. - Да, в кабинете, - нейтрально ответил Милош и покосился на расстегнутый ворот собеседника: на мощной шее висел на цепочке медальон, тонкий золотой треугольник. Ян проследил взгляд и старательно, хоть и неторопливо, застегнул ворот наглухо: к Новаку следовало являться при полном порядке в одежде. Гласиасец вошел в кабинет, а Милош вспомнил недавний эпизод на перемене. Это было еще до турнира. Эльжбета хвастается присланным из дома новым красивым медальоном, подружки восхищенно щебечут и ахают. Ян задумчиво вертит в руках монетку, глядя в окно. Монетка падает, он наклоняется, из-под ворота выбивается тот самый золотой треугольник, что парень носит последний год. Виктор Крам пристально смотрит на Яна. - Сегодня прям какой-то день медальонов... Ян ловит взгляд Виктора, усмехается: - У меня не сегодня, это давно уже. - Он что-то значит? Ян отвечает насмешливо: - Конечно. Треугольник - одна из древнейших геометрических форм. Смотри, всего три палочки и внутри - ничего. Может, вставлю сюда портрет девушки, - он мельком кидает взгляд на Вольгу. - А могу на нем объяснить пирамиду потребностей. Ты знаешь, как она строится? Есть вершина, а есть основание. Забрался на гору - оказался на вершине. Видишь, какая философская вещь! Виктор хмыкает. - Вижу. Крайне философская. Особенно если дополнить другой геометрией. Уж лучше портрет девушки вставь. Чтобы больше ничего объяснять не приходилось. Крам подмигивает и снова отворачивается к окну. А Милош не готов так легко поверить, что это просто украшение. Уж больно легко воображение дорисовывает внутри треугольника круг, перечеркнутый вертикальной линией. Милош покачал головой, выныривая из воспоминания. Может, зря он не доверяет Яну и все ждет от него какого-то подвоха? Память тотчас подкинула случайно услышанный разговор того же Яна с Вольгой. Девушка была почти отличницей и наследницей семьи исследователей. Может, причиной тому коллекция деда, а может, дело в природной любознательности, но в артефактах она разбиралась лучше всех в школе. Ян покачал головой, словно говоря «ну и ну», а потом озвучил похвалу вслух: - А ты здорово разбираешься в амулетах! - Еще бы! Это, так сказать, семейное, - девушка улыбнулась. - Ты после школы по стопам родителей пойдешь? Куда-нибудь в исследовательский отдел? Вольга саркастически хмыкнула: - Вряд ли я их так обрадую! Я в мракоборцы пойду, к величайшему сожалению моей семьи. - В мракоборцы? – удивился Ян. Милош его понимал, вот уж чего он не ожидал от Вольги, так это желания посвятить себя этой жесткой и тяжелой профессии. Гласиасец улыбнулся и заметил светским тоном: - Ну, для мракоборца разбираться в артефактах тоже очень полезно. А ты с кем предпочтешь сражаться: с людьми или всякими тварями? - Это сложный вопрос, потому что, бывает, одних от других отличить крайне сложно, - ответила девушка, разом утратив шутливое настроение. - В самом деле? Она нервно хихикнула и неопределенно махнула рукой: - Ох, что-то меня в философию унесло, не бери в голову. Ладно, мне еще гору домашки на завтра делать, приятно было поболтать. Девушка заспешила по коридору, а Милош нахмурился, раздумывая, как часто в разговорах Яна проскальзывает нечто сложноуловимое, вроде бы шутка, но с серьезным подтекстом. Или прав был Крам, одергивая друга и недовольно говоря, что не стоит ворошить былое, а Ян – нормальный парень? В классе царило оживление. История магии велась в аудитории, где парты стояли амфитеатром, на широких ступенях. На второй снизу ступени парта была развернута, и Эйнар с Яном увлеченно занимались армрестлингом. Любопытствующие зрители расположились со всех сторон: сбоку, снизу, а Никита и вовсе свесился с верхнего ряда, чтобы лучше видеть. - Да, лучше армрестлинг, чем история, - заметила Эля. - Динамичней - так точно, - согласилась Богданка, не отрываясь от зрелища. После жаркой борьбы Ян все-таки победил, припечатав руку Эйнара к столешнице. Гласиасец победно вскинул кулак под аплодисменты нескольких однокурсников. - Хорош, - сдержанно улыбнулся Эйнар и кивнул, признавая честную победу. Ян пожал руку сопернику, затем демонстративно и смешливо поклонился зрителям. В дверях показался преподаватель, и в мгновение ока парта была развернута, а стулья поставлены на место. Ян в пару прыжков взлетел наверх и сел рядом с Вольгой. Гласиасец выглядел довольным, как слон. Обменялся согласно уговору тетрадями с Вольгой и принялся скатывать травологию. Вольга аккуратно открыла тетрадь Яна по Темной магии и стала сверять работу гласиасца со своей. Как ни странно, в тетради Яна тема была расписана очень подробно, аккуратно и с пометками. Ее можно было использовать как учебник. Вольга понаблюдала, как небрежно Ян списывал травологию, но ничего не сказала. Сделала пару пометок у себя и вернула тетрадь хозяину. Ян кивнул, наскоро дописал травологию и отдал соседке по парте, подавив зевок. Преподаватель продолжал