Solstraalene

Хосок любит, когда Тэхен у него на привязи. Ментальной, конечно, в первую очередь. Вопреки заблуждению многих, он прекрасно осознаёт свою власть над непослушным и строптивым младшим: когда у хёнов не получается справиться с ним, зовут Хосока. Иногда достаточно, понизив голос, не попросить - в утвердительной форме озвучить нужное, иногда - одного взгляда. Тэхен зависим от него, и Хосок в курсе. Но порой желание продемонстрировать силу, напомнить распределение ролей, иерархический порядок так велико, оно отдаётся зудом на кончиках пальцев, сладким томлением где-то в груди и ниже пупка, и тогда Хосок подпускает своих демонов поближе к поверхности, к той самой, которую большинство принимает за суть. Хосок совсем не весёлый человек в обычной жизни, скорее наоборот. Сомнения и тревоги, злость на то, что недостаточно хорош, на то, что приходится каждое утро натягивать на лицо, ставшую с годами маловатой, маску, перечёркивать улыбкой половину, имитировать почти что натуральный смех - всё это жрёт изнутри, Хосок каждую ночь, как в джунглях, слышит чавкание. А ещё, конечно, разные по форме и содержанию демоны. Один, особенно настырный, шепчет Хосоку, что Тэхен на привязи - зрелище изумительное, а ощущение и того лучше. Потому и таскает его Хосок за подтяжки по сцене, или за удивительно кинковый аксессуар в виде ремешка на шее, как личного щенка, кем, по сути, Тэхен и является, добровольно и, безусловно, ментально. Упустить возможность потянуть за длинную серёжку - ни за что. Не ремень, конечно, но пьянящее чувство власти, если напрячь воображение, почти такое же. Хосок любит, когда Тэхен у него на привязи. Особенно сейчас, когда руки его связанны одним из бесчисленных галстуков младшего, а за второй, на шее, Хосок тянет сам. Кроме двух этих лент на Тэхене не значится больше ничего, в то время как Хосок одет полностью, разве что домашние шлёпки валяются где-то у кровати. Тэхен что-то хрипит о том, что будет хорошим мальчиком, облизывает яркие губы и смотрит так доверчиво, что улыбка у Хосока выходит настоящая, тёплая, так не подходящая ситуации, но та, которая только для него - для его малыша. Хосок ослабляет хватку и наклоняется, зарываясь носом в густое облако пепельных волос, шепчет в ухо "Конечно, будешь. Ни для кого больше, для хёна только" и прихватывает мочку зубами. Тэхен стонет низко и, судя по влажным на заднице шортам Хосока, кончает без помощи чего-либо. Просто потому что. Потому что у Хосока есть власть и он так может. Демон внутри сыто урчит, а это значит, что Хосок сегодня будет спать очень хорошо.