Снова стать собой

«Вот же черт. Что это с ним? — Рукиа сморщилась, отбив очередной удар. Использовав шунпо, чтобы увеличить расстояние, девушка вновь подверглась молниеносной атаке. — Он словно сражается серьезно». « —Так зачем тебе нужно ее вернуть? Почему ты так стараешься? Не замечаешь меня… А она… она же… — Иноуэ, я люблю ее!!!» — сердце сжалось от этих слов, услышанных из уст Ичиго несколько часов назад. Изао еще сильнее сжал рукоять и, вкладывая всю силу в удар, атаковал противницу. — Изао! Хватит, успокойся. Что с тобой?! — руки девушки дрожали, а выступившая на лбу испарина мелкими каплями скатывалась по щекам. Из транса Кучики вывели крики девушки: — Изао! Пожалуйста, успокойся! Парень очнулся, но вовремя остановить удара не смог. Сталь его занпакто со звоном отскочила от меча Рукии, выбив его из рук шинигами. — Рукиа! Прости. Я… — шатен не мог найти слов оправдания. При виде девушки, уставшей, еле стоявшей на ногах и державшей левой рукой дрожащую правую, а еще, вновь вспомнив признание и. о. шинигами, Изао вплотную подошел к Рукии и прижал ее хрупкое, дрожащее тело к себе, чувствуя вину перед ней. Глаза брюнетки распахнулись еще шире, а на щеках выступил румянец, но сопротивляться она уже не могла, да и не хотела. — Изао… — Прости. Прости, Рукиа. Я такой дурак. Я очень сильно тебя люблю, Рукиа. Мне жаль. Прости, — руки парня сильнее сжали девушку. Он уткнулся лицом ей в макушку, стараясь уловить каждый ее вздох. — Все в порядке, Изао. Успокойся, все хорошо, — нежная рука Кучики зарылась в темных волосах парня, тем самым успокаивая его. В этот момент, если на сердце Изао было спокойно, то сердце Ичиго просто разрывалось при виде Рукии в объятиях другого. Рыжий стоял примерно в пяти метрах от них, скрывшись за массивной каменной глыбой. Он слышал каждое их слово, видел каждое движение, и каждый раз ему хотелось выскочить из своего укрытия и вырвать девушку из рук Изао. Лишь понимание последствий этого поступка останавливало его, наконец, заставляя задуматься и полностью поверить своим же словам, которые он, вспылив, сказал Орихиме. Тогда у него не было на это времени. Зато сейчас он отчетливо понимал, что тогда это говорил не он, а его сердце. «Значит, все-таки люблю. Куросаки Ичиго, ты дурак. Почему ты не понял этого раньше? Обязательно нужно было дождаться, когда наши отношения сотрут в порошок эти два года? И что теперь делать?» — Теперь все хорошо, Изао? — девушка шепотом спросила парня. Тот кивнул и плотнее прижался к ней. В этот момент через тело Кучики словно провели разряд тока, и оно, находясь в объятиях, вдруг вспомнило сильные руки Ичиго, тепло его тела и сбивчивое дыхание. Сердце предательски сжалось. Резким движением девушка слегка оттолкнула шатена и отстранилась. — Прости. Думаю, мне уже пора. — Конечно, иди, — безмятежно улыбнулся тот. Пройдя метра три, Рукиа почувствовала знакомую рейацу где-то совсем близко. Через секунду Ичиго услышал шаги, и справа от него предстала Рукиа. Первое, на что Куросаки обратил внимание, — безудержно дрожащая рука шинигами. — Рукиа, твоя рука… — начал тот. — Все хорошо, — еле слышно произнесла та. Затем, даже не взглянув на парня, прошла мимо и вскоре скрылась. — Куросаки! — внимание привлек громкий голос Изао, стоявшего неподалеку. — Раз уж ты здесь, то, может, потренируемся вместе? — Прости, но мне пора уходить, — отказался тот. — Очень жаль. Тогда в следующий раз… Куросаки! — бросил Кучики вслед уходящему