монотонно бубнить, гласиасец вытащил первый попавшийся чистый листок из сумки и начал задумчиво водить пером. Выведя несколько линий, парень перевернул листок. На обороте обнаружились странные рисунки или схемы: несколько треугольников, у одного из которых в основании расположились обезьянки, а наверху красовалась корона, у другого - яблоки и бананы внизу и вверху рукопожатие и книга Вольга заинтересованно смотрела на рисунки. Ян перехватил ее взгляд, странно посмотрел в ответ: - Интересно? Девушка посмотрела на приятеля и утвердительно кивнула. - Смотри, это пирамида потребностей, - улыбнулся он. - Знакомо? - Ну и к чему это ты клонишь? - Я? Ни к чему. Просто тебе было интересно... Мы тут с ребятами логические цепочки выводили. Вот смотри, - он указал на первый треугольник. - Внизу примитивные потребности, самые важные при этом - еда, бананы-яблоки. А вверху уже самореализация, духовные всякие, - палец уперся на значки рукопожатия и книги. - Дальше. Вот внизу обезьянки, у них потребности низшие - еда и, может, чтобы о них заботились. А на вершине – корона. Это те, у кого потребности уже другого уровня - высшего, потому и стоят они на вершине. Так? Ян говорил спокойно, с легким увлечением, но явно к чему-то клонил. - Все верно, - Вольга выжидательно смотрела на собеседника. - Ага. Вот если дальше выводить, смотри, внизу - примитивное владение магией, нолик нарисован. Потом идет интуитивное ощущение. А наверху – палочка. Это маги. Все логично вытекает. Кому больше дается, с того больше и спрашивается. Если можешь удовлетворить первичные потребности, становятся важными высшие: саморазвитие, например. Если можешь владеть магией, обучаешься, то оказываешься на вершине. А будешь бездельничать - иди вниз к обезьянкам есть бананы, - Ян улыбнулся. - Хм, что это ты взялся за пропаганду труда и старания в учебе? - Хе, тут не только пропаганда учебы. Тут здравый смысл. Есть палочка и ум - стоишь на вершине с короной на голове. Посмотри, основание треугольника – широкое, а на вершине остается совсем немного тех, кто дошел. Они и правят теми, кто внизу. Все логично и справедливо. - Логично и справедливо...- задумчиво повторила девушка. - И все, кто дошел до вершины, достойны этого? Или они просто оказались более сильными, хитрыми или подлыми, чтобы получить корону, чем те, кто остались ниже... Последние слова звучали совсем тихо, Вольга выглядела погруженной в раздумья. - Подлыми? - Ян явно удивился. - Где здесь подлость? Умными, хитрыми, сильными - да, ты все правильно сказала. Это и в природе так: естественный отбор, выживает сильнейший. А выбор карабкаться на вершину есть у каждого. - Естественный отбор, как ты говоришь, заключается в выживании сильнейших. То есть если применить к нам, то более слабым нет места в магическом мире и сильные вправе поступать со слабыми так, как посчитают нужным? - Хм. А сейчас все не так происходит? Просто сильные должны быть умны... К примеру, возьмем первокурсника. Ты могла бы его убить или покалечить? Не смотри на меня, как на чудовище, я только с гипотетической точки зрения, рассматриваю именно как возможность физическую. Вольга задумалась, затем заговорила медленно, подбирая слова: - Чисто гипотетически, если бы он стоял у меня на пути к достижению цели крайне для меня важной, то да. Но опять же, нельзя забывать тот факт, что ни я, ни ты еще не находимся на самой вершине. Есть те, кто сильнее нас... Поэтому, отвечая на твой вопрос, - девушка уверенно посмотрела в глаза Яну, - да, я смогла бы это сделать, если бы мне это было очень нужно, и если бы я точно знала, что не будет последствий. - Ого, - гласиасец чуть вскинул брови. - Ответ откровеннее и сильнее, чем я ожидал, браво, Вольга... Но я не об этом сейчас. Оставим пока вопрос последствий. Имея такую возможность, зачем тебе это делать? Зачем убивать или мучить сотни первокурсников, если можно предоставить им заниматься своими делами? Если можно своим авторитетом оградить себя, чтобы тебе не досаждали? Пусть живут себе. Из них потом могут вырасти и дойти до вершины новые сподвижники. А прочие... прочие будут приносить пользу, себе и тем, кто на вершине, соответственно. Ну, а сильнейшие обеспечат им мудрый совет, силу и поддержку при необходимости. - А я и не говорила о сотнях, я сказала только о единичном случае, когда кто-то мог бы стоять между мной и желаемым... В остальных случаях от столь радикальных мер больше вреда, чем пользы. Ян кивнул, и на лице его проступила улыбка, полная одобрения и даже, пожалуй, восхищения: - Ты умная девушка. Вольга довольно улыбнулась, стараясь держаться как ни в чем не бывало, хотя похвала ей была приятна: - Так что, вперед на вершину пирамиды? – девушка усмехнулась. - Почему бы и нет? И да победит сильнейший, как в квиддиче. Вольга любила квиддич так же сильно, как и Ян, потому сравнение было очень близко обоим. - Скорее уж, хитрейший, - заметила она.