Снова стать собой

— С прибытием, капитан Хицугая. Вас ожидают у южного столба. Главнокомандующий отдал приказ начинать на рассвете, — Изао дружелюбно встретил невысокого роста мальчика, секунду назад появившегося из Сенкаймона. За ним вышли еще три девушки. Одна была высокая блондинка, другая — мелкая, с черными волосами, собранными в аккуратный хвост, третья — по натуре своей, настоящая «пацанка». — Лейтенант Мацумото, лейтенант Киери, Хинамори-сан, добро пожаловать в мир живых. Прошу, следуйте за Хицугая-куном. — Огромное спасибо, Изао. Ох, и как же давно меня здесь не было. Держу пари, этот мир по мне истосковался, — потягиваясь и вдыхая вольный воздух, Рангику прошла вперед, за ней, поклонившись в знак приветствия, Киери. — Капитан, с вами все в порядке? Вы выглядите немного бледным, — беспокоясь, Хинамори аккуратно выглянула из-за плеча мужчины и заглянула ему в глаза. Они были, на удивление, слегка уставшими, словно Изао не спал всю ночь, а его лицо искажала явно наигранная улыбка. — Нет, что ты. Все в порядке. Наверное, тебе просто показалось, — похлопав девушку по плечу, он направился в здание магазина Урахары. — Иди. Тебя ждут. — Да. Оставшись на улице одна, Хинамори задумалась. Никогда раньше она не видела капитана Кучики в таком состоянии. Когда они были в Обществе душ, он всегда ей улыбался. Улыбался светло и искренне, никогда не грустил, был полон оптимизма и энтузиазма. — Возможно, я ошибаюсь, но не в Кучики-сан ли дело? — самой себе сказала она. Изао прошел по длинному и узкому коридору и спустился вниз, в тренировочную «комнату». Встав в самый ее центр, он схватился за рукоять своего занпакто, но вытаскивать его не стал. Он, действительно, не спал всю ночь. Сжимая катану в своей руке так, что его пальцы побелели, а меч жалобно затрещал, Кучики изо всех сил пытался побороть ярость в себе. — Изао, ты, что, тренируешься один? — позади внезапно раздался знакомый голос, приближающийся все ближе и ближе с каждой секундой. — Рукиа? Что ты здесь делаешь? — парень повернулся к девушке лицом, удивляясь ее появлению в этом месте. — Завтра у нас важное сражение. Я подумала, что неплохо было бы немного потренироваться, чтобы быть в отличной форме. Ты не против, если я к тебе присоединюсь? — Конечно нет. Я был бы рад, — улыбнулся парень. Девушка ответила ласковой улыбкой. Лунный свет мерно отражался в озере, слегка освещая темный силуэт парня, сидящего на его берегу. Ичиго сидел закрыв глаза руками. Сейчас ему больше всего хотелось забыться, раствориться и исчезнуть в прибрежном тумане, таком легком и беззаботном на вид. Вокруг было спокойно и тихо, что становилось тошно. Куросаки променял бы все это спокойствие на то, чтобы еще хоть раз услышать ее занудное ворчание, увидеть ее раздраженное лицо, почувствовать боль от ее неслабого подзатыльника, а затем выслушать ее наставления. И, представляя все это, он сам не замечал, как начал невольно улыбаться своей фантазии. Тишину нарушил какой-то странный звук, напоминающий то ли пиканье, то ли пищание, словно кто-то скребет чем-то острым по поверхности ржавого металла. Оборачиваясь и оглядываясь по сторонам, шинигами никого так и не смог обнаружить, что очень удивило. Через несколько секунд пиканье прекратилось и вновь стало тихо. — Куда ты смотришь, придурок?! Я здесь! — неожиданно, что-то непривычно маленькое больно треснуло парня по голове. Тот раздраженно завопил. — Кон? Что ты здесь делаешь? Как ты меня нашел? — Я же все-таки душа-плюс. Конечно, я смогу тебя найти. А вот ты что тут потерял? Ты себе и представить не можешь, как Карин и Юзу за тебя