Дурмстранг. Поколение героев.

Утро как началось с мрачного сюрприза, так и продолжалось в том же ключе: первым уроком стояла монстрология, которую вел Новак. В этот раз он был молчалив, дал задание законспектировать нескольких монстров и пообещал спросить в конце урока самого нерасторопного студента. Тишину класса нарушали лишь шелест страниц и поскрипывание перьев. Милош писал быстро, хотя и «как жмыр лапой» по словам Иванки. «И зачем они разнесли предметы? Всех этих тварей можно было изучать на Уходе за волшебными существами. А то дележка какая-то непонятная. Правда, за монстрами уход не нужен, тут, скорее, нужен быстрый уход от места их обитания…Ух, ты, устойчив к большинству заклинаний, фига ж ты…» Фламмовец воззрился на рисунок астрального стража. Создание напоминало среднее между привидением и патронусом, но, судя по всему, было все ж таки материальнее и вломить могло по полной программе. - Никита, глянь, - шепнул Милош, ткнув пальцем в странной формы резные полупрозрачные кинжалы в руках (или все же лапах?) астрального стража. - Ага, - так же шепотом отозвался тот. – Мало было неуязвимости, так еще и это. - Неуязвимость – это защита, а оружие уже для нападения, - не согласился Милош и покосился на Новака. Тот и ухом не повел, и парень рискнул закончить мысль: - Ну и потом, как неуязвимость? Написано же, что можно поставить барьер. - Да ты че, - ехидно посмотрел на него Никита, вскинув кудлатую голову. – А мощностей у тебя хватит от такого создания барьер поставить? Если так рассуждать, то и защитный купол в зале для боевой магии отлично действует. Только вот ни я, ни ты, - он указал пером на себя и на товарища, - его не поставим. Крыть было нечем, и Милош кивнул и резюмировал: - Значит, остается один способ защиты: не лезть куда не надо и не брать ничего. Видишь, пишут, что он охраняет определенное место и предметы, хранящиеся в нем. То есть если ему отдать то, что он охраняет, он уйдет. Слушай, а вот интересно, он вообще все вещи охраняет или только какие-нибудь артефакты, драгоценности? - Никуда не лезть – не, нам такой вариант не подходит, - Никита свел брови, поджал губы и притворно серьезно покачал головой. Потом усмехнулся: - А ты найди место, которое астральный страж охраняет, и стащи что-нибудь, вот и проверим. Милош показал большой палец, мол, идея замечательная, спасибо, дорогой друг, и на этом дискуссия закончилась. И вовремя: профессор как раз поднял на них взгляд. В кабинете, которым заведовал Новак, обстановка была специфическая: в классе порядок, чистота, но всегда мрачновато. На стенах висели плакаты, полезные, но создающие несколько гнетущее впечатление. В одном из углов класса стоял массивный шкаф темного дерева, всегда запертый и открываемый только изредка и лично профессором. Темные стекла надежно защищали от любопытных взглядов студентов. Так толком никто из дурмстрангцев и не знал, что же хранится внутри помимо выдаваемых студентам пособий. Милош поднял голову, случайно зацепил взглядом шкаф и вдруг подумал: а что если там сидит какой-нибудь жуткий монстр, из тех, что изучают на последних курсах. А Новак под покровом темноты отпирает шкаф и кормит странное создание. Мысль была такой нелепой, что фламмовец закусил губу, чтобы не расхохотаться. И едва не решил, что мысли материальны, когда тотчас после этого спокойно сидевший за столом профессор Новак раздраженно откинул свиток с печатью подальше от себя, встал, заложил руки за спину и отошел к окну. Милош с сидевшим рядом Никитой синхронно вытянули шеи, выглядывая. Дисциплина дисциплиной, но письмо от какого-то магического общества - это новость! Притом не личное письмо – к такому ни один из них не притронулся бы, удерживаемый законами чести. А письмо, направленное в Школу Дурмстранг. А они разве не в ней учатся? Значит, их это касается напрямую. - Занимаются черт-те чем, - неспешно проговорил преподаватель. В голосе звучала скрытая досада. Все подняли головы, и профессор обернулся к классу. – Общество возрождения славянских магических традиций взывает выступить с поддержкой инициативы по переименованию предмета Монстрология в Твареведение. Новак выждал паузу, оглядел класс. - Надеюсь, те из вас, что решат связать жизнь с магической наукой, будут заниматься настоящими исследованиями, а не тратить время на подобную ерунду, отвлекая себя и других, - он вновь сел за стол. – Продолжайте. Студенты обменялись взглядами, кто-то кивнул, кто-то