Чужой в своей голове.

      На самом деле, дела идут не просто плохо. Дела идут паршиво. Ровно настолько, что он, Клинт Бартон, лучше бы написал пару-другую отчётов, но эту мысль выбивает из его головы очередным неосторожным и резким поворотом и тем, что он прикладывается виском о стекло. Учёный сзади что-то бубнит.       По ним стреляют, и Клинт ещё раз проклял тот день, когда его отправили на «неофициальную, но требующую срочного выполнения» миссию. Официально здесь только Наташа. Неофициально — ещё и он. — Это не кончится хорошо, — шипит Бартон, после чего чувствует, как Наташа пытается затормозить, но ровным счётом ничего, и они всё-таки валятся в какую-то канаву, словно игрушки, и когда машина всё-таки останавливается, — о чудо, даже на колёсах, а не на крыше! — то им приходится срочно вылезать.       Клинт слышит выстрелы, он вылезает и пытается защитить учёного, он старается оттащить Наташу, но видя, как совсем рядом возвышается Призрак, то ему, чёрт дери, почти страшно. Тот перезаряжает пистолет и целится, — как кажется Бартону, — в его голову, но после выстрела тот осознаёт, что за ним просто был профессор, некогда живой, а сейчас его мозги украшают покорёженную дверцу автомобиля. Призрак стоит ещё с пару минут, а после уходит, и он даже не знает, радоваться ли ему тому, что жив, или нет, потому что задание провалено.       Хотя, подумать об этом он сможет потом, а сейчас надо вытащить Наташу как можно быстрее.