парню. Ичиго обернулся: лицо Изао было серьезным, он смотрел прямо в глаза временному шинигами. — Скажи, кто для тебя Рукиа? От этого вопроса Ичиго даже немного опешил. Его лицо было растерянным, а сам он не знал, что ответить. — Она мой друг, — наконец, выговорил он. — Ты уверен? — Кучики приподнял одну бровь, всем своим видом показывая, что он сомневается в услышанном. — Да. — Что ж, тогда я больше не буду тебя задерживать, извини, — на лице парня неожиданно появилась широкая улыбка, которая ненароком напомнила Ичиго физиономию Ичимару Гина. От неожиданности, Куросаки в голову просто ничего больше не могло прийти. Кивнув, рыжий направился в сторону выхода. Кучики вышла во двор. Было прохладно. Горизонт уже начал алеть, образуя утреннюю зарю. По улице гулял легкий ветер. Девушка глубоко вдохнула свежий воздух и положила руку на щемящее сердце. — Тяжело? — за спиной раздался грубый мужской голос. Брюнетка незамедлительно обернулась. Позади стоял Ренджи, облокотясь спиной о дверной косяк. — Нормально все, — отмахнулась та. — Брось. Вижу же, что устала от этого. — Тебе кажется. — Сама-то веришь в то, что сказала? — ответом было лишь пустое молчание. Тогда Ренджи подошел к девушке и встал рядом, устремив взгляд туда же, куда задумчиво смотрела Кучики: на небольшую дугу поднимающегося солнца. — Надеюсь, сегодня все закончится, — вздохнула та. — Возможно… Что будешь делать потом? Так рвалась стать лейтенантом и… Теперь сидишь в своем душном кабинете со стопкой бумаг и скучаешь. По себе знаю. — Абарай посмотрел на подругу. Неожиданно, от выразительных черт ее лица парню стало не по себе. Он в какой-то момент даже прикинул, что завидует и Ичиго, и Изао, так как они казались ближе к Рукии, чем он. — Чего ты так на меня уставился? — вопросительные слова шинигами вывели парня из раздумий. — Э-э. Ничего. Просто… оказывается, ты красивая, — Ренджи широко улыбнулся, почти во все лицо, чтобы хоть как-то скрыть образовавшийся румянец. — Что?! — Рукиа от неожиданности залилась краской и отпрыгнула метра на два от друга. — Ренджи, придурок. И с каких пор ты меня красивой считаешь? — брюнетка попыталась ударить своего капитана, но тот, как и ожидалось, легко сумел избежать удара. — Ты меня даже задеть не сможешь, — попутно смеясь, дразнил тот. — Как это мило, — умилялась Рангику, со стороны наблюдая за ссорившимися. — Капитан, ну давайте тоже так побегаем. — Помолчи, Мацумото, — насупился Тоуширо. Пройдя по темному коридору, Ичиго заметил у двери небольшую толпу. Подойдя к ним парень выглянул во двор. Открывшаяся картина не могла не обрадовать его, но, в тоже время, и не расстроить. «Ясно все, Рукиа. Мое место занял Изао. Теперь я в вашу команду не вписываюсь, — Куросаки сжал кулаки. — А Ренджи… как бы я хотел сейчас быть на его месте». — Кучики, Абарай. Вы закончили? — неприлично строгий для мальчика, голос Хицугая заставил всех встрепенуться. Рукиа тут же успокоилась, сделала холодное выражение лица и поклонилась: — Прошу прощения, капитан Хицугая. Если вы здесь, то мы готовы начитать… — Первый отряд. Юго-восточная часть. Южный барьер на себя берет второй отряд. Капитан Сой Фонг, к вам приставлена Шихоуин Ёруичи по собственному желанию. — Здравствуй, Сой Фонг, — улыбнулась темноволосая женщина. — Ёруичи-сама. Рада вас видеть. — Третий и четвертый отряды охраняют северный барьер и северо-восточную часть… Повсюду раздавались приказы о размещении сил. Приготовления шли полным