пожал плечами, и все вернулись к конспектам. Милош и Никита сидели совсем близко к преподавательскому столу, потому облегченно вздохнули, когда Новак отошел к шкафу. Оба фламмовца конспектировали уже третьего монстра и решили, что вправе отвлечься. Синхронно подняли головы, посмотрели на профессора, открывающего дверцу шкафа, но увы – результат был обычный. То есть разглядеть содержимое шкафа не удалось, а Новак уже отошел к окну с толстой и ветхой на вид книгой в руках. Переглянувшись, парни вернулись к переписыванию фолианта. Никита явно тяготился уроком и то и дело поглядывал то в окно, то на дверь в ожидании окончания лекции. Милош, наоборот, сосредоточился на задании, схематично зарисовывая pardus multis pede, то бишь «пантеру многолапую». Название было предельно политкорректным: черная поджарая тварь обладала не только шестью лапами, но и двумя дополнительными конечностями в районе лопаток. Причем эти спино-конечности заканчивались своеобразными кожистыми «ладошками», усеянными шипами, будто мало было когтей на лапах и длинных клыков в оскаленной пасти. - Милое создание, - шепнул он сокурснику. Никита сделал большие глаза, мол, да уж, и так же тихо ответил: - А прикинь, если у Новака такая тварюшка шкаф сторожит? Или этот, Астральный страж? Милош вовремя прикрыл рот рукой, чтобы не прыснуть. Обстановка на монстрологии не располагала к веселью, но Никита имел свою собственную ауру всепобеждающего оптимизма и жизнерадостности, которая явно действовала на его ближайших соседей. Димитров очень удачно закончил конспект в тот момент, когда профессор Новак метнул на него взгляд поверх книги. - Я закончил, профессор. Сдавать? – Милош поднял на преподавателя честные голубые глаза, удостоился кивка и внутренне выдохнул. После памятной встречи в коридоре фламмовцу совсем ни к чему было привлекать внимание временного директора школы. Едва урок закончился, Димитров засобирался. Окинул взглядом класс и снова наткнулся на пустые места Виктора и Стаса. Конечно, лишний раз подходить к Новаку было чревато, пока у того в памяти гигантский промах студента, но кто может быть в курсе этой странной истории, если не директор? - Профессор, - решился Милош. Новак чуть повернул к нему голову, не отрывая глаз от изучаемой книги, но показывая, что слушает. – А есть возможность связаться с Крамом и Янковским? Новак скосил глаза на студента, а затем закрыл том и убрал на угол стола. Ответ был сухим: - Нет, нельзя. Они зачислены в отряд подготовки боевых магов. Туда сову так просто не отправишь. Что-то еще, Димитров? Тон преподавателя ясно показывал нежелание говорить на эту тему, но фламмовец не сдавался. - Да, профессор. А когда они вернутся? Новак помолчал, переплел пальцы в «замок», постучал большими пальцами друг о друга. - Ориентировочно через месяц. Эта вся информация, которую я могу сообщить Вам о Ваших друзьях, Димитров, - официально и резковато закончил Новак и поднял колючие темные глаза на студента. Здесь ловить больше было нечего, и Милош поспешно кивнул: - Спасибо, профессор. Фламмовец покинул класс, а в ушах все жужжал червячок сомнения: «В отряд подготовки боевых магов сову просто так не отправить? Да ладно? Кого бы спросить, как оно там на самом деле. Кто знает? Преподы будто сговорились молчать с таинственным видом, чтоб их!» Парень начал перебирать в памяти однокурсников и прочих знакомых по школе. Никита, Эйнар, Ромка, Иванка, Хелена…Ну кто из них знает больше, чем он сам? А ему нужна была информация, а не просто потрепаться да понедоумевать с кем-то. Мозг вовремя активизировался, дал памяти пинка, и она помахала перед внутренним взором Милоша табличкой «Жебровска». - Богданка, - Милош остановился как вкопанный, чуть не врезавшись в идущего впереди Эйнара. – Викинг, а что сейчас у девчонок было? - Колдомедицина, кажется, - пожал плечами Эйнар. - Спасибо, - Милош ускорился и едва не бегом отправился на второй этаж. Как оказалось, Богданка тоже ходит быстро, и они чуть не столкнулись лбами на лестнице. - Димитров, куда летишь? - Извини, я к тебе, - он рассеянно улыбнулся, видя ее удивление, и продолжил: - Богданка, у тебя же брат мракоборец, так? - Ну да, Матиуш. А Вацлав драконолог. Так что ты хотел-то? – девушка сделала усилие и не оседлала любимого конька – разговор о старших братьях. Родители Богданки погибли от рук Пожирателей смерти очень давно, когда та была еще совсем маленькой, и девочка воспитывалась в семье