волнуются, — плюшевый лев уселся рядом, на мягкую зеленую траву, следя за тем, как водная гладь искажает отражающуюся в ней луну. — Вот же черт. Я совсем забыл. Сколько сейчас времени? — Половина первого. Что-то случилось? — Что могло случиться? И чего ты вообще… — Что-то с сестренкой? — спокойно прервал его Кон. Ичиго прекратил бесполезное ерзание, а вместе с ним и попытки уйти от ответа, опустив взгляд и заметно помрачнев. — Знал, что все так и будет. Ты с ней поговорил? Что она сказала? — Ичиго, в ответ, лишь вздохнул. Кон на это вполне сильно рассердился и хорошенько влепил рыжему. — Ты, что, даже не спросил ее? Почему ты всегда ведешь себя как тряпка в такие моменты? — А что она мне может сказать?! — прикрикнул Куросаки. — Она ведь даже видеть меня не хочет. А если я спрошу «что с ней», она как всегда ответит, что все хорошо. Что я еще могу сделать, если я «никто» в ее глазах и «пустое место» в ее сердце?! — сбившееся дыхание дало знать, что говорить об этом Ичиго сложно и больно. А выражение его лица, отчаявшегося и утратившего надежду, подчеркивало всю безвыходность сложившейся ситуации. Парень, слегка успокоился, а затем, уже спокойней, продолжил. — Прошло всего лишь два года. Не так уж и много, но… Мы теперь словно чужие. А я… не думал, что так будет. — Тебе не хватает сестренки, так ведь? — Кон широко улыбнулся, увидев, как временный шинигами очнулся и, словно ошпаренный, отпрянул назад, при этом еще и заметно покраснев. — Это у тебя на лице написано. Так чего ты медлишь? Пошел бы и сказал ей. — Возможно, ты прав. Сегодня я сам признался себе, что… люблю ее, но… я ничего не собираюсь ей говорить, потому что хочу, чтобы она была счастлива. И, у нее скоро свадьба, так что… — Свадьба?! С этим… Кучики? — душа-плюс довольно долго подбирала слова для личности Изао, но на ум ничего не приходило, кроме как его имени. За все время их знакомства не было никаких причин для «обливания грязью» этого шинигами, что очень бесило плюшевую игрушку. Поэтому пришлось ограничиться лишь его фамилией, причем получилось так, что слово «Кучики» из уст льва звучало, как последнее ругательство во Вселенной. — Как сестренка могла на такое пойти? — Ну, скорее всего, она просто его любит, — грустно усмехнулся Куросаки. — Ведь за все время, что мы виделись после того, как я снова попал в Общество душ, она открыто улыбалась только ему. Ни друзьям, ни мне, ни даже Ренджи, а только ему! — сам того не заметив, и. о. шинигами сильно ударил кулаком о землю, «разрыхлив» при этом довольно большой участок земли. Затем, он снова потеряно и подавленно улыбнулся. — Знаешь, может, наша связь и исчезла, но я и сейчас убью любого, кто ее обидит. «Ты вырос, Ичиго», — про себя подумал Кон, соглашаясь со словами друга. Так они просидели почти минуту, прислушиваясь к тишине и вглядываясь в темноту, стараясь разглядеть там хоть лучик надежды. — Ну… думаю, уже пора. Кон, я не буду сегодня ночевать дома: останусь у Урахары. А ты залезай в мое тело и отправляйся домой, чтобы девочки не волновались, — рыжий, словно невзначай, потянул руку к игрушке и резко ее схватил левой рукой, правой же пытаясь достать злополучную зеленую пилюлю из несчастного существа… Спустя время капсула все же была получена, а Ичиго был уже в форме шинигами, созерцая не весьма приятный вид души-плюс в собственном теле. — Чертов придурок! Придумай уже что-нибудь, чтобы каждый раз не лезть ко мне, — возмущался тот. — Заткнись. Думаешь, мне это нравится? … Кон. Спасибо. Не знал, что с тобой можно вот так поговорить, — кивнул парень. — Да… да не за что, — смутился плюшевый лев. — Не