ходом. — Все отряды уже здесь. Каждый готовится к битве, — Рукиа, Ичиго, Ренджи, Изао, Тоуширо и Урахара Киске стояли в просторной комнате, у стены которой стоял огромный экран, служивший способом связи с Обществом душ. — Ясно. А что с рядовыми? Они не смогут долго держать оборону. Враг во много сотен раз превосходит их по силе, — кивнул главнокомандующий. — Мы это учли. В битве с вастер-лордами будут принимать участие только капитаны и лейтенанты, а также 3 офицер 11 отряда Мадараме Иккаку и 5 офицер 11 отряда Аясегава Юмичика. Рядовые солдаты служат для уничтожения мелких пустых первого и второго уровня в зоне поражения, в то время, как остальные будут заняты сражением. Мы считаем, что кучка гелианов или адьюкасов им уже по силам. Они справятся, хотя не исключено, что будут потери. Вокруг стоял шум. Громкие голоса лейтенантов наполняли воздух, который вскоре разнесся на полгорода. Капитаны смирно стояли в сторонке, наблюдая за нелегкой работой их правой руки. Каждый, кто находился здесь, уже предвкушал жаркую и кровопролитную битву, и каждому хотелось ощутить после нее желанный вкус победы. Теперь, спустя несколько часов, все уже находились на своих местах. Весь город был окружен невидимыми для простых людей стенами, защищающими души в этой зоне от разрушающей силы врага. Капитан Абарай, все еще никак не привыкший к своему новому званию, находился вдали от всех, ожидая прибытия пустых из их обители Уэко-Мундо. Краем глаза он посматривал на своего лейтенанта, в отличие от остальных вполне спокойного. Девушка не говорила ни слова, не издавала никаких прочих звуков, не делала никаких движений за исключением нервных, на первый взгляд, дерганий правой рукой. — Рукиа. Твоя рука. Как ты будешь сражаться? — тишину прервал ровный и немного обеспокоенный голос Ичиго. Парень не сводил глаз с дрожащей конечности Кучики, на что та отвечала лишь секундным взглядом, с виду, не несущим никакого смысла. — Лучше не участвуй в сражении. Это слишком рискованно. — Я в порядке, капитан, — кивнула она Ренджи. — Нет необходимости обо мне беспокоиться. Я справлюсь. — Рукиа, послушай нас. Тебе не следует… — Гарганта! — оглушенный крик одного из шинигами прервал Куросаки и устремил взгляды всех на небо, содрогающееся от гигантской рейацу, удушающей с каждым вздохом тяжелого воздуха. — Всем приготовиться! — дал команду Хицугая, доставая из ножен свой смертоносный клинок. Его примеру последовали и остальные, нервно вдыхая, для кого-то последние, порции кислорода. — Началось, — рядом появились Ишида и Садо, торопливо обращаясь к друзьям. — Где Иноуэ? — оглядевшись, спросил временный шинигами. — Она не придет. Сказала, что будет лишь мешать, поэтому не будет сражаться. Мы не смогли ее переубедить. Что-то случилось вчера? — Сейчас не время выяснять отношения. Тем более, так даже лучше. Зато она будет в безопасности, — Рукиа прервала диалог друзей и достала меч. Куросаки беспокойно взглянул на руку девушки, но возражать не стал: все равно она его не послушает. Перед глазами уже возникло восемь пустых, размерами лишь раза в полтора превосходящих шинигами, но количеством испускаемой духовной силы несравнимыми даже с пятью капитанами вместе взятыми. За ними, из все еще открытой Гарганты появлялись целые полчища ужасных и мерзких пустых душ, стремящихся сожрать как можно больше жертв. Тьма этих существ затмила мирно сиявшее до этого времени солнце, и окрестность наполнилась жутким, зловещим ревом…