дяди. Двоюродные братья воспринимали ее родной, опекали, дразнили и учили всякому разному. В итоге к своим восемнадцати годам девушка по характеру не уступала парням, что собирались учиться на мракоборцев, отлично играла в квиддич и за редким исключением не признавала авторитетов среди сверстников. Исключениями были Крам за чемпионство, Станислав и Мстислав как лучшие бойцы на посохах. Милошу это было прекрасно известно, поэтому он сразу взял быка за рога: - Новак сказал, что Вик и Стас в отряде подготовки боевых магов и туда так просто сову не отправить. Скажи, когда твой брат там обучался, так же было? Богданка задумалась, чуть прищурившись и глядя в сторону. - Первые три месяца у них учебка, курс молодого мракоборца, и там действительно связаться трудно. - Но Новак сказал, их забрали на месяц. - На месяц? А тебе это сам Новак сказал? – напряженно и подозрительно спросила девушка. - Да. А что такое? – он невольно насторожился сам. - Да просто странно, - проговорила Богданка. Пожала плечами, убрала упавшую прядь за ухо и пояснила: - ну, это очень мало по времени. Чему их там научат за месяц-то? А потом куда, обратно в школу? - Угу, - мрачно отозвался Милош: девушка озвучила именно те подозрения, что были у него самого. - Вот что. Я напишу Матиушу и спрошу, знает ли он что-нибудь про наших, куда и зачем их увезли и все такое. Как получу ответ – тебе скажу. - Спасибо, - с чувством отозвался парень. От сердца немного отлегло, все лучше, чем бездействие и полная неизвестность. Он проводил взглядом Богданку: как человек дела, та сразу и направилась наверх, в совятню. Неужели и письмо прямо там писать будет, да еще на короткой перемене? Или просто записку черканет? В любом случае, друг она хороший и человек надежный. На лице Милоша появилась улыбка: «А еще это возможность показать, кто у нее брат». Разница в возрасте у Богданки с кузенами была большая: она всего два года проучилась в школе, когда ее закончил младший из братьев. А до и после того – по полгода в разлуке, когда виделись они лишь на каникулах. Жизнь братьев казалась ей необыкновенно интересной, а те еще выбрали героические профессии, будто нарочно, чтобы ей было, о чем рассказывать однокурсникам, восторженно и взахлеб. В прошлом году Милошу довелось сидеть в карцере и среди надписей на стене он обнаружил и такую: «Драконы не приручаются. Вацлав Жебровски». Рядом была коряво проставлена дата – семь лет тому назад. Когда он сообщил о находке Богданке, та вмиг ответила, что брат тогда был в том возрасте, что они сейчас, и учился на седьмом курсе – вот здорово и как же интересно, что он натворил! Любопытство девушки оказалось так велико, что она изрядно удивила куратора, упрашивая пустить ее в карцер на минуточку. Разумеется, исписывать стены карцера было нельзя. Но по странной дурмстрангской традиции это делали почти все, и преподаватели смотрели на это сквозь пальцы. Тем не менее, впрямую говорить было не принято, потому Жебровска на ходу придумала с десяток самых правдивых объяснений и была пущена отчасти из желания куратора помочь, а отчасти – чтобы девушка угомонилась, наконец. Милош определенно выбрал лучшего помощника для поиска информации о друзьях. Фламмовец задумчиво спускался вниз, к теплицам, когда из-за поворота коридора показались две знакомые фигуры. - Знаешь, старостой быть иногда совсем невесело, - говорила подруге та, что была повыше. - Я представляю, Хеленка, но… - мягко отозвалась собеседница. Милош ускорился: - Иванка! Обе девушки обернулись. - Милош, привет, - безмятежно поздоровалась Хеленка, будто они сегодня не виделись. - Привет, - немного напряженно отозвался тот, поедая глазами Иванку. Та смотрела то на Милоша, то в сторону и явно чувствовала себя неловко. – Иванка, можно тебя на минутку? Хеленка, извини. - Ну, что? – они отошли, но Иванка не смотрела на него – теребила в руках пояс сумки. Им так и не довелось нормально поговорить после того, как Милош попался Новаку. В лазарете то и дело туда-сюда ходила сестра Софья и забегали младшекурсники с мелкими травмами, а после уроков Иванка куда-то исчезала. - Что случилось? Ты избегаешь меня? – спросил он тихо, но в лоб. - Я? Н-нет, я…- она подняла на него глаза цвета серого бархата. – Милош, я не… то есть, конечно, я не избегаю тебя, но ты сам должен понимать. Ты же видишь, - она еще понизила голос. - Вижу что? – Милош бросил взгляд: Хеленка дипломатично смотрела в окно поодаль, средние