стоит благодарить меня за то, что выслушал тебя. — Тогда, до скорого. Проследи за безопасностью Карин и Юзу. — Положись на меня, — кивнул тот. В мгновение ока Куросаки уже не было на берегу, а душа-плюс, подобрав с земли потрепанную игрушку, отправилась домой. — Отлично, Изао. Ты многому научился за последний год, — улыбнулась Рукиа, уворачиваясь от очередной атаки кидо. — Я и не заметила, как ты вырос. — Моим учителем была ты, поэтому я и смог добиться таких высот в этих техниках. — Не льсти мне. И не бей так хаотично. Думай, прежде, чем ринуться в бой — тебя легко можно вывести из себя, — добавила девушка. Неожиданно, перед ее глазами вместо Изао появился расплывчатый образ Ичиго, сжимающего меч в руках, готовясь к битве. Теплые карие глаза его наполнены были решительностью, поэтому Рукиа тут же вспомнила те моменты, когда ей часто приходилось их видеть. «Ты, действительно, на него похож, Изао. Конечно, только немного, но твой стиль боя и слова, которые ты сказал мне при первой встрече, что, рискуя жизнью, будешь защищать дорогих тебе людей…» — из раздумий девушку вывел голос Кучики и ярко-красное пламя, несущееся на нее. В последний момент шинигами все же удалось увернуться с помощью шунпо. — Рукиа, с тобой все в порядке? — подбегая, беспокойно спросил парень. — Все отлично. Прости, я просто отвлеклась. — Ты о чем-то задумалась? — Ни о чем… Вообще-то, ты напомнил мне одного старого друга. Вы с ним, все же, в чем-то схожи. Когда Укитаке-сан говорил мне это раньше, я совершенно не замечала. Но сейчас, когда ты сражаешься… — Кто он? Расскажи о нем, — полюбопытствовал тот. — Я его почти не помню, поэтому вряд ли смогу как-нибудь его охарактеризовать. Помню только, что он был взбалмошным и вспыльчивым мальчишкой, наивным, глупым, вредным, но упорным и ответственным. Всегда старался всех спасти и очень просто поддавался на провокацию… Давай лучше продолжим. — Хорошо, — пожал плечами Изао. — Кучики-сан, где вы были все это время? — откуда-то сверху появилась голова, покрытая зеленой шляпой в белую полоску (а, возможно, и белой, в зеленую). — Я вас искал. Не волнуйтесь, проблема уже устранена. Но, теперь нет Куросаки-сана. Уже поздно и я немного за него беспокоюсь. Не знаете ли вы где он? — Думаю, он скоро вернется. С какой стати ты меня спрашиваешь? Я не имею к нему никакого отношения, — строго ответила девушка. — Ясно. Прошу прощения, больше не буду вас беспокоить, — Урахара загадочно помахал рукой и скрылся. «Куросаки…» — внутри у Изао вновь все сжалось, и, на время исчезнувшие, боль, злость и ярость снова взяли свое. — Изао. Продолжим, — Рукиа потеребила его за плечо и встала напротив. — Готовь клинок и нападай. Ичиго вернулся в магазин и направился на тренировочную площадку, как на пути ему встретился Киске. — Куросаки-сан, где вы были все это время? Довольно долго. — Что-то случилось? — Ничего особенного. Просто хотел пожелать вам удачи. Будьте осторожны и осмотрительны. Не теряйте рассудок раньше времени. Завтра перед вами предстанет противник, который будет видеть ваши слабые места. — Я понял. Я пойду, потренируюсь. — Не обожгитесь, — обходя рыжего, прошептал Урахара, надвинув на глаза панаму, а ухмылку на своем лице тщательно скрыв веером. Удары становились все чаще и сильнее. Рукиа уже с трудом могла предугадать, куда Изао ударит теперь — слишком мало времени на раздумья, поэтому оставалось только отбиваться. Изао не замечал ни того, с какой силой он бьет, ни того, кто его противник. В его сознании то и дело всплывала часть диалога, который он ненароком услышал. И сейчас его это волновало больше всего.