и младшие курсы с шумом и гамом сновали по коридору, торопясь на уроки: вот-вот должна была закончиться перемена. Иванка коротко выдохнула, как бывало перед важным и неприятным известием. - Милош, пойми: Новак уже раз тебя поймал и ты помнишь, что было. И знаешь, что могло бы быть еще хуже. Если он наткнется на нас еще раз…мы оба просто вылетим из школы, ты понимаешь это? Восьмой курс, еще два года и свобода. Но нам нужно закончить образование. Это важно! - Другие же как-то встречаются? Мы будем осторожны. Иванка, я сделаю все, чтобы больше он на нас не наткнулся, - убежденно проговорил Милош. – Или что ты предлагаешь? Два года не подходить друг к другу? - Нет, что ты, - она сразу отозвалась и вновь подняла на него глаза, доверчивые, как у олененка. – Но Милош… Девушка снова отвела взгляд в сторону, прикусила губу, затеребила несчастный пояс сумки, натягивая и ослабляя боковой шнурок. - Нам надо хорошо подумать, - ответила она, наконец. – В любом случае, сейчас это слишком опасно, времени прошло всего ничего. Давай подождем. Мы же видимся на уроках. «Она боится, что нас поймают, или просто не хочет больше встречаться?» - Ну, хорошо, подождем, - согласился он. – А когда? - Я не знаю, - призналась она. – Я пока не придумала, как сделать так, чтобы опять случайно не напороться. Давай подождем, пока все уляжется и подумаем. - Думать, как бы не напороться, буду я, - решительно сообщил Милош. – В конце концов, я парень и отвечаю за нашу безопасность. И Новак так и не знает про тебя. Иванка вдруг разозлилась, бархатистость исчезла из глаз, уступив место мелькнувшему на миг стальному блеску: - Ты думаешь, мне будет легче, если тебя исключат? Думай головой, Димитров! «Любит», - мелькнула мысль, яркая, как вспышка молнии, но в отличие от природного явления, дающая надежду. Милош невольно улыбнулся. - Ну, все, все, извини. Ладно. Я не это имел в виду. - Ты тоже извини, - к Иванке вернулась привычная мягкость с нотами виноватости в голосе. – Я из-за всей этой истории места себе не нахожу. Все кажется, что он опять как выйдет из-за угла… - …А мы тут учебу обсуждаем, - весело закончил Милош. - Ну да, - она засмеялась и тотчас оглянулась. – Мне идти надо. Кстати, у нас с вами совместный урок через один. - История магии, помню, - кивнул он. – Все совместные уроки я помню. - Видишь, как полезно для учебы, - пошутила она. Посмотрела еще раз в глаза, улыбнулась и упорхнула к подруге. Милош смотрел ей вслед, когда на плечо ему опустилась широкая ладонь, а над ухом зазвучал голос Эйнара: - Богданка, Иванка… Милош, ты на перемене времени даром не теряешь. Милош обернулся: Викинг улыбался самыми краешками губ. - Не теряю, - согласился Димитров. – Оставил запрос про наших дорогих друзей. Экспресс-почта. Эйнар быстро прогнал в уме условия задачи и выдал ответ: - Попросил Богданку спросить брата, который мракоборцем работает? - Верно, - подтвердил Милош. - Молодец. Скажешь, как что узнает? - Конечно! Черт! – фламмовец неловко рылся в сумке во время разговора, уронил ее, и тетради рассыпались по полу. Викинг стал помогать собрать все обратно в сумку и поднял с пола брошюру: - «Основы техномагии». Зачем тебе это? - Ну, я ж рассказывал. Богданов посоветовал к Ковальскому подойти, вот теперь с ним занимаюсь. - Круто, - уважительно протянул Эйнар. – И как успехи? - Да какие там успехи, только начал. Интересно пока, - начистоту ответил Милош. - Милош! Милош! – к парням подбежал запыхавшийся Горан, двенадцатилетний братишка Димитрова. – Ой, Эйнар, здравствуй. - Привет, - улыбнулся Викинг встрепанному второкурснику. - Чего тебе? – спросил Милош. - Тебя Новак вызывает! - Что?! – Милош с Эйнаром переглянулись, первый пожал плечами. – Что стряслось-то? - Не знаю. Сказал, чтобы ты зашел. - Весело, - вздохнул Милош. – Ладно, Горан, спасибо. - А… - Нет, я не знаю, что с Виктором. И пока никто не знает. - Ну, ладно, - разочарованно выдохнул мальчишка и умчал дальше. Горан был одним из самых ярых фанатов Крама и то, что это был лучший друг его брата, делало звезду только еще более интересной. Виктор был вот здесь, в школе, совсем рядом, общался, как простой смертный, и при всем этом был все так же недостижим и велик. А Новак наводил трепет одним своим видом, и то, что к нему вызвали брата, тоже было загадочным и треплющим нервы событием. - И на кой я ему понадобился? Соскучился, видно, - проворчал озадаченный Милош и двинулся